Пять месяцев (гет)

На приведение Ба Синг Се в порядок ушло еще несколько месяцев.

Аанг постоянно мотался во дворец, где вернувшийся на престол царь Квей вместе с Буми решали государственные вопросы. По какой-то причине, Тоф тоже таскали на эти собрания — якобы «как главного эксперта по безопасности». На деле же она просто сидела в углу, слушала бесконечные споры, закатывала глаза и чувствовала, как мозг вскипает быстрее лавы.

Сегодня на повестке дня стоял самый важный вопрос — что делать с Дай Ли?

Предложения сыпались со всех сторон — отправить на каторжные работы, взять под стражу, изгнать, лишить магии… Особо ретивый советник предложил закопать их живьем в пустыне — «чтобы земля сама их рассудила».

Тоф, уткнувшись лбом в спину Аанга (она убеждала себя, что просто прячется от назойливых взглядов), держалась как могла, но она никогда не отличалась безграничным терпением.

— А может, сбросим их со стены? — лениво предложила она, ковыряясь в шве на тунике Аанга. — Или привяжем к воздушным змеям и запустим в сторону страны Огня? Говорят, там сейчас срочно требуются удобрения.

В зале повисла тишина. Спустя несколько секунд какой-то советник возмущенно зашептал, и сидящий рядом с ним чиновник поперхнулся чаем. Царь Квей посмотрел на нее долгим, усталым взглядом.

— Тоф, — сказал он осторожно. — Возможно, тебе было бы лучше заняться восстановлением городской стены в том месте, где бур пробил дыру?

Сдерживая облегченный вздох, она сделала вид, что раздумывает.

— Как же я могу? А если вы тут без меня не справитесь?.. — ее сарказм, казалось, услышал только Аанг и теперь едва сдерживал смех.

— Справимся, — быстро ответил Квей, нервно улыбаясь. — Ступай, Тоф. Итоги наших встреч мы будем передавать тебе через Аанга.

Она пожала плечами, поднялась и направилась к выходу, чувствуя взгляд Аватара на спине.

— Ты специально это сказала, чтобы тебя сослали? — спросил он после собрания, даже не пытаясь скрыть улыбку.

— Да я же не всерьез предлагала, — Аанг готов был поклясться, что Тоф в этот момент закатила глаза. — Не ценят эти люди хорошего юмора.

— Что-то мне подсказывает, они просто не поняли, что это была шутка, — он внимательно вглядывался в ее лицо, ища следы раздражения или обиды. Но вместо этого Тоф слегка улыбнулась и чуть наклонила голову.

— Больно нужно их понимание, — она пожала плечами и решительно встала. — Тебя мне вполне достаточно. Ну все, я пошла камни ворочать. А ты тут разбирайся со своими… как их… дипломатами.

— Тоф…

— Что?

— Ты точно не против? Что тебя отстранили?

Поравнявшись с Аангом, она остановилась и повернула голову в его сторону.

— Напоминаю, Проворные ноги, что я — покорительница земли, — Тоф ощутимо стукнула его кулаком по плечу. — Дипломатические встречи в высоком обществе мне еще в пять лет надоели. Мое дело — камни, железо и спасать твой зад… В эти же… — она махнула рукой в сторону дворца, — политические игры мне лезть не хочется. А ты продолжай, у тебя неплохо удается быть Аватаром, правда. Ну и еще, мне же нужно откуда-то узнавать все сплетни.

Покорительница снова двинулась в путь, но не успела она сделать и шага, как Аанг мягко, но настойчиво взял ее за руку. Тоф замерла и ощутила странную дрожь где-то в желудке, которую уже сложно было списывать на несварение от тухлой капусты.

— Мне будет не хватать тебя на встречах, — сказал он, чуть крепче сжав ее запястье. — Кто еще будет откровенно не уважать власть и щекотать меня во время собраний?

— А ты попроси Буми, — парировала Тоф. — У него, может, чувство юмора и хуже, зато он слишком старый и ему терять нечего.

Отсмеявшись, Аанг с сожалением отпустил подругу. Он вдруг осознал, как сильно привык к тому, что она все время рядом. Хотелось сейчас же бросить всех этих чиновников с их бесконечными спорами, и полететь вместе с ней на стену, а потом — куда глаза глядят.

Но долг Аватара накладывал на него обязанности, от которых нельзя так просто отмахиваться, особенно после сотни лет во льдах. Слишком многое от него зависело, и миру было абсолютно плевать, что ему всего пятнадцать, и самое время было приглашать симпатичную девушку на ужин, а не вот это все.

Аанг вдруг поймал себя на странном чувстве — его тянуло остаться с Тоф, не отпускать ее на эту чертову стену и быть рядом именно сегодня, хотя никакой видимой причины для этого не было. Он мотнул головой, прогоняя наваждение.

