Фриволите-4 (гет)

Наслаждаясь последними деньками каникул мы с Сириусом спали едва ли не до обеда. Когда мы все-таки выползли в столовую на поздний завтрак, Гарри и Сьюзен уже не было. Они собирались восстановиться в Хогвартсе, чтобы закончить обучение и, чтобы не терять год, сейчас сдавали экзамены за шестой курс. Так что теперь они часто пропадали в школе, утрясая вопросы с возвращением.

Уже допивая свой законный утренний кофе, я взяла утренний Пророк. На первой же полосе красовался огромный заголовок: «Невилл Долгопупс — герой или жертва?».

— Опять Скиттер нового Избранного полощет, — недовольно скривилась я.

— Читай вслух, — попросил ленящийся муж.

— Как стало известно нашему специальному корреспонденту Рите Скиттер, в Мунго уже вторую неделю не могут помочь победителю Того-Кого-Нельзя-Называть. Но как оказалось, причина кроется не в некомпетентности британских колдомедиков, а в миссис Долгопупс. Главный целитель Сметвик уже неделю пытается уговорить ее начать лечение, но бабушка героя не дает своего согласия.

Августа утверждает, что боится навредить внуку и не желает пробовать «сомнительные методы». Но словам Гиппократа Сметвика в последние дни Невиллу становится лишь хуже и все отговорки, на которые указывает миссис Долгопупс, вызывают много вопросов.

Редакция «Пророка» провела собственное расследование, в ходе которого выяснила, что вчера Августа вместо своего недееспособного внука получила награду от Министерства магии: 20 000 галеонов и орден Мерлина первой степени со всеми причитающимися выплатами. Помимо этого маги со всей Британии жертвуют деньги на имя Победителя-Того-Кого-Нельзя-Называть. Но опять же по причине болезни внука, сейф для пожертвований открыт на имя миссис Долгопупс, и сумма в нем по самым скромным подсчетам уже перевалила за сто пятьдесят тысяч галеонов.

Население магической Британии желает знать, Невилл — неизлечимо больной герой или жертва корыстной родственницы? Редакция «Пророка» требует, чтобы Департамент Магического Правопорядка разобрался в этой ситуации, а также призывает всех магов и ведьм поддержать это требование.

— Ух ты, как эта стерва завернула, — взбодрился Сириус, едва я дочитала последнюю строчку.

— Думаешь и правда все дело в деньгах, а фамилия «Блэк» — просто повод отказать? Но тогда в Мунго Августа мне показалась действительно расстроенной.

Ответить муж не успел, потому что в столовую ввалился Криччер и пафосно объявил о прибытии Сметвика. Доступ на Гриммо для колдомедика в последний месяц был открыт, чтобы он мог свободно приходить и следить за состоянием своих пациентов. Гиппократ даже в шутку называл Блэк-хаус «филиалом Мунго».

Поприветствовав целителя, Сириус быстренько усадил его за стол, зная, что последний вечно забывал пообедать. У нас это, правда, был еще не обед, но не помню, чтобы Сметвик когда-либо привередничал. Тем более, что Криччер, соревнуясь с Пенни, стол накрывал, как в последний раз. Голодным еще никто не уходил после его гостеприимства.

В благодарность за обильное угощение Гиппократ прокомментировал статью Скиттер. Вернее изложил свою версию событий. Колдомедик честно пытался убедить Августу в необходимости срочного лечения, пусть и экспериментального. Когда же понял, что вредная бабка игнорирует все аргументы. Намекнул ушлой журналистке, что ей было бы полезно понаблюдать за очередным разговором.

Мисс Жук не подвела и пробралась в палату, где Сметвик в очередной раз приводил свои аргументы миссис Долгопупс, а та в свою очередь отказывалась под надуманными предлогами. Чего Гиппократ не ожидал, это того, что Рита пойдет дальше и раскопает данные о выплатах Министерства и пожертвованиях сердобольных магов. Все-таки Скиттер была профессионалом своего, что бы про нее не говорили.

— Мне даже в голову не приходило, что все дело в деньгах. Я только пришел работать в Мунго, когда туда попали Фрэнк и Алиса. Знаю, что леди Блэк тогда говорила с Августой. Вальбурга предлагала услуги какой-то китайской ведьмы, которая могла бы вернуть разум родителям Невилла. В ответ от миссис Долгопупс требовалось ходатайствовать о смягчении наказания для Сириуса, — на этих словах колдомедика мой муж встрепенулся.

— Мама просила, чтобы освободили меня? Меня, а не Беллу?

— Не совсем освободили, — замялся Сметвик. — Вальбурга понимала, что «Блэка» на свободу никто не выпустит. Темный род же. Она просила, чтобы пожизненное заменили конкретным сроком. Пять, десть или даже двадцать лет в Азкабане — это лучше, чем просидеть с дементорами до конца своих дней. Без шанса на надежду, — последнюю фразу колдомедик произнес шепотом.

