Повелитель Тайн (джен)

Багровая луна высоко в небе безмолвно висела во тьме. Она освещала Тинген, город университетов, который постепенно затихал.

Клейн стоял перед столом и смотрел через эркерное окно на опустевшую улицу Даффодил. Послышался стук копыт — где-то вдалеке быстро проносились конные экипажи, почти не нарушая тишины.

Он взял серебряные карманные часы с узором из виноградных листьев и щёлкнул крышкой. Быстро взглянув на время, Клейн задёрнул занавески, и жёлтое сияние газовой лампы мягко разлилось по спальне. Затем он резко обернулся, запер дверь и перекрыл газовый клапан.

Спальня тут же погрузилась во тьму. Только тонкая полоска багрового лунного света просачивалась сквозь шторы, создавая атмосферу, идеально подходящую для поздних ночных баек.

Клейн вытащил серебряный нож, на который специально подавал заявку. Он представил светящуюся сферу и вошёл в состояние полукогитации.

Сосредоточив разум согласно прежней практике, Клейн позволил духовности извергнуться с кончика лезвия. Затем он заставил её движение чудесным образом слиться с окружением и запечатал комнату духовной стеной.

Он делал это, чтобы никакие необычные колебания не разбудили Бенсона и Мелиссу.

После этого Клейн отложил нож и прошёл четыре шага против часовой стрелки. Каждый его шаг сопровождался строчкой заклинания с Земли.

Неизменный рёв и шёпот захлестнули его. Почувствовав всё те же помешательство и боль, он сделал всё возможное, чтобы сдержаться, и вытерпел самую изнурительную и опасную часть ритуала в полусознательном состоянии.

Серовато-белый туман, как и всегда, тянулся бесконечно. На разных расстояниях парили тёмно-красные звёзды, а величественный божественный дворец высился, словно безжизненный гигант. Казалось, что ничего здесь не изменилось. На Клейна по-прежнему давили тишина и древность, накопившиеся в этом месте за тысячи лет.

«Нет, изменения есть!» — молча пробормотал про себя Клейн, и его взгляд впился в багровую звезду неподалёку.

Это была звезда, символизирующая Справедливость!

Тёмно-красное свечение звезды начало пульсировать. Размах был небольшим, но пульсация не прекращалась.

Клейн осторожно потянулся своей духовностью к той звезде.

В тот момент, когда они соприкоснулись друг с другом, он почувствовал гул в голове. Клейн увидел размытую и искажённую сцену и услышал иллюзорный, наслаивающийся голос молитв.

— Шут, не принадлежащий этой эпохе;

— Таинственный владыка над серым туманом;

— Король Жёлтого и Чёрного, повелевающий удачей;

— Молю о Вашей помощи.

— Молю о Вашей милости.

— Молю, даруйте мне хороший сон.

…

— Молю, даруй мне хороший сон.

…

— Молю, даруй мне хороший сон.

…

Женский голос всё звучал и звучал эхом, переплетаясь слой за слоем. В голове нарастали раздражение и хаос, словно соседи сверху заколотили в пол в тот самый миг, когда он уже засыпал.

Клейн подавил раздражение и использовал когитацию, чтобы успокоиться. Он внимательно присмотрелся к расплывчатой сцене, возникшей перед его глазами.

В сцене проступила девушка в белом одеянии. Золотистые волосы спадали ей на плечи, пока она стояла перед четырьмя мерцающими языками пламени, почтительно склонив голову и непрерывно читая молитву нараспев.

По её искажённому образу Клейн едва узнал мисс Справедливость.

В этот момент Клейн окончательно убедился, что созданное им заклинание действительно может точно указывать сюда — на него самого.

Это принесло ему огромное чувство достижения: из ничего получилось нечто.

«Я же не стану хвалить себя за то, какой я потрясающий?..» — настроение Клейна изменилось к лучшему. Он тут же почувствовал, как умоляющий голос, который раньше, подобно жужжащей мухе, эхом отдавался в ушах, стал вполне терпимым.

Мысленным усилием он попытался создать ответ и передать его через сложную связь с тёмно-красной звездой.

— Я услышал.

* * *

Появился слой Серого Тумана. В его глубине стояла искажённая и расплывчатая фигура.

Там, где должны были находиться глаза, переливался тёмно-красный свет. Голос фигуры эхом раскатывался в огромном и пустом мире.

— Я услышал.

— Я услышал.

— Я услышал.

…

Одри Холл вскочила на кровати. Она уселась, завернувшись в одеяла, а в голове теснились сцены, которые она только что увидела во сне.

Девушка прекрасно понимала, что ей снился Шут, таинственное существо, жившее над Серым Туманом!

«Ответ на мои утренние молитвы?» — Одри, которая быстро вошла в состояние Зрителя, успокоилась и проанализировала свой сон.

Хотя девушка не понимала, почему Шут отреагировал не сразу и сделал это только ночью, её всё равно потрясло то, что ритуал из нескольких строчек удался.

В прошлом она молилась Богине Вечной Ночи, но никогда не получала никакого ответа!

«Даже если мистер Шут и не является богом, он, вероятно, недалёк от этого…» — Одри медленно вдохнула и выдохнула.

Поскольку Шут был могущественным существом, которому она не могла противостоять, Одри быстро отбросила тревожные мысли и начала думать над тем, что ей делать дальше.

«Во-первых, я должна полностью переварить зелье Зрителя… Мой „отыгрыш“ пока неплох.

Во-вторых, я должна найти Психологических Алхимиков.

В-третьих, я должна попытаться получить от мистера Шута формулу зелья Телепата или подсказки о Психологических Алхимиках.

