Повелитель Тайн (джен)

Земля слегка задрожала, и у края островного первобытного леса появилась фигура почти трёхметрового роста.

Её тело было серовато-белым, словно сложенным из валунов. Лицо покрывали ямки, но на нём не было явных глаз, носа, рта или ушей.

— Каменный Великан... — пробормотала Каттлея, называя тип монстра.

Ни Клейн, ни Андерсон ничего не знали о таких монстрах.

Однако они не стали бросать на Каттлею вопросительные взгляды. Они сосредоточились на монстре и выглядели очень профессионально.

Каттлея повернулась к пришвартованному «Будущему». Она наполовину подняла правую руку и усилила голос.

— Целься!

Дежурные пираты тут же развернули десятки пушек на левом борту корабля, нацелив их прямо на Каменного Великана, который неуклюже приближался.

Бум! Бум! Бум!

Ядра вылетели и упали вокруг Каменного Великана, вздымая пыль, а обстрел накрыл большую область.

Земля ощутимо содрогнулась. Вспыхнуло пламя, во все стороны полетели осколки, словно всё вокруг могло быть уничтожено.

Топ! Топ! Топ!

Высокая серовато-белая фигура вырвалась из пыли, не получив серьёзных повреждений. На её поверхности появилось лишь несколько трещин.

Каттлея без тени волнения сказала:

— Это не разновидность великанов, а каменный голем.

— Его ядро — главный ингредиент зелья Стража Последовательности 5 Пути Воина. Поэтому его защита чрезвычайно высока.

Среди грохочущей пушечной бомбардировки Клейн едва не заподозрил, что у него проблемы со слухом.

«Раз вы знаете, что у Каменного Великана сильная защита, зачем использовать пушечный обстрел? Разве это не пустая трата ядер?» с недоумением подумал он и мысленно поддел её.

Словно услышав его мысли, Каттлея смотрела, как приближается каменный великан, и сказала:

— Я никогда раньше не встречала такое Потустороннее существо, поэтому хотела провести несколько проверок.

«Против такой причины мне нечего сказать…» Клейн потерял дар речи.

В этот момент Андерсон Худ, всё это время наблюдавший за каменным великаном, поднял руку и сказал:

— У вас есть кто-нибудь с Потусторонними силами области льда и мороза?

— Я, — холодно ответила Каттлея.

Увидев, что у мадам Отшельник есть средства, Клейн проглотил слова, которые едва не произнёс вслух.

На самом деле он не хотел активировать Ползучий Голод без необходимости, хотя Зомби и обладал силами льда и мороза.

Он считал, что на острове не найдёт подходящей еды!

Каттлея достала из потайного кармана своей чародейской мантии серо-чёрный свиток и тихо произнесла одно слово на древнем гермесе:

— Заморозка!

Беззвучно свиток поглотило ледяно-синее пламя. В тот же миг в воздухе появились кристальные потоки света.

Они полетели к каменному великану и заморозили цель внутри себя, так что с неё свесились сосульки.

Среди режущих слух трескучих звуков ледяной слой тоже пошёл трещинами. Каменный великан медленно вышел из зоны, но его серовато-белая поверхность стала темнее, а движения — куда более скованными, чем прежде.

В этот момент Андерсон поднял руки, словно дирижёр, жестом призывающий зрителей к аплодисментам.

Почти белое оранжево-жёлтое пламя вспыхнуло у ног каменного великана, словно тот наступил в особую ловушку.

Его поверхность быстро выпустила пар, а по телу расползлись трещины в виде глубоких разломов.

Андерсон отвёл правую руку назад, и в его ладони сгустилось пламенно-белое копьё.

Пламя на острие копья собралось в точку, излучая ослепительный блеск.

Копьё вылетело и точно попало в трещину на животе каменного великана, а пламя прожгло в нём огромную дыру.

Что до Андерсона Худа, который изначально находился на пляже, он словно слился с пламенно-белым копьём. Пламя вспыхнуло ярче, и он странным образом появился позади каменного великана.

Он сжал левую руку в кулак, рука вздулась мышцами. Апперкотом он ударил снизу вверх из дыры в сердце каменного великана.

Этот простой на вид удар произвёл преувеличенный эффект. Каменный великан тут же застыл на месте, а изнутри него непрерывно раздавались трескучие звуки. За несколько секунд он рассыпался грудой камней.

«Критический удар…» Зрачки Клейна сузились.

Каттлея спокойно стояла на месте и без удивления сказала:

— Последовательность 5 Пути Охотника — Жнец.

— К тому же они хорошо умеют находить слабые места добычи.

«Жнец… Жнец смерти для живых? Неудивительно…» Клейн слегка кивнул.

В этот момент Андерсон присел и стал рыться в останках каменного великана.

Затем он повернул голову и с горькой улыбкой сказал:

— Это не настоящий монстр.

Это означало, что трофеев не будет!

Пока Андерсон описывал ситуацию, камни исчезали с различимой скоростью.

«…Такому невезучему типу, как ты, лучше не открывать сундуки и не обыскивать трупы…» Клейн не удержался от мысленной колкости.

Андерсон вернулся и продолжил говорить:

— Самая большая проблема этих вод именно в этом. Не каждый монстр принесёт вам богатства!

«Это потому, что такие сотворённые монстры — часть более могущественных монстров более высокого уровня. Конечно, возможно, они являются результатом остаточных сил и аур…» У Клейна уже появилась предварительная теория на этот счёт.

Во время путешествия он обнаружил Потусторонние следы Путей Солнца, Вечной Ночи, Шторма и Зрителя. Его прежние догадки стали полнее.

