Три нарушения, тайный поклонник и пять попыток (гет)

Прошло не больше пятнадцати минут. Элина уже успела умыться ледяной водой и натянуть свои вещи, когда в замке снова заскрежетал ключ. В квартиру буквально ввалился Лев. Он выглядел измотанным.

— Всё хорошо? — сипло спросил он, проходя на кухню.

Элина вышла к нему, прислонившись к дверному косяку. Она смотрела на него, и в ней боролись нежность к этому усталому мужчине и желание провалиться сквозь землю.

— Лев, это был кошмар, — выдохнула она.

— Что случилось? — он мгновенно подобрался.

— Твои родители, — Элина закрыла лицо руками. — Они были здесь. Пятнадцать минут назад. Зашли со своими ключами, принесли продукты... а я тут. В твоей спальне. В твоей футболке. С гнездом на голове.

Лев замер на секунду, осознавая масштаб катастрофы. Затем он медленно выдохнул и прикрыл глаза, потирая переносицу.

— Черт. Я совсем забыл, что мать грозилась завезти свои фирменные котлеты.

— Мне так стыдно! — она подошла к нему и ткнулась лбом в его плечо. — Твой отец так на меня посмотрел.Наверное, они подумали бог знает что!

Лев обхватил её руками, прижимая к себе.

— Не говори глупостей. Мама скорее всего, уже подбирает цвет штор для нашей будущей гостиной. Они у меня тактичные, Элина. Просто очень любят сюрпризы.

Он отстранился, взял её лицо в свои ладони и нежно поцеловал в кончик носа.

— Иди ко мне. Я не спал сутки, на трассе был ад, и единственное, что мне сейчас нужно, чтобы окончательно не сойти с ума — это чтобы ты просто побыла рядом.

После завтрака Лев заставил её тепло одеться. Он не сказал, куда они едут, но по тому, как он уверенно вел свою БМВ за город, Элина поняла — её ждет что-то необычное.

Они приехали на закрытый автодром — огромное заасфальтированное поле, очищенное от снега, с выставленными оранжевыми конусами. Здесь тренировались те, кто хотел научиться чувствовать машину на грани возможного.

— Выходи, — скомандовал Лев, когда они припарковались в центре площадки. — Сегодня мы научим твою правую ногу дружить с головой.

Лев пересадил её на водительское сиденье. Салон БМВ после старой девятки казался кабиной космического корабля. Элина вцепилась в руль, чувствуя, как ладони становятся влажными.

— Не бойся. Я рядом, — Лев сидел справа, его плечо почти касалось её. — Газ в пол. До конца.

Элина послушалась. Мотор взревел, и машина сорвалась с места. Скорость росла мгновенно.

— Теперь руль влево и резко тормози! — крикнул он.

Машину кинуло в сторону, послышался визг резины, и БМВ закрутило на льду. Элина вскрикнула, зажмурившись, но сильные руки Льва мгновенно перехватили руль, выравнивая траекторию. Адреналин ударил в голову, как чистый спирт. Сердце колотилось так, что, казалось, оно сейчас выпрыгнет.

— Еще раз. Почувствуй, как она скользит. Не борись с ней, а управляй.

Через час Элина уже сама входила в управляемый занос. Она смеялась, щеки горели от возбуждения и страха, а пальцы крепко сжимали кожаный руль. Это было непередаваемое чувство власти над тоннами металла.

Когда они наконец остановились на краю площадки, Элина просто откинулась на сиденье, тяжело дыша.

— Боже... это было круто. У меня руки до сих пор дрожат.

Лев молча протянул руку и накрыл её ладонь своей.

— Ты молодец. Быстро схватываешь.

Он не убрал руку. Его пальцы медленно скользнули по её руке выше, к плечу, а затем он пересел чуть ближе. В салоне стало жарко, несмотря на мороз за окном. Лев аккуратно положил ладонь ей на колено. Элина почувствовала это прикосновение даже через плотную ткань джинсов.

Его пальцы начали медленно, почти гипнотически двигаться вверх по её бедру. Это не было требованием — это было лаской, продолжением того драйва, который они только что разделили. Элина прикрыла глаза, чувствуя, как адреналин сменяется тягучей, горячей волной нежности.

Лев притянул её к себе за затылок. Поцелуй был глубоким, его рука продолжала медленно поглаживать её бедро, поднимаясь всё выше, останавливаясь на самой грани, заставляя Элину тихо выдохнуть ему в губы.

— Знаешь, — прошептал он, отстранившись всего на сантиметр, — я за всю службу не встречал никого, кто бы так же сильно нарушал мой внутренний порядок, как ты.

Элина улыбнулась, не открывая глаз. Она чувствовала тепло его руки и знала: этот февраль, начавшийся с вмятины на крыле, стал самым правильным месяцем в её жизни.