Повелитель Тайн (джен)

Почувствовав, что с Германом Спэрроу что-то не так, Фрэнк Ли усмехнулся и добавил:

— Я собирался помочь вам и перебросить туда семена. К сожалению, так далеко я бросить не могу.

«Перебросить семена на „Чёрный Тюльпан“? В этих водах есть остаточные ауры Матери-Земли. Потусторонние вещи соответствующего домена будут мутировать и нападать на всех подряд, не отличая своих от чужих… А я тогда был на „Чёрном Тюльпане“… К счастью, ты их не бросил…» Клейн внезапно вспомнил трагическое состояние, в котором ещё недавно оказалось «Будущее», и погибшего пирата, у которого на голове вырос арбуз.

Он уже собирался коротко ответить, чтобы соответствовать образу Германа Спэрроу, когда вдруг увидел, как из теней появляется Хит Дойл, согнувшись от рвоты.

Сначала Бескровного вырвало сухими позывами, а потом у него подогнулись колени, и он упал на палубу.

Бве! Бве!

Наконец его вырвало лужей желтовато-зелёной жидкости. В ней лежал полусгнивший серовато-чёрный кусок плоти, всё ещё слегка извивавшийся.

Бве! Бве! Бве!

Хит Дойл продолжал извергать похожие вещи.

При виде этого Клейн, помимо отвращения, испытал сильное облегчение. Он изначально боялся, что Епископ Розы Хит Дойл заразился из-за того, что ел всё подряд. Но, судя по всему, тот, скорее всего, изолировал съеденное и по-настоящему его не переваривал.

«Как и ожидалось от Епископа Розы, который не сошёл с ума…» Клейн безмолвно заметил с чувством.

Он уже собирался отвести взгляд от рвоты, когда в голове внезапно мелькнула мысль.

«Ползучий Голод уже активирован. Его нужно „покормить“ один раз в течение дня. А посторонних здесь нет. Подходящих отбросов тоже… Погибший пират не подойдёт. Хотя его товарищи, возможно, не придали бы большого значения телу, Ползучий Голод пожирает душу…

Интересно, эти куски плоти можно считать „пищей“? По крайней мере, в них огромное количество жизненной силы. Это же труп, подвергшийся влиянию ауры Матери-Земли…»

С этими мыслями Клейн сделал два шага вперёд и подошёл к Хиту Дойлу.

Он не мог заставить себя смотреть на лужу рвоты и инстинктивно отвёл взгляд за борт, к величественному морю, отражавшему солнечный свет.

Затем он протянул левую руку к куску серовато-чёрной плоти.

Ползучий Голод не отреагировал и не раскрыл рот.

«Похоже, он не хочет это есть… Пока что остаётся едва-едва использовать его против скрытых опасностей. Если к концу дня я так и не найду подходящую пищу, заброшу его над Серым Туманом…» Клейн беспомощно отвёл руку и поднял взгляд к капитанской каюте.

Золотая брошь на груди Каттлеи снова расцвела светом, материализовав Солнечного призрака, который очистил куски серовато-чёрной плоти, исторгнутые Хитом Дойлом.

Выражение лица Пиратского Адмирала, казалось, не изменилось. Она лишь выглядела немного уставшей, а фиолетовый оттенок в её глазах становился всё заметнее.

Убедившись, что корабль снова отправился в путь, Клейн не стал задерживаться и собрался вернуться в комнату, чтобы сменить промокшую одежду.

Андерсон бросил на него взгляд и с любопытством открыл рот.

— Замолчи! — сказал Клейн раньше него.

Из-за недавних событий он потерял Запонку Мурлока, поэтому человек, поражённый невезением, всё больше резал ему глаз. Клейн был уже близок к тому, чтобы определить его как пищу для Ползучего Голода.

— …Хорошо. — Андерсон поднял руки. — Буду просто молча пить.

