Рон Уизли и Философский камень (джен)

Малфой не поверил своим глазам, когда на следующее утро увидел нас с Гарри за завтраком — мы были уставшими, но светились от счастья. Похоже, Малфой уже не сомневался, что больше нас не увидит, потому что вместо завтрака, будучи исключенными из школы, мы садились на поезд до Лондона.

В отличие от Малфоя, мы были по-настоящему счастливы. Проснувшись и обсудив произошедшее прошлой ночью, мы с Гарри решили, что встреча с трехголовым псом была замечательным приключением, и мы хотели бы устроить еще одно в том же духе. И теперь мы гадали, зачем может понадобиться такая усиленная охрана.

Я потянулся за яичницей с сосисками.

— Это либо что-то очень ценное, либо что-то очень опасное, — предположил я.

— Или и то, и другое одновременно, — задумчиво произнес Гарри.

Однако это все, что мы знали об этом загадочном предмете, это то, что его длина составляет около пяти сантиметров. Но этого было слишком мало, чтобы догадаться, что это за предмет.

Что касается Невилла и Гермионы, то им, похоже, было все равно, что находится в тайнике, где стояла собака. Невилл думал только о том, чтобы больше никогда не приближаться к трёхголовому псу. А Гермиона просто игнорировала нас с Гарри, отказываясь с нами разговаривать. Однако, если учесть, что она была жуткой всезнайкой, вечно лезла вперёд и любила командовать, то мы были только рады её молчанию. Больше всего на свете — не считая желания узнать, что находится в запретном коридоре, — мы с Гарри хотели отомстить Малфою. И, к нашей великой радости, через неделю у нас появился такой шанс. Это случилось за завтраком, когда в Большой зал влетели совы с почтой. Все, кто сидел в зале, сразу заметили шестерых сов, которые несли в клювах длинный свёрток. Мне было так же любопытно, что в нём, как и всем остальным. Совы подлетели к столу Гарри и опустили свёрток прямо на его тарелку с жареным беконом. Тарелка разбилась. Не успели шесть сов набрать высоту, как появилась седьмая и уронила письмо на свёрток. Гарри первым вскрыл конверт. Он с трудом скрыл радость и протянул письмо мне.

— НЕ ОТКРЫВАЙТЕ ПОСЫЛКУ ЗА СТОЛОМ, — было написано в письме.

Там твоя новая метла, «Нимбус-2000», но я не хочу, чтобы все об этом знали, иначе все первокурсники начнут просить, чтобы им тоже разрешили иметь личные мётлы. В семь часов вечера Оливер Вуд будет ждать тебя на поле для квиддича, где пройдёт первая тренировка.

Профессор М. МакГонагалл

— Чёрт возьми, это же та самая новая гоночная метла."Нимбус-2000"! — завистливо простонал я. — Я даже в руках её никогда не держал.Мы быстро вышли из зала, чтобы успеть осмотреть метлу до начала первого урока. Но когда мы подошли к лестнице, дорогу нам преградили Крэбб и Гойл. Из-за их спин появился Малфой, выхватил свёрток у Гарри и оценивающе ощупал его.

— Это метла, — равнодушно констатировал он, бросая свёрток обратно Гарри. На его лице читались гнев и зависть. Но если моя зависть была светлой, то у Малфоя она была чёрной. — На этот раз тебе не отвертеться, Поттер. Первокурсникам не разрешается иметь собственные мётлы.

Я не мог этого вынести. Это была такая возможность поиздеваться над ним, что я не смог удержаться. — Это не просто какая-то старая метла, — я с превосходством посмотрел на Малфоя и вызывающе ухмыльнулся. — Это «Нимбус-2000». Что ты там говорил, Малфой, про ту метлу, которую ты оставил дома? Это же «Комета-260»? Метла, конечно, неплохая, но с «Нимбусом-2000» ей не сравниться.

— Да что ты знаешь о мётлах, Уизли? У тебя бы и на полфунта не хватило денег, — пробормотал в ответ Малфой. — Вы с братьями, наверное, много лет копили на обычную метлу, покупая по веточке на брата.

Не успел я ответить, как рядом с Малфоем появился профессор Флитвик.— Надеюсь, вы, мальчики, не собираетесь драться, — пропищал он.