— Давай так, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — У меня сейчас встреча с царем и Буми наедине, а потом я сразу выдвинусь к тебе на помощь. Хорошо?

— Лаааадно, — протянула Тоф, отворачиваясь, чтобы Аанг не увидел ее улыбки. — Иди уже. А то Буми без тебя, небось, уже решил казнить всех через повешение за язык.

— Он предлагал, — вздохнул Аанг. — Три раза.

— Вот видишь. Про удобрения я хотя бы была оригинальна.

Как только Тоф исчезла за поворотом, веселое настроение Аанга улетучилось. В груди поселилась необъяснимая тревога, но он заставил себя думать о предстоящем разговоре государственной важности.

Встреча затянулась.

Царь Квей и Буми спорили о распределении ресурсов уже больше часа, и Аанг сидел между ними, вежливо кивая, но с каждой минутой все труднее сохранял спокойствие. Его пальцы барабанили по колену, дыхание стало поверхностным — и он знал, что это не от усталости.

Неожиданно в зал совещаний ворвался царский вестник, из-за чего Аанг, чьи нервы были оголены до предела, подпрыгнул на два метра в высоту и испуганно уставился на вошедшего:

— Ваша милость! Простите, что прерываю… Вы просили сообщать о любых инцидентах на стене, после того как принцесса Азула…

— Арон, быстрее к делу!

— Взрыв, милорд! Там только что прогремел взрыв!

Словно в тумане, Аанг схватил глайдер, лежащий на столе и вылетел в окно. Он не слышал, как кто-то кричал ему вслед, как царь отдавал приказы по спасательной операции. В глазах стояло лицо Тоф, а в голове билась только одна мысль: «Пожалуйста… только не она…».

Полет на глайдере, подхваченный сильным ветром, занял не больше десяти минут, но Аангу они показались вечностью. Еще издалека он увидел высокий столб огня и черного дыма. От такого зрелища его сердце будто остановилось. Он приземлился, чувствуя, как под ногами хрустят обломки сооружений, и оказался в толпе галдящих людей. Рабочие кричали наперебой, хватали его за рукава, перебивали друг друга. От этого шума у Аанга поплыло перед глазами и он схватил первого, кто попался под руку.

— Говори! Где Тоф?

Мужчина побледнел и сглотнул.

— Она прокладывала подземный ход для новой шахты под стеной. Мы хотели построить взамен старой… Кто ж знал, что на том месте Дай Ли уже соорудили свой склад? — его голос задрожал. — Там была взрывчатка… Один неверный шаг, и… — он не договорил, только махнул рукой в сторону дыма.

Аанг отпустил его и побежал. Ноги сами несли его туда, где земля осела и из трещин сочился дым, а воздух был горячим и едким. Он упал на колени и начал отшвыривать камни, не замечая, как засветились его глаза.

— Тоф! — отчаянно крикнул он.

Тишина.

Камни с удвоенной силой полетели в стороны, пыль забивалась в рот, но он не останавливался. Аанг пробил дыру в небольшую свежую пещеру, стараясь не задеть еще какой-нибудь тайный склад. В отчаянье осматриваясь, боковым зрением он, наконец, заметил ее маленькую фигурку и замер.

— Нет…

Она лежала на боку, лицом к стене, и не двигалась. Ее одежда была обгоревшей на плече, волосы все еще тлели с одной стороны, а на руках виднелись мелкие ссадины.

Взяв себя в руки, Аанг осторожно перевернул девушку на спину, чувствуя, как дрожат собственные руки. Она не открывала глаза, а в панике он никак не мог нащупать пульс — сердце колотилось так, что заглушало все остальное.

— Тоф, — позвал он снова севшим голосом. — Как же ты… Не смей, слышишь? Я.. я люблю тебя! Пожалуйста…

Аанг сглотнул комок в горле, придвинул ухо к ее губам и спустя бесконечные несколько секунд услышал ее слабый, неровный вздох. От облегчения он даже не заметил, как по щеке сбежала слеза, ярко выделяясь на чумазом лице.

— Я вытащу тебя, — сказал он, осторожно поднимая Тоф на руки. — Продолжай дышать, ладно?

Аккуратно прижав ее тело к себе, он резко взмыл вверх и спустя несколько секунд полета приземлился в стороне от пожара, где уже развернули стихийный полевой госпиталь. Вокруг суетились люди, пытаясь помочь, но Аанг упрямо нес ее к ближайшей койке. Он бережно положил девушку, убрал волосы с ее лба и сел рядом. Целитель тут же принялась за работу, а он так и сидел, не в силах отвести взгляд от ее бледного, перепачканного сажей лица.

