Альбион (джен)

— Нет, я, конечно, видел королевских особ, но такого? И это принц Камелота? — возмущался Мерлин за ужином. — Фэн, хоть и наследник севера, да и гордец еще тот, но даже он не позволяет себе подобного!

— Ты встретился с Артуром при неудачном стечении обстоятельств, — поедая суп, невозмутимо сказал ему Гаюс.

— Да какая разница! — горячо крикнул Мерлин. — Не буду больше о нем говорить. Нет, ну и наследник у Утера! Заносчивый и самовлюбленный осел. Ох… Ладно-ладно. Я ем и молчу.

— Так-то лучше, — сказал Гаюс. — Но ты составил ошибочное мнение об Артуре. В Камелоте его любят. А то, что ты видел, всего лишь проявление молодости в сочетании с огромной ответственностью, которая давит на него.

Мерлин усмехнулся и покачал головой, показывая, что не разделяет мнения старого лекаря. Волшебник помог Гаюсу убрать со стола и, пожелав доброй ночи, отправился в свою каморку.

Он хорошо отдохнул прошлой ночью, и спать ему не хотелось. Маг достал небольшой ящик с нехитрым замком, взял из него рубаху для себя и снова закрыл. Затем прочитал заклинание, вновь поднял крышку, но на этот раз там лежала не одежда, а книги. Волшебник осознавал, чем они грозят ему в Камелоте, но не положить хотя бы пару манускриптов юноша был не в силах. Камелот — это еще не повод бросать магическое обучение. Мерлину было бы просто нечего делать вечерами, ведь Гаюс, как и все пожилые люди, рано уходил на покой. Один, в практически пустой комнате, пытаясь устроиться поудобнее, Мерлин возвращался в своих мыслях домой. Мама, Фрея… Он не знал раньше, что такое тоска. Но, по-видимому, ему предстояло испытать на себе всю силу тягучего и щемящего желания обнять родных, прикоснуться к любимым вещам, прибежать в знакомые места.

Нужно было отогнать эти мысли, и волшебник сосредоточился на интересном для себя моменте о магии Древней Религии. Вдруг некое дуновение тут же заставило его позабыть о чтении. Мерлин прислушался, но ничего подозрительного с точки зрения человеческого восприятия не заметил. Однако мироощущение Мерлина было крепко связано с его магическими способностями, а интуиция настолько развита, что казалась почти сверхъестественной. Непонятно, сколько времени Мерлин неподвижно сидел на кровати и пытался уловить хоть что-то. Он ощущал пробуждение неведомой силы, древней и всемогущей. И тут в голове Великий маг услышал голос, низкий и мощный, который прошептал: «Эмрис!» Мерлин встрепенулся. Такое раньше проделывала Фрея. Но она друидка. Друиды есть и в Камелоте? Они почувствовали его? «Я должен разобраться», — решил про себя маг и стремительно вышел из комнаты.

* * *

Эмрис очутился снаружи. Он интуитивно, на ощупь шел туда, откуда раздавался таинственный голос.

— Где ты? — мысленно спросил маг.

— Внизу, — последовал ответ.

— Куда я должен идти?

— Спускайся вниз к темницам, дойди до конца коридора, там будет лестница, ведущая в пещеры, — раздались указания в его голове.

А это существо любило командовать, и его ничуть не смущало, что он отдавал приказы самому сильному магу Альбиона.

— Хорошо, я приду, — послал ответ волшебник.

Мерлин незаметно проскользнул мимо охранников у входа в темницы, но внизу их сидело еще больше. Небольшой магический маневр помог разобраться и с этой неприятностью.

Пройдя весь коридор, маг действительно увидел лестницу. Она была крутой и с плохо сделанными ступенями. Мерлин аккуратно начал спускаться. Прошло достаточно много времени, прежде чем волшебник оказался на небольшой площадке. Маг сделал вывод, что место располагалось глубоко под замком. Вокруг царила непроглядная тьма, и он боялся ступать дальше — один неверный шаг, и Мерлин свалился бы на какие-нибудь камни. Он слыл выдающимся магом не просто так, но его неаккуратность могла здорово навредить вдалеке от дома.

Голос обладал явно магическим происхождением, поэтому Мерлин решил, что нет ничего страшного в том, чтобы разжечь огонь в воздухе. В глазах блеснуло золото, губы прошептали привычные слова, и большой огонь вспыхнул и озарил не только пещеру вокруг, но и два больших глаза с чешуйчатыми веками, которые с диким удовольствием следили за Эмрисом. От неожиданности маг отскочил в сторону. А потом пространство вокруг гигантских янтарных глаз зашевелилось, и взору Мерлина предстал огромный дракон.

Изображения в книгах были просто детскими зарисовками по сравнению с этим бесподобным зрелищем. Чешуйки переливались всеми оттенками зеленого и серого. Длинная шея с непередаваемым достоинством переходила в туловище с огромными крыльями и мощным хвостом. Но взгляд! Мудрости в нем было больше, чем в любом человеческом взоре. Он врывался в душу и оставлял там восхищение и преклонение перед единственным оставшимся на земле существом из рода драконов.

— Значит, действительно золото, — произнес, прищурившись дракон. Это был тот же голос, что звучал в голове Эмриса.

— Ты знаешь меня? Ты Великий Дракон? — начал приходить в себя Мерлин.

— Да, я Великий Дракон. И я точно знаю, кто ты, юный маг! — вкрадчивым голосом прошипело существо.