Я же подумала, что в принципе логично, что леди Блэк просила за Сириуса, а не за Беллатрису. Пусть и непутевый, но сын и наследник рода все-таки ближе, чем племянница, которая уже давно стала частью семьи Лестрейндж.

— И что же миссис Долгопупс? — Спросила я, не став акцентировать внимание на своих выводах.

— Августа отказала. Мотивируя это тем, что «темный маг должен сидеть в Азкабане» и «она не намерена торговать здоровьем своего сына». Тогда миссис Долгопупс мне казалась эталоном честности и неподкупности. Я даже испытывал какую-то… гордость за ее решение и самопожертвование, — немного смутившись ответил Сметвик. — Это сейчас Скиттер раскопала информацию, что тогда Невиллу до совершеннолетия назначили очень приличную выплату из фонда «Жертв Волдеморта». Если б тогда Фрэнка и Алису вылечили, деньги бы платить перестали.

— Неужели Августа оставила внука без родителей, а собственного сына и невестку в психушке ради денег? — Ужаснулась я.

— Не знаю. Правда, не знаю. Миссис Долгопупс естественно все отрицает, но сейчас этим вопросом занимается ДМП.

— Бабушка Невилла родилась в довольно бедной, хоть и чистокровной семье, — подал голос Сириус. — Ходили слухи, что в Хогвартсе за ней ухлестывал сам Абраксас и наивная девочка поверила, что вскоре она станет леди Малфой. Такая себе волшебная версия магловской Золушки. Вот только в семье блондинов нельзя было жениться по любви. Чтобы обойти проклятие и получить наследника нужно было, чтобы невеста соответствовала определенным требованиям. Августа не подошла. В итоге ей пришлось выйти замуж за мистера Долгопупса. Пусть и чистокровного, но тоже не особо богатого представителя магического общества. А ведь она себя уже видела хозяйкой Малфой-мэнора.

— Думаешь это зависть? Жадность? Месть?

— Не знаю, что у нее в голове, Гермиона. Но возможно те события повлияли на маленькую девочку Августу и привели к тому, что ее сын и внук теперь расплачиваются за несбывшиеся амбиции своей матери и бабушки, — задумчиво сказал Сириус. И все мы замолчали, раздумывая каждый о своем.

— Огневиски никто не хочет? — Совсем другим тоном спросил Блэк.

От крепкого напитка в обед мы с колдомедиком отказались. Но по бокалу вина себе налили, чтобы поддержать компанию. Слишком много информации, свалилось за это утро. Надо было переварить.

— Я собственно чего пришел, — сменил тему Сметвик. — Из-за статьи в «Пророке» Августу завалили письмами недовольные маги и ведьмы. Все требуют от нее, чтобы она дала разрешение на лечение «национального героя». Миссис Долгопупс пока сопротивляется, но думаю, что скоро ее дожмут. Может вы заранее подготовите артефакт? А то сроки действительно поджимают. Еще пара дней и Невилл навсегда останется в одной палате с родителями.

— У меня уже все готово, — заверила я целителя и позвала Криччера, чтобы он принес законченную вечером работу.

В этот раз рунная вязь представляла собой кружевное очелье. Такой себе плетенный обруч-налобник, напоминающий украшение древних славян. Размер головы Невилла я не знала, но примерила артефакт на себя и на Сириуса — вроде нормально. На мужа налезал, с меня не спадал. Из-за того, что плетение было мягким размер получился универсальным.

Гиппократ попросил, чтобы я отдала ему очелье сразу, но пообещал, что не будет его надевать на Долгопупса, пока бабушка не даст официального разрешения.

Сметвик недооценил Августу. Под градом вопиллеров от недовольных магов она продержалась почти сутки. Вредная бабка явилась с официальным разрешением в Мунго только на следующий день к обеду, когда к ней с вопросами пришли из ДМП.

Зато теперь Гиппократ переслал мне пергамент с подписью, который подтверждал, что миссис Долгопупс дает согласие на экспериментальное лечение от леди Блэк. Причем не только Невилла, но и Фрэнка с Алисой. Даже приписка была, что она не будет иметь претензий, если что-то пойдет не так и мои артефакты не помогут.

— Мне надо срочно в Мунго, — заявила я, собираясь.

— С тобой пойти? — Спросил Сириус, наблюдая за тем, как я прыгаю на одной ноге, пытаясь на вторую натянуть чулок.

— Поддержка мне не помешает, но смотри сам. Ты выглядишь еще бледным. А если там будет Августа — возможен скандал.

— А, если будет Скиттер, то возможна и драка, — с каким-то нездоровым предвкушением допустил муж. — Точно пойду. И не такой уж я и бледный. У