— Профессор, у Поттера есть метла, — выпалил Малфой и замер, явно довольный собой.

— Да-да, всё в порядке, — профессор Флитвик широко улыбнулся Гарри. — Знаешь, Поттер, профессор МакГонагалл рассказала мне, что сделала для тебя исключение. Что это за модель?

— Это «Нимбус-2000», сэр, — объяснил Гарри. — Я должен поблагодарить Малфоя за то, что он достал мне такую метлу. — Крэбб и Гойл разошлись, и мы поднялись по лестнице, сотрясаясь от беззвучного смеха. Малфой выглядел одновременно взбешённым и беспомощным.

— Самое смешное, что это правда, — хихикнул Гарри, когда они поднялись по мраморной лестнице. — Если бы Малфой не стащил у Невилла напоминание, я бы не попал в команду...

— То есть ты считаешь, что это награда за нарушение школьных правил? — раздался позади сердитый голос. Мы обернулись и увидели Гермиону Грейнджер, поднимающуюся по лестнице. Она неодобрительно посмотрела на свёрток в руках Гарри. — Не думаю, что ты с нами разговаривала, — сказал Гарри.

— И ни в коем случае не передумывай, — добавил я. — Тем более что это принесёт нам столько пользы.

Гермиона гордо прошла мимо, задрав нос к потолку. После школы мы с Поттером вместе бросились наверх, чтобы наконец распаковать его «Нимбус».

— Боже мой! — восхищённо выдохнул я, не в силах отвести взгляд от открывшегося нам чуда. Даже Гарри, который мало что знал о мётлах, был впечатлён. Ручка из красного дерева была отполирована до блеска, длинные прямые прутья и золотые буквы «Нимбус-2000» — в общем, метла была просто загляденье. Вечером Гарри взял метлу и отправился на свою первую тренировку.

* * *

За два месяца замок стал моим домом. Я чувствовал себя в Хогвартсе комфортно и даже подружился с кем-то. Кроме того, здесь было очень интересно, в том числе на уроках, которые стали гораздо увлекательнее с тех пор, как первокурсники освоили основы и начали изучать более сложную программу.

Проснувшись утром в канун Дня всех святых, мы почувствовали восхитительный аромат запечённой тыквы — неотъемлемого атрибута этого праздника. А затем на уроке заклинаний профессор Флитвик объявил, что, по его мнению, мы готовы приступить к практике. С тех пор как профессор Флитвик заставил жабу Невилла несколько раз пролететь по классу, мне, как и всем остальным, не терпелось овладеть этим искусством.

Профессор Флитвик разделил всех учеников на пары. Гарри оказался в паре с Симусом Финниганом, чему был очень рад. А вот мне не повезло — моей напарницей стала Гермиона Грейнджер. Хотя Гермиона, похоже, тоже была не в восторге. Трудно сказать, кто из нас выглядел более раздражённым. С того дня, как Гарри получил метлу, Гермиона ни разу не заговорила ни со мной, ни с Гарри.

— Не забывайте о движениях кистью, которые мы с вами отрабатывали, — пищал профессор Флитвик. — Кисть вращается легко, резко и со свистом. Помните: легко, резко и со свистом. И очень важно правильно произносить волшебные слова — не забывайте о волшебнике Баруффио. Он сказал «эс» вместо «эф» и в итоге оказался на полу, а на его груди стоял буйвол.

Добиться результата было непросто. Я делал всё так, как учил профессор Флитвик, но перо, которое я пытался поднять в воздух, не отрывалось от стола. Нетерпеливый Симус быстро вышел из себя и начал тыкать в перо волшебной палочкой, от которой летели искры, и в итоге поджёг его — Гарри пришлось тушить перо своей остроконечной шляпой.

— Вингардиум Левиоса! — крикнул я, размахивая руками, как ветряная мельница. Но перо передо мной оставалось неподвижным. Что не так? Это действительно волшебная палочка?

— Ты неправильно произносишь заклинание, — недовольно сказала Гермиона. — Оно должно звучать так: Винггардиум Левиоса, в слоге «гар» должна быть долгая «а».

