Восхождение Тёмной Звезды / Dark Star Rising (джен)

Глава 8.3

Проход через портал состоялся не сразу. Вся Новая Волна и моя свита собрались вместе, и мы прошли все разом. Все это время я чувствовала себя выброшенной из жизни, пытаясь осмыслить внезапный крен от приглашения Эми на свидание до встречи, посвящённой концу света.

Отложить в сторону все личные переживания было трудно, но я сделала всё возможное, пока всех нас собирали и успокаивали. К тому моменту, как мы шагнули внутрь, я чувствовала себя почти нормально; нервы больше не визжали, а сердце не пыталось вырваться из груди. Я сочла это победой.

То, что со мной отправилось так много людей — мы собрали большинство моих телохранителей, даже тех, кого не было на месте — также указывало на то, насколько серьёзно Котёл подходит к делу. Но лучше всего об этом говорило то, что мы увидели, переступив порог. Вместо маленькой переговорной, как в прошлый раз, нас ждала огромная аудитория, похожая на макет зала заседаний ООН. Сотни мест в полуразделённых секторах поднимались ярусами, чтобы все могли видеть выступающего в центре.

«Найдите себе место и садитесь», — сказала Александрия, прежде чем развернуться и уйти через другой портал.

«Немного резко», — пробурчала Вики. «Что ж, посмотрим, что тут у нас». Было интересно видеть, как она делает шаг вперёд раньше любого из взрослых.

Аудитория была заполнена меньше чем наполовину, но чёткие группировки уже сформировались. Самая большая — Протекторат, состоящий как минимум из сорока кейпов. Оружейник со своей алебардой сидел в стороне и что-то бормотал в рацию. Мне было интересно, ловит ли он сигнал, или это что-то иное, пока я не заметила целый костюм Дракона, восседающий на самом верху.

Шевалье виднелся впереди, его рыцарские доспехи и гигантский меч-пушка позволяли ему выделяться больше большинства. Рядом с ним была Мисс Ополчение, наблюдая за всем, что только можно. Она не преминула заметить меня, когда я входила, несмотря на такую большую группу. А может, как раз из-за неё.

Её глаза расширились, и она поднялась, чтобы подойти, что-то шепнув на ухо Шевалье на прощание. Пока она шла, я огляделась, чтобы увидеть, кто ещё здесь. Я не многих узнавала, но Брандиш сердито прошептала: «Это Баланс».

Я с недоумением посмотрела на Вики, и та пояснила: «Бостонский злодей. Известен своим педантизмом и помешательством на совершенстве и манерах, я слышала, он однажды убил подручного за то, что тот кашлянул не вовремя. Видишь женщину в жёлтом платье? Это Цитрин, его правая рука. Она может манипулировать пространством и менять его под свои нужды. Возможно, даже тебе противостоять».

Я окинула группу взглядом и отметила, как хорошо они все одеты. Цитрин была хороша, да, но мужчины вокруг неё были идеально ухожены, и требовалось усилие воли, чтобы не пялиться. Сам Баланс был невысоким мужчиной, столь же безупречно одетым в костюм, с очень изысканной маской, идеально подогнанной к его лицу. Своей силой я могла даже разглядеть, как маска в жутковатой точности отражала его выражения. И это даже не было творением технаря, просто невероятно качественная работа.

«Кажется, это Элита», — сказала Вики, слегка дёрнув глазом, чтобы я посмотрела.

О них слышала даже я. Они были крупнейшей организованной преступной группировкой в США, а возможно, и в мире. Хотя их территория и не покрывала всю страну, большую часть обоих побережий — точно. Они были довольно хорошо одеты, но не на том уровне, что подчинённые Баланса. Зато их было больше, намного больше. Они были самой крупной отдельной группой после Протектората.

Ашфорд наклонилась и прошептала так тихо, что мне пришлось сосредоточиться, чтобы услышать: «Будь осторожна. Многие заметили твой вход».

Она встала и встала на охрану позади меня, чуть левее. Вместе с Новой Волной и более чем половиной моей свиты мы образовали вторую по величине группу, даже больше, чем та, что была у Элиты.

