Winx club x Hannah montana : Магия сцены (гет)

.

Глава 8: Текна и закон «первобытной» физики

Часть 1: Экзаменационный зал и искры логики

Утро в Стэнфорде выдалось душным. В

кондиционеры в старых корпусах университета работали через раз, и аудитория, где проходил большой экзамен по физике, напоминала сауну, набитую нервными студентами. Майли, Лилли и все шестеро Винкс сидели в одном ряду. По странному стечению обстоятельств (или благодаря небольшому вмешательству Текны в базу данных), они все оказались на одном факультете, чтобы держаться вместе.

Текна сидела, выпрямив спину, и с недоумением смотрела на выданный лист с заданиями. Для неё, феи технологий с Зенита, чей мозг был на 70% интегрирован с цифровыми матрицами, этот тест выглядел как издевательство.

— Это просто смешно, — прошептала она, обращаясь к Блум. — Эти формулы на Зените учат еще в первом классе, сразу после того, как дети осваивают управление базовыми нано-ботами.

Блум, которая старательно выводила ответ на второй вопрос, шикнула на неё:

— Текна, я понимаю, что для тебя это как таблица умножения, но это земной экзамен. Просто реши его на отлично, получи свою «А» и пойдем пить латте. Мы здесь, чтобы не выделяться.

В этот момент к их ряду подошел Профессор Коллинз. Это был мужчина с лицом, похожим на сушеный чернослив, и характером, который не менялся с 1980-х. Он громко постучал указкой по столу.

— Внимание! Напоминаю правила: никаких калькуляторов, никаких шпаргалок и, упаси вас Ньютон, никаких разговоров. Любое нарушение — и вы вылетаете из Стэнфорда быстрее, чем яблоко падает на голову гения.

Текна подняла руку. Профессор недовольно прищурился.

— Да, мисс... как вас там?

— Текна. Извините, Профессор, но я просмотрела задания. Ваши уравнения... они выглядят как устаревшие сказки для первобытных людей. Вы используете константы, которые были опровергнуты в прогрессивных мирах еще до начала нашей эры.

В аудитории воцарилась гробовая тишина. Майли вжала голову в плечи, а Лилли прикрыла рот ладонью.

Профессор Коллинз побагровел.

— Сказки? Первобытные люди? Юная леди, вы понимаете, что за такие слова я имею право не только выставить вас за дверь, но и пожизненно понизить ваш балл до нуля?

Текна даже не моргнула. Логика была на её стороне.

— Я бы посоветовала вам понизить градус ваших эмоций, Профессор. Для человека вашего статуса слишком непрофессионально так бурно реагировать на конструктивную критику программы.

Профессор буквально лишился дара речи. Он открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Лилли, сидевшая рядом с Майли, шепнула:

— О да... Кажется, самая умная девушка в Стэнфорде сейчас по уровню репутации опустится до Джексона, а то и ниже.

Текна услышала это и холодно ответила:

— Мы не собираемся здесь долго задерживаться, Лилли. Но истина дороже диплома.

— Я знаю, — хмыкнула Лилли. — Но просто иронично наблюдать, как ты разносишь его эго в пух и прах.

Пока Профессор пытался прийти в себя, Блум попыталась сгладить углы:

— Профессор, извините её, она просто очень... прямолинейная. Она лишь высказала свое мнение.

— Это не мнение, это факт, — отрезала Текна. — Каждый образованный человек на Зените должен знать, что эти уравнения не учитывают коэффициент магического смещения.

Майли вздохнула, вспоминая свои школьные годы в Теннесси.

— Текна, поверь мне, у нас в школе далеко не все знают даже обычные уравнения. Мой брат Джексон вообще по факту хотел, чтобы я или папа написали за него вступительный экзамен в колледж. Я до сих пор не представляю, как он вообще туда поступил. Наверное, комиссия была в глубоком трансе.

Лилли хихикнула, представляя Джексона с учебником физики.

— Ок, и как будем решать проблему? — спросила она, глядя на Профессора, который уже начал строчить что-то в своем журнале. — Переформатируем профу мозги магией или просто напоим его чем-нибудь покрепче?

