Тихий посёлок (джен)

Василиса медленно подошла к лежащей Оксане и пнула её.

— Пошли, уродка, — приказала она Чернозубовой.

— А как же Оксана? — задалась вопросом Катя.

— Она сама спровоцировала меня. И вообще, если тебе что-то не нравится, то...

— Всё нормально, — тут же опомнилась Катя.

Чернозубова повела её на склад коротким путём. Бычкова ползла следом, осознавая, что дальше будет только хуже.

* * *

Без четверти пять, а это значит, что скоро стемнеет. Василиса ежеминутно торопила скрючившуюся от боли Оксану, как только склад стал виден. Руины заброшенного здания манили куда сильнее, но при этом казались куда более опасными, чем когда-либо. Может быть, во всём виновата жажда адреналина? Или недостаток внимания? А может, желание самоутвердиться в глазах других? Все эти желания всё больше и больше искушали зайти на склад, словно змей, искусивший Еву съесть запретный плод.

— Встань и иди нормально! — приказала Вася и вновь ударила ногой Оксану.

— Встаю-встаю, — простонала Бычкова и попыталась встать, но тут же рухнула на землю из-за большой тяжести.

— Вставай, ведьма, или бросим тебя тут на растерзание животным! — вспылила Василиса.

— Извини, — едва слышно прохрипела Оксана. Вторая попытка встать увенчалась успехом, и теперь рыжая стояла, покачиваясь. Оперевшись о дерево, она схватилась за порез на щеке.

— Ше-ве-лись, — по слогам продиктовала Василиса и прошла в заброшенное здание.

— Да-да, конечно, — последовал ответ, но Чернова практически не слышала.

Пыльный, обгоревший зал хранил в себе воспоминания об ужасном дне, когда сотни людей сгорели заживо. Какова бы ни была ситуация, Василису и её подруг это никогда не волновало. По крайней мере, все так думали...

Когда Василиса входила в этот зал, она чувствовала, как покойный отец, Роман Петрович, вновь нежно обнимал её и нёс какой-то несвязный бред. На том месте, где была железная дверь, умер Богатырёв в возрасте тридцати одного года. Как описывал гробовщик: «Смерть была ужасна. Из-за опьянения Роман Петрович крепко уснул на рабочем месте и не проснулся, когда начался пожар. Его кожа покрылась ожогами, а местами слезла».