Изменчивая жизнь Дореи Поттер (джен)

Призраки не были людьми даже в самом общем смысле этого слова. Они были магией, сохранившей в себе память о последнем мгновении жизни человека, которая иногда воплощалась в виде призрака в местах полных древней сильной магии, таких как Хогвартс, а спустя несколько часов снова растворялась в нём.

Участники клуба следования за призраками старались отыскать этих призраков несколько часов их короткого существования и поговорить с ними. Призраки редко могли сказать что-то кроме своего имени и причины своей смерти, потому что одно единственное воспоминание о смерти, воплощением которого они являлись, редко было информативным. Но даже это одно воспоминание могло представлять интерес для участников клуба исторических реконструкций или клуба генеалогических исследований.

— Почему тогда профессор Бинс и Кровавый Барон всё ещё тут? — спросила Дора, когда профессор Квиррелл рассказывал им об этом. Призрачный профессор Бинс вёл историю ещё у её родителей и не растворялся. Кровавый барон обитал в подземельях Хогвартса много веков и тоже не растворялся.

— Профессор Бинс и Кровавый Барон — это то, что называют истинными призраками, — ответил им профессор Квиррелл. — Существует заклинание, позволяющее при убийстве человека создать его истинного призрака, который сохранит всю память человека и который не растворится в окружающей магии. Такие призраки всё равно не способны запоминать новую информацию, а потому не считаются живыми. Секрет этого заклинания принадлежал семье Слизерин, а потом семье Гонт, так что о нём известно очень мало... Возможно, тот волшебник, который назвал себя Наследником Слизерина и заявил, что нашёл легендарный особняк своего предка, сейчас владеет секретом этого заклинания, но доказательств этому нет.

Дора читала о загадочном Наследнике Слизерина, назвавшем себя Лордом Волдемортом и его Пожирателях Смерти в газете. Там было написано, что он доказал свою родственную связь с Салазаром Слизерином, продемонстрировав свою способность к парселтангу. Он также утверждал, что ему удалось отыскать легендарный особняк Слизерина, который многие волшебники безуспешно пытались найти больше тысячи лет. Многие думали, что этого особняка на самом деле не существует. Но если он существовал, внутри наверняка было множество древних могущественных артефактов, которые этот Наследник забрал себе.

Мысль о древних артефактах давно потерянного особняка казалась Доре воодушевляющей, но профессор Слизнорт, когда они читали газетную статью об этом на собрании клуба Слизней, назвал Пожирателей Смерти обычными мелкими преступниками, с которыми Министерство скоро покончит, так что Дора не особенно много думала о них.

Сивилла была хороша в том, чтобы находить этих новых недолговечных призраков, а Дора была хороша в том, чтобы задавать им содержательные вопросы, приводящие к информативным ответам. Вместе они записывали то, что им удалось узнать, а потом относили это профессору Квирреллу. Он собирал их записи и передавал их клубу исторических реконструкций, руководителем которого так же был он, и клубу генеалогических исследований, руководителем которого был профессор Селвин.

Иногда профессор Квиррелл объяснял им непонятные слова. Когда очередной встреченный ими призрак оказывался призраком маггла и начинал говорить вещи, которые казались не имеющими смысл. Несмотря на то, что профессор Квиррелл был чистокровным волшебником, он довольно много знал о магглах. Он объяснил им, что "он вылетел на встречку и снесло на обочину" означало, что человек, память которого хранил призрак, погиб из-за того, что его карета двигалась не там, где она должна была двигаться, и что случилось это относительно недавно. Он объяснил им, что призрак, сказавший, что он был "застрелен из револьвера во время дуэли" назвал револьвером некое маггловское устройство, которое было чем-то средним между боевым луком и волшебной палочкой, и что он, вероятно, умер несколько веков назад.

Но даже профессор Квиррелл не смог объяснить им, что означало "не проверил разрядку кондеров, вслепую полез, никогда так не делайте". Это заставило их молодого профессора немного смутиться и предложить им спросить, что может значить эта фраза, у кого-нибудь из магглорождённых. Дора спросила у Лили, но Лили тоже не знала.