Текна решительно

.

— Никакого алкоголя. Надо доказать, что он был не прав, используя чистый разум.

Стелла, которая всё это время рассматривала свой маникюр, неожиданно вмешалась:

— А если ты сама не права, Текна? Надо же иногда думать, что ты говоришь людям. Земляне очень обидчивые, когда им говорят, что они пещерные жители.

— Я на 100% уверена, что права, — ответила Текна. — Разве что по земным меркам эти формулы актуальны, но для меня это как теория Дарвина для тех, кто уже умеет перемещаться между измерениями.

Майли поморщилась:

— Что там про теорию Дарвина? У нас люди до сих пор верят, что Земля плоская, хотя это нонсенс.

Текна в ужасе округлила глаза:

— Серьезно? Я думала, на Земле не настолько глупые люди.

Блум мягко похлопала её по руке:

— Текна, люди бывают разные. Есть твои конкуренты в плане интеллекта, ученые и гении, а есть те, кто умеет говорить, но абсолютно не умеет думать. Тебе нужно найти общий язык с Профессором.

Спустя несколько минут большинство студентов уже сдали свои листы. Майли и Лилли быстро накалякали ответы (Майли списала пару формул у Блум, а Лилли просто надеялась на удачу). Текна же подошла к столу Профессора.

— Эмм... Я закончила. И я всё еще утверждаю, что была права, — сказала она.

Профессор Коллинз поднял на неё взгляд поверх очков.

— В том, что вы решили оскорбить наш колледж? О да, конечно. У нас же тут учатся исключительно первобытные люди, а вы у нас ультрасовременная, как мой новый ЖК-телевизор, который я купил вчера.

— Я могу сдать еще один экзамен. Любой сложности. Чтобы вы поняли, что я не пытаюсь вас обидеть, а просто констатирую уровень знаний.

Профессор ехидно улыбнулся.

— Хорошо, мисс «Ультрасовременность». Раз вы такая умная, решите задачу о коллапсе черных дыр при столкновении с антиматерией. Это уровень докторантуры, который мы здесь даже не даем.

Текна уверенно кивнула:

— Да! Давайте вашу основу.

Профессор быстро набросал на листе условия задачи. Текна взяла ручку, и её пальцы на мгновение дрогнули. Перед её глазами всплыли магические сетки. Она видела решение через призму магических переменных, где стандартное уравнение энергии выглядело так:

$$E = mc^2 + \Psi$$

Где $\Psi$ — это коэффициент эфирной магии, без которого расчет коллапса был просто неточен.

— Конечно, это уже более интересно, — пробормотала Текна, — но мы точно на Земле? Почему задача такая... неполная?

Лилли, стоявшая за её спиной, шепнула:

— Ты же сама говорила, что наши экзамены для пещерных людей. Вот и получай «каменный век» в квадрате!

Текна начала писать. Она боролась с собой, чтобы не вписать туда магические символы Зенита.

Майли подошла ближе и прошептала:

— Текна, может, пиши проще? Как по-нашему, по-земному? Без всяких там «пси-излучений»?

— Я попробую земной способ, — вздохнула Текна.

Она сосредоточилась. В её голове пронеслись тысячи гигабайт информации. За 10 минут она исписала весь лист чистейшими математическими выкладками, которые теоретически могли бы существовать на Земле, но до которых люди додумались бы только лет через пятьдесят.

Текна положила ручку.

— Готово. Но Профессор, почему это задание выглядит не как земное? Оно какое-то... странное.

Профессор Коллинз долго изучал лист. Его лицо постепенно меняло цвет с красного на бледный.

— Я... я просто придумал эту рандомную задачу из головы, чтобы поставить тебя в тупик, — признался он. — Но я вижу, что ты справилась. Ты использовала методы, которые я видел только в закрытых научных журналах. Хорошо, ты получишь высшую оценку.

Текна нахмурилась:

— Но это жульничество! Получается, вы решили заскамить меня? Вы дали задачу, которая не имеет решения в вашем учебнике?