— Потерпи немного, милая, — прошептал он, утыкаясь лицом в ее спутанные, обгоревшие волосы. — Тебя исцелят, и мы улетим обратно в Омашу, или еще куда-нибудь. Подальше отсюда. — Аанг глубоко вздохнул и провел пальцами по ее щеке. — Я только что понял, что люблю тебя… так что не смей уходить.

В этот момент целитель начала обрабатывать глубокий ожог на плече девушки, и она глухо застонала. Аанг почувствовал, как ее пальцы слабо сжали его тунику и в надежде уставился на Тоф.

— Что ж ты так орешь? — еле слышно прошептала она, поморщившись. — Черт возьми, как же все болит.

Аанг облегченно рассмеялся сквозь слезы.

— Я не ору.

— Если я открою глаза, а ты ноешь — получишь в глаз, — она поморщилась. — Гребаные Дай Ли.

Быстро стерев дорожки слез с щек, он улыбнулся и сжал ее здоровую ладошку, чувствуя, как ужас понемногу отпускает.

— Я думал, что потерял тебя, — сказал он тихо. Он все еще смотрел на нее, надеясь уловить хоть какой-то намек, что она слышала его последние слова перед тем, как очнулась. Но Тоф лишь скривилась, когда целитель замотал большую ссадину на запястье.

— Не дождешься, Проворные ноги, — буркнула она. — Жаль, что Катары нет. Эти неумехи вряд ли меня за пару часов подлатают, да?

Целитель громко цокнула, но промолчала, за что Аанг благодарно ей кивнул. Он наконец-то смог выдохнуть, и огляделся — вокруг уже стало гораздо спокойнее, рядом осталось лишь несколько пострадавших работников. Погибших не было вообще.

— Я видел пожар и дым за много миль…— сказал он. — Как же так вышло, что никто не погиб?

— Твоя девушка невероятна! — крикнул мужчина с соседней койки. — Она в последний момент создала какой-то земляной щит, чем спасла не меньше дюжины моих ребят!

— Да! Я был там, и если бы не она — кирдык.

— И мне, это точно!..

Аанг в восторге наблюдал, как люди вокруг благодарят Тоф за спасение. Гордость распирала его изнутри, и он счастливо улыбнулся. Сама же Тоф лишь фыркала, но молчала. Но он бы отдал голову на отсечение, что видел, как покраснели ее щеки.

После взрыва прошло две недели.

Тоф почти оправилась. Ожог практически затянулся, оставив на плече корочку, которую она рассеянно трогала, когда о чем-то думала. Во время разговора она могла ненадолго замереть, и рука на автомате тянулась к ближайшей царапине. Она уверяла Аанга, что все в порядке, ведь ей все нипочем, но по-настоящему они так и не поговорили.

Он смотрел на нее и с каждым днем внутри росла странная обида, чуждая для монаха. Ему казалось, что их отношения стали достаточно близки, чтобы она, наконец, могла ему открыться. Вместо этого, Тоф захлопнулась как раковина и отшучивалась на каждый его вопрос.

И в последний вечер перед тем, как покинуть Ба Синг Се, терпение Аанга лопнуло.

— Ты же сейчас сломаешься пополам, зачем столько снеди набрал? — спросила она, опираясь на трость. Ее коленки все еще дрожали, если она слишком много ходила.

— А тебе не все равно? — неожиданно ответил он.

Тоф удивленно подняла голову и нахмурилась. В голосе Аанга она услышала гнев и обиду, но искренне не понимала чем именно ее вызвала.

— Что с тобой, Проворные ноги?

— Нет, что с тобой, Тоф? — он бросил мешок на пол, и резко развернулся. — Почему ты закрылась от меня? Как пинаться и обзываться — так ты первая! — с каждым словом Аанг повышал голос, от чего Тоф медленно отступала к стене. — А как только дело доходит до того, чтобы поговорить по-настоящему — ты сразу в кусты. Мне казалось, что я имею право знать, что ты чувствуешь. Мне казалось, что ты мне доверяешь.

— Я доверяю, — тихо сказала она, опуская голову.

— Тогда почему ты делаешь вид, что ничего не случилось? — он шагнул ближе, и голос его дрогнул. — Ты чуть не умерла тогда, Тоф. Мне до сих пор страшно, когда тебя нет моем в поле зрения. Ты, наверное, не услышала, но я…

— Я услышала. — перебила его девушка, и подняла голову.

На мгновение, у Аанга внутри что-то оборвалось. Он неверяще смотрел в ее глаза, пытаясь что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Я не Сахарная царевна, Аанг, — сказала она наконец, делая шаг вперед. — Я не умею быть нежной. С детства я привыкла все держать в себе, скрывая от родителей свою натуру. Поэтому, если я сейчас начну выпускать — боюсь, обратно уже не запихну. А притворяться, что все нормально, я умею лучше всего. Так что не жди от меня красивых слов.

