Я вас любил, любовь еще, быть может... (гет)

Покаяние Северуса было мучительным. Он взял на себя всю вину за содеянное. Он винил себя за то, что был ведом Пожирателями, что примкнул к, казалось бы, тем, кто даст возможность реализоваться. А это все было от лукавого. К чему привел такой путь? К утрате самого дорогого, что было у него. Потере Лили.

И кровь была на руках самого Снейпа. Убийца. Предатель. Проклятый. Такой приговор был отпечатан на его руке клеймом.

Выбор тьмы, этой тяжелой материи сыграл с ним злую шутку, отведя от света. Надо покаяться. Надо уверовать. Очистить свою душу.

— На Страшном суде перед Богом все мы едины. Я не смогу изменить прошлое, но я смогу изменить настоящее так, чтобы в жизни моей был смысл. Был свет и была любовь.

Годами Северус истязал себя, зная, что всему случившемуся причиной был он. Его ошибка в выборе пути. Однако у него был Гарри. Малыш, похожий на своего отца: все тот вихор, тот же цвет волос… Но глаза были мамины. Светло-зеленые. Тяга к справедливости, эмоциональность и… нежность.

Северус видел, как мальчик тянулся к нему. Видел следы древней магии — материнской любви и защиты, которую никто бы не смог отобрать никакими способами. И эти следы и давали сил для искупления грехов Северуса Снейпа.

И Северус продолжал жить, чтобы Гарри, плоть от плоти, кровь от крови Лили Эванс, жил в любви и заботе.

* * *

— Северус, спасибо, что ты заботишься о нашем малыше, — тихий неземной голос прозвучал в комнате. Нежный, мягкий. Голос Лили.

— Лили?

— Мы рядом, — пауза. — Я рядом.

— После стольких лет? — нежным испытующим взглядом смотрел на эту призрачную фигуру Северус.

— Всегда, — кивнула она, улыбнувшись в ответ.

Северус упал на колени к ее ногам.

— Прости меня. Прости меня. Прости… — он в исступлении плакал перед ней, прижав ее к себе.

Рука Лили погладила Северуса по голове и откинула черные пряди с лица, заглянув в глаза мужчине.

— Я простила, — она улыбалась. — В моей комнате в рабочем столе есть потайной ящик. Кодовый замок — дата рождения важного для меня человека. Забери оттуда все, что тебе нужно…

Задыхаясь, Северус проснулся. Тепло от прикосновений он ощущал на своем лице, и он желал снова окунуться в этот сон. Самый сладкий сон за последние годы.

— Лили… — он, тяжело дыша, пытался понять, где он. — Лили, я сделаю…

Реальность обрушилась на него ледяным потоком ужаса и боли.

— Папа! — в комнату забежал юнец с черным вихром на голове и в круглых очках. — Ты кричал… — он залез в кровать и обнял худую фигуру Северуса.

— Мне снилась твоя мама, Гарри.

— Оу… Она была красивая же, да?

— Невероятно, Гарри, — с умилением посмотрел на своего приемного сына Северус, заглянул в зеленые глаза. — У тебя ее глаза.

— Правда? Тогда, значит, я очень красивый! — засмеялся малыш Поттер.

Северус улыбнулся и обнял ребенка.

* * *

Снейп трансгрессировал в Годрикову Впадину в дом Поттеров. Он был закрыт все время, потому что с Гарри жить там было опасно. Но все вещи оставались на своих местах, как это было при жизни Лили и Джеймса.

Комната Лили. Стол. Ящик.

— Если это не воля Лили, я явно сошел с ума, — холодно себе под нос сказал Северус и полез искать замок. А вот и он. — Дата рождения… Джеймс…

2703.

Не подходит.

3107. Гарри.

Не то.

0310. Мама. 0206. Папа.

Тоже не то.

— А что если… — Северус подобрал код 0901 — дату его рождения.

Замок открылся.

Сердце Северуса сжалось, и ком в горле не давал дышать.

— Лили… — осознание чего-то нового и пугающего поразило мужчину.

В ящике лежали колдографии Северуса и Лили со школьных времен, их маггловское фото из Коукворта. Под ними — стопка писем без адреса.

— Если мне об этом сказали, то я имею право брать письма?..

Снейп открыл первый конверт дрожащими руками, и там почерком Лили, ее тонким вытянутым почерком, было написано следующее:

“Северус,

Скорее всего, ты никогда не прочтешь это. Наверное, это к лучшему. Я пишу не для того, чтобы снова начать разговор, и не для того, чтобы сделать тебе больно или приятно. Мне хочется поговорить, но я не знаю, как это представляется возможным.

Да, я злилась на тебя очень долго. Злость была удобной, она застилала глаза и помогала не думать о том, как сильно мне тебя не хватает. После того дня у озера я каждый раз, когда вспоминала тебя, чувствовала обиду и горечь. Ты выбрал ту сторону, ты назвал меня тем словом, ты разорвал все, что у нас было.

