Где сходятся миры (джен)

Они завтракали всем, что Тони нашёл в холодильнике и что не нуждалось в приготовлении, и делали это не отходя от стола с мониторами. Говард смотрел на компьютер настороженно и недоверчиво. Сама идея, что в этом маленьком металлическом ящике могут храниться все знания человеческой истории, была слишком хороша чтобы быть правдой.

— Это, — представил Тони, — интернет. Знакомься. Это глобальная сеть взаимосвязанных компьютеров, которая позволяет любому человеку в любом месте получить доступ практически ко всем человеческим знаниям, мгновенно общаться с любым человеком на планете и смотреть фотографии кошек. Огромное количество кошек. Сейчас сам увидишь.

Он начал печатать. Говард наблюдал, и его первоначальный скептицизм сменялся восхищением, а затем полным восторгом, когда Тони продемонстрировал поисковые системы, виртуальные кинотеатры, онлайн-базы данных и веб-сайт под названием Википедия, от которого глаза Говарда широко раскрылись, а дыхание стало поверхностным.

— Все человеческие знания, — прошептал Говард. — Просто… доступны каждому.

— Каждому с доступом к интернету. И там много вранья. Но да. Вся совокупность человеческой цивилизации, доступная по первому клику мыши. А еще, и это очень важно, там можно увидеть то, что другие очень хотят от тебя скрыть. Что подводит нас ко второй части сегодняшней образовательной программы. Это называется хакерство. Одно из моих любимых занятий.

— Ты собираешься открыть что-то, что тебе нельзя открывать? — уточнил Говард.

— Я собираюсь узнать, почему именно у Щита сейчас трудный период и почему они хотят скрыть его от меня. Я, конечно, обещал не трогать их сервера, но это никогда меня не останавливало. Вот когда они перестанут покупать у меня программное обеспечение, тогда, может, и остановит.

На мгновение они обменялись взглядом, полным абсолютного понимания.

Говард наклонился вперед, забыв о прежней усталости. Его глаза засияли предвкушением чего-то нового и нелегального.

Через несколько минут Тони Старк узнал на личном опыте что открыв определённые двери, их уже нельзя закрыть обратно при всем желании.

Взлом оказался до смешного простым. Система безопасности ЩИТА была хороша — очень хороша, на самом деле, настолько хороша, что остановила бы на месте девяносто девять целых девять десятых процента хакеров по всему миру и, вероятно, для пущей убедительности вывела бы из строя их компьютеры, — но Тони Старк не был девяносто девятью целыми девятью процентами чего-либо. Он был десятичной точкой, которая отказывалась укладываться, статистическим исключением, заставляющим математиков плакать, человеком, который однажды взломал Пентагон на спор в пьяном виде, а затем улучшил их защиту, потому что ему стало стыдно за это.

— Трудный период Щита определённо требует хэлликерриеров в большом количестве, потому что тут очень много файлов о них.

— Хэлликерриеры?

— Летающие авианосцы. Настолько же нелепые, насколько это звучит. Фьюри их обожает. У него, наверное, даже в спальне висят плакаты с ними.

— Летающие авианосцы», — повторил Говард тоном человека, только что обнаружившего, что будущее таит в себе нечто, что он даже не мечтал изобрести. — Мне нужен один такой.

— Он тебе совершенно определённо не нужен.

Тони продолжил просматривать файлы. Очень скоро он пожалел об этом от всей души.

Файл под названием "ПРОЕКТ: ВОЗРОЖДЕНИЕ — ИЗВЛЕЧЕНИЕ — ТОЛЬКО ДЛЯ ПРОСМОТРА" привлек его внимание своим необычно крупным размером. Тони открыл её, ожидая найти там свидетельства перерасхода бюджета и, возможно, несколько откровенных фотографий Фьюри в неловкой ситуации с ксероксом.

Вместо этого он обнаружил там Стива Роджерса.

В файле было всё. Крушение. Поиски. Недавнее извлечение. Медицинские заключения. Жизненные показатели. Прогноз. Фотография замерзшего самолета с крылом, торчавшим изо льда, как рука тонущего человека. Фотография тела, неподвижного, бледного и идеально сохранившегося, тела человека, застывшего на семьдесят лет в возрасте двадцати шести.

Тони замер как человек, который только что открыл дверь, ожидая увидеть за ней шкаф, а вместо этого обнаружил там целый второй дом. Рядом с ним Говард перестал дышать.