— Причем здесь вообще Катара? — спросил Аанг с горечью. — Мне ведь ты нужна, слышишь? Ты можешь сказать мне что угодно, — он подошел ближе, и его голос стал тише. — Не нужно искать красивые слова. Просто скажи?

— Что сказать?

— Что ты испугалась.

Она долго молчала, и монах уже было подумал, что слишком сильно на нее надавил. А потом услышал ее тихий выдох.

— Да я была в ужасе! — выпалила она, чувствуя, как слова рвутся наружу. — Думала, что сгорю в этой земляной могиле и не успею сказать тебе… — Она судорожно вдохнула и, не давая себе времени передумать, добавила: — …что ты мне нравишься, зануда. Очень.

Аанг хотел что-то ответить, но она не позволила. Ее пальцы сжали воротник его туники, и она резко потянула его к себе, будто боялась, что если промедлит, то не решится никогда.

Их губы встретились. На долю секунды Аанг опешил — она чувствовала, как он замер, будто не веря, что это происходит. А потом его руки, до этого безвольно висевшие вдоль тела, вдруг ожили. Он притянул ее ближе, одной рукой крепко обхватил за талию, а другой осторожно коснулся ее щеки.

Тоф, которая всю жизнь считала отношения и поцелуи розовой чепухой для таких неженок, как Катара, вдруг поняла, что это невероятно приятно. Тепло разливалось по телу, пальцы онемели, а сердце колотилось где-то в горле, заглушая все мысли. Ее собственное дыхание сбилось, стало прерывистым, и она с удивлением обнаружила, что не хочет, чтобы это заканчивалось.

Аанг не торопился. Его пальцы скользнули в её волосы, и по спине девушки побежали мурашки. Тоф, пытаясь устоять на дрожащих ногах, сильнее сжала его тунику — и в тот же миг он подхватил её на руки и усадил на какую-то тумбу, не прерывая поцелуя.

Она не знала, сколько это длилось. Секунду? Вечность? Но когда Аанг наконец отстранился, её щёки горели так, будто она снова вышла из огня. Губы покалывало, в груди было тесно и тепло, а он смотрел на нее с такой улыбкой, от которой хотелось одновременно ударить его и снова поцеловать.

— Ты… — начала она, но голос будто отказывался ее слушаться. — Ты как это сделал?

— Что именно? — он все еще держал ее за талию, и убирать руку не собирался.

— Я думала, у меня просто несварение от здешней капусты, — она сглотнула. — А это все ты. И эти… дурацкие бабочки.

Аанг тихо рассмеялся, притянул ее ближе и чмокнул в макушку.

Они перекочевали на ступеньки гостевого дома и просидели там всю ночь, разговаривая обо всем на свете — детстве, страхах, чувствах друг другу. Аанг счастливо улыбался и крепко прижимал к себе ворчащую Тоф, но та и не пыталась вырваться. Только иногда огрызалась для порядка, но он давно научился слышать, что скрывается за ее словами.

К утру они сами не заметили, как уснули. Тоф уютно устроилась, привалившись спиной к его груди, а он всё так же крепко прижимал её к себе.

Утром Аанга разбудил почтальон. Тот стоял рядом и неловко покашливал, явно не зная, как привлечь внимание пары.

— Господи Аанг, — он слегка кивнул, глянул на спящую в руках Аватара девушку, и достал из сумки два свитка. — Вам письма. Из столицы страны Огня и еще одно… с Южного полюса, кажется.

Аанг осторожно разжал руки, стараясь не разбудить Тоф, но она уже заворочалась.

— Что там? — сонно пробормотала она, не открывая глаз.

— Сейчас узнаем.

Первое письмо было с золотой печатью. Аанг развернул его, пробежал глазами, и на лице его мелькнула тень.

— Через неделю состоится коронация нового Лорда Огня, — поджав губы, сказал он. — Нас приглашают.

— Кого? — Тоф наконец открыла глаза.

— Всех. Команду Аватара.

— Ну наконец-то, — она усмехнулась, потягиваясь. — Я уже соскучилась по шуткам Сокки, да и Катара ничего такая.

Аанг попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. Тоф, конечно, не могла этого увидеть, но все равно чуть сжала его пальцы. Встряхнув головой, он достал второе письмо и торопливо его развернул. Почерк был кошмарным, по всему пергаменту скакали кляксы, но Аанг мгновенно узнал отправителя.

— А это как раз от Сокки, — сказал он, и его голос потеплел. — Они с Катарой предлагают встретиться по пути в Страну Огня, чтобы всем вместе отправиться на церемонию.