Клейн проигнорировал его, вошёл в надстройку и вернулся в свою комнату.

В ванной он взял амулет сотворения чистой воды и активировал его словами на древнем Гермесе. Когда ванна наполнилась чистой водой, он снял всю одежду и погрузился внутрь.

Ледяное ощущение и тёплый солнечный свет заметно успокоили его. Он взял принесённые с письменного стола перо и бумагу и записал утверждение для гадания:

«Местонахождение Запонки Мурлока».

Повторив его семь раз, Клейн полностью откинулся назад, используя край ванны как подушку, и вошёл в сон.

Среди сероватой размытости и разрозненного иллюзорного мира он увидел зомби, гнившего в нескольких местах прямо на палубе. Синяя Запонка Мурлока застряла в плоти слева на его пояснице.

За пределами палубы была кромешная тьма. Невозможно было определить, где находится корабль.

«Она действительно на „Чёрном Тюльпане“…» Клейн открыл глаза и пришёл к выводу.

«Надеюсь, Адмирал Ада её не обнаружит. Тогда я смогу использовать запонку, чтобы привязаться к местоположению „Чёрного Тюльпана“…

Но даже если он её найдёт, проблема не такая уж большая. Пока Людвелл не выбросит запонку и не пройдёт слишком много времени, я смогу определить местонахождение его корабля. Правда, гадать придётся над Серым Туманом, а не в реальном мире.

Ещё мне нужно позже провести помеху гаданию, чтобы Адмирал Ада не смог через запонку навести на меня гадание или даже проклятие.»

«Это кольцо и правда похоже на предмет, оставленный древней Смертью. Да, стоит написать мистеру Азику и сообщить ему об этом.» Клейн быстро ополоснулся и вышел из ванны.

Насухо вытершись, он переоделся в прежний костюм лоэнского джентльмена. Сначала он поправил снаряжение и постирал одежду, затем развернул лист бумаги и достал медный свисток Азика.

Стоя у письменного стола и глядя на лежащие на нём предметы, Клейн замешкался, протянув правую руку.

Свет в его глазах дрогнул. Затем он убрал медный свисток Азика и положил его в маленькую металлическую коробочку, после чего изолировал его ауру стеной духовности.

Он планировал призвать посланника только после того, как покинет эти воды и «Будущее».

«В этот раз я понёс довольно большой убыток. К счастью, зелье Безликого уже полностью переварено. Теперь остаётся только ждать появления русалок…

Да… Реальное положение на этом поле битвы богов отличается от того, что я себе представлял. Здесь действительно есть аура Матери-Земли…

Она должна была остаться здесь позже. Иначе невозможно представить, что божество не может контролировать „Свою“ собственную ауру.

Ни один из восьми древних богов Второй Эпохи не владел властью домена Земли…

Среди „Их“ подчинённых „богов“ есть подозреваемые: например, Королева Великанов, Богиня Урожая Омебелла, или Богиня Жизни, подчинённая Прародительнице Сангвинов Лилит.

Это битва с участием подчинённых „богов“, или же она действительно не относится ко Второй Эпохе?» Клейн слишком мало знал о поле битвы богов, поэтому мог только гадать и строить смелые предположения.

Он снова сосредоточился, начал вырезать бумажные фигурки и нарисовал на них символ сокрытия и изменения Шута.

Хлоп!

Клейн поднял бумажную фигурку и встряхнул её.

Из ниоткуда появилось пламя, и бумажная фигурка сгорела дотла.

Так он в определённой степени мог добиться нужного эффекта. Если бы ему потребовалась защита получше, пришлось бы подняться над Серым Туманом и ответить самому себе. Он мог использовать Карту Чёрного Императора, чтобы задействовать силу таинственного пространства, а также Бумажного Ангела для защиты.

Под защитой медного свистка Азика и бумажного журавлика Уилла Осептина, мешавших слежке подозрительного существа, Клейн вернулся в ванную и методично завершил всё необходимое.