— Значит, Стив все-таки жив, — прошептал он чужим голосом. — Ты знал об этом?

— Узнал только что. Фьюри, как ты уже понял, не присылает мне еженедельную сводку новостей.

Тони ненавидел себя за идею лезть в файлы Щита при Говарде. Капитан Америка определённо был его личным проклятием — он, конечно же, не мог не появиться как только у Тони хоть что-то начало налаживаться.

Когда Говард отвернулся от экрана и посмотрел на Тони, его глаза блестели от чего-то, что точно не было слезами, потому что Говард Старк не плакал, но определенно находилось близко к этому.

— Мне нужно идти. Ты сказал, что я могу взять костюм, так вот я беру его прямо сейчас. Я должен увидеть Стива.

— Ты же не умеешь летать, — Тони был почти в отчаянии, — ты же ещё ни разу не надевал костюм, а пользоваться им не так просто. Ты разобьешься.

— Ничего, научусь по дороге.

Тони уцепился за последнюю соломинку.

— Смотри, к этому файлу прикреплены ещё несколько. Подожди пока я их открою, там может быть что-то важное.

Он снова начал стучать по клавиатуре. Файлы, прикрепленные к основному, были зашифрованы гораздо серьезнее, чем основной файл, и защищены многоуровневой системой безопасности, которая вызвала бы дрожь в руках у менее опытного хакера. Тони пронесся по ним с беспощадной эффективностью человека, который разозлился на что-то и решил выместить свою злость на компьютерном коде. Злость, как он обнаружил, была отличным мотиватором. Злость помогла ему закончить MIT. Злость вытащила его из пещеры в Афганистане. В этот раз она тоже отлично справилась.

Когда файл загрузился и они увидели его содержимое, он пожалел что вообще вспомнил о компьютере сегодня.

Документ назывался "ПРОЕКТ: ЗИМНИЙ СОЛДАТ — ОБСЛУЖИВАНИЕ И ПОДГОТОВКА АКТИВА". Под заголовком, четким военным языком, описывающим невыразимые вещи с отстраненной точностью списка покупок, находилось пошаговое руководство по систематическому уничтожению человеческой личности. Электрошок. Сенсорная депривация. Криогенная заморозка. Подавление памяти. К описанию прилагались фотографии разного рода приборов и стула с креплениями.

А внизу файла, датированного тем же утром, был новый приказ. Приказ применить протокол "Зимний Солдат" к субъекту: Роджерс, Стивен Г. Приоритет: Максимальный.

Тони Старк, повидавший в своей жизни множество ужасных вещей и лично ставший причиной немалого их числа, почувствовал, как его желудок пытается выпрыгнуть из горла. Ему захотелось бросить в стену что-нибудь тяжелое, надеть костюм и лететь не глядя куда. Говард стал бледнее старой бумаги. Его руки дрожали. Руки Говарда Старка, руки, которые создали будущее, создали турбину, которой не должно было существовать, и пожимали руку Тони с крепкой хваткой человека, который ни на секунду не сомневался в себе, дрожали. Это была реакция человека, только что обнаружившего, что мир таит в себе такие глубины ужаса, которых он даже не представлял себе, а представлял он их немало. Он, в конце концов, участвовал в разработке атомной бомбы.

— Что это все значит? — выдавил он, тыча пальцем в экран. — И вот на этих людей ты работаешь?

— Вообще то Щит создал ты, — ответил Тони. Его голос даже ему самому показался странным, глухим и отстраненным. — Я не… Фьюри бы не… — Он замолчал. Слова показались недостаточными. Слова были словно попытка остановить потоп ложкой. — Я не ожидал этого от Фьюри. От Щита. Я думал, они хорошие парни. Раздражающие, бюрократичные, определенно шпионящие за мной, но хорошие парни. Это не… это не хорошие парни. Это…

— Зло, — сухо сказал Говард. — Слово, которое ты ищешь, — зло. Я видел его раньше. Провел войну, сражаясь с ним. Я знаю, как оно выглядит. Теперь я должен лететь еще быстрее.

Тони прикрыл глаза рукой.

— Теперь, я и сам, наверное, должен лететь. Я же, в конце концов, Железный человек. Интересно, как много обо всем этом знает Наташа.

— А при чем здесь твоя ассистентка? — удивился Говард, у которого в голове красавица в деловом костюме никак не сочеталась с ужасом из глубин сети.

— Ассистентка, как же. Она бывший агент КГБ, в последнее время работает на Фьюри. Двадцать способов убить тебя в любой момент и ни одного способа избавиться от неё. Я проверял.

