Быть человеком-2 (гет)

— Девять километров! — услышала я сердитый голос Бьорна, пока бегала мимо спальни по коридору, снося к выходу весь копально-срезальный инвентарь, какой находился в здании. Многие сейчас были заняты тем же. С сигнальной надписью нужно было успеть до утра. — И стемнело уже совсем. Хассы вылезли наверняка. А ты с одним кибером…

— И с двумя бластерами! — хорохорился в ответ Тед. — И ещё двумя запасками, спасибо.

— Подожди хоть до утра, там, может, и полиция как раз подтянется! — увещевал рудокоп, обращаясь исключительно к Теду, как будто киборга рядом и не было. Для него, впрочем, дело обстояло именно так.

— До утра нашему кэпу может не поздоровиться, — Тед зазвучал непривычно серьезно. — Он бы, если бы мы встряли, медлить не стал.

Разобрав про капитана, я так и застыла у порога с тремя секаторами и упаковкой перчаток в обнимку. Тед был занят разговором и на меня не смотрел, Дэн — тоже, но это как раз ничего не значило. Но уже понятно, что они снова собираются на дело (как тогда, с галозином) и снова без меня. Ну уж это дудки. Я его только нашла (и плевать, что по факту нашел меня он, пройдя хрен знает сколько километров по местным джунглям) и опять расставаться была абсолютно не намерена. С ландшафтным дизайном полсотни человек справятся и без меня.

Я, стараясь не отсвечивать — в бывшей спальне постоянно кто-то сновал — сложила инвентарь у двери и проверила под робой бластер. У меня так и не забрали его после моего дежурства. Может, забыли, а может — решили, что хрупкой девчонке с оружием будет спокойнее. Девчонке — было. Вот только запасную обойму попросить, как Тед, не удастся — уж если его Бьорн отговаривает, так меня просто никуда не пустит. Но рабства с меня уже хватило.

Дальше рудокоп предсказуемо начал чихвостить Дэна — и как ненадежную «шестерку», и просто как киборга, по-прежнему обращаясь только к Теду. Тед бурлил, Дэн молчал, и Бьорн в конце концов сдался. Хоть и очень кисло, но пожелал удачи, и парни потянулись на выход, а я, полминутки выждав и осмотревшись — никому до меня нет дела — тишком кинулась за ними.

Догнала у самого выхода к полю — шли они быстро. Один Дэн шел бы ещё быстрее, но хватит, находился он уже один. Да и всё равно с ним уже идет Тед — а уж от него я как-нибудь не отстану.

Ещё до того, как я запыхтела им в спину, Дэн вытянул перед грудью Теда руку, как бы придерживая его. Тед остановился, воззрился на неожиданное препятствие, а уже потом услышал мои шаги. Скрываться я и не собиралась.

— Уже уходите, даже чаю не попьете? — невинными глазами окинула обоих парней я, поравнявшись.

— Нелька, мы спешим, — чуточку ворчливо начал Тед. Дэн молчал, как мне показалось, несколько обреченно.

— Ага, я знаю, — кивнула я и первая зашагала по дороге к базе, тянувшейся вдоль леса.

Оглянулась, увидела, что Дэн двинулся тоже, а пилот всё ещё недовольно стоит.

— Так не тормози тогда! — окрикнула его я.

Тед нагнал нас, начал доказывать, что дело это — опасное и хорошим девочкам нужно сидеть на плантации и стричь кусты. Я ответила ему в том же духе, сославшись, что хорошие мальчики за стрижку не тех кустов не попадают на «двушечку».

Тед кипятился, в итоге воззвал к киборгу как к последнему аргументу. Он что, теперь будет думать, что сможет на меня влиять через Дэна?!

Дэн, за время нашей перепалки не сказавший ни слова, сейчас только посмотрел вперед на дорогу — по ней скакнули два красных отсвета — и выдал:

— Нелли так решила.

— Да что она будет там делать?! — возмутился Тед.

— А ты? — не оборачиваясь, спросил киборг.

— Я-то!.. — напыжился было пилот, кладя руку на бластер, но я его перебила:

— Стреляю я лучше тебя!

