Сердце, нуждающееся в спасении (гет)

Море встретило их неожиданным спокойствием. Ни шторма. Ни сильного ветра. Только бесконечная гладь воды, отражавшая серое небо.

Небольшой торговый корабль медленно приближался к огромному порту.

Люси стояла у борта, крепко придерживая волосы, которые все равно трепал ветер.

Вдалеке постепенно вырастал Альварес. Белые башни. Широкие каменные набережные. Десятки кораблей. Высокие стены.

Империя выглядела вовсе не так, как она представляла. Не мрачной. Не пугающей. Наоборот. Слишком красивой. Слишком богатой. Словно сама не знала, что готовится к войне.

— Красиво... — тихо сказала Венди.

— Ага, — кивнул Нацу. — Даже раздражает.

Хэппи удивленно посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что злодеи не должны жить в таком красивом месте.

Эрза только устало вздохнула.

— Постарайся хотя бы первые пять минут никого не бить.

— Не обещаю.

Чарли закатила глаза.

— Это уже прогресс.

Корабль пришвартовался ближе к полудню.

Людей вокруг было столько, что казалось, весь мир собрался именно здесь. Торговцы. Военные. Маги. Путешественники. Крики грузчиков смешивались со звоном цепей и шумом волн.

— Еще раз, — негромко сказала Эрза. — Повторяем легенды.

Нацу театрально вздохнул.

— Да помню я.

— Тогда начинай.

— Меня зовут... Натан.

Люси не выдержала.

— Нацу.

— Что?

— Ты сказал свое настоящее имя.

— Правда?

Эрза закрыла глаза.

— Мы здесь всего минуту...

Венди тихо прыснула.

— Натан, — быстро исправился Нацу. — Я... путешествующий кузнец.

— Кузнец? — переспросила Люси.

— Ну… — Он почесал затылок. — Уже нет?

— Уже нет.

Эрза устало потерла переносицу.

— Ты торговец тканями.

— А-а...

— Не спрашивай почему.

— Даже не собирался.

Эрза перевела взгляд на Люси.

— Ты?

— Луна Харт. Писательница. Путешествую по западным землям, собираю материал для новой книги.

— Хорошо.

— Венди?

Девочка выпрямилась.

— Венди Марлоу. Ученица лекаря. Изучаю редкие травы Альвареса.

— Отлично.

— А ты? — спросил Нацу.

Эрза спокойно ответила:

— Элис Скарлет. Охранница торгового каравана.

Нацу удивленно моргнул.

— Ты даже фамилию почти не поменяла.

— Именно поэтому ее проще запомнить.

Спорить с этой логикой никто не рискнул.

Первое, что бросалось в глаза, — дисциплина. На улицах почти не кричали. Никто не толкался. Даже торговцы разговаривали удивительно спокойно.

Каждый солдат выглядел одинаково. Белые плащи. Темные доспехи. Золотые знаки империи на груди.

Люси невольно отметила, что патрулей здесь гораздо больше, чем в Фиоре. На каждом перекрестке. У каждого административного здания. Возле каждой площади. Слишком много.

— Они будто кого-то ждут... — тихо сказала она.

Эрза кивнула.

— Или чего-то боятся.

Гостиницу они нашли ближе к вечеру. Небольшую. Двухэтажную. С деревянной вывеской и цветами у входа. За стойкой сидел пожилой хозяин с густыми усами. Он внимательно осмотрел гостей.

— Из Фиора?

Люси внутренне напряглась. Но улыбнулась.

— Почему вы так решили?

Старик рассмеялся.

— Только фиорцы так смотрят по сторонам.

Все четверо одновременно перестали крутить головами.

— А...

— Не переживайте. — Он махнул рукой. — Здесь половина постояльцев приезжие. Пока налоги платите — мне без разницы, откуда вы.

Нацу облегченно выдохнул.

— Ну хоть кто-то нормальный.

Хозяин поднял бровь.

— Пока что самым подозрительным здесь выглядите именно вы.

— Почему?

— Вы уже третий раз пытаетесь понюхать мой цветок.

Нацу виновато убрал нос от горшка.

— Он странно пахнет...

— Это лаванда.

— Теперь понятно.

— Что именно?

— Не знаю. Но звучит подозрительно.

Люси закрыла лицо ладонью. Хэппи тихо хихикал. Даже Эрза отвернулась, скрывая улыбку.

Комнаты оказались небольшими, но удивительно уютными.

Когда шум первого дня наконец стих, город за окном постепенно погрузился в вечернюю тишину. Люси открыла окно. Прохладный морской воздух наполнил комнату.

Она медленно сняла дорожную сумку. Достала блокнот. Потом… небольшую темную коробочку. Аккуратно открыла ее.

На ладони лежала авторучка. Та самая. Подарок Лаксуса. Черный корпус. Тонкие серебряные вставки. Без единого украшения. Совсем как он сам.

Она провела пальцами по гладкой поверхности. И неожиданно улыбнулась. Будто он сейчас был совсем рядом.

Тихий стук в дверь заставил ее вздрогнуть.

— Можно?

— Заходи.

Нацу заглянул внутрь. Без привычного шума. Просто сел на подоконник. Несколько секунд молчал. Потом посмотрел на ручку.

— Это он подарил?

Люси кивнула.

— На день рождения.

Нацу долго рассматривал подарок. Потом неожиданно улыбнулся.

— Хорошая.

— Правда?

— Угу. Очень на него похожа.

— Почему?

— Простая. Но видно, что надежная.

Люси тихо рассмеялась.

— Никогда бы не подумала, что услышу от тебя такое описание.

— Сам удивился.

Он немного помолчал.

За окном медленно зажигались огни вечернего Альвареса.

— Он переживает.

Люси подняла голову.

— Кто?

— Лаксус.

Она ничего не ответила.

— Когда мы уходили… — Нацу потер шею. — Он три раза переспросил маршрут. Потом спросил, сколько у нас лакрим связи. Потом попросил, чтобы ты каждый вечер выходила на связь.

Люси опустила взгляд на ручку.

— Он сказал, что это приказ?

— Нет.

— Тогда как?

Нацу усмехнулся.

— Он сказал: "Передай Люси, что если связь пропадет хотя бы на день... я сам приплыву."

Несколько секунд в комнате стояла тишина. Потом Люси тихо покачала головой.

— Это очень похоже на него.

— Ага.

Нацу поднялся.

— Только не говори ему, что я рассказал.

— Почему?

— Потому что он сделает вид, будто ничего такого не говорил.

Она снова улыбнулась.

— Сделаю вид, что не знаю.

— Вот и отлично.

Он уже собирался выйти. Но вдруг остановился у двери.

— Люси?

— М?

— Мы найдем мастера.

Она посмотрела ему в глаза. И впервые за весь день почувствовала, что действительно верит в это.

— Найдем.

Дверь тихо закрылась.

Люси еще долго сидела у окна.

Она сняла колпачок. Перо легко коснулось бумаги. Чернила ложились удивительно ровно.

Люси невольно улыбнулась.

— Значит, ты действительно выбирал долго... — Она провела большим пальцем по гладкому корпусу ручки. — Спасибо.

За морем, далеко-далеко, оставался Фиор.

И человек, который почти никогда не говорил о своих чувствах, но каким-то образом всегда находил способ дать понять, что ждет ее возвращения.