Изначально он подозревал, что эти воды являются остатками поля боя войны между древними богами Второй Эпохи. Шторм принадлежал Королю Эльфов Сониатриму; Зритель — Королю Драконов Анкевельту; Вечная Ночь — Королю Демонических Волков Флегрее. Благодаря тому, что Солнышко на каждом собрании передавал ему легендарные записи Города Серебра, Клейн получил предварительное понимание сфер власти восьми древних богов Второй Эпохи.

Однако постоянный полдень и Солнечная Колесница из золота заставили Клейна усомниться в этой теории. Потому что никто из восьми древних богов не владел Путём Солнца.

Вскоре Клейн связал это с отцом Амона и Адама, Творцом Города Серебра, которого считали Древним Богом Солнца.

После того как этот Творец пробудился и после серии ожесточённых битв, Он отобрал власти древних богов!

«Поэтому эти руины битвы между богами и остались?» В голове Клейна внезапно всплыла неполная фреска, которую он видел в эльфийских руинах.

«Король Эльфов Сониатрим и Творец Города Серебра, он же Древний Бог Солнца, были врагами!»

Пока его мысли блуждали, Андерсон вернулся к своему смешливому состоянию. Он посмотрел на Клейна и сказал:

— Как мне к вам обращаться?

— Герман Спэрроу, — просто назвал своё имя Клейн.

— Герман Спэрроу? — Андерсон сначала опешил, а затем пришёл в себя. — Я о вас слышал. Вы тот искатель приключений, который почти успешно охотился на Вице-Адмирала Болезней. У вас титул самого безумного охотника! В прошлом месяце, когда корабль, на котором я был, проходил мимо архипелага Рорстед и острова Орави, я думал познакомиться с вами за напитками, но ваше местонахождение было неизвестно.

«В прошлом месяце? Я занимался волонтёрской работой в больнице…» Клейн кивнул и сказал:

— Теперь вы меня знаете.

— И постарайтесь ничего не говорить.

— ... — Андерсон выдавил улыбку. — Знаю, моя неудача обычно превращает в реальность дурные слова, которые я произношу. Хорошо, перестаньте на меня смотреть. Я больше не буду говорить. Опустите свой амулет.

Из-за появления каменного великана время отдыха пиратов сократилось. «Будущее» быстро снова отправилось в путь, углубляясь в море.

В пути Клейн стоял на палубе, прислонившись к борту корабля, и наблюдал за окрестностями, а Андерсон слонялся по кораблю. Он был хорош в общении и легко взаимодействовал с пиратами.

«Впечатляет. Он с лёгкостью разобрался в обстановке на корабле…» Клейн бросил взгляд на Андерсона, который пил в тени с несколькими пиратами, и внутренне вздохнул.

«Конечно, Сильнейший Охотник, вероятно, не знает, что в выпивке у него успокоительное неизвестного происхождения…» Клейн сдержал смех и озорно подумал об этом.

С помощью Андерсона «Будущее» обогнуло два скрытых водоворота и плавающие руины дворца, продолжая идти по безопасному морскому маршруту.

Примерно через три часа снова наступила ночь.

Клейн быстро обрёл ясность и разум во сне, открыл глаза и огляделся.

Перед ним была сплошная кромешная тьма, и ничего не было видно.

«…Только не говорите, что я ослеп…» такая мысль инстинктивно возникла у Клейна. Затем он сунул правую ладонь в карман и достал спичку.

Это был материал, необходимый каждому Фокуснику для заклинаний.

Привычным движением он достал спичку и зажёг её. Тут же перед глазами Клейна появился слабый огонёк.

Пламя с трудом разгорелось, слегка освещая окрестности.

Он находился в тюремной камере с незапертой решётчатой дверью из металлических прутьев!

«Почему я здесь? Я не рядом с Адмиралом Звёзд и не в зале с фресками, где был Андерсон… Меня случайно поместило в какую-то область?» Пока мысли стремительно проносились в голове Клейна, он взмахнул запястьем и погасил спичку, которая едва не обожгла ему пальцы.

На его левой руке расцвёл сияющий слой солнечного света, а в глазах появились два миниатюрных солнца.

Через душу Священника света он получил ночное зрение от Света Святости.

Осматриваясь, Клейн увидел, что камера, в которой он оказался, не слишком тесная, но пол грязный и захламлённый. На нём было много следов, и оставалось загадкой, что здесь происходило раньше.

«Большинство следов человеческие. Несколько выглядят довольно преувеличенно, вероятно, принадлежат великанам… В углу сломана односпальная кровать, а рядом с дверью лежит ключ… Кому-то удалось сбежать из тюрьмы?» Клейн подошёл к незапертой металлической двери и осторожно посмотрел наружу.

Тюрьма была наполнена тьмой. Тьма окутывала мощённый камнем коридор, а напротив него находилась холодная, но прочная стена. Проход непрерывно тянулся в обе стороны, словно дальше были и другие камеры.

Клейн отвёл взгляд, поднял ключ с пола и запер решётку.

Он не стал пытаться выйти и продолжил оставаться в камере.

Он ясно помнил, что Уилл Осептин советовал ему не исследовать мир сна. Поэтому Клейн собирался дождаться полудня!

«И что с того, что это тюремная камера? Я ведь не собираюсь выходить…» Клейн забился в угол, сел на половину сломанной односпальной кровати и словно слился с густой тьмой вокруг.

В этой крайней тишине Клейн внезапно повернул голову, потому что смутно услышал лёгкие шаги!

Шаги призрачно доносились издалека, редкие и медленные, и приближались к нему.