— Магглорождённые не знают о мире магглов все, — объяснила Лили, когда Дора и Сивилла подсели к ней, Мэри и Марлен в библиотеке. Она старалась говорить тихо, чтобы вечно раздражённый разговорами студентов старый библиотекарь мистер Пинс не выгнал их всех. — Даже магглы не знают все о мире магглов, потому что мир магглов очень большой.

— Это странно, — сказала Дора.

— Ты тоже не знаешь о волшебном мире всего, Дора, — рассудительно заметила Сивилла. — Во многих стоящих рядом с нами книгах написано что-то, чего ты не знаешь.

— Ты должна знать это лучше других, учитывая то, сколько секретов хранит Дом Поттеров, — добавила Марлен.

— Что за секреты хранит Дом Поттеров? — с любопытством спросила Лили.

— В основном изобретённые нами рецепты зелий, — ответила Дора, размышляя, какими могли бы быть семейные секреты у магглов. Довольно странные, должно быть. — Но ничего действительно странного, как у некоторых других семей.

— Ты говоришь так просто для того, чтобы мы не хотели их узнать? — хихикнула Мэри. — Не думаю, что это сработает. Секреты всегда вызывают любопытство.

— На самом деле мы тоже могли бы их узнать, если бы вступили в брак с Джеймсом Поттером и стали частью их Дома, — сказала Марлен.

Лили и Мэри переглянулись. Лили недовольно скривилась, а Мэри снова захихикала.

— Простите, — сказала Дора. — Но из вас троих шансы есть только у Марлен. Родители ждут, что Джеймс вступит в брак с чистокровной ведьмой, так что...

— Не очень-то и хотелось, — фыркнула Лили.

— Тогда мы можем выбрать Сириуса Блэка, — снова хихикнула Мэри — Он не так заботится о мнении родителей, как Джеймс Поттер, а легендарная библиотека Блэков хранит в себе гораздо больше секретов, чем библиотека любой другой семьи.

— А ещё мы можем просто влюбиться и следовать выбору нашего сердца, — сказала Лили.

— Ах, — грустно сказала Марлен.

— Ей нравится Френк Лонгботтом, — объяснила Мэри, оборачиваясь к Доре и Сивилле, — Но он общается только с Элис, так что никаких шансов.

— Никаких шансов, — грустно подтвердила Марлен.

— А я влюблена в профессора Квиррелла, — продолжила Мэри. — Тоже никаких шансов. У него и его жены недавно родился ребёнок.

— А Лили нравится Ремус, — добавила Марлен.

— Это не так! — быстро сказала Лили.

— Ты сказала, что он очень милый и вежливый.

— Это не значит, что он мне нравится! Я могу сказать то же самое про и про Френка, и про Северуса. Это ничего не значит!

— А что насчёт вас двоих? — спросила Мэри, весело игнорируя несогласие Лили. — Вам уже нравится кто-то?

Дора, не ожидавшая этого вопроса, растерянно моргнула. Она никогда раньше не думала об этом, и предпочла бы продолжать не думать дальше. Может быть, однажды она просто позволит родителям решить этот вопрос за неё.

— Если я отвечу на этот вопрос сейчас, Дора на меня разозлится, — ответила Сивилла. — А я не хочу её злить.

— Ладно, можешь не отвечать, — невозмутимо согласилась Мэри. — А ты Дора?

— Я...

— Постойте, — вдруг сказала Лили взволнованно. — Получается, когда Дора выйдет за кого-то замуж, секреты Дома Поттеров покинут Дом Поттеров вместе с ней?

— Нет, её муж станет частью Дома Поттеров, — ответила Марлен.

— Если он не будет из более знатной семьи, — на всякий случай добавила Дора, потому что Лили была магглорождённой и не понимала многих очевидных вещей. — Например, Нарцисса Блэк станет Нарциссой Малфой после свадьбы с Люциусом Малфоем, потому что Малфои — самая могущественная семья Британии, а Нарцисса всего лишь часть побочной ветви дома Блэк. А Ралстон Хьюз, мой прадедушка, стал Ралстоном Поттером после свадьбы с Шарлоттой Поттер, потому что семья Хьюз не Благородный Дом.

— Это одновременно и ужасно традиционно, и... — произнесла Лили, выглядя довольно потерянной. — То есть, ты девочка, но... Но вся эта классовая система... Честно говоря...

— Не совсем понимаю, о чём ты, — сказала Дора. — Но, да, таковы традиции.