У Говарда даже приоткрылся рот.

— Ты терпишь рядом с собой шпиона?

— Поверь мне, я от этого не в восторге. Это она сказала мне не взламывать Щит. Она сказала, что у Фьюри сейчас трудный период. Технически это было предупреждение, но прозвучало как предложение. Она знала, что я все равно это сделаю. Она хотела, чтобы я это сделал.

— Ты думаешь, она знает обо всем этом?

— Я думаю, — медленно произнес Тони, — что Наташа Романофф знает большую часть всего что происходит в мире. Это ее работа и ее проклятие.

Говард воспринял эту информацию с выражением лица человека, которому только что сообщили, что секретарь его сына — профессиональная убийца, и который пытался решить, является ли это проблемой или преимуществом.

— И ты ей доверяешь?

— Я верю, что она именно такая, какая есть. Вопрос в том, включает ли это в себя знание о секретной нацистской программе пыток в подвале организации, на которую она работает.

Оба Старка на мгновение замерли в молчании, окруженные голографическими изображениями, достойными фильма ужасов, и тихим гулом техники, которая только что использовалась для обнаружения чего-то, чему следовало остаться неувиденным.

— Нам нужно её допросить, — наконец сказал Говард.

— Да, наверное.

— Но она знает двадцать способов убить тебя.

— Как минимум двадцать. Я мог пропустить парочку. Поэтому нам надо для начала одеть костюмы. Я хочу чтобы между нами было несколько дюймов ударопрочного сплава. Хотя не факт что это нас спасёт. И давай на всякий случай просмотрим те файлы с хэлликерриерами. Просто чтобы убрать этот кошмар с экрана.

* * *

Дверь лифта открылась с тихим пневматическим шипением. Наташа Романофф шагнула вперед, осмотрелась и остановилась.

Это не было её нормальным поведением при входе куда-то. Ее нормальным поведением было определить все выходы, всё оружие, все потенциальные угрозы и все преимущества в разговоре — и всё это за то время, которое требовалось большинству людей чтобы просто вспомнить, зачем они вообще туда вошли. Замереть на месте для Наташи было примерно равносильно крику и обмороку.

Но, в конце концов, не в каждой комнате два поколения Старков направляли светящиеся репульсоры ей в грудь.

— Господа, — сказала Наташа настолько спокойно, что любой психиатр признал бы это невозможным с медицинской точки зрения. — Я смотрю, этап с повседневной одеждой мы уже прошли.

— Наташа. — Голос Тони, прозвучал с металлическим оттенком, отчего стал примерно на пятнадцать процентов более угрожающим, чем обычно. — Нам нужно поговорить.

— Для разговоров обычно не требуется тяжёлая артиллерия.

— Это не обычный разговор. Это особый разговор. Об одной программе. Называется Зимний Солдат.

Температура в комнате понизилась. Это было впечатляюще, потому что в комнате поддерживался климат с точностью до половины градуса, и такого изменения никто не запрашивал. Лицо Наташи оставалось неподвижным, потому что ее учили не изменяться в лице даже в таких условиях, от которых заплакали бы мраморные статуи, но в её глазах что-то промелькнуло.

— Где ты услышал это название? — спросила она очень тихо. Тони на всякий случай сделал несколько шагов назад.

Жестом свободной руки — той, которая в данный момент не была направлена ​​на ее жизненно важные органы — Тони указал на монитор. Файлы все еще были там. Диаграммы. Фотографии. Заказ с именем Стивена Гранта Роджерса, четкий, бюрократический и совершенно чудовищный.

— Серверы Щита, — сказал Тони. — Те самые, которые Фьюри просил меня не взламывать. Те самые, о которых ты мне напомнил. Именно таким образом, что я не мог не взломать их. И я начинаю думать, что в этом и был смысл.

Наташа подошла к компьютеру размеренными шагами человека, в которого стреляли люди получше Старков, и которому удалось это пережить. Направленное на неё оружие она игнорировала настолько откровенно, что Тони даже немного обиделся а Говард подумал, что с ней такое, должно быть, происходит далеко не в первый раз.

Она прочитала документы.

Тишина затянулась. Это была такая тишина, которая превращала минуты в геологические эпохи. Дамми, который до этого прятался в углу в раздумьях не стоит ли предложить огнетушитель, благоразумно решил оставаться неподвижным.

