Путь милосердия (джен)

Дельфина ликовала.

В ривервудской таверне, в тайной подземной комнате, где Клинок проводила ночи за тренировками и изучением материалов, связанных с драконами, на столе, целиком накрытом огромной картой, лежала та самая потрёпанная книжка. Та самая, которой Лилия доверяла всё, — её дневник.

Теперь в руках Дельфины оказалось совершенное оружие, с помощью которого она могла управлять драконорождённой как заблагорассудится. Клинок с нетерпением схватила книгу и впилась взглядом в пожелтевший пергамент, испещрённый чернильными пятнами.

Так Дельфина узнала историю Лилии, показавшуюся ей до боли знакомой.

Лилия родилась в ночь, когда Талмор осадил Имперский город, но никто не знал, как ей удалось выжить. Её называли полукровкой, и альтмеры презирали девочку, как и других полукровок.

Клинок также узнала о нищем существовании Лилии в полуразрушенном Имперском городе. Драконорождённая не помнила даже родителей. Долгие годы она провела в месте, пропитанном страхом и ужасами войны. В дневнике сохранились заметки о гонениях, которым подвергались провинившиеся горожане. Из них Дельфина узнала, что друга детства Лилии из Портового района уличили в воровстве. Имперская стража схватила мальчика и по наущению Талмора прилюдно испепелила его молниями. После этого Лилия долго избегала чужих взглядов и старалась ни с кем не сближаться.

Она описывала и собственные чувства. С раннего детства Лилия мечтала обрести свободу, наблюдая несправедливость окружающего мира. Но понять причины происходящего не могла и мучилась от кошмарных сновидений. Почти каждую ночь ей являлся один и тот же сон — разграбление Храма Единого, за которым она словно наблюдала со стороны, откуда-то сверху.

Помимо заметок о прошлом в дневнике встречались рисунки. Бретонка изображала чернилами городские пейзажи: полуразрушенную Башню Белого Золота, некогда служившую сердцем Империи, и, конечно, статую огромного дракона из Храма Единого. Дельфина сразу узнала знакомый образ.

«По легенде, эта статуя — всё, что осталось от последнего драконорождённого, императора Мартина Септима, который правил меньше одного дня и так и не успел короноваться», — вспоминала Дельфина, с удовольствием перелистывая страницы.

Между рисунками и записями о жизни она обнаружила малопонятные заметки о магии восстановления и иллюзии. Видимо, перед ней находились выписки из книг заклинаний, которые Лилия покупала на накопленные гроши. Там же встречались описания свойств различных алхимических ингредиентов.

Добравшись до последних страниц, Дельфина узнала, как драконорождённая попала в Скайрим, и вновь задумалась о сходстве между ними.

Лилия спасалась от Талмора после того, как в заброшенной лачуге Портового района, где она жила вместе с другими нищими, обнаружили книги заклинаний. Имперцы решили, что их украли у Синода. Однако на самом деле девушка потратила на них последние гроши, накопленные во время скитаний по городу и работы посудомойкой в таверне. Продавец, передавший ей книги, просто хотел отвести от себя подозрения.

Спасаясь от имперской стражи, Лилия изменила внешность с помощью иллюзии и уговорила извозчика отвезти её в Бруму. Дельфина нахмурилась.

«Брума совсем рядом с Храмом Повелителя Облаков, к тому времени уже разграбленным», — с горечью вспомнила воительница.

Дельфина захлопнула чужой дневник, поднялась наверх и попросила Оргнара налить ей кружку эля. Захотелось забыться. Но, как говорится, от прошлого бессмысленно бежать — оно живёт в памяти.

Отпив эля и немного опьянев, Дельфина печально улыбнулась, глядя на закрытую книгу. Клинок прекрасно понимала: страхи — лучшее средство управления. Точно так же Талмор управлял ею самой. Однако в истории Лилии она увидела собственное отражение. Ведь эльфы тоже лишили её спокойной жизни.

Но Дельфине оставалось наплевать. Она озлобленно усмехнулась.

«Эмоции для слабаков. Они лишь отвлекают от достижения целей».

Дельфина считала, что со злом бессмысленно считаться — ему необходимо давать отпор. Именно поэтому она не отчаялась и не впала в уныние, как Лилия, после долгих лет лишений и преследований. Воительницу удерживала на плаву мечта, главная цель — восстановление ордена Клинков. И не только ради сохранения прошлого.

Но без драконорождённого орден утратит всякий смысл. Поэтому Дельфине придётся склонить Лилию на свою сторону. Только та всё никак не появлялась на пороге таверны.

Клинок ждала долго, непозволительно долго. Проходили дни, недели, месяцы, но Лилия не возвращалась.

«Куда же она пропала, скамп бы её побрал!» — негодовала Дельфина, а затем сама себя успокаивала:

«Ничего. Она вернётся ко мне. Я знаю. Должна вернуться…»

Клинок отправила Лилии несколько писем, подписываясь «другом», чтобы в случае гибели гонца Талмор не понял, кому принадлежит послание. И всё-таки однажды Лилия вернулась.

Стоял тихий, спокойный день. Безоблачное небо казалось прозрачным, а солнце светило тускло. Слышались журчание реки и суетливый гул — работа на лесопилке не прекращалась. Наконец скрипнула дверь, и Дельфина различила лёгкие шаги.

Но, взглянув на Лилию, Клинок сразу поняла: что-то изменилось. В золотых глазах девушки больше не осталось сомнений. Ещё удивительнее выглядела синяя сияющая мантия, окутывавшая её фигуру. Дельфина сразу узнала одеяние архимага Коллегии Винтерхолда.

«Неужели она сумела стать архимагом всего за несколько месяцев?!» — изумилась Дельфина.

— О! У тебя в руках мой дневник? — улыбнулась Лилия. — Неужели я его здесь забыла? И так давно… Надо же!

Дельфина растерялась, а затем улыбнулась в ответ. В её улыбке не чувствовалось злорадства — одно притворство.

— Да, я многое о тебе узнала! — ответила Клинок.

Лилия промолчала. Затем посмотрела в растерянные глаза Дельфины и словно поняла всё без объяснений. Их судьбы во многом походили друг на друга и на время пересеклись. Но дальше им предстояло идти разными путями. Дневник, который Дельфина держала в руках, теперь мог остаться у неё.

— Что ж, тогда оставь его себе, — вздохнула драконорождённая и снова улыбнулась. — Мне он больше не нужен. Теперь я сохраняю воспоминания с помощью особого заклинания.

Лилия и Дельфина спустились в подземную комнату, где могли спокойно обсудить планы. Чем дольше драконорождённая находилась рядом, тем сильнее росла неприязнь Клинка: Дельфина чувствовала, что Лилия превосходит её, а значит, постепенно выходит из-под контроля.

Девушку словно окружал зеркальный кокон, отражавший любую попытку манипуляции. Дельфину охватывали гнев и отчаяние. Драконорождённая преследовала собственные цели — Клинок это чувствовала. Влияние ускользало из её рук.

Нет, во что бы то ни стало Дельфина заставит Лилию последовать за собой. Сделает всё, чтобы сила, принадлежавшая драконорождённой, служила и ей. Не может человек, переживший столько боли и проживший такую тяжёлую жизнь, забыть обо всём за несколько месяцев. Или может?..

Дельфина не понимала причин произошедших перемен. Каждый вечер она брала в руки ту самую потрёпанную книжицу, перечитывала каждое слово и поражалась.

Нет, этот дневник принадлежал не Лилии. Его словно написал глубоко отчаявшийся человек, утонувший в прошлом и очерствевший душой. Это оказался дневник самой Дельфины. И Клинок действительно оставила книжку у себя, продолжив записи.

«Теперь моя цель и мечта — восстановить орден Клинков!» — написала она на следующей странице и улыбнулась. А затем подумала:

«Скамповски здорово вышло бы, если бы Лилия и вправду разделяла эту мечту!..»

Но Лилия думала иначе. Дельфина до сих пор не понимала, что у драконорождённой на уме, и не знала секрета её силы. Девушка оставалась для неё непостижимой тайной, а странный задумчивый взгляд внушал одновременно страх и уважение…