Мисс Ополчение подошла к нам, когда мы закончили осматриваться, и сказала: «Горизонт Событий, я хотела пригласить вас присоединиться к Протекторату, место рядом с нами свободно». Это было шокирующе формально, почти подобострастно, а не по-дружески. Очевидно, происходила какая-то политика за гранью моего понимания, но я решила, что можно и подыграть.

«Благодарю, Мисс Ополчение. Я с радостью присоединюсь к Протекторату».

Я увидела, как она улыбнулась своим обычным дружелюбным образом, бандана скрывала выражение лица, но оно не достигало глаз. Было почти впечатляюще, какой контроль над собой она сохраняла, пока вела нас обратно к местам. Я заметила, что несколько человек из разных групп не спускают с нас глаз.

В итоге я оказалась в середине всей группы. Ашфорд справа, Вики слева, а Эми — слева от неё. Я старалась не придавать этому большого значения, чувствуя, что хочу быть рядом с ней, но и буду благодарна, что не буду отвлекаться.

Остальная часть Новой Волны уселась перед нами, а мои телохранители заняли тыл. Пока мы устраивались, я заметила, как Энтропия вошла в мой радиус действия с открытием портала. Александрия провела её внутрь, и та мгновенно наметила меня. Игнорируя Протекторат и несколько Стражей, присутствовавших на собрании, она направилась ко мне с взмахом руки и улыбкой.

Её остановили у входа в ряд, но улыбка не слетела с её лица, когда она сказала: «Эй, это место позади тебя занято?»

Оно очевидно было занято, но мне почудилось, что её проницательность может помочь с тем, что должно было случиться.

«Ты будешь себя хорошо вести?» — спросила я.

«Нет», — сказала Вики, закатив глаза.

«Да», — ответила Энтропия с той же улыбкой, которая не обманула бы и слепого, что она лжёт.

Я приподняла её и перенесла через головы сидящих, ряд охранников уже сместился на одно место. «Я вышвырну тебя, если выкинешь что-то».

«Не волнуйся, подружка», — она кивнула в сторону Вики и Эми. «Подружки моей подружки. Рада видеть вас, девчата, снова».

Было впечатляюще, как она могла быть такой дружелюбной и открытой, и при этом так явно стёбной сукой. Всё было в тоне.

Она подняла руки, прежде чем я успела что-либо сказать или сделать. «Мне нужно было это сказать, иначе ты бы мне не поверила. Я буду паинькой».

«Знаешь», — сказала Вики, — «именно такое поведение и навлекло на тебя Девятку».

«И тем не менее, кто всё ещё на ногах?»

Голова Ашфорд дёрнулась совсем чуть-чуть, и Энтропия нервно хихикнула. «Ну, вы знаете, с чьей помощью».

Прежде чем мы могли углубиться в разборки, Триумвират вышел из портала в центре аудитории, и Александрия произнесла голосом, разнёсшимся по залу: «Всем, прошу вашего безраздельного внимания, мы начинаем».

Зал затих, ещё не успела она закончить фразу. От приглушённого гула до мёртвой тишины.

«Благодарю. Не сомневаюсь, вы все догадываетесь, зачем мы собрали вас здесь, но я хочу изложить детали».

Она сделала небольшую паузу, чтобы окинуть взглядом толпу.

«Сын стал нестабилен за последние несколько месяцев, и на прошлой неделе, когда он возобновил активность, он начал представлять опасность для тех, кого удостаивает спасением».

Было впечатляюще наблюдать, как она принижает Сына своими словами и тоном. Используя его поведение как базис, чтобы очернить его, прежде чем вообще упомянуть, кем он является на самом деле.

«Сегодня днём он пересёк черту, убив кого-то, спасая других. Это было намеренно, и у нас есть основания полагать, что это только начало».

«И с какой стати нас это должно волновать?» — крикнул кто-то из группы Элиты. Он был одним из четырёх в первом ряду, одет в хороший костюм, но с дикими волосами и маской, похожей на лицо из древнегреческой трагедии.

«Гребанный Ублюдочный Сын», — пробормотала Вики мне. «Чудовище, один из их лидеров». Я не была уверена, было ли «Гребанный» частью его имени, но предположила, что нет.