Взгляд скользнул по файлам — по описаниям процедур, фотографиям, клиническим терминам, которые описывали ужасы с энтузиазмом инструкции по сборке мебели, — и что-то в ее лице изменилось. Это было удивление пополам с узнаванием.

— О, — тихо сказала она. — Это… да. Это он.

— Выходит, ты все знаешь, — сказал Говард. Это был не вопрос.

Наташа покачала головой, все еще не отводя глаз от экрана.

— Я знала про Роджерса, и так как Фьюри очень настойчиво хотел скрыть от вас эту новость, постаралась чтобы вы сами на неё наткнулись.

Тони в недоумении опустил руку.

— Зачем тебе играть против Фьюри? И что ему так сильно нужно от Роджерса?

— Ты же знаешь про его фиксацию на идее Мстителей. Карманная команда супергероев-знаменитостей, улучшающая имидж Щита и стабилизирующая обстановку в мире. До меня дошли слухи что мы с Клинтом тоже входим в список кандидатов. А так как нашим мнением никто не поинтересовался, я подумала, что эту инициативу лучше задавить в зародыше.

— То есть ты рассчитывала на то, что я попытаюсь найти его и вернуть? — в голосе Говарда прозвучало что-то, близкое к восхищению. Шлем ему надоел, поэтому он его снял. Наташа пожала плечами.

— Ненавижу публичность. Профессиональная деформация.

Это прозвучало весьма правдоподобно, потому что и было частью правды.

— А что насчёт Зимнего Солдата?

— Я его знаю. — Голос Наташи полностью потерял выражение. — Мы встретились два года назад. В Одессе. Это была обычная экстракция, довольно простая, никакого подвоха. Я сопровождала учёного-ядерщика. У нас были неплохие шансы добраться до пункта назначения без проблем.

Она сделала паузу. Пауза затянулась.

— В итоге мне удалось выжить. Ученому не повезло. Я искала Зимнего Солдата два года. Собиралась поймать его, выбить из него информацию о его хозяевах, а потом убить и его, и хозяев. Мне так и не попалось ни единой зацепки. Кто бы мог подумать, что его хозяева из Щита. Это значит...

— Это значит что два года назад кто-то в Щите хотел избавиться от тебя, — закончил за нее Тони. — Кто-то, у кого был допуск и к Солдату и к твоим миссиям.

— Кто-то, кто решил, что я пережила свою полезность. — Наташа улыбнулась той улыбкой, которая когда-то закрепила за ней ее прозвище и не предвещала ничего хорошего для тех, кто стал ее причиной. — Никогда не успеваю предать первой. Профессиональный дефект. Ну что же, думаю, моё время работы на Щит подошло к концу.

— Технически, — сказал Тони, — в данный момент ты работаешь на меня. Ты у меня в штате. Что делает всю эту ситуацию еще более неловкой.

— Это, конечно, сильно меняет дело. Мне только что звонил Фьюри. Роджерс проснулся и сразу сбежал, теперь бегает где-то по Нью-Йорку. Я постараюсь доставить его сюда. Сейчас самое главное — не допустить создания второго Солдата. Мне с головой хватает и одного шрама.

— Мы идём с тобой, — спохватился Говард.

— Ни в коем случае. Фьюри летит сюда. Лично. Он сказал, что хочет убедиться, что всё в порядке, а это значит, что он хочет убедиться, что всё под его контролем.

— Думаешь, он стоит за всем этим?

— Думаю, он первый подозреваемый и это делает его опасным. Это он тогда отправил меня в Одессу. — В ее голосе появился опасный звон. — Можно пересчитать по пальцам одной руки тех, у кого есть достаточный допуск, чтобы скрыть что-то подобное.

— Прекрасно, — сказал Тони. — Значит, одноглазый может быть главой секретной программы по зомбированию. Что же тут такого опасного, в самом деле.

— Вам придётся проявить чудеса актёрской игры, когда он прибудет, — продолжила Наташа. — Ни слова о Зимнем Солдате. Ни слова о том, что вы нашли. Просто два Старка, работаете над элементом и ничего не взламываете. Справитесь?

— Я блестящий актёр, — сказал Тони.

— Ты ужасный актёр.

— Но я очень хорошо умею врать при необходимости. Спросите у всех моих бывших.

— А он? — Наташа посмотрела на Говарда.

— Я умею играть, — сказал Говард. — Однажды я убедил целый кабинет генералов, что я знаю, что делаю. Я убеждал их три года. На какое-то время я даже сам себя в этом убедил.

