Sonic: В темпе «Вместе» (гет)

Уведомление пришло утром — на официальную почту группы, которую Салли проверяла дважды в день. Она открыла письмо, сделала глоток чая и замерла, не донеся кружку до стола. «Картель» и «Темп» — совместный концерт в «Кристалле». Дата, время, условия. Двадцать минут на разогрев у «Темпа», основная программа — у «Картеля».

Она перечитала трижды. Потом позвонила Данте.

— Ты в курсе?

— В курсе, — голос у него был усталый. — Инициатива площадки. Они хотят сделать «вечер двух стилей». «Картель» — хедлайнеры, вы — разогрев.

— Мы не разогрев. Мы «Открытие года».

— Знаю. Но «Картель» — это «Картель». У них «Лучший живой концерт», они старше, тяжелее, и билеты на них продаются быстрее. Площадка хочет гарантированный аншлаг. Вы — свежая кровь, они — проверенная мощь. Вместе — идеальный пакет.

Салли замолчала. Она понимала логику. «Картель» действительно был старше, опытнее, и их имя на афише продавало зал. Но где-то внутри всё равно заскребло.

— Я хочу обсудить это с Руж. И с владельцем площадки.

— Организуем. На сегодня?

— Да.

Вечером того же дня Салли сидела в переговорной «Кристалла» — просторной, залитой холодным белым светом. Напротив неё, закинув ногу на ногу, расположилась Руж. Владелец площадки, немолодой мужчина с усталым лицом, сидел во главе стола.

— Двадцать минут — это не разогрев, — начала Салли. — Это выход на сцену и уход. Мы не успеем разыграться.

— Разогрев не должен разыгрываться, — спокойно ответила Руж. — Он должен разогреть зал. У вас это получается.

— Мы можем взять тридцать. И закрыть блок «Green Hill», который у нас лучше всего идёт вживую.

Владелец задумался. Руж чуть склонила голову, разглядывая Салли.

— Тридцать минут, — произнесла она наконец. — И мы выходим сразу после вас, без паузы. Общий звук. Никаких техников, которые перенастраивают сцену.

— Идёт, — кивнула Салли.

Они ударили по рукам — не в переносном смысле, а вполне буквально. Владелец выдохнул.

— Значит, решено. Афиша будет готова через три дня.

Тейлз узнал о концерте от Салли, но мысли его в тот момент были заняты другим. Он стоял у дверей дома Флоресов с небольшой коробочкой в руках и пытался заставить себя нажать на звонок. В коробочке лежал старый плеер, который он починил специально для Крим — она как-то обмолвилась, что её любимый кассетник сломался, а такого же уже не найти. Он нашёл. И починил.

Дверь открыла Ванилла.

— Тео? Проходи, Крим у себя. Она как раз слушает что-то тяжёлое, так что стучи громко.

Он прошёл по коридору и замер у приоткрытой двери. Из комнаты доносился приглушённый рокот гитар — Metallica, кажется, старый альбом. Он постучал.

Музыка стихла.

— Мистер Тейлз? То есть... Тео?

— Я... тут принёс кое-что. Ты говорила, у тебя плеер сломался.

Она открыла дверь и увидела коробочку в его руках. Её глаза расширились.

— Вы... вы его починили?

— Я нашёл такой же. И починил. Он старый, но звук чистый. Я проверил.

Крим взяла плеер в руки с такой осторожностью, словно он был хрустальным. Провела пальцами по корпусу, по кнопкам, по маленькой царапине на боку — точно такой же, как на её старом.

— Тео... — прошептала она. — Это... я не знаю, что сказать.

— Ничего не говори. Просто слушай.

Она подняла на него глаза. В них стояли слёзы, но она улыбалась — той самой светлой, удивительно тёплой улыбкой, которую он запомнил с самой первой встречи.

— Спасибо. Правда.

— Пожалуйста.

Он хотел добавить что-то ещё, но слова застряли. Поэтому он просто кивнул и попятился к двери. Уже на пороге Крим окликнула его:

— Тео!

— Да?

— Приходите... приходи на чай. Завтра. Мама испечёт печенье. И я поставлю ваш трек. Не Metallica, а ваш. «Green Hill».

Он улыбнулся — не смущённо, не нервно, а просто. Искренне.

— Хорошо. Приду.

И вышел в ночь, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. Что-то, чему у него пока нет названия. Но, возможно, однажды появится.