Если Александрия была смущена перебиванием, она не подала вида, просто повернувшись к нему и ответив: «Потому что Сын — не локальная угроза, и это не разовая акция. В ближайшие дни он будет становиться всё более одержимым убийством. Мы ожидаем, что он начнёт уничтожать города через неделю-две. После этого — континенты».

Прежде чем Ублюдочный Сын или кто-либо ещё успел ответить, Доктор Мама вышла из портала и сказала: «Сын — не человек, и он здесь, чтобы убить нас всех». Александрия мастерски показала свою подчинённость ей лёгким кивком головы и отступила на несколько шагов. Это мгновенно придало авторитета тому, о ком никто из присутствующих не знал.

«Ох, блядь», — выдохнула Энтропия. Она ткнула меня в спину и наклонилась вперёд. «Ты знала!» Она глянула на Вики, которая уже смотрела на неё. «И ты тоже знала! Какого хуя, я хочу знать!»

Она была не единственной, кто вышел из себя. Это заявление взбесило всех. Крики злодеев и героев, требующих ответов, отрицающих услышанное, и всё что между. Александрия позволила этому продолжаться несколько минут, но шум не стихал, и она один раз хлопнула в ладоши. Должно быть, это было усилено силой, возможно, Эйдолона, поскольку хлопок отозвался достаточно громко, чтобы было больно, и привлёк всеобщее внимание.

Доктор Мама кивнула в знак благодарности и начала краткий обзор того, кем и чем является Сын и чего он хочет. Это было одновременно и более, и менее углублённо, чем то, что Котёл обсуждал со мной. Меньше её личной истории и больше того, что он, как ожидается, способен делать. А именно — практически всё, что мы можем себе представить.

На протяжении всего объяснения Энтропия тихо ругалась себе под нос.

Когда Доктор Мама закончила, Александрия снова вышла вперёд. «Теперь, когда это прояснилось, я хочу поговорить о конкретике. Во-первых, перемирие против Губителей теперь в силе. Передайте своим бандам, передайте конкурирующим бандам, расскажите всем, кого знаете в наших кругах: с этого момента всё прекращается. Никаких ограблений, никаких рэктов, никаких убийств, абсолютно ничего, пока либо Сын не будет мёртв, либо мы».

«Почему нас не поставили в известность?» — спросил Шевалье, явно оскорблённый. Это было не слишком удивительно, учитывая, что люди, которым он доверял больше всего, всё это время лгали.

«Потому что в этом не было необходимости. Мы работали в тайне, чтобы не дать Сыну решить слишком рано закончить то, ради чего он здесь. Он — источник всех сил, и поэтому мы считали лучшим свести осведомлённость к минимуму. Теперь это время прошло, и мы знакомим всех с положением дел».

«Всё это мило, но что мы с этого будем иметь?» — снова спросил Ублюдочный Сын своим самодовольным тоном. Он действовал мне на нервы так, как у Энтропии просто не получалось.

«Жизнь кажется неплохим вариантом», — сказала Изморозь. Она яростно сверлила его взглядом.

«Довольно!» — крикнула Александрия, прежде чем кто-либо успел перейти к физическим действиям. Ублюдочный Сын уже наполовину поднялся с места.

«Во-вторых, вы не обязаны сражаться в этой войне. Более того, большинство из вас — мёртвый груз, Ублюдочный Сын».

Это заставило его полностью подняться и закричать, но звука не было. Я предположила, что та же способность, что сделала хлопок громким, отключила его голос.

«Мы будем связываться с людьми по мере необходимости для участия в битве. Если вы желаете присоединиться, вы, конечно, можете вызваться добровольцами. Сообщите всем, кого знаете и кто, возможно, захочет, что они тоже могут это сделать. Мы попытаемся нанести всеобщий удар через два дня, и мы бросим на него всё, что сможем».

«Святое дерьмо», — прошептала Энтропия с благоговением. «Она говорит об использовании Бегемота в качестве оружия». Она издала недоверчивый смешок. «Вы собираетесь использовать Убийцу Героев в качестве боеприпаса, чтобы убить величайшего героя». Её смех стал немного истеричным.