— А в остальном, — не опроверг мои слова киборг, что я сочла за комплимент, — разница между вами как между XY- и XX- особью в плане прочности составляет считанные проценты.

Тед заткнулся, поняв, что Дэн сейчас о том, что в защите, с его точки зрения, мы нуждаемся примерно одинаково. Я показала XY-особи язык и, нагнав Дэна, пристроилась справа. Тед, эмоционально махнув рукой, поравнялся слева, заняв таким образом всю ширину дороги.

— Всё равно на плантации было бы безопаснее… — уже сдаваясь, проворчал он.

— Не факт, — просто сказал Дэн, и я зябко передернула плечами.

Если бунтовщиков накроют раньше, чем прилетит Роджер, то самым безопасным будет не барак, а место за спиной боевого DEX’а, и Дэн наверняка всё это уже просчитал, сначала не торопясь выходить за территорию, а потом рукой, как шлагбаумом остановив Теда. Мамой клянусь, мои маневры вдоль стеночек не ускользнули от его внимания ещё там, в спальной, пока Бьорн песочил его почем зря. Он понял, что я собралась с ними. И — не воспрепятствовал. Оставалось только надеяться, что я не сплохую и ему не придется жалеть об этом.

* * *

Дэн шел по темной узкой дороге, по обеим сторонам которой вздымались мрачные лесные стены. Для него они не были стенами — инфракрасное зрение раскладывало темноту на множество холодных и теплых пятен. Красные блики от его глаз танцевали впереди на мокрых камнях и лужах, и он старался не поворачиваться лишний раз ни вправо, ни влево, демонстрируя их людям по бокам от себя.

Нелли справа дразнила Теда, Тед в шутку огрызался, и оба они шли по этой ночной дороге рядом с ним. От этого становилось тепло и страшно одновременно. Страшно — не предотвратить, случись что. Тепло — прямо сейчас, не прописанное ни в одной программе.

Он шел не один.

* * *

Предназначенная для «Сверчка», дорога вполне вмещала нас троих «цепью», но Дэн спустя короткое время всё-таки как-то само собой выступил на шаг-другой вперед, образовав авангард. Мы с Тедом позади сомкнули ряды.

— Ты это, — слегка смущенно перешла от подколок к просьбе я. Отпираться после того, как он видел нашу бурную встречу, было бы нелепо, но зад прикрыть не помешало б. — Ты только Стас Федотычу не говори… ну, про нас, — я мотнула челкой на скользящую впереди тень.

— Что я, дурак совсем?! — искренне возмутился Тед и замолк. В воздухе повисло никем не договоренное «если будет кому вообще говорить или не говорить».

— Там всё так плохо? — рискнула уточнить я.

— Рыжий считает, что да. А кому и знать эту сволочь, как не ему.

Это да. Тут не поспоришь.

Запасливый Тед расчехлил фонарик и пустил перед собой расходящийся лучик. У меня такой роскоши не было (слишком спешила догнать), поэтому я шла поближе к пилоту, присоседившись к его свету. Колдобины, выбитые гусеницами, затянуло водой, под ногами чавкало и плюхало, видимость, несмотря на фонарь, была аховая, так что мы то и дело попадали в лужи, скользили и спотыкались.

Когда я провалилась ногой в выбоину по щиколотку — не то чтобы тихо и ещё и чертыхнувшись, то готова уже была целовать землю, но почувствовала, что меня вздернули вверх за локоть. Первая мысль была — Тед, но он шел со стороны другого локтя.

— Осторожнее, — по мне скользнули красные отблески, локоть оказался на свободе раньше, чем я вообще сообразила, что происходит.

Как в октябре, у песочницы, даже ещё быстрее — сейчас я даже не заметила, как он оказался рядом.

Кажется, Дэн хотел взять меня на буксир, то есть за руку, чтоб предотвратить рецидивы, но тут Тед сдавленно гыгыкнул сбоку:

— Я ж говорил — вампир. А ты «эльфы, эльфы»!..

Эльф был уже совершенно не темным, а просто грязным. Впрочем, в темноте и того не видно, а мы — не сильно лучше.