У каждого богоподобного существа должен быть полный путь Последовательностей, соответствующий ему, но оно может не знать формулы других путей… Новая потусторонняя организация, такая как Психологические Алхимики, могла и не привлечь внимание мистера Шута…»

* * *

Разорвав связь, Клейн в хорошем настроении уселся во главе бронзового стола.

Он был полностью укутан Серым Туманом. Клейн откинулся назад и сжал кулак, чтобы прикрыть рот, вспоминая и анализируя весь процесс.

В этот момент он был единственным живым существом в мире Серого Тумана. Вокруг царила абсолютная тишина.

«Кажется, я могу только передавать информацию и не способен пользоваться здешними силами… Судя по всему, мой прежний хитрый обходной замысел не сработает», — продолжая прижимать кулак к губам, Клейн молча пришёл к такому выводу.

Первоначально он планировал связать себя с миром Серого Тумана, если, конечно, заклинание и ритуал окажутся эффективными. Таким образом он мог бы использовать всю мощь этого загадочного пространства.

Если бы это случилось, Клейн мог бы молиться самому себе и с помощью этого трюка обойти все ограничения, тайны и опасности, получив возможность полностью использовать мир Серого Тумана.

Например, он мог бы сначала провести ритуал и помолиться «самому себе» о заклинаниях. А после этого подняться в пространство над Серым Туманом, ответить на собственный запрос и даровать его.

«Судя по всему, я был слишком идеалистичен… Моё понимание и контроль над миром Серого Тумана пока не достигли нужного уровня…» — Клейн самоуничижительно покачал головой и решил уйти.

Однако в этот момент он увидел, как багровая звезда, символизирующая Повешенного, тоже начинает пульсировать. Он услышал, как раздался эфемерный и бесформенный голос.

«Я случайно застал ритуал Повешенного?» — подумал Клейн.

Он занял место во главе длинного бронзового стола и протянул руку и легонько указал на ту звезду.

Его духовность коснулась пульсирующей звёзды.

Он услышал тяжёлые, повторяющиеся молитвы Повешенного и увидел размытую сцену.

Повешенный оказался облачён в чисто-чёрную мантию. Он замер перед четырьмя языками пламени. Окружающая его духовность сформировала стену, полностью изолировав его от любого внешнего воздействия.

Клейн решил не отвечать сразу. Он просто молча смотрел и слушал.

— …Король Жёлтого и Чёрного, повелевающий удачей.

— Молю о Вашей помощи.

…

После того как Повешенный закончил свою молитву, он немного подождал. Видя, что ответа не последовало, он начал разрушать духовную стену, погасил свечи и привёл в порядок алтарь.

Наконец, он взмахнул протянутой рукой, из которой разлился водянистый свет, омывший алтарь и заставивший его выглядеть совершенно новым.

«Водное заклинание… Дар Бури… Повешенный действительно по крайней мере Мореплаватель…» — слегка кивнул Клейн. Перед тем как сцена исчезла, он ответил с помощью метода, который придумал ранее, передав ответ через сгусток тёмно-красного света.

* * *

Элджер Уилсон находился в столице архипелага Рорстед — городе Щедрости.

Он не пошёл с моряками в знаменитое Красное Кабаре. Вместо этого он остался в отеле и закрыл все двери и окна, чтобы совершить ритуал, описанный Шутом.

Закончив молитвы, Элджер некоторое время терпеливо ждал, но не получил никакого ответа.

«Похоже, попытка была не слишком успешна… Мистер Шут должен придумать другой способ…» Элджер думал об этом с облегчением и лёгким разочарованием.

После того как всё было сделано, Элджер планировал спуститься по лестнице за бокалом Ланти-пруф — напитка, который помогал Народу Ярости раскрыть свои силы. Уполномоченные Каратели Повелителя Штормов очень любили такое питьё.

Открыв дверь, Элджер уже собирался уйти, когда его зрение затуманилось. В коридоре он увидел иллюзорный, бескрайний Серый Туман, а в глубине тумана, словно на высоком троне, сидела смутная человеческая фигура.

— Я услышал, — знакомый глубокий голос зазвучал в ушах Элджера, заставляя мужчину застыть там, где стоял, а его голову слегка пульсировать от боли.

Глаза Элджера потемнели. Он оглянулся, но понял, что ничего не изменилось. Под ногами была всё та же скрипучая доска, на стенах всё те же старые подсвечники и тот же грязный коридор.

«Я услышал…» — всё ещё звучал голос в ушах Элджера.

Он нахмурился и слегка ударил себя кулаком в грудь, но так и не смог произнести почтительное обращение к Повелителю Штормов.

После долгого молчания выражение лица Элджера наконец вернулось в норму, но взгляд стал глубже.

* * *

Клейн решил не проводить много времени над Серым Туманом. Когда все остаточные голоса стихли, он окутал себя духовностью, нырнул в Серый Туман и стал падать в материальный мир.

Перед глазами замелькали свет и тени, словно киноплёнку прокручивали в десятки раз быстрее обычного. Когда Клейн почувствовал слабость, он наконец увидел занавески, пропускающие багровый лунный свет, вместе с размытыми контурами стола и книжной полки.

Он снова взял серебряный нож и убрал духовную стену в комнате. Затем, под внезапным порывом ветра, он бесшумно приоткрыл дверь и заглянул в коридор.

Клейн полностью успокоился, убедившись, что из комнат Бенсона и Мелиссы не доносится никакого шума.

«Этот ритуал улучшения удачи просто незаменим и дома, и в дороге… Так скрытно, так волшебно…» — пробормотал Клейн, снова закрывая дверь и направляясь к своей кровати.

Завтра ему предстояло отправиться со Старым Нилом на подпольный рынок потусторонних предметов.