Но, милый мой и родной Северус. Я всегда скучала по тебе. Я всегда носила в чертоге моего сердца воспоминания о наших отношениях, о той нежности, с которой ты со мной обращался, о тех мудрых беседах…

Мне кажется, я только недавно тебя поняла окончательно. Поняла твои мотивы. Поняла, сколько я значила для тебя. Ты всегда хотел любви, хотел выражать любовь, но, как мне кажется, от меня не получал в той мере, в которой ты мечтал и заслуживал. А я купалась в твоей любви, не отдавая ее в том же объеме.

И знаешь, война меняет людей. Я знала, что ты Пожиратель смерти, но я знала, что ты не участвовал никогда в убийствах, в жестоких расправах. В этом весь ты. Ты хотел, чтобы твою силу признали, не боялись ее, получили от нее все то, что она может дать. Так “светлые” маги боялись темной магии, так я боялась принимать океан твоей любви. И все мы ошибались. Ты всегда заслуживал счастья, но не знал, каким путем его получить. Сев, знай, что я никогда не переставала за тебя бояться. Каждый раз, когда доходили слухи о Пожирателях, я замирала и думала: «Где он? Жив ли он вообще?»

Я узнала, что ты сделал. До меня дошли обрывки разговоров, слухи, которые Дамблдор не подтверждает, но и не опровергает. Я знаю, что ты рискуешь собой. Знаю, что ты играешь в самую страшную игру, в которую только можно играть. И знаю, почему.

Я не могу сказать, что все забыто. Тот уродливый миг на берегу Черного озера забыть нельзя. Но теперь, оглядываясь назад, я вижу не только его. Я вижу мальчика, который показал мне, что я ведьма. Который защищал меня от Петунии. Которому было одиноко и страшно в мире, где никто его не понимал, кроме меня.

Я прощаю тебя, Северус. Не за то, что ты стал Пожирателем смерти, а за то, что ты нес этот груз в одиночку. Я прощаю тебя за ту боль, потому что понимаю: та боль родилась из твоей собственной, которая оказалась сильнее. Мне жаль, что мы не смогли спасти друг друга. Мне жаль, что все случилось так.

Я хочу, чтобы ты знал: я помню. Помню не только плохое. И в память о том мальчике, который ждал меня под деревом, я желаю тебе покоя. Ты не чудовище, не кори себя. Ты просто человек, который когда-то ошибся, а теперь платит за это непомерную цену.

Спасибо, что был в моей жизни.

Пусть у тебя всё будет хорошо.

Искренне,

Лили”

Северус держал это письмо и осознавал, что Лили его простила. Будучи уже не в этом мире, ей удалось сказать самые главные слова для него. Слезы застилали глаза, сердце билось так, словно хотело выпрыгнуть.

— Лили, ты меня простила… Простила… И я могу простить себя? — он посмотрел в зеркало на противоположной стене.

В ящике были еще бумаги, письма. Следующее Северус стал читать взахлеб.

“Я думаю, что я готова ко второму ребенку. Ему нужен крестный, и я бы хотела, чтобы им был Северус. Мы с Джеймсом пообщались, ему эта идея не особо льстит, но он осознает, что был виноват перед Северусом, и надо зарыть топор войны. Возможно, это спасет его из лап Пожирателей…”

— Крестный? — он поглощал написанные строки взглядом и хотел найти еще послание.

“... Северус был бы отличным папой. Пускай и крестным… Наша с ним любовь, мне кажется, выросла бы в семейные чувства… Ищите любви и копите любовь в сердцах ваших. Любовь столь всесильна, что перерождает и нас самих.”

Весь вечер Снейп сидел возле рабочего стола Лили и перечитывал письма, которые предназначались для него. Которые никогда бы не были отправлены. Но все же были получены.

“В другой жизни мы не скажем друг другу слов прощания…”

* * *

Он просидел на могиле Лили несколько часов, пока окончательно не стемнело. Нежные белые гипсофилы лежали на холодном камне, под которым была укрыта любящая душа.

— Лили, я люблю тебя. Спасибо за то, что ты присутствуешь в моей жизни. Спасибо за прощение. А я попробую простить себя сам и дать всю любовь твоему сыну Гарри, который не мой по крови, но мой по душе.

Темный силуэт стоял над могильной плитой. Длинные волосы Северуса развевались на ветру, мантия повторяла движения ветра, драпируя Снейпа словно греческую статую.

А он стоял и повторял строки стихотворения:

Прости меня.

Если тебя нет в живых,

Если ты, милая, любовь моя,

Если ты умерла.

Если листья упадут мне на грудь,

Будет литься дождем

денно и нощно,

Мои ноги захотят идти туда,

где ты спишь,

Но

мне придется продолжить жить…*

________________________

*Forgive me.

If you are not living,

if you, beloved, my love, If you have died,

all the leaves will fall on my breast,

it will rain on my soul all night, all day,

my feet will want to march to where you are sleeping,

but I shall go on living…

Стихотворение Пабло Неруда “Мертвая женщина”. На английском языке его цитировал герой Алана Рикмана в фильме “Искренне, безумно, глубоко”, напоминая о том, что после смерти любимого можно и нужно жить дальше (прим. автора).