Это было одним из основных видов оружия, о которых я говорила с Александрией. Главной проблемой был поиск способа использовать его, не уничтожив всю жизнь на Земле. Или саму Землю, если уж на то пошло.

Ублюдочный Сын успокоился, насколько это было возможно, и снова сел, скрестив руки. Я всё ещё могла разглядеть ярость, написанную на его лице, через свою силу.

Баланс поднял один палец, и Александрия кивнула ему. «Предлагаю свои услуги».

«Благодарю. Кто-нибудь ещё желает вызваться добровольцем прямо сейчас?»

Я мгновенно встала, но меня всё равно опередили Шевалье и Мисс Ополчение. Новая Волна поднялась со мной, хотя Эми была рассеяна и медлила. Она даже сделала движение, словно собираясь отступить, прежде чем осознала, что мы не уходим, и осталась на месте.

Остальная часть Протектората тоже встала, среди них Батарея и Наручник. Большинство Элиты остались сидеть, как и многие другие группы.

Три женщины вышли из теней с верхних ярусов. Они были совершенно белыми — кожа, волосы и платья — за исключением рубиновых губ на их масках, каждая с разным выражением.

«Конечно, Три Богохульницы здесь», — сказала Энтропия, закатив глаза. «Почему бы и нет. Какие ещё угрозы Класса-S просто присоединятся к нам?»

Она огляделась, словно ожидая ответа, но вселенная отказала ей.

«Хорошо», — сказала Александрия, после того как все, кто хотел, поднялись. «Встречайтесь в любом отделении СКП или Протектората, как при сборе на Губителя, и мы вас транспортируем».

Легенда выплыл вперёд, поднявшись достаточно высоко, чтобы оказаться примерно на середине высоты сидений. «Я хочу поблагодарить всех, кто вызвался добровольцем на эту суровую миссию». Его голос нёс теплоту, которой не хватало Александрии. Даже эти немногие сказанные слова заставили меня выпрямиться. «Это будет непохоже на любую битву до этого, даже Губители не идут в сравнение с Сыном. Я не знаю, что нас ждёт, но я и горд присоединиться к вам в этом, и польщён, что мы будем не одни».

Он окинул взглядом всех стоящих, и даже тех, кто сидел, с тёплой улыбкой. «Это будет величайшая битва в нашей жизни. Без сомнения, у Сына есть силы, никогда не проявлявшиеся, но мы одолеем, какой бы ни была цена. Поступить иначе — значит подвести всё человечество. Увидимся на поле боя».

Никто не аплодировал и не ликовал, но несколько человек по всему залу поднялись. Легенда отплыл назад, и вперёд выступил Эйдолон.

«Постарайтесь не умирать».

И затем отступил.

«Великолепная речь», — пробормотала Вики. Я легонько толкнула её, но она просто толкнула меня в ответ.

Александрия восприняла краткие слова Эйдолона со свойственной ей выдержкой, заняв его место в центре. «Это всё, что мы можем сказать тем, кто не присоединится к сражению. Выходите, проводник вернёт вас на Землю-Бет».

Это вызвало разговоры, но людям не оставили выбора, кроме как подняться и уйти. Когда зал опустел от не-бойцов, воцарилась почти что тишина. Давившая тяжесть, незнакомая мне, но, похоже, знакомая многим членам Протектората.

Мне стало интересно, так ли другие люди чувствуют себя перед битвами с Губителями, и я осознала, что это первый раз, когда я вступаю в бой, зная, что мой противник сильнее меня. Мне это чувство категорически не понравилось.

Александрия позволила моменту повиснуть ровно до того, как снова началось движение. «Вы не единственные, кто будет там, лишь лидеры. Мы пускаем в ход все одолжения, все долги и все запасы нашей военной казны, чтобы обеспечить присутствие на поле боя как можно большего числа кейпов. Вы не сможете ими командовать, так что вам придётся вести за собой личным примером. Стойте твёрдо, но сражайтесь с умом».