— Если ты такая умная, попробуй сама, — огрызнулся я. Гермиона закатала рукава мантии, взмахнула палочкой и произнесла заклинание. Перо оторвалось от стола и зависла над Гермионой на высоте примерно полутора метров.

— О, замечательно! — зааплодировал профессор Флитвик. — Все видели, что у мисс Грейнджер получилось!

К концу урока я был в ужасном настроении. — Неудивительно, что её никто не выносит, — пробормотал я, пока мы пытались пробраться сквозь толпу школьников, заполонивших коридор. — Если честно, она просто кошмар.

Наконец мы выбрались из толпы. Но в этот момент кто-то толкнул Гарри в бок, явно не заметив его.Это была Гермиона. Она тут же нырнула обратно в толпу.

— Думаю, она слышала, что ты сказал, — обеспокоенно произнёс он, поворачиваясь ко мне и потирая бок.

— Ну и что? — отмахнулся я, но мне стало немного не по себе. — Она уже должна была понять, что никто не хочет с ней дружить.

Гермиона не пришла на следующий урок, и никто не знал, где она, до самого вечера. И только когда мы спускались в Большой зал на праздничный ужин в честь Хэллоуина, мы с Гарри услышали, как Парвати Патил говорит своей подруге Лаванде, что Гермиона плачет в женском туалете и никак не может успокоиться, просит оставить её в покое.Мне стало не по себе. Но через несколько минут, когда мы вошли в празднично украшенный Большой зал, я совсем забыл о Гермионе. Еда! А к этой плаксе мы зайдём позже. И я не пойду в женский туалет, не хочу, чтобы меня считали извращенцем. Тысячи летучих мышей сидели на стенах и потолке, хлопая крыльями, а ещё несколько тысяч кружили над столами, словно низко нависшие чёрные тучи. От их крыльев трепетали свечи, воткнутые в тыквы. Как и на банкете по случаю начала учебного года, на столах стояли пустые золотые блюда, на которых вдруг появилось множество разнообразных яств.Я накладывал себе на тарелку запеченную тыкву, когда в зал вбежал профессор Квиррелл. Его тюрбан съехал набок, а на лице застыло испуганное выражение. Все в зале замерли, глядя, как Квиррелл подбегает к креслу профессора Дамблдора и, тяжело опираясь на стол, стонет: — Тролль! Тролль... в подземелье... Я спешил сообщить вам...

И Квиррелл, потеряв сознание, рухнул на пол. В зале поднялся шум. Лишь после того, как из палочки профессора Дамблдора вырвалось несколько громких фиолетовых вспышек, воцарилась тишина.

— Старосты! — прогремел Дамблдор.Немедленно отправляйтесь в свои спальни! — Перси тут же вскочил из-за стола, явно чувствуя себя как дома.

— Быстро за мной! — скомандовал он. — Первокурсники, держитесь вместе! Если будете меня слушаться, ничего страшного не случится! Пропустите первокурсников, пусть идут за мной! Никто не останется позади! И все подчиняются моим приказам — я здесь главный!

— Как тролль мог попасть в замок? — спросил меня Гарри, пока мы торопливо поднимались по лестнице.

— Не спрашивай, откуда я знаю. — Я пожал плечами. — Вообще-то это странно — говорят, что тролли ужасно глупые. Может, его впустил Пивз, решил пошутить перед Хэллоуином? — Судя по оживлённому движению на лестнице, эвакуация шла полным ходом. Только ученики Пуффендуя оправдывали репутацию своего факультета: они столпились в одном из коридоров и не давали пройти остальным. А слизеринцев куда-то повели наверх. Впрочем, это логично. У них в подземельях есть гостиная. Мы с Гарри пробирались сквозь толпу, как вдруг Гарри схватил меня за рукав.

— Я только что вспомнил: Гермиона! — вдруг закричал Гарри.

— Что с Гермионой? — Я не понял.

— Она не знает про тролля. — Черт, я совсем про нее забыл. Я закусил губу. Если из-за меня она погибнет, я себе этого не прощу.— Ладно, — резко сказал я через несколько секунд, за которые успел собраться с духом. — Но если Перси нас увидит...