— Так получается быстрее передвигаться, — Дэн отступил от меня и снова вышел вперед. — В виду базы деактивирую.

— Жаль, что целиком не умеешь светиться, как наша лиса, — не унимался Тед. — А то б зачетная психическая атака вышла.

Рискуя снова ухнуть в очередную лужу, я засадила локоть пилоту в бок. Тот, что с его стороны. Дэн «психическую атаку» комментировать не стал. Напряжение, слегка разбавленное моим появлением, снова сгустилось.

— Дэнь, — окликнула я, но красные глаза не повернулись снова. — Если ты из-за Бьорна, то он ведь не со зла. Он просто натерпелся и…

Натерпелся — в том числе от киборгов, да. Но договорить это я не договорила, просто сползла на нет в своей попытке.

— Я понимаю, — ровно откликнулся Дэн.

— Если б ты с ним заобщался поближе, он бы перестал на тебя гнать, — вклинился и Тед. — А то, глядишь, и подружились бы.

Всё-таки как же многого он не улавливает. Подружиться для такого, как Дэн — это не набить друг другу морды после бара, а потом в обнимку удалиться всё в тот же бар.

— Если я начну общаться поближе с каждым встречным, меня ликвидируют, — всё так же отозвался Дэн.

Я вспомнила про чудом (и жертвой) набранные 97%. Но Тед не знал и потому опять не понял:

— Да кто?..

Договорить пилот (скорее всего, к счастью) не успел. Позади и чуть сбоку негромко и как-то даже застенчиво хрустнула ветка, но в ночном лесу это прозвучало почти как взрыв. Мы обернулись синхронно: я через левое плечо, Тед — через правое. Сутулая поджарая тень так спокойно и деловито трусила следом, что ей только свежей газеты не хватало в зубах и ошейника.

Натренированные лисой рефлексы сработали раньше мозгов: в руке моментально материализовался ствол. Дэн остался совершенно спокоен.

— Это же хасса! — просипела я на вдохе, вспомнив сеанс «единения с природой» по дороге на плантацию. — Самый страшный местный хищник!

— Не считая летуна, — пробормотал Тед в респиратор, прицеливаясь.

— Так вот как они называются, — с интересом отозвался Дэн. — Не стреляйте. Они не нападут.

— Почему ты так уверен? — привычка прислушиваться к интуиции (и опыту) киборга конфликтовала сейчас во мне с барачными страшилками.

— Они всю неделю за мной шли, — пожал он плечами.

— И не пытались тебя сожрать?! — недоверчиво уточнил Тед.

— Один раз попытались, — Дэн сделал шаг по направлению к зверю и отрывисто стрекотнул — звук не был похож ни на что человеческое да и известное звериное тоже. Хасса уважительно замерла.

— И что ты с ними сделал? — внутренне замирая, спросила я.

— Шестерых ликвидировал, одной восполнил дефицит питательных веществ, — в своей манере отчитался Дэн. Бровь мне было не видно, а жаль.

Надо признать, звучало это… впечатляюще. До жути — или до восхищения. Тед восхищаться не спешил, стегая фонарным лучом по обочинам. Оттуда поблескивали глаза и раздавалось недовольное стрекотание.

— Ёмана, да их тут дофигища!

— В радиусе пятидесяти метров — тридцать восемь, — возвращаясь во главу колонны, сухо сообщил Дэн. — Они всегда держатся позади.

— Ты их что, приручил?! — никак не могла выйти из офигения я.

— Вряд ли они действительно приручаются, — с сомнением откликнулся «впередсмотрящий».

— В любом случае, заставил себя уважать, — так просто мы не отступаем.

— Было бы за что, — коротко бросил киборг и немного ускорился.

Человек — скотина такая: ко всему привыкает. Даже к «ненавязчивому» сопровождению в лице, то бишь морде почти четырех десятков хасс. Я перестала обращать внимание на шорохи и треск позади, сосредоточившись на шагавшей впереди фигуре. Видали мы уже эти в камень напряженные плечи, слыхали сухие, как просроченные галеты, ответы. Волнуется за капитана? Всё-таки обижен на Бьорна? Или на Теда, без мыла лезущего в… душу? Или на меня — что увязалась-таки за ними?!