Профессор пожал плечами:

— Мы, взрослые, тоже имеем право вас обманывать, мисс Текна. Точно так же, как и студенты обманывают нас на каждом шагу.

— Я пожалуюсь директору на ваш непрофессионализм!

— У нас иммунитет, — усмехнулся Коллинз. — Жалоба одной студентки против профессора с 30-летним стажем не имеет никакой силы.

Текна почувствовала, как внутри закипает праведный гнев. Она не любила несправедливость и ложь.

— Ну уж нет... — прошептала она. — Самоцвет ума!

Она активировала силу своего Беливикса. На долю секунды в аудитории вспыхнул мягкий бирюзовый свет, невидимый для обычных людей, но ощутимый как легкий ветерок. Текна на мгновение трансформировалась, её разум соединился с разумом Профессора, заставляя его осознать правду и признать свои ошибки. Спустя мгновение она снова стояла перед ним в обычной одежде студентки Стэнфорда.

Глаза Профессора на мгновение затуманились, а затем он глубоко вздохнул. Его голос стал мягче, а взгляд — честнее.

— Знаете... Вы отлично сдали экзамен, мисс Текна. И я должен признать, что мои методы были... излишне резкими.

Текна кивнула, её гнев утих.

— Спасибо. Но я тоже хочу извиниться. Просто там, где я родом, программа намного сложнее, чем у вас. Я не хотела показаться высокомерной.

Профессор с любопытством посмотрел на неё:

— А вы откуда родом? Такой блестящий ум...

Текна на секунду замешкалась, вспоминая карту Земли.

— Хммм... из Канады. Из очень... технологичного района.

— Не знал, что в Канаде такая продвинутая программа в школах, — удивился Профессор. — Я думал, она аналогична нашей.

— О, у нас там очень холодно, поэтому мы всё время сидим дома и учим физику, — вставила Майли, спасая положение.

— Хорошо, конфликт улажен, — улыбнулся Профессор Коллинз и поставил Текне «А+».

Уже вечером, вернувшись в уютное общежитие, девочки расслабились. Майли развалилась на кровати, наблюдая, как Флора расставляет свои растения по фэн-шую.

— Девочки, вы скоро без магии дышать не будете! — засмеялась Майли. — Текна, ты серьезно использовала магию на бедном профессоре? Хотя... на моего брата этот твой «Самоцвет ума» нужен на хронической основе. Если бы он начал думать, мир бы перевернулся.

Лилли прыснула:

— Самоцвет ума Джексона называется «кукурузик». Потому что в его голове только Сиена и мысли о том, как бы не работать.

Майли согнулась от смеха:

— В какой-то степени да! Ахахаха!

Блум, расчесывая свои огненные волосы, серьезно заметила:

— У каждой из нас Беливикс дает особый «инструмент влияния» на людей. Это помогает им поверить в добро и истину. У меня это называется «Сила жизни» — я могу исцелять энергию и надежду. У Стеллы — «Рассвет света», она дарит ясность ума. У Флоры — «Дыхание мира», которое успокаивает конфликты. У Музы — «Яркое сердце», пробуждающее чувства, а у Лейлы — «Дух храбрости».

Майли задумчиво посмотрела в окно на вечерние огни кампуса.

— Жаль, что мы с Лилли не феи. Возможно, скрывать от людей, что я Майли Стюарт, а не Ханна Монтана, было бы легче. Я бы просто навязала людям любую мысль, и они бы видели во мне только обычную студентку.

Блум подошла к ней и положила руку на плечо.

— Знаешь, Майли... Я думаю, если бы все люди на Земле обладали магией, всё стало бы слишком просто. Исчезла бы искренность. Сложность тоже должна быть в жизни. Настоящая победа — это когда ты добиваешься цели сама, без заклинаний.

Майли улыбнулась, чувствуя тепло слов подруги.

— Наверное, ты права. Быть без магии — это тоже своего рода ценность. Мне вполне хватает моей карьеры певицы. Ведь когда я пою на сцене, это тоже своего рода магия, верно?

— Еще какая! — хором ответили Винкс.