Пригнувшись, мы вклинились в группу пуффендуйцев, которые наконец двинулись к своей башне, то есть в противоположном направлении. Никто не обратил на нас внимания, и через некоторое время мы выбрались из толпы, быстро пробежали по пустому боковому проходу и помчались к женским туалетам. Цель была уже совсем близко. Мы уже сворачивали за угол, когда услышали позади быстрые шаги.

— Это Перси! — прошипел я, хватая Гарри и прячась вместе с ним за большим каменным грифоном. Но мимо нас пробежал не Перси, а профессор Снейп. Он пересек коридор и скрылся из виду.

— Что он здесь делает? — прошептал Гарри. — Почему он не в подвалах с другими учителями?

— Думаешь, я знаю? — Мы на цыпочках прокрались в следующий коридор, туда, где скрылся Снейп, чьи удаляющиеся шаги мы отчётливо слышали.

— Он направляется на третий этаж, — начал Гарри, но я поднял руку.К чёрту Снейпа, у нас есть дела поважнее. В воздухе пахло грязными носками и общественным туалетом, который не убирали годами. — Мне кажется, или мы нашли тролля?Чувствуешь запах?

Гарри принюхался и поморщился. За запахом последовал звук — низкий рык и шарканье гигантских подошв. Я указал в конец коридора, откуда доносился какой-то шум. Мы отпрянули в тень и увидели, как ОНО появилось в залитом лунным светом коридоре. Это было нечто устрашающее, около четырёх метров ростом, с тусклой гранитно-серой кожей, бугристым телом, напоминающим валун, и крошечной лысой головой, больше похожей на кокос. У тролля были короткие ноги, толстые, как брёвна, и плоские мозолистые ступни. Руки у него были гораздо длиннее ног, поэтому гигантская дубина, которую тролль держал в руке, волочилась за ним по полу, а исходивший от него запах был страшнее любой дубины.

Тролль остановился, замер в дверном проёме и наклонился, чтобы заглянуть внутрь. Он пошевелил длинными ушами, словно пытаясь принять какое-то решение. Процесс затянулся, потому что мозг тролля, судя по размеру его головы, был крошечным. Но в конце концов решение было принято, и тролль, сгорбившись, заполз в комнату.

— Смотри, ключ всё ещё в замке, — прошептал Гарри. — Мы можем запереть его там.

— Неплохая идея, — нервно ответил я. Мы подкрались к двери, и у меня пересохло во рту. Молясь про себя, чтобы тролль не вышел из комнаты, мы подобрались совсем близко. И тут Гарри метнулся вперёд, захлопнул дверь и повернул ключ в замке.

— Есть!

Окрылённые успехом, разгорячённые от гордости, мы направились обратно тем же путём, но не успели дойти до угла, как услышали отчаянный крик ужаса. Он доносился из комнаты, которую Гарри запер несколько секунд назад.

— О нет, — тихо сказал я, побледнев, как Кровавый Барон.

— Это женский туалет! — ахнул Гарри.

— Гермиона! — воскликнули мы через мгновение. Меньше всего нам хотелось делать то, что мы должны были сделать, но разве у нас был выбор?

Мы резко развернулись и бросились обратно к двери. Руки Гарри тряслись от страха, и он никак не мог повернуть ключ в замке. Наконец ему это удалось. Он распахнул дверь, и мы вбежали внутрь. Гермиона Грейнджер стояла у стены прямо перед дверью. Она отпрянула, словно пытаясь просочиться сквозь стену. Казалось, она вот-вот потеряет сознание. Тролль приближался к ней, размахивая дубинкой и сбивая раковины, прикреплённые к стенам.

— Отвлеки его! — в отчаянии крикнул мне Гарри. Он схватил валявшуюся на полу затычку для раковины и изо всех сил швырнул её в стену. Тролль замер в нескольких метрах от Гермионы. Он неуклюже обернулся, чтобы посмотреть, кто так шумит. Его маленькие злобные глазки уставились на Гарри. Тролль помедлил, решая, на кого напасть, а затем шагнул к Гарри, занося дубинку.

— Эй, пустоголовый! — крикнул я, добежав до угла туалетной комнаты, и швырнул в тролля обломок металлической трубы.

