Последний Архимаг (гет)

Решив навестить Даллонов я предполагал, что может явиться Оружейник. У дома нас встретила скованно взволнованная Виктория. Взглянув на неё, моя девушка мило прищурилась и вскрикнула "Привет, Эйдолон." Чем повергла меня в шок, а Викторию в ярость. "Прояви хоть каплю уважения. Заходите." Приглашающий жест Славы сопровождался импульсом силы властелина. Накрыв нас разнообразнейшим из почти невидимых щитов я взял Лизу за талию и медленно повел к сильнейшему из героев. Виктория заходить не стала. Оказавшись в опустевшем доме мы оба слегка занервничали. Прямую атаку могла выдержать даже наша одежда, но ожидать от человека с бесчисленными силами можно было чего угодно. Поэтому мои глаза светились синим, а от перебора вариантов в нынешнем уме Сплетницы прежняя бы уже свалилась в мигрени. "Умник, бугай, стрелок, необычные силы. Эйдолон в некотором роде исключение, во множество смыслов. Его сила работает по другому, встроенных ограничений нет... что то сломано, и я готова поспорить, что Губители с этим связаны" подтвердила мои опасения сплетница. Я видел, что его архидемон спал, но два бодрствующих и один спящий демон крепились к телу первого и давали ему силы. Возможно, он и был тайным руководителем вторжения демонов и стоило его Правителю пробудиться — миру придет конец.

— Здравствуй, Архимаг, здравствуй, Сплетница. Кейп в зеленом костюме говорил спокойным, тихим голосом. Что не помешало нам инстинктивно напрячься

— Эйдолон, что привело вас в дом моих друзей? Решил я вступить в диалог со скрытой угрозы

— Вы первый человек, чьи силы не происходят от сущностей.

— (Лиза шепотом мне): Он считает, что все демоны даны двумя сущностями, частями которых те являются. У него есть какие-то доказательства.

Склонив голову набок я всмотрелся в щели маски героя. Открывшийся портал заставил нас с девушкой вскинуть руки готовя смертоносные атаки. "Птолемей зовет" два слова убедили меня поспешить за появившейся из портала женщиной в шляпе. Моя девушка проследовала за мной, как и Эйдолон, замкнувший четверку. Образ мутировавшего пирокинетика предстал на импровизированном экране базы Котла. Облепленное вросшими демонами тело было изуродовано до неузнаваемости. "Я не успел, Вавилон Пал". Связь прервалась, часть стены, что мне показалась экраном стала кровоточащим мясом. Аккуратный человек в очках начал свою речь: "Ваш друг помог прояснить нам природу сущностей. Судя по всему, межмировое пространство населено чем-то или кем-то. Ваш друг стал прото-червем, в течении ближайших тысяч лет он сойдет с ума и станет одним из пожирателей световых конусов." Едва не впав в неконтролируемую ярость, я ощутил объятье той, из-за кого я избежал подобной участи. "За два часа до вашей встречи Андрей успел рассказать свою историю, увы, другие приглашения вы бы восприняли как нападения" Стиснув кулаки, я продолжил слушать. "Чистый мир, увы, лишь вариант посмертия. Максимум, на что был способен Птолемей — дойти до внутреннего мира, в котором была его запечатленная. Он и сейчас туда ползёт. Механизм поиска запечатленных Элуа был извращен Хаосом, если так будет понятнее. На один внутренний мир приходится примерно сотня средних и миллион близких к Хаосу. Этот ~1000101 мир будут пожраны Хаосом, когда он и его запечатленная образуют цикл поглощения. Теперь о нас, как вы видите, несмотря на обилие магии в нашем мире, никто её не использует. Увы, это такой же дар Элуа, как и ваши благословения. Одаренных миров сотни на конус, не больше." Закончив речь, Счетовод указал на Фортуну. Та лишь шагнула в новый портал. Последовав за ней я ощутил. Запах. Вонь демонов Броктон Бей казалась ничем в сравнении с этим местом. Так я представлял себе ад. Спустившись на лифте и пройдя по небольшому тоннелю за толстенной стальной дверью находилась... Лишь тонкость духовного зрения позволяла найти отсвет женской души в омерзительном месиве проклятой плоти. "Источник сил Котла" Фортуна продолжала поражать лаконичностью. Подозрение Сплетница решила озвучить сразу "это. Человеческая плоть." Десяток диагностических чар лишь подтвердили страшную догадку. "Лобные доли мозга. Всё что лежало здесь было ими. Остальное, похоже, было разбросано по другим пространствам. Легенда о том, что Ктулху был лишь человеком, жрецом более древних богов вдруг перестала быть мифом, считавшимся сомнительным даже в их культе." Сам не заметив что говорю в слух произнёс я.

— Она не мертва, просто спит, конечно, так можно было сказать про любое побежденное проявление Хаоса.

— Блять. Фортуна не сдержалась. Мало того, что Путь к Победе не видел Червей и Губителей, так теперь им нужно сражаться ещё и со вторым Червём помимо Сына

— Мир Алеф не внутренний, они не доползли. Не преминула обнадежить Сплетница.

— Пойдем отсюда, я властно взял её за руку

— Это всё? Фортуна чего-то ждала

— Она хочет то же, что ты сделал для меня. Лицо Лизы выражало смешанные чувства.

— А гейс рабства в Вечности она не хочет?

— Хочет, ответила женщина в федоре за себя.

Второе зрение подсказало, что это искреннее желание души, а не следствие одержимости. У трупа псевдобожества текст присяги произносила одна из основательниц Котла. В отличие от Сплетницы, единственное, что подсказывала её сила — путь к победе. Число шагов уменьшилось, а это значило, что решение было правильным.

