Быть человеком-2 (гет)

Двойственное чувство: с одной стороны — полнота ощущений и информации, от которых он почти отвык, с другой — неуклонно ползущие вниз доли процента. Одного из немногих.

Надо отдать должное, Тед управился быстро. Он просто… постучал в дверь ангара, за которой шумел инструментами «враждебный объект». Тепловой контур через экранированную крышу не просматривался, но тут же обозначился, стоило «объекту» открыть дверь. Тот так и прекратил жизнедеятельность с выражением удивления на лице: не ожидал увидеть на пороге сбежавшего невольника. Прыгнувшего сверху киборга увидеть вообще не успел.

Один рывок, 0,5 секунды, нож не понадобился.

«Деактивировать боевой режим»

Он снова словно наполовину ослеп и оглох.

Минус процент. Осталось десять. И «семерка». Люди не в счет.

— Держи, — кинул он напарнику запасную батарею из чехла на поясе трупа. Себе забрал второй бластер — тоже всего 42% заряда, но лучше, чем ничего. — Идем.

— Куда? — заторопился за ним Тед.

Ему было неприятно, что прекращение жизнедеятельности охранника произошло на глазах напарника. Лишнее напоминание о том, кто он и для чего. Поэтому на Теда он не смотрел — не хотел читать реакцию по лицу. Но голос звучал нормально: без признаков паники.

— В барак.

За Нелли. И за доктором с механиком, конечно. Но в первую очередь — за ней.

— Ха, — сзади щелкает входящая в гнездо батарея. — Теперь меня не остановить! Вот пожрать бы ещё только!..

— Пожрать — это да, — отвечает он, блокируя слюнные.

Только некогда. И Тед наверняка не будет есть «доступную органику с высокой калорийностью», оставшуюся за спиной. А он — не будет при Теде.

— Нас тут всю неделю голой перловкой пичкали, — продолжает напарник. — Я в армии не служил и не понимал раньше, за что ее так ненавидят. Теперь понял! В жизни ни ложки больше!.. А ты в лесу чем промышлял?

— Чем попало, — не хочется вдаваться в подробности, Тед вряд ли оценит, особенно кота. — Что мимо пробегало.

— Опять твои шуточки?

Он хочет ответить, что нет, во всяком случае — в основном, но дверь барака скрипит, открываясь. И тут же система принимает стандартный входящий пакет данных: «Модель DEX-7, серийный номер, хозяин первого уровня — закрытая информация…». Отправку ответного пакета он блокирует, но это не имеет значения: «семерка» засекла его, засекла активный процессор, автоматически определила как «враждебный объект».

— Бежим, — слова запаздывают по сравнению с действиями: он сперва хватает Теда за локоть и увлекает за собой в сторону леса, а комментирует уже на двадцатом метре. Хорошо, что напарник не спорит и не медлит, пытаясь выяснить, зачем и куда. Тащить его на плече было бы сейчас гораздо менее эффективно.

Нет, выясняет — но на бегу:

— Зачем?!

— В лесу больше укрытий, соответственно — выше шансы.

Он не уточняет, для кого и на что. Максимально обезопасить Теда, потом — как повезет.

«Вероятность выполнения задачи — 32%»

«Вероятность выполнения задачи с сохранением системы — 12%»

Он указывает Теду на толстый поваленный ствол, пилот понятливо падает за него. Он прыгает следом — и сигнатура «семерки» появляется на сканере одновременно с плазменным сгустком из ее ствола. Сканер DEX-7 добивает на 50 метров, его — только на 30. Впрочем, теперь это уже неважно.

Уклонение, рывок, перекат.

Ещё три залпа плазмомета.

Ещё минус процент.

Приоритетная цель для «семерки» — он. Тед — или помеха, или пленник, по обстоятельствам.

Если Тед не высунется с оружием.

А он высунется.

Его сигнатура возится в укрытии, извлекая бластер.

Перекат, прыжок. Минус процент.

Бластер исчезает у Теда из рук быстрее, чем он успевает понять. Теперь «семерка» обязана будет брать его живым.

Уклонение, перебежка.

Выстрел — мимо. «Семерка» уклоняется вдвое быстрее.

Минус процент.

Критические 7%.

«Недостаток энергии для корректной работы системы. Часть имплантатов будет отключена в целях экономии»

С ним ни разу ещё такого не случалось в бою. Когда было на Шебе в результате интоксикации после ядовитого куста — он не выбирал, какую именно часть. Позволил системе расставить приоритеты самостоятельно — и спустя три секунды свалился мешком, так как отключились все мышечные. «Волоком я тебя не потащу», — ругался Олег — и тащил.