Тролль, казалось, даже не заметил, что кусок железа угодил ему в плечо. Но он услышал крик и снова остановился, повернув ко мне свою уродливую морду и дав Гарри возможность обежать его и оказаться рядом с Гермионой.

— Давай, бежим! Бежим! — закричал Гарри, пытаясь оттащить Гермиону к двери. Но она не сдвинулась с места и не сдалась, словно приросла к стене. Её рот был открыт от ужаса.Крики Гарри и эхо, разносившееся по комнате и рикошетившее от стен, ещё больше сбивали тролля с толку. Он явно растерялся, ведь перед ним было столько целей, и он не знал, что делать. Внезапно тролль взревел и шагнул ко мне: я был ближе всех к нему, и бежать мне было некуда.И тут подбежал Гарри и прыгнул на тролля сзади, умудрившись схватить его за шею и обхватить обеими руками. Что он, чёрт возьми, делает?! Тролль, учитывая его размеры, конечно, не мог почувствовать, что на нём висит тощий Гарри, но даже тролль не мог не заметить, что ему в нос упирается длинный кусок дерева.В момент прыжка Гарри держал в руках волшебную палочку, которую зачем-то вытащил после того, как влетел в комнату. Очевидно, он сделал это подсознательно, потому что на первом курсе палочка не могла помочь ему в борьбе с троллем. Магия на них почти не действует. Но оказалось, что Гарри вытащил её не просто так, и когда он прыгнул троллю на шею, обхватив его сзади обеими руками, палочка в его правой руке глубоко вонзилась троллю в ноздрю.

Завывая от боли, тролль развернулся и замахнулся дубинкой, а Гарри вцепился в него, изо всех сил обхватив за шею. В любую секунду тролль мог швырнуть его на пол или прикончить ударом дубинки. Гермиона, едва не теряя сознание от ужаса, опустилась на пол. А я вытащил свою волшебную палочку, совершенно не представляя, что буду делать, и выкрикнул первое, что пришло мне в голову, направив её на дубинку.

— Вингардиум Левиоса! — Сработало! Дубинка вырвалась из руки тролля, взмыла в воздух и на мгновение зависла, а затем медленно перевернулась и с жутким грохотом обрушилась на голову своего владельца. Тролль пошатнулся и рухнул на пол с такой силой, что стены комнаты содрогнулись.

Гарри поднялся на ноги. Его трясло, он никак не мог отдышаться. Я застыл на месте с поднятой палочкой, глядя на результат своей работы. Я сделал это. Сработало! Мне нужно больше практиковаться, потому что я умею колдовать. Я делаю глубокий вдох. Фу, надо выбираться отсюда, пока тролль не очнулся.

— Он… он мёртв? — первой нарушила молчание Гермиона.

— Не думаю, — ответил Гарри, который заговорил вторым. — Наверное, он просто без сознания. Гарри наклонился и вытащил волшебную палочку из носа тролля. Она была вся в чём-то похожем на засохший серый клей. — Фу, какие мерзкие у него сопли. — Гарри вытер палочку о штаны тролля.

Хлопанье дверей и громкие шаги заставили нас всех поднять головы. Мы даже не осознавали, какой шум подняли. Должно быть, кто-то внизу услышал тяжёлые удары и рёв тролля, и через мгновение в комнату ворвалась профессор МакГонагалл, за ней — профессор Снейп, а за ним — профессор Квиррелл. Квиррелл посмотрел на тролля, тихо заскулил и тут же рухнул на пол, схватившись за сердце.

И этот трус ведёт с нами дела? Лучше бы продолжил преподавать маггловедение. Говорят, он был хорошим учителем.

Снейп склонился над троллем, а профессор МакГонагалл сверлила нас с Гарри взглядом. Я никогда не видел её такой злой. У неё даже губы побелели. Или это от страха за нас? Чёрт, вот оно.

— О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — В голосе профессора Макгонагалл звучала холодная ярость. Гарри покосился на меня, но я не двинулся с места и по-прежнему держал палочку в поднятой руке. — Вам просто повезло, что вы остались живы. Почему вы не в спальне?

Снейп посмотрел Гарри в лицо острым, как нож, взглядом. Гарри уставился в пол. Внезапно из темноты раздался слабый девичий голос.

