Пузырь Маленького Капучино (джен)

Искры от холдеров запустили цепную реакцию пикселизации пространства, вышивая в воздухе трёхмерную кубическую сетку. Так, из недр техногенного королевства, рождался Техномонстр. Он был похож на оживший детский рисунок — наивный арт с кривыми линиями, угловатый, со светящимся золотым глазом-камерой и моноколесом вместо ног. В одной руке он сжимал магический жезл, в другой — балансировал с пластиковой кукольной чашечкой. Первым делом он опрокинул её в порт, торчавший из груди, и потряс ею над ним, показывая, что ему надо.

«Хочу вкуснятину! Заправляй!» — с видимым предвкушением удовольствия сообщил он беззвучным голосом прямо в сознании Ата.

Ат, удерживая холдер, намолол кофе, вогнал портафильтр в группу кофемашины. Началась экстракция чёрной крови эспрессо. Техномонстр ждал, не сводя золотого глаза с процесса. Он был в предвкушении вкуса и предстоящей битвы. Как только последняя капля упала в чашку, Техномонстр схватил её и влил в себя энергетический напиток.

— Вкуснятина! — в этот раз прокричал он в голос, и его магический жезл вспыхнул ослепительной розовой вспышкой.

Битва началась.

Первая волна.

Техномонстр схватил жезл двумя руками и нацелил его в самое густое скопление зомби. Розовый луч, вырвавшийся из наконечника, прошил толпу насквозь. Зомби, задетые им, один за другим с тихими звуками «пуфф», «пуфф», «пуфф» превращались в плюшевые игрушки — медвежат, кроликов, собачек в сарафанчиках, белоголовых акул, мышек, кошечек, зайчиков, тигрят, дракончиков, ёжиков. Они мягко осыпались на пол, создавая причудливый, молчаливый ковёр. Ат, не останавливаясь, готовил эспрессо. Одно себе, пять — Техномонстру.

— Вкуснятина! Вкуснятина! Вкуснятина!

Пятая волна.

Ощущение дежавю.

Очередь не кончалась.

Пятидесятый эспрессо активировал протокол «Обратный рост». Техномонстр расправил свои нарисованные руки, и из его груди вырвалась, заструившись, пикселизированная сетка. Она неслась вперёд, сжимая пространство, и зомби на её пути начинали стремительно уменьшаться, сморщиваясь, пока не превращались в крошечные, серые, пищащие фигурки. С этим же тонким, назойливым звуком они разбегались, прячась среди неподвижных плюшевых тел.

Ат чувствовал, как его собственная скорость — его вампирская суперсила — начинает сдавать. Кофеин в его жилах ещё действовал, но импульсы были всё слабее, словно батарейка в детской игрушке. Ему становилось тяжелее и тяжелее... Он становился медленнее...

Одиннадцатая волна.

Зомби не стали быстрее. Это Ат замедлялся, приближаясь к их скорости. Скоро, совсем скоро они его догонят и перегонят...

Эспрессо для себя. Эспрессо для него. Только так можно было отодвигать тягучую усталость, накатывающую сладкой, удушающей патокой. Техномонстр больше не кричал «Вкуснятина!». Он теперь просто испускал мыльные пузыри, которые медленно плыли и, врезаясь в зомби, заставляли их хаотично танцевать, истерично смеяться или разворачиваться и брести прочь. Но на смену уходящим из тьмы коридора выползали новые. Их стеклянные глаза, их хриплое «Ко-фе-ин...» были бесконечным фоном этой бесконечной вечности.

Волна без номера.

Ат варил эспрессо. Это был единственный путь в реальности. Помол, уплотнение, экстракция. Снова и снова. Его мир сузился до размеров кофейной стойки. Как вдруг раздалось «хлюп-хлюп», и на стойке материализовался Маленький Капучино. Он бежал на четырёх тоненьких ножках, одна пара была в красных кедах, а другая пара в чёрных кедах и, пробегая мимо Ата, бросил:

—Что у вас тут происходит? Мне точно это не нужно.

—Хватай, это бонус, — прохрипел уставший Техномонстр, пуская в зомби очередную порцию мыльных пузырей.

Ат протянул руки, чтобы схватить беглеца, но не успел. Маленький капучино ускорился, со словами «ну уж нет» исчез, издав прощальное «хлюп-хлюп»...

Ат опустил руки. Вслед за ними начала клониться голова. Силы покидали его стремительно. Техномонстр работал, но его атаки потеряли всю силу и стали почти декоративными, бессмысленным фоном для неизбежного.

Техномонстр увидел, как последняя надежда исчезла в телепорте. Они теперь не могли победить. Ат, кофейный вампир, и его техногенный спаситель, вели проигрышную войну на истощение.

Сил больше нет.

Они остановились.