Сейчас приоритеты он распределил сам.

Самый энергозатратный имплант — это процессор. Он же — главный маркер работоспособности киборга для другого киборга. Процессор «семерки» мелькает по экрану вместе с тепловой сигнатурой. Погаснет индикатор процессора — киборгу конец.

Что такое киборг без процессора? 80 (или больше) килограммов инертной биомассы. Обычный киборг. Не бракованный. Не тот, кто сумел подумать, что чем-то подумал, после взрыва электромагнитной гранаты. Не тот, кто ещё и заговорил и даже сел, пока процессор тщетно пытался выйти из аута и справиться с перезагрузкой.

Киборг без процессора — мертвый киборг. Так зашито в боевой программе. Нулевая процессорная активность = цель уничтожена. Или сдохла сама.

«Отменить уклонение.

Отменить отключение двигательных имплантатов»

Сгусток плазмы проходится вскользь по плечу, выгрызая оба комбеза.

«Термическое повреждение верхнего слоя…»

Сброс.

«Отключить мозговой процессор в рамках экономии энергии.

Принудительная полная перезагрузка через 20 секунд»

Он не чувствует, как тело, дымясь рукавом, падает — в точно рассчитанное место, за широкий, щепасто обломанный на высоте колена пень.

* * *

Пока бритый волок меня по коридору, а я тщетно пыталась сглотнуть ставшее в горле комом сердце, пришла дурацкая мысль: хорошо хоть к ведру наведалась, не грозит обоссаться от страха. Потом вспомнились всякие маловыполнимые инструкции по самообороне, где был и такой пункт, мелькнуло: а может, зря? Зря не зря, но хотя бы не так позорно.

Ладонь вспотела, обнимая, как самое дорогое сокровище, изуродованную ложку. Бритый выглядел выше меня на полторы головы, шире втрое и очень сильным. Очень. Нужно будет постараться, чтобы Бьорнов подарок нанес ему хотя бы какой-то ущерб.

Если ложка вообще не выскользнет из моих предательски взмокших ручонок в самый ответственный момент. Никогда у меня не бывали мокрыми руки, а вот поди ж ты.

Мы подошли к двери в караулку, откуда неслись звуки раскочегарившегося застолья, бритый распахнул ее ногой, как прежде нашу, и втолкнул меня внутрь. Он что — собирается на всеобщем обозрении?! Или вообще… поделиться с друзьями?! С троими мне точно не справиться, вот вообще никак! Что делать?! Спровоцировать, чтоб пристрелил?..

Жить очень хотелось. Трусливое «это всегда успеется» сковало мысли и руки. Логика пыталась выбраться из-под этого гнета с паническим: «а если не успеется?!», но не преуспела.

К счастью, охранник только сдернул спальник с одного из двух топчанов и сунул мне. Я машинально схватила. Сам он, умудрившись не выпустить меня с прицела, замахнул стопку залпом и отстегнул с пояса силовые наручники.

— Вашу ручку, фрау-мадам! — глаза у него сделались совсем дикими и стеклянными.

Из-за стола воздвигся тоже не очень трезвый Майк, в лице его я углядела что-то похожее на жалость:

— Шуруп, тебе что, других мало?

Надо же. А я считала этого Майка главной угрозой! На фоне брито-шкафного Шурупа он был почти что Мать Тереза. Ещё и кондициями сильно уступал.

— А че не так? — выскалил удивительно белые зубы мой мучитель. Майк поднял брови, ожидая, пока до него дойдет, и до него со скрипом, но дошло. — А-а-а, это та чикса, к которой ты знакомиться подваливал, да? Дочка этого старпера с «Мозгоеда»?

Даже в такой ситуации за Стас Федотыча стало очень обидно. Это кто тут старпер? На себя б посмотрели — лет им, может, и было на десяток-другой меньше, но по выправке и стати наш кэп их всухую делал. Эх, был бы тут Стас Федотыч!..

Про «был бы тут Дэн» я уже не заикалась даже мысленно. Неделя прошла. Целая неделя. Самая живучая надежда разлагалась на плесень и липовый мед, лечи ее не лечи.

— Да брось, — разорялся между тем Шуруп, — у тебя ж не стоит, когда они в наручниках, а без них она всё одно не дастся — фильдиперсовая сучка, с норовом.

Я во все глаза смотрела на Майка, как на оплот той самой недобитой надежды. Вот уж нашла она себе последнее пристанище, нечего сказать! С этим мои шансы увеличивались значительно. А может, и уболтать получится…

Майк поймал мой взгляд и криво усмехнулся:

— Может, всё-таки хочешь познакомиться поближе?