Она взглянула на меня. «Горизонт Событий будет нашим первоначальным ударом, а мы атакуем после неё». Её глаза сместились на долю градуса. «Энтропия, если ты считаешь, что можешь вести себя прилично, я хотела бы, чтобы ты работала с Балансом, который, я уверена, согласится разрабатывать стратегии на основе списка кейпов».

«Разумеется», — сказал он.

«Да, мэм», — сказала она, и это даже прозвучало искренне. Я не была уверена, не был ли и это сарказм, до того чистым был её тон. Предположила, что да.

«С тобой всё будет в порядке?» — тихо спросила я, после того как Александрия перешла к другим.

«Вероятно». Она сделала легкий взмах рукой, словно отмахиваясь от моих забот. «Я позабочусь о том, чтобы не упоминать его рост или прочие многочисленные недостатки».

«Рост — не недостаток», — сказала Вики.

«Говорит самая высокая девушка в городе».

Вики потянулась и ткнула в неё. «Это не аргумент».

Они продолжили препираться, пока Александрия заканчивала с комментариями и предложениями для отдельных лиц.

«Я понимаю, что вопросов много, а времени на ответы мало. Самый главный — можно ли было сделать это иначе. Ответ — определённо да, но лучше? Не думаю, но это можно будет решить после. Выбросьте это из голов и сосредоточьтесь на том, что грядёт. Битва, которая положит конец всем битвам. Идите домой, отдохните и возвращайтесь готовыми убить бога».

После этого было нечего добавить. Группы стали подниматься и расходиться, одни — в оцепенении, другие — сосредоточенные, или вызывающие, или испуганные. Несколько лидеров Протектората, похоже, хотели поговорить с Триумвиратом.

«Ну, это был полный пиздец», — сказала Энтропия, поднимаясь и потягиваясь. «А теперь я возвращаюсь к своим корням». Она легонько ткнула меня. «Навряд ли ты будешь душкой и спустишь меня рядом с группой Баланса?»

Я решила спустить это ей с рук, учитывая день, и согласилась. «Спасибо, что встала с нами. Ты могла не делать этого».

«Проклятие знания большего, чем следует, я знаю, насколько плохо всё будет, и я не хочу умирать, не попытавшись выжить. Так что позволь мне пойти на поклон к маньяку и его культу, и я дам тебе знать, что мы придумали». Она легко вздохнула. «И кто знает, может, тот выстрел Бегемотом окажется той самой золотой пулей, что быстро всё закончит. Хах! Пусть ваша Удача сама охуеет от вашего спеха!»

Вики содрогнулась. «Блядь, это мрачно. Я знала, что это приближается, но это не ощущается реальным». Она наклонилась вперёд. «Эй, мам, мы будем на передовой?»

«Мы поговорим, когда вернёмся домой». Та была немногословна, но не злая. «Нам нужно принять решение как команде».

Я подумала, что это лучшее, на что я могла надеяться. Я всё ещё не была уверена, хочу ли я видеть их рядом с собой или в безопасности, подальше от битвы. Я не знала, как отреагирую, если Вики погибнет там со мной, но я бы чувствовала себя в большей безопасности с ней, чем без неё. Я сохранила молчание и не вмешивалась, не желая влиять на их решение.

Я взглянула на центр, где Триумвират теперь осаждали, медленно отвечая на вопросы и успокаивая опасения. «Мне нечего у них спрашивать, а тебе?»

«Нет», — сказала Леди Фотон. «Не думаю. Как сказала Кэрол, нам нужно обсудить это. Наедине».

«Конечно». Было понятно, что она не хотела бы моего присутствия при этом. Вероятно, по множеству причин, не последняя из которых — ощущение, что это я втянула их семью в это, даже если это было не совсем так.

Мы разошлись с объятиями от Вики и Эми. И если её объятие было немного более неловким и напряжённым, чем обычно, никто ничего не сказал. Я отправилась домой через портал прямо в гостиную, до смерти напугав папу, который прилип к новостям и любым обновлениям о Сыне.

«Привет, пап», — сказала я, пока он приходил в себя от шока. Комната медленно заполнилась моей свитой. «Нам нужно поговорить».