— Профессор Макгонагалл, они были здесь, потому что искали меня.

— Мисс Грейнджер!

Гермионе каким-то образом удалось подняться на ноги.

— Я пошла искать тролля, потому что... Потому что я думала, что смогу справиться с ним самостоятельно... Потому что я прочитала в библиотеке все о троллях и знаю о них все...

От удивления я выронил палочку. Кто бы мог подумать, что Гермиона Грейнджер — подумать только, Гермиона Грейнджер — лгала своему учителю в лицо?! Даже если бы я не знал, кто такая Гермиона, мне бы и в голову не пришло, что она может лгать, — ее голос звучал так искренне.

— Если бы они меня не нашли, я бы уже была мертва, — продолжила Гермиона. — Гарри прыгнул ему на шею и ткнул палочкой в ноздрю, а Рон заколдовал дубинку и вырубил его. Они просто не успели позвать кого-нибудь из профессоров. Когда они появились, тролль уже собирался меня убить.

Мы с Гарри постарались сделать вид, что эта история нас совсем не удивила, — как будто всё произошло именно так, как описала Гермиона. Я потрясённо уставился на Гермиону.

— Ну, в таком случае... — задумчиво произнесла профессор МакГонагалл, глядя на всех троих. — Мисс Грейнджер, глупая вы девчонка, как вы могли подумать, что сможете в одиночку справиться с горным троллем?!

Гермиона опустила голову. Мы с Гарри молчали. Я бы никогда не подумал, что Гермиона нарушила школьные правила. Но теперь она представила всё так, будто намеренно совершила серьёзное нарушение. И всё это для того, чтобы выгородить нас. Это было так же неожиданно, как если бы Снейп начал раздавать ученикам конфеты.

— Мисс Грейнджер, из-за вас Гриффиндор получает пять штрафных баллов! — сухо произнесла профессор МакГонагалл. — Я была о вас очень высокого мнения и очень разочарована вашим недостойным поведением. Если с вами всё в порядке, вам лучше вернуться в гриффиндорскую башню. Все факультеты заканчивают прерванный праздничный ужин в своих гостиных. Гермиона вышла из кабинета. Профессор МакГонагалл повернулась к нам с Гарри.

— Что ж, даже выслушав рассказ мисс Грейнджер, я по-прежнему считаю, что вам просто повезло. Тем не менее не каждый первокурсник способен справиться со взрослым горным троллем. Каждый из вас получает по пять бонусных баллов. Я сообщу профессору Дамблдору о случившемся. А теперь можете идти.

Мы поспешно вышли из туалета и не проронили ни слова, пока не поднялись на два этажа выше и наконец не вздохнули с облегчением.

— Она могла бы дать нам больше десяти баллов, — проворчал я.

Никогда бы не подумал, что жизнь детей в лучшей школе Британии ценится так низко. Можно было бы сделать для нас мемориальную табличку.

— Ты хотел сказать, пять, — поправил меня Гарри. — Не забывай, что Гермионе она дала пять баллов.

— Она хорошо сделала, что вытащила нас из беды, — признал я. Хотя на самом деле мы спасли ее. — Возможно, нам не пришлось бы спасать ее, если бы мы не заперли тролля в туалете, — напомнил ему Гарри. В этом он, конечно, прав. И за это стоит перед ней извиниться.

Мы подошли к портрету Толстой дамы.

— Пятачок, — сказали мы в один голос и забрались внутрь.

Внутри было людно и шумно. Все наверстали упущенное на банкете, съев еду, которую принесли наверх. Все, кроме Гермионы, которая стояла в стороне, ожидая нас. Мы с Гарри подошли к ней и застыли, не зная, что сказать. И тогда каждый из нас сказал: — Спасибо тебе.

— Грейнджер, прости, что я наговорил столько глупостей. Ты лучшая ученица в классе. Ты хочешь, чтобы я был твоим другом?

Гарри кивнул.

— Я тоже.

— Спасибо, мальчики. Я действительно этого хочу.

И мы поспешили к столу.

С этого момента Гермиона Грейнджер стала нашим другом. Бывают события, которые не могут не вызывать симпатию. И победа над четырехметровым горным троллем, несомненно, одно из таких событий.