Понимая, что голос меня сейчас подведет, я просто кивнула, ещё крепче обхватывая заточку.

Шкаф недобро покосился на «коллегу», но в драку не полез — а как было бы круто! Заржал и пихнул меня в спину, почти уронив на Майка.

— Будешь должен, — сказал он и принялся наливать ещё. — Эй, кибер, — переключился он на застывшего в углу DEX’а, — сгоняй к этим мастерам-ломастерам в ангар, передай, чтоб поторопились, а то мы без них всё выпьем. Запомнил, дебил?

— Задание принято, — отчеканил киборг и строевым шагом вышел.

Майк перехватил меня под локоть и повел по длинному коридору — к карцеру.

Всё это время я пыталась придумать план и баюкала в горсти ложку. И то, и другое очень могло меня подвести.

* * *

В этот раз оказалось проще. Может быть, потому что он уже знал, чего ждать. Может быть — потому что знал: дождется.

Пустота не была полной. Тишина украла всего полторы секунды.

Он слышит шаги «семерки» — всё ближе к пню. Стандартный протокол: убедиться в нефункциональности враждебного объекта, при необходимости — контрольный.

На самом деле, в достаточной мере похоже на то, как он существовал в лесу, отключив все дополнительные функции. Слышать только ушами, без усиливающих сенсоров. Воспринимать — в основном, органикой. Только теперь нет и той малости, что заполняла всю эту неделю внутренний экран: температура и плотность воздуха, строка состояния, таймер. Командная строка с именем Уайтера в шапке.

Ничего нет, только он.

— Дэн!!! — орет из своего укрытия Теодор.

Пилоту совсем не всё равно. Щекочет радость — всё-таки это так. Шевелится совесть — как он мог думать обратное. Напрягаются пальцы на спусках обоих бластеров — без имплантов непривычно медленно, даже не как сквозь воду, а как сквозь загустевший синтезаторный гель.

Он открывает глаза ровно в тот момент, когда «семерка» поворачивает голову и дуло плазмомета на Тедов крик. И зажимает обе гашетки до упора.

Одним выстрелом из бластера киборга не убить. Даже Mary. Даже в голову (чаще всего). Тем более — самую современную боевую модель, DEX-7. Он тратит весь заряд в своем и большую часть в Тедовом. Он не видит сейчас активности чужого процессора, просто стреляет сплошной лавиной огня.

Располосованная от плеча до паха «семерка» падает навзничь ногами к нему. И его руки падают тоже, отзываясь всеми мышцами, какие в них есть. Никакой «информации от рецепторов», просто боль. Всё же двигаться с замершими имплантами очень трудно.

— Рыжий, ты живой?! — тяжелый топот, над ним нависает Тед.

Ровно на двадцатой секунде процессор включается и уходит в экстренную перезагрузку.

— По-го-ди, — шевелить языком почему-то ещё трудней, чем руками. Наверное, потому что от этих движений уже ничего критического не зависит. — Пере-загружусь…

«Система готова к работе»

«Работоспособность — 8%»

Отлично. «Передышка» процессора дала отыграть процент. Отключение пока больше не грозит — если в ближайшее время не понадобится ещё раз включать боевой режим. Но пополнить ресурс всё равно нужно. То есть, пожрать.

Он поднимается, Тед эмоционирует вокруг, крутит его за руку, чтобы рассмотреть плечо. Ерунда. Обожжена только кожа, даже мышцы почти не задело. Экстренная регенерация справилась бы за 3 часа. Только ее не на чем запускать. Успеется.

Остаточная активность процессора «семерки» фиксируется на экране. Он не дает Теду приблизиться, пока не спускает контрольный.

Теперь у них есть плазмомет.

— Эй, — мнется напарник, в его позе считывается непривычная эмоция. Смущение? — А тебе как… ну… нормально убивать других киборгов?

Он понимает, о чем спрашивает пилот, но не отказывает себе в сухом смешке:

— Не сказал бы. Высокий риск и расход боеприпасов.

— Да я не о том!..

— Я понял.

Он не включал себя в подмножество «киборги», не было такого подмножества. Правильный киборг — только придаток к хозяину, продолжение его воли и руки. Он всегда был неправильным, и других таких ему ещё не попадалось. Но даже стой между ним и Нелли сейчас «неправильный киборг» — что с того?

Это было слишком длинно и слишком сложно, чтобы объяснить Теду. Он просто поправил бластер и быстро пошел назад, к бараку.

Таймер всё ещё тикал.