Прибравшись в комнате, он надел Ползучий Голод и Трут и медленно вышел на палубу, готовясь внимательно наблюдать за окрестностями, чтобы не пропустить никаких признаков русалок.

Едва он покинул каюту, как увидел сидящего Андерсона Худа, прислонившегося к деревянной бочке с алкоголем. У того было мрачное выражение лица, а аура была сдержанной, словно он о чём-то размышлял или предавался меланхолии.

«Он и правда сдержал обещание и молча пьёт?» — пробормотал про себя Клейн, проходя мимо Андерсона.

Андерсон медленно поднял голову и спросил, будто в полузабытьи:

— Со здешним алкоголем что-то не так?

Клейн опешил, а затем серьёзно ответил:

— Да.

— …

Андерсон лишился слов.

«Этот тип настолько невезуч, что его Потусторонние способности даже не позволили ему распознать проблему с алкоголем?» Уголки губ Клейна дрогнули, и он продолжил идти вперёд.

На палубе многие моряки собрались вместе и смотрели, как Нина берёт на себя обязанности священника Повелителя Штормов. Она проводила поминальную службу по недавно погибшему пирату.

После простой молитвы Нина огляделась и сказала:

— Ривер хотел, чтобы после смерти его похоронили на горе у портового городка, где он родился. Там самый красивый закат.

— Он хотел, чтобы его кремировали, чтобы после смерти его не тревожили.

— Святой Повелитель Штормов, даруй ему вечный покой.

Многие моряки верили в Повелителя Штормов и ударили правыми кулаками себя в левую грудь.

Клейн не подходил и молча наблюдал за этой сценой издалека.

Когда поминальная служба закончилась, тело пирата Ривера с помощью свитка обратилось в пепел. Клейн безмолвно вздохнул и мысленно очертил багровую луну.

Остаток дня солнечный свет оставался ярким, и полдень продолжался. «Будущее» обогнуло несколько руин и углубилось в эти воды.

В какой-то момент Андерсон восстановился и оказался рядом с Клейном.

Он бросил на него взгляд и указал на погружённые впереди здания.

— Если пройти эти руины, а потом повернуть налево и пройти около десяти морских миль, появится шанс встретить русалок.

«Наконец-то…» Клейн уже собирался ответить, когда небо внезапно потемнело, а солнечный свет исчез.

Снова наступила ночь.

Не говоря ни слова, он вернулся в комнату и лёг в постель.

Вскоре он обнаружил, что проснулся во сне. Перед ним стояли чистые окна от пола до потолка, аккуратно расставленные столы и стулья, а также книжные полки, заполненные книгами.

Он вернулся туда, где в прошлый раз покинул сон. Он снова оказался в библиотеке.

Закатный свет падал внутрь, покрывая каждый предмет тонким слоем золота. Клейн в замешательстве прошёл вперёд и подошёл к книжной полке, которую просматривал раньше.

Как и ожидалось, он увидел «Книгу чар» и другие книги по мистицизму.

Клейн собирался снова достать эту книгу и быстро её пролистать, когда его взгляд вдруг скользнул по полке напротив. Там он увидел книгу в чёрной обложке с названием: «Тетрадь Розеля 3»!

«Дневник императора? Целый дневник?» Клейн подсознательно хотел протянуть руку.

В этот момент в его голове разом промелькнули та пара таинственных глаз, что наблюдала за палубой и за ним, человек, открывший дверь в глубине зала с фресками, о котором говорил Андерсон Худ, и то, как самого Клейна ненормально перемещало во сне.

Клейн отвёл взгляд и снова достал «Книгу чар».

Он подошёл к длинному столу, сел и начал быстро её просматривать.

Внезапно он услышал шаги, приближающиеся из глубины библиотеки.

Клейн мгновенно напрягся и медленно поднял голову.

Первым, что он увидел, была пара чёрных кожаных сапог.