— Теперь самое время использовать эти навыки по максимуму. А я, так уж и быть, побуду двойным агентом. Такое обычно не в моих правилах, но я уже два года не могу носить открытые купальники и вряд ли смогу когда-нибудь.

— Открытые купальники? — оживился Говард. — Здесь такое носят?

Наташа улыбнулась.

— Поищи в интернете. Тебе понравится.

Говард посмотрел на неё взглядом человека, который прежде всего видел в женщине что она красивая, а ее род занятий был всего лишь незначительной деталью биографии.

— Какая жалость, — сказал он вполне искренне. — Готов поспорить, ты была в них великолепна.

Наташа нашла его забавным. Чтобы флиртовать с ней, уже зная кто она, требовалось обладать незаурядной храбростью. Тони, который от этого разговора уже начал чувствовать себя некомфортно, попытался сменить тему.

— Да, кстати, мы тут увидели много документов с хэлликерриерами и решили их тоже проверить, так, из любопытства. Угадай, что мы там нашли?

— Проект Озарение. Раньше я думала что это обычная паранойя Щита, под которую списывается большая часть бюджета, но теперь...

— Теперь ты думаешь, что это злая паранойя.

Тони щелкнул мышкой и переключил файлы. Проект Озарение разползся по экранам, словно механический осьминог с хэлликерриерами, алгоритмамм наведения и орбитальными платформами. Его масштабы захватывали дух, подобно тому, как захватывает дух приливная волна перед тем, как затопить тебя. Три массивных хэлликерриера, автоматизированные системы вооружения, непрерывное глобальное наблюдение и алгоритм — единственный, элегантный алгоритм — предназначенный для выявления и устранения угроз.

— Угрозы, — прочитал вслух Тони. — Цели. Лица, которые могут представлять проблему. Алгоритм их идентифицирует, хэлликерриеры их устраняют. Превентивно.

— Превентивно, — повторил Говард. — То есть, прежде чем они что-либо сделают.

— Именно так и выглядит превентивный подход. Это проактивный подход. Это дальновидность. Это…

— Это убийство, — жёстко заявил Говард. — Массовое убийство. Спланированное, автоматизированное, систематизированное убийство невиданных ранее масштабом.

— Это построил Щит, — сказал Тони. — Щит строит это прямо сейчас. И Фьюри…

— Фьюри либо замешан в этом, либо катастрофически слеп, и я не знаю что хуже, — Наташа резко встала и пошла к двери. — Я пойду пока моё настроение не стало ещё хуже. Мне надо будет еще предупредить Бартона. Будьте осторожны.

Голографические дисплеи продолжали весело вращаться, демонстрируя зоны смерти, зону покрытия спутников и решения по наведению на цель с безразличным энтузиазмом презентации PowerPoint о квартальных доходах. Это, подумал Тони, было самым ужасающим зрелищем, которое он когда-либо видел, а ведь совсем недавно он наблюдал, как его отец из другого измерения установил турбину 1940-х годов в ускоритель частиц и добился от физики невозможного.

Говард долго смотрел на экраны. Затем он повернулся к Тони, как будто принял решение.

— Знаешь, если ты захочешь эмигрировать к нам, я тебе помогу. Представлю как своего кузена из южной Америки. Глупо тратить такие таланты как твои на мир, который скоро станет адом.

— Ты сейчас предлагаешь мне межвременную эмиграцию? Поверить не могу!

— Это вполне разумное решение. Прихвати с собой своего робота — Дамми будет сенсацией, это я гарантирую, на него можно будет продавать билеты. Можешь прихватить с собой свою шпионку, если она действительно приведёт сюда Стива и захочет пойти. Я знаю нужных людей. Я позабочусь о документах.

Тони пристально посмотрел на отца. Говард смотрел на него в ответ с абсолютной серьезностью.

— Спасибо, — улыбнулся он. — Я ценю твоё предложение, честно. Но там нет интернета и компьютеров.

— Там нет и нацистского заговора в государственных структурах. Во всяком случае, я надеюсь, — добавил Говард уже не так уверенно.

— У меня тут друзья, — вздохнул Тони. — Роуди, это мой лучший друг. Пеппер. И вообще, я Железный человек, я телевизор не могу смотреть спокойно чтобы куда-нибудь не полететь. Ты, главное, там, у себя, Щит не строй, хорошо?

Говард не успел ответить, потому что в этот момент раздался звонок в дверь его Нью Йоркской квартиры.