Аквамарин и Пламя (гет)

Воздух в пещере Первородного Источника был таким густым, что казался осязаемым. Каждый вдох отдавался в легких металлическим привкусом. Амелия стояла на краю обрыва, глядя вниз, где в полумраке возвышались колоссальные друзы кристаллов.

Они напоминали застывшие деревья, но вместо живого блеска их грани были матовыми, словно их облепил грязный, серый иней. Это и был результат «соседства» с Башнями Света.

— Красиво… в теории, — Амелия сложила руки на груди, стараясь не показывать, как у неё подкашиваются ноги от давления маны. — Но выглядит так, будто твой мир болен тяжелой лихорадкой, Люциан.

— Так и есть, — Люциан стоял рядом, его алые глаза светились в темноте ярче обычного. — Я пробовал выжечь эту корку пламенем, но Кристалл начинает трескаться. Моя магия — это молот. А здесь нужен скальпель.

Он повернулся к ней. В его руках блеснул тонкий стилет из обсидиана. Амелия инстинктивно напряглась, но Люциан лишь жестом попросил её протянуть руки.

— Пришло время вернуть тебе то, что я забрал у ворот Аквамарина. Не обольщайся, это временная мера. Если попытаешься пустить эту силу мне в горло — я просто схлопну пространство вокруг тебя. Поняла?

— Ты слишком много болтаешь для того, кто просит о помощи, — Амелия протянула запястья, скованные серыми браслетами Печати.

Люциан коснулся острием стилета рун на металле. Раздался тихий звон, похожий на стон разбитого зеркала. Браслеты не упали, но их мерцание погасло.

В ту же секунду Амелию накрыло.

Это было похоже на то, как если бы плотину, сдерживающую горную реку в её груди, внезапно взорвали. Холодная, чистая энергия воды хлынула по жилам, возвращая чувствительность кончикам пальцев. Она непроизвольно охнула, пошатнувшись. Мир вокруг внезапно стал четким до боли: она слышала капель где-то в глубине пещер и чувствовала вибрацию самого Кристалла.

— Тише… — Люциан сделал шаг вперед и крепко обхватил её за плечи, удерживая на месте. — Не дай ей захлестнуть тебя. Концентрируйся на воде. Ты — не река, ты — русло.

Его руки были горячими, и этот контраст с её ледяной магией помог Амелии прийти в себя. Она не стала вырываться — сейчас его хватка была единственным, что удерживало её от того, чтобы просто потерять сознание от сенсорного шока.

— Я в порядке, — выдохнула она, хотя её голос всё еще дрожал. — Отпусти.

— Пока нет, — он не ослабил хватку, разворачивая её лицом к Источнику. — Направь свою силу на тот центральный кристалл. Попробуй «смыть» серый налет. Эфир людей — это структура. Твоя вода — это хаос, который может эту структуру растворить.

Амелия закрыла глаза. Она вытянула руки вперед. Сначала ничего не происходило, но затем между её ладонями начал формироваться прозрачный, пульсирующий шар. Вода не бралась из ниоткуда — она конденсировалась прямо из тяжелого воздуха пещеры.

Тонкая струя, чистая, как слеза, ударила в серую поверхность Кристалла.

Раздалось шипение. Серый налет начал медленно, неохотно отступать, обнажая под собой глубокий, чистый фиолетовый свет. Но как только мана начала высвобождаться, она ударила в Амелию обратной волной.

— А-а! — она вскрикнула, чувствуя, как чужая, дикая энергия демонической земли пытается ворваться в её каналы.

Люциан среагировал мгновенно. Он прижался к её спине, перехватывая её ладони своими. Его магия Отрицания окутала их обоих тонкой пленкой, фильтруя бешеный поток маны.

— Держись, Амелия! Не закрывай поток! Если остановишься сейчас — Кристалл детонирует.

Они стояли в центре магического шторма. Аквамариновые волосы Амелии развевались, смешиваясь с черными прядями Люциана. Она чувствовала его дыхание у своего уха и то, как его сердце бьется в унисон с её собственным — ровно и тяжело. Это не была близость влюбленных. Это была близость двух солдат, удерживающих одну позицию против превосходящих сил врага.

— Еще… немного… — процедила она сквозь зубы.

Яркая вспышка осветила весь грот. Серый налет осыпался прахом, и центральный Кристалл вспыхнул ровным, здоровым светом, наполняя пещеру мягким гулом.

Сила инерции отбросила их назад, на камни. Амелия упала первой, Люциан приземлился рядом, тяжело дыша. Наступила тишина. Настоящая, природная тишина живого места.

Амелия лежала на спине, глядя в свод пещеры. Её руки всё еще искрились остатками магии, а Печати на запястьях снова начали медленно наливаться серым — защита сработала автоматически, как только активная фаза закончилась.

— Мы… сделали это? — спросила она, не поворачивая головы.

— Мы очистили ядро, — Люциан приподнялся на локтях. Его камзол был порван на плече, а на лице виднелась ссадина от магического отката. Он посмотрел на неё — не как на пленницу и даже не как на «свидетеля». — Твоя вода… она удивительная. У людей в Соларисе она обычно застойная, как в пруду. А у тебя — горный поток.

Амелия наконец повернулась к нему. На её лице была слабая, вымученная, но искренняя усмешка.

— Это потому, что я никогда не слушалась учителей этикета, Люциан. Горные потоки не умеют делать реверансы.

Он коротко рассмеялся и протянул ей руку, чтобы помочь подняться. На этот раз Амелия её приняла. Без подтекста. Просто как боевой товарищ.

Но когда их ладони соприкоснулись, оба на долю секунды замерли, ощутив остаточное статическое электричество их магий. Это не была любовь. Но это было начало чего-то, что могло стать куда опаснее любой войны.