— Дэн, что не так? — попыталась догнать его я, как тот Ахилл — черепаху.

Он не замедлился, всё так же смотрел вперед, и я, пыхтящая сзади, почувствовала себя очень глупо.

— Вы меня тоже боитесь? — наконец спросил он в дорожную темноту.

Меня захлестнуло. Его оправдания, что он не хотел ломать Казаку руку, шепот: «Не бойся, пожалуйста», когда я ревела в него от несправедливости мира, то, как старательно он прятал от нас свои красные глаза…

— Чего-о-о? — возопил Тед, аж остановившись.

Я же просто ещё ускорилась, почти вприпрыжку сокращая те два шага, на которые он меня опережал, как бы снова и снова ставя себя отдельно от нас, людей. Поймала его ладонь и переплела пальцы.

— Не боюсь и никогда не боялась, — очень тихо, со всеми возможными процентами произнесла я.

— Ты не видела, что я способен сделать, — со сдержанной горечью отозвался Дэн, но руку не отнял. — А Тед видел. И напрасно.

— Дурак, — фыркнул позади Тед. — Ты из-за «семерки», что ли, паришься?

«Семерка»? Ну да, конечно — среди охраны плантации был же ещё и киборг. А в карцере его ни в живом, ни в мертвом виде не наблюдалось. Не к ночи вспомнился Казак, расхваливавший преимущества новой модели над предыдущей. Да если Дэн даже эту «семерку» на куски порвал — это же только к лучшему, зато сам цел остался!

— Уверен, у нашего кэпа на счету не меньше всякого разного — и что? — разорялся между тем Тед. — Пусть его враги боятся, а не мы! А вообще — это круто, реально, что ты сам себе оружие. Я б тоже так хотел. Надо — бандюка в узел завяжешь, надо — дверь с полпинка вышибешь.

Видимо, пилотских процентов тоже хватило. Красные глаза на миг сузились, знаменуя спрятанную под респиратором улыбку:

— Сам дурак.

А потом он не просто позволил себя держать, а сам сжал мою руку и зашагал дальше, уже не отворачивая инфракрасный взгляд.

* * *

«Ты хотя бы в хозяевах у этого кибера? Или только с правом управления?» — спрашивал Бьорн.

Тед отшучивался и злился, но по сути Бьорн был прав. Ни хозяином, ни лицом с правом управления Тед не был. Как и Нелли, несмотря на сертификат о собственности, как и Станислав, несмотря на корабельную опись. Хозяином был совсем другой.

«Питер, из старожилов — тот, что у двери спал — говорит, что видел очень похожую «шестерку» у Казака с полгода назад. Может, и путает, кто его знает — эти же куклы все на одно лицо…»

Нет, Питер не путал. И вполне мог видеть рыжую «шестерку» за плечом Уайтера, вместо которого потом появился Казак, на «Черной звезде», вместо которой потом появился «Шайтан». Когда летел с очередной партией рабов, до которой «шестерке» не было никакого дела.

И к нему, как бы его ни звали, он сейчас вел своих людей.

Каковы шансы, что ему удастся остаться неузнанным? Сколько иррациональных факторов он допустил в свой расчет, говорящий, что наиболее безопасная позиция — рядом с ним?

Еще не в последнюю очередь беспокоило, что он после встречи с людьми был очень киборгом. Месяц на Степянке он старался максимально соответствовать человеку. Потом, после Джек-пота — максимально соответствовать киборгу. Но не такому. Чему-то среднему между элитным телохранителем с урезанным функционалом от Mary и продвинутой навигационной программой. Не DEX’у. Не «машине смерти». Не тому, кто располовинил «семерку» и говорил, как Шуруп, при Теде. Светил инфракрасником из зрачков при Нелли. Как будто выпячивал. Хотя и не специально.

И — его люди говорили разное, но с почти идентичными процентами искренности. Тед восхищался и завидовал. Нелли — не боялась и шла рядом. Держала его за руку. Он не мог с полным правом принять эту руку, пока был тлеющим бикфордовым шнуром. Но и отпустить — «недопустимая операция».