— О, понятно. Я Мерлин, или можешь звать меня Эмрисом, если пожелаешь.

— Я знал, что однажды ты найдешь меня, Мерлин. Ты и никто иной. Мое имя — Килгарра.

— Я счастлив говорить с Великим Драконом Килгаррой, — почтительно произнес маг. — Я хотел о многом спросить тебя. Но можно сначала вопрос на другую тему?

— Спрашивай, юный чародей, — благосклонно и капельку высокомерно сказал Килгарра.

— Почему ты сидишь здесь и не улетаешь?

— Явно не потому, что мне нравится местная кухня и скалистый пейзаж, — с сарказмом и несколько презрительно заявил дракон. Эмрис тихонько посмеялся: а у драконов еще и чувство юмора имеется!

— Я не могу, — продолжил Килгарра, приподнимая крыло и указывая на цепи, сковавшие его лапы. — Они несут в себе магию, которую я не в состоянии разрушить сам. Нужен очень сильный маг из рода повелителей, — прищурив глаза и приблизив свою огромную голову к Мерлину, сказал дракон, — чтобы снять колдовские оковы.

— А я бы смог? Я не знаю ничего о роде повелителей, но у меня огромные способности!

— Ты Великий маг. Ты бы смог, — уверил его Килгарра.

Слова Великого Дракона заставили Мерлина подумать.

— Если ты поможешь мне, то я не останусь в долгу, — заявил маг.

— Может, освободишь меня сначала, а потом поговорим? — оживилось огромное существо.

— Э-э-э, нет, — хитро протянул Мерлин, — ты улетишь, где же я потом буду искать тебя?

— Ох, уж мне эти молодые и могущественные волшебники, — ворчал дракон, — никакого почтения и доверия к старшим. Спрашивай, что хотел, и я буду спать.

При этом Килгарра зевнул и, помимо оглушающего звука, извергнул столб пламени. Мерлин ничуть не испугался, он уже освоился в присутствии дракона, да и никакие проявления магии не вызывали в нём страха. Всё происходящее казалось настолько естественным, что маг позабыл на мгновение о том, что находился не на севере. Хотя, нужно признать, Камелот перестал казаться ему чужим. Вот же, прямо в сердце королевства, сидит древнейшее магическое существо — и он разговаривает с ним.

— Я прибыл с севера специально, чтобы увидеть тебя.

— Да, родители всегда говорили мне, что я красивый, — с издевкой вставил дракон.

— Я хотел, — игнорируя слова Килгарры, продолжал Эмрис, — расспросить тебя о древних предсказаниях. Что в них сказано обо мне?

— Ты хочешь узнать свое предназначение, Мерлин?

— Да, — честно признался Эмрис, избегая огня янтарных глаз. Повисло молчание.

— Ты рожден сильнейшим из волшебников, — начал Килгарра, словно рассказывая древнюю легенду, — за все время со дня сотворения мира и до его затмения. В тебе течет магия Древней Религии и природная сила. При должном обучении ты можешь дойти до небывалых высот, юный чародей. Но, разумеется, у тебя есть свое предназначение. Цель, для достижения которой ты появился на свет, — Килгарра замолчал, но неотрывно наблюдал за Эмрисом.

— Ты знаешь его, ведь так?

— Ты должен восстановить мир на Альбионе, Эмрис. Мир между магами и людьми. Способы могут быть разными, конечное решение все равно принимать тебе. Но одно я могу сказать точно: для мира нужно единство, и, пока пять королевств разрознены, его не будет. Альбиону нужен единственный король, который будет признан всеми. Твой долг — защищать его, чтобы он дожил до своего правления. Твоя судьба — идти подле него, разделить с ним трудности, оберегать и помогать. Когда ты прибыл в Камелот, силы противостоящие будущему королю окончательно и бесповоротно пробудились. Сейчас он будет особенно нуждаться в твоем присутствии.

— Кто этот человек? — спросил маг, он слушал Килгарру крайне внимательно.

— Артур, — ответил дракон.

— Что?! — изумлению Мерлина не было предела. Что за ироничная судьба! — Да какое еще правление Альбионом этому пустоголовому? Да чтобы я защищал его? Я и получаса в его обществе не проведу. Боюсь, что чихать начну. Нет! Что-то ты путаешь. Мы с тобой вообще об одном и том же человеке беседу ведем?

Дракон во время этой речи немного шевелил головой вслед за магом, чтобы максимально полно видеть его лицо, которое от возмущения поворачивалось из стороны в сторону. Наконец мудрое существо подало голос.

— Как бы ты не относился к этому, такова твоя судьба. Никто не в состоянии изменить своего предназначения, Мерлин. И избежать его, даже тебе, невозможно. Ты и Артур — две стороны одной медали. Без тебя он не станет королем, но и без Артура ты не исполнишь своего предназначения. Великое королевство не увидит мир, а войне, бездушной и жестокой, не будет конца. Стоит ли оно того, Эмрис?

После этих слов дракона, Мерлин выкрикнул, что он благодарен, но ему нужно все тщательно обдумать, и выбежал из пещеры. Не помня себя, маг умчался обратно, кинулся на кровать, съежился и вцепился в подушку. Мерлин жаждал узнать свою судьбу. Ради этого, вопреки всем увещеваниям родных, он отправился в Камелот. Так почему вся его мощь дана лишь для защиты заносчивого принца? И это должно помочь завершить войну? Эмрис был в тупике. Нет, это все невероятно. Волшебник увидел дракона и получил ответы на свои вопросы, а теперь должен возвращаться домой.