Путешествие на Батуу (гет)

Флоргус уверенно зашагал по узким мощеным улочкам Аванпоста "Черный шпиль". Ночь опустилась на Батуу густой, непроницаемой мантией. Лишь кое-где тускло мерцали фонари, отбрасывая причудливые тени. Воздух был пропитан запахом пережаренного мяса тварей, машинного масла и пыли.

Я старалась не отставать от Флоргуса, внимательно оглядываясь по сторонам. Аванпост, даже в глухую ночь, жил своей бешеной жизнью. Мимо нас проскальзывали худые фигурки дроидов-уборщиков, шурша своими щетками по мостовой. В темных углах перешептывались контрабандисты, деля добычу и планируя новые аферы.

Мы миновали лавку древностей Дока-Ондера, где в полумраке витрины тускло поблескивали древние артефакты. Я на мгновение замерла, зачарованная их видом, но Флоргус потянул меня за рукав, не давая остановиться.

— По правде говоря, я ни разу не покидала Кантину и даже не в курсе можно ли ее покидать, — призналась я, плетясь за Флоргусом в сумрачных коридорах Аванпоста.

— А сколько ты здесь работаешь?

— Кажется, месяца три. Время летит незаметно, едва успеваю осознать, где я и с кем. — мои глаза стали шире, и я обняла свои плечи.

— Ну, если это не было оговорено между вами об этом правиле — значит его не существует. — Флоргус оценивающе посмотрел на меня. — Что же он такого наговорил, что ты так напугана?

Я предпочла не отвечать, сохраняя ускользающее спокойствие, и задала свой вопрос:

— Что за документы и почему они так важны для тебя?

Флоргус усмехнулся, покачав головой.

— Ты поразительно сообразительна. Но сперва перекусим. Ты же не была в Доке №7? Там лучшие блюда на всем Батуу. — Он внезапно взял меня за руку и потянул за собой.

Передо мной раскинулось огромное, шумное заведение, над которым возвышалось странное сооружение, притягивающее мой взгляд. Что-то манило и завораживало в этой конструкции. Флоргус заметил мою заинтересованность.

— Это остов транспортного корабля. Когда-то он бороздил просторы космоса, но теперь он навсегда прирос к крыше Дока №7, как напоминание о былой славе. Вот такая вот история.

— И кто был его хозяином?

— Ха-ха, точно не Печенька.

— Что? — я вперилась в него взглядом, полным немого вопроса. Он лишь закатил глаза в ответ. — Строно Таггс. Печенька — это его… прозвище. Артиодакец, веками служит здесь на кухне, и молва гласит, что он один из лучших кулинарных экспертов в галактике.

Стоило мне переступить порог, как меня накрыла волна удушливых запахов: горелое масло, едкий дым и приторная сладость, свербящая в носу. Внутри не было ни намека на столики — зашел, заказал и бегом на улицу. Иначе никак, с таким-то амбре, выдержать которое под силу не каждому.

— О, вон он. — Флоргус положил свою лапищу мне на плечо и направил палец в сторону кухни. — Строно Таггс. Вон тот, с топором.

Строно Таггс одним своим видом внушал если не ужас, то неприятное чувство. О чистоплотности и говорить не приходилось. Он походил на огромную, покрытую копотью глыбу. Я невольно скривилась. В моей "Кантине" выбор и невелик, зато я хотя бы контролирую, что подаю гостям. Флоргус расхохотался, словно прочитав мои мысли.

— Успокойся. Он всего лишь здесь главный по кухне. Указывает другим, что и как делать. Зато еда здесь такая, что пальчики оближешь.

Я с сомнением осмотрела подвешенное меню. Набор букв, не более. В Донду мы ели все, что под руку попадется. И было весьма… неплохо! Или я просто пыталась убедить себя в этом?