— Дом Александра, произнесла Контесса, поднявшись на верхний этаж.

Войдя в наш дом через очередной портал, я увидел как Контесса проваливается в другой, возвращаясь с принадлежностями для тату и мертвым вороном. Птица значила лишь одно. Она решила превратить свою душу в инструмент борьбы с Червями. Вонзив кинжал в пол я приступил к начертанию. Закончив с полом я приступил к тату вороньей кровью: ладони, лоб, сердце. "Нет". Её взгляд направлялся к низу живота. Впечатать гейс в репродуктивную систему значило, что она сможет породить лишь клан воинов. "Андрей" имя друга прозвучало как гром. Я вытеснил чудовищную участь друга из памяти. Окончательно превращая женщину в инструмент я затыкал свою совесть тем, что даю шанс всем кто оказался в междумирье. Вышедшая тьма едва не проломила крышу. Лиза сбежала в спальню, чтобы не рефлексировать этот кошмар, стоило нам оказаться в доме. Засиявшие татуировки начали прокачивать ману через глубочайшие слои души этой фанатички. Интуитивное постижение магии удалось передать через рабство в Вечности. Участь не способных отстоять себя была проста — рабство во всех последующих жизнях. Далеко не худшая участь, в сравнении с Андреем или Вальтером, тем не менее одна участь не отменяла другой. Стоявшая на коленях обнаженная красивая черноволосая женщина смотрела на меня глазами полными боли. Осознать трагедию потери свободы удалось лишь задним умом. Я контролировал каждый энергетический и все основные мыслительные потоки, её воля из прямого контроля над душой стала лишь миноритарным голосом. Освободив её с отключенным демоном у нас состоялась беседа по душам. Растерянность сместилась уверенным удовлетворением. Преобразованная мана полностью вытеснила боль. Стоило мне отдать приказ одеться, её ощущения от его выполнения были лучшими в жизни. "Делай что задумала, пока была свободна" сказал я достаточно громко, чтобы Лиза услышала. Отпущенный контроль снял груз ответственности, что едва меня не расплющил.

Вынутый из пола кинжал отключил помехи к открытию портала и порабощенная Фортуна ушла. Стоило ей это сделать, кинжал вернулся на место и выглянула Сплетница.

"Поставить на поток не получится" с темным злорадством сказала она.

"Кто-ж знал, что приобретение раба восстанавливает душу." Многое в нашей традиции строилось на остроумных уловках. Духовное зрение служившее ключом к этой магии обычно открывалось крайне опасными ритуалами или практиками. Мы же делали небольшой надлом души темным ритуалом, не требовавшим прямого контроля магии, после чего обилием практик заращивали разрыв. Повышенную уязвимость, которую ни один приличный некромант себе бы не позволил мы компенсировали маной Элуа, щитами и готовностью потерять душу, разумеется.

* * *

Нужно ли писать, что в Эдеме не было рабов? Спустя десятилетия практик я выяснил, что почти всё чем занимался наш культ Элуа было по меньшей уродливым и опасным искажением сути его культа. Даже благословение Элуа, которому нас обучил покойный Вальтер было лишь ловлей сточных вод. Искаженный ритуал послушничества превратил малообразованную одержимую женщину в мою рабыню. Из-за кривых линий метки на репродуктивных органах, её многочисленные дети, коих она зачинала от разных мужчин с фанатичной решимостью, в лучшем случае рождались без метки вообще. Остальные же мутировали в омерзительных уродов и омоложенный Панацеей организм избавлялся от них бесконечными выкидышами. Остальные печати также деградировали. Путь к Победе приволок темного ворона, вместо светлого ибиса или хотя бы воробья. В итоге мой контроль оказался подсознательным. Все самые темные потаенные желания моей души она выполняла в одном из миров, где её бросил Двередел. Как я об этом узнал? через 21 год я впал в кому на месяц, в которой я проживал наиболее яркие моменты этих извращений от первого лица. Если так выглядит тусклый мир, неудивительно, что он так похож на ад. По задумке того ритуала, что я выудил из начавшей пробуждаться памяти, это срок ученичества в монастыре, в котором ученик практикует наставления, а учитель проверяет все лично и может увидеть и почувствовать себя так, как его видел ученик.

Вряд-ли мы встретимся с Фортуной в чистом мире. И хотя так называемая "окончательная смерть души" была лишь очередной мистификацией, вдохновленной воспоминаниями души Вальтера под влиянием Ктулху. В действительности исчерпавшие лимит своевольных повреждений души уходили в тусклый мир, где могли лишь переживать, комбинировать и обмениваться прожитыми частицами опыта. Болото в сравнении с чистым озером Эдема, но не более того. Я не знал всего пути этой души, но было похоже, что она не первый раз ложится под нож к неучу. Контракт раба не восстанавливал мою душу. Она порвалась окончательно, лишь бронь найденной любви убедила Элуа восстановить жалкие ошметки в очередной раз.

Нужно ли писать, что даже золотую бронь — истинную любовь с этой Лизой я почти умудрился проебать всеми этими выкрутасами, так что даже мой сверхобраз в вечности истощился от всех этих омерзительных богохульств? Этих убьем, этих поработим, этих изнасилуем, а вот тут чуть-чуть надрежем себя. Это мое последнее воплощение. По крайней мере, моя супруга Элизабет говорит, что я перешел черту и после этой смерти меня заберут в чистый мир, чтобы я окончательно не пал. Также мои бредни про церемонии от культа Элуа оказались ошибкой. После победы над Сыном и Эден нас обвенчал простой христианский пастор и истинный брак восстановил свою силу.