К нам подошла девушка неизвестной мне расы. Ее кожа, под тусклым светом кафе, казалась не блестящей, а тусклой и матовой. Рога-антенны, сломанные в нескольких местах, были небрежно перемотаны липкой изолентой, явно содранной с ближайшего космического корабля. Униформа, когда-то, вероятно, являвшаяся стандартом для официанток этой сети космических кафе, теперь представляла собой старую дешевую ткань. Движения ее были резкими и угловатыми. Она волочила ноги по полу, оставляя за собой шлейф запаха жареной картошки и вселенской тоски.

— Нам жареного эндорского тип-йипа! Умираю с голоду! — Абеднедонец сладко облизнулся. Меня передёрнуло, зная о наших разных вкусовых предпочтениях.

— Что? Это просто курица! — огрызнулся он и отмахнулся от меня рукой.

Уже через несколько минут нам вынесли заказ. Флоргус, подхватив поднос, поспешил к спасительному воздуху. Оказавшись на улице, мы примостились в укромном уголке, средь приглушенного света обвисших ламп и колышущихся от ветра тканей. Скрипучий деревянный столик, шаткие стулья и, главное, — наша еда, разделяющая нас двоих. Я вдохнула дурманящий запах и в желудке невольно заурчало. Сделав пару жадных укусов Тип-йипа — курицы с планеты Эндор, как гласила надпись в меню, — я вернулась к главному:

— Так ты скажешь?

Флоргус устало вздохнул. Он замолчал, внимательно разглядывая поверхность стола, словно в потертом дереве надеялся найти нужные слова.

— Эти документы… они касаются одного человека, вернее информации о нем, которая стоит не мало. Им увлекся Первый Орден и я хочу заполучить эту информацию быстрее, чем они.

— Первый Орден? Но кто это? — отозвалась я, отпуская кусочек курицы.

Флоргус скривился, словно от зубной боли, и потер переносицу.

— Ты вообще откуда свалилась? Всю галактическую войну проспала?

Я резко отвернулась, чувствуя, как щеки заливает краска. — Извини, не слежу за последними новостями! Да, спала!

Флоргус на секунду замолчал, в его глазах мелькнула сталь, а лицо вдруг стало серьезным, почти мрачным.

— Первый Орден — это вооруженные отморозки, пришедшие к власти после падения Империи. Новое воплощение старой тирании, только еще более жестокое. Их цель — уничтожить Повстанцев и всех, кто посмеет им перечить, — пояснил он, искоса поглядывая на улицу, словно боялся подслушивания.

— И что же такого ценного в этом человеке? — спросила я, стараясь не выдать волнения. Любопытство терзало душу, а предчувствие беды сдавливало сердце.

— Легенда, пророчество… призрак, которого годами безуспешно пытаются поймать. Говорят, его почти поймали, но он, как тень, растворился в воздухе. Говорят, в нем спрятана сила, которая может поменять ход истории в лучшую сторону для нас и худшую для Первого Ордена. И вот, оказывается, наш любимый Хондо скрывает тайну его местонахождения.

— А зачем Хондо его прячет?

— Не его, а информацию о нем, — поправил Флоргус. — Зная Хондо, он собирается выгодно ее продать. А Первый Орден готов заплатить очень щедро.

— И что ты собираешься делать? — спросила я, отодвигая недоеденный тип-йип. Аппетит пропал надолго.

Флоргус небрежно отбросил обглоданную косточку, вытер руки о тунику и хитро прищурился.

— Вопрос не в том, что я собираюсь делать, а в том, что ты будешь делать, — заявил он, буравя меня взглядом.

Я непонимающе моргнула. — Я? Какое я имею отношение к твоим планам?

Он наклонился ближе, понизив голос до шепота. — Ты работаешь в кантине Хондо каждый день. Знаешь все ходы и выходы, каждый потайной уголок. Я не смогу пробраться в его кабинет незамеченным. А ты сможешь.

— В его кабинет? — Сердце ухнуло в пятки. Это было безумие.

— Именно, — кивнул Флоргус. — Там он хранит самое ценное. Документы, артефакты, информацию. Уверен, сведения об этом человеке — там.

— Я не стану этого делать, — покачала я головой. — Если меня поймают…

Лицо Флоргуса мгновенно омрачилось.

— Иелла, не забывай, кто помог тебе избежать неминуемой гибели. Без моей помощи, ты бы давно валялась где-нибудь в канаве, объеденная падальщиками. Ты в долгу передо мной. Не будь как твой босс — он думает только о себе!

Эти слова задели меня за живое. В голове всплыли неприятные моменты, связанные с бесчисленными проделками Хондо. С тем безразличием, с которым он относился к чужим жизням.

— Постой, но откуда тебе это известно? Вся подноготная кантины? — я впилась в него взглядом, опираясь на стол, словно ища опору.

Он шумно выдохнул.

— Я уже был на твоем месте.

— Ч-что? — я отшатнулась, пораженная его словами. — И ты молчал?

— Тише ты! — он снова оглянулся по сторонам. — Да, я работал на Хондо. Недолго, но достаточно, чтобы он держал меня на коротком поводке. Хотя, конечно, уже не так пристально, как раньше.

— Вот почему ты не появился сразу в кантине, а выжидал, пока он уедет, — до меня дошло, как молния сверкнула в голове.

Он не ответил, лишь долго смотрел мне в глаза, ожидая решения.

— Это тот долг, за которым я вернулся, — напомнил он.

Я замолчала, взвешивая все «за» и «против». Риск огромен, но слова Флоргуса засели в голове. Быть как Хондо… Долг за мое спасение…

— Ладно, — выдохнула я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Я попробую. Но… если я почувствую хоть малейшую опасность… я сразу же отступлю.

Флоргус облегченно выдохнул, и в его глазах снова вспыхнул огонек.

— Я знал, что ты не подведешь, Иелла. У тебя все получится. Просто будь предельно осторожна. Первый Орден не прощает ошибок. И Хондо тоже.

В молчании мы доели остатки трапезы. Флоргус бесцеремонно швырнул черные каменные тарелки в утробу мусорного бака и коротким кивком указал в сторону кантины.

— Но почему ты ушел? И как долго ты работал на Хондо?

— Просто нужна была перевалочная база, — пожал он плечами, избегая моего взгляда.

— А ты замечал за ним… что-то жуткое?

— Эээ, думаю, нет. Говорю же, я всего-то протёр пару раз у него полы да столы. Я даже месяца не проработал. Получил тогда свои недостающие 5 монет на постоялый двор и…

— Стой! Что? Постоялый двор? Почему ты сразу не отвел меня туда? — изумилась я, и в груди робко затеплилась надежда.

— А у тебя деньги были? — он насмешливо фыркнул, и моя надежда тут же угасла, сменившись привычной горечью. Я снова погрузилась в раздумья, пытаясь сложить все кусочки головоломки. Значит, существует постоялый двор, а я об этом даже не подозревала. Конечно, Хондо вряд ли хочет, чтобы его покидали. Интересно, сколько сейчас стоит там комната?

— Ты его чем-то заинтересовала, — вдруг проницательно заметил Флоргус, глядя мне прямо в глаза. Я удивленно вскинула брови, хотя в глубине души и сама это чувствовала. — Очень странно, что за последние месяцы ты ни разу не выходила из кантины. Бред какой-то! Чужеземцам интересно изучать окрестности, неужели…

— Нет! — резко оборвала я, словно обжигаясь о собственные воспоминания. В памяти всплыла картина: тело убитого в крови Хэтта на полу, ноющая рана на боку, испуганное лицо вора, да и многое другое. — Не было времени. Только работа и сон.

Флоргус проводил меня до самой кантины. Стоя в тени покосившегося навеса, он тихо проговорил:

— Завтра, как стемнеет, я буду ждать тебя здесь же.

Я молча кивнула, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Правильно ли я поступаю? Могу ли я ему верить? Я повернулась и шагнула внутрь, в уже привычную, но внезапно ставшую чужой атмосферу Кантины. Лязг стаканов, скрип, бубнеж. Едва переступив порог своей комнаты, меня тут же окружили трое прислуживающих за баром.

— Кто это был? Мы не видели, чтобы раньше ты с кем-то шепталась, — прошипела Рила, розовая тощая тви’лекка, чьи глаза напоминали острые осколки обсидиана.

— О чем вы говорили? Вела себя… странно, — пробасил Клонк, грузный забраак, с фартуком, забрызганным маслянистыми пятнами словно у безумного художника.

— Кто вообще дал тебе право выползти из кантины? — прошипела Гейза, мириаланка с хищным изгибом губ и голосом, режущим слух, как осколок стекла. — Ты хоть понимаешь, что Хондо должен знать каждый твой шаг? Ты принадлежишь ему, ты — его собственность.

— Едва ли я слышала что-то более нелепое, — ответила я, кривя губы в усмешке, лишенной капли веселья. — Собственность? Звучит как дурная шутка.

Напряжение в маленьком коридоре сгустилось, словно туман. Я чувствовала, как на меня смотрят шесть глаз, полных подозрения и неприязни.

«Собственность… Дурачье. Я здесь выживаю, но это временно», — мысленно огрызнулась я.

— Что? Говоришь что-то? — наседала Гейза, опасно приближаясь.

— Да так, размышляю вслух. Удивляюсь вашей заботе о моей скромной персоне. Неужели Хондо платит вам за то, чтобы вы следили за каждой моей прогулкой? Лучше бы следили за тем, чтобы стаканы сверкали, а блюда появлялись на столах раньше, чем гости успеют проголодаться, — процедила я напоследок Клонку. Его место у плиты, но сплетни он любил больше готовки.

Клонк фыркнул, его желтоватые клыки хищно блеснули, и, круто развернувшись, он зашагал прочь от нас.

— Хондо платит нам за порядок. И чтобы всякие грязные девчонки не якшались с теми, кто может навредить его интересам, — прошипела Гейза, словно змея, выплевывая слова с ядовитой злобой.

Тут уж я не выдержала. Пусть я и старалась не привлекать внимания, но называть меня грязной девчонкой? Этого я не позволю.

— Следи за языком, — процедила я, стараясь сохранять спокойствие. — Иначе я поинтересуюсь, чем ты его так испачкала.

Не дожидаясь ответа перепуганной мириаланки, я развернулась и вошла в свою комнату, хлопнув дверью. К черту их всех!

На душе клокотала злость и обида. Как же я устала от этого места, от этих людей, от постоянного страха. Но больше всего я ненавидела то, что они считают меня рабыней Хондо.

Прислонившись спиной к прохладной каменной стене, я закрыла глаза, пытаясь упорядочить мысли. Постоялый двор… Мысль о комфортном постоялом дворе с мягкой кроватью и горячим душем, а не о холодной, жесткой деревянной кровати, служившей мне ложем под чужим небом, казалась почти нереальной. Я вспомнила, как на Донду мы подкладывали больше песка на каменные глыбы, чтобы лучше спалось… На Батуу, по крайней мере, можно было купить себе иллюзию безопасности, хоть и за очень высокую цену. Но даже эта иллюзия казалась роскошью.

Я вспомнила слова Флоргуса: «Ты его чем-то заинтересовала». Что же это могло быть? Что такого особенного во мне, что привлекло внимание Хондо? У меня нет выдающихся талантов, я не умею плести интриги, не владею боевыми искусствами… Разве что я умею слушать, запоминать и выполнять работу.

Нужно что-то делать, нужно действовать.

Я окинула взглядом свою убогую каморку. Ничего полезного. Только старая койка, грязное белье и пара поношенных ботинок.

Тихо прикрыв за собой дверь, я крадучись пробралась на кухню. Там, словно не замечая ночных переполохов, Клонк, что-то напевая себе под нос, возился с огромным чаном, полным желтовато-зеленой жижи. Его заляпанный фартук, казалось, впитал в себя все запахи кантины за последние десятилетия. Собравшись с духом, я подошла ближе и нарочито громко кашлянула.

— Клонк, — сказала я, стараясь придать голосу уверенности. — Там один посетитель… Зовет тебя. Чем-то недоволен.

Клонк, ворча, выпрямился и протер тыльной стороной руки свой и без того грязный лоб.

— Что еще этому скампи надо?

— Кричит, что еда отвратительная, что ты плюнул ему в суп, — выпалила я, импровизируя на ходу. — И хочет серьезно поговорить. Забрак нахмурился, обнажив желтоватые клыки.

— Плюнул, говоришь? Да я… Ладно, разберемся, — пробурчал он, вытирая руки о фартук. — Скажи, где он?

— В углу, за игровым автоматом. Только будь осторожен, он выглядит злым, — добавила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более убедительно.

Клонк хмыкнул и, расталкивая все на своем пути, направился к указанному месту. Я проводила его взглядом, и, убедившись, что он скрылся в полумраке, молниеносно метнулась к столу и схватила небольшой, но остро заточенный нож. До идеального оружия ему было далеко, но для отчаянной самообороны — вполне сойдет.

Засунув нож за пояс, я юркнула в свою каморку и, задвинув ржавый засов, рухнула на койку. Но сон бежал прочь. Голова гудела от мыслей: Флоргус, Хондо, Клонк… и эта чертова встреча. Верно ли я поступаю? Не играю ли с огнем? В конце концов, измученная тревогой, я провалилась в беспокойный сон, наполненный обрывками воспоминаний и мрачными предчувствиями.

Следующий рабочий день тянулся мучительно долго. Я механически выполняла свои обязанности, стараясь не привлекать внимания. Но внутри меня бушевал ураган.

Под вечер в кантине стало особенно шумно. За одним из столиков разгорелась нешуточная битва в сабаак. Азарт заразил всех вокруг. Я, протирая заляпанную стойку, украдкой наблюдала за игрой. Какой-то незнакомец, одетый на удивление прилично, сделал дерзко высокую ставку. Откуда у него столько кредитов?

Через некоторое время раздался радостный хохот и звон монет. Незнакомец сорвал банк! Все вокруг смотрели на него с завистью и восхищением. Гейза шепнула Риле, чтобы та попробовала приударить за счастливчиком, мол, удача заразна. Я лишь закатила глаза, устав от их вечной глупости.

Парень, довольно молодой, с небрежными темными волосами, где сбоку проходила четкая линия, быстро сгреб выигранные монеты и кредиты со стола и засунул их в видавшую виды сумку. Было видно, что он нервничает, но старается этого не показывать. Затем его взгляд упал на меня. Наши глаза встретились. Неожиданно для себя, я криво усмехнулась. Он подошел к стойке и, придвинув к себе ближайший табурет, заказал выпивку, не сводя с меня взгляда.

— Самый крепкий, что у вас есть, — ухмыльнулся он. — День сегодня выдался… скажем так, прибыльным.

Я молча выполнила заказ, поставив перед ним стакан с мутной жижей. Он одним махом осушил его и поморщился.

— Ядовито, — констатировал он. — Что это?

— Реактивный ранец. Ты просил самый крепкий. Вот он и есть, — усмехнулась я, наблюдая за его забавной гримасой.

— Слушай, — внезапно спросил он, отодвинув стакан. — А здесь всегда так… весело?

— Как когда, но ты бы не расслаблялся. На Батуу везде опасно. На Батуу везде опасно. По крайней мере, так говорят. Особенно, когда у тебя полная сумка кредитов, — произнесла я, небрежно скользнув взглядом по его сумке.

Он усмехнулся, но в его глазах мелькнул маленький испуг.

— Не стоило так светить монетами, — добавила я, с остервенением протирая засаленный стакан, словно пытаясь оттереть с него чужие отпечатки. — Здесь хватает головорезов. Как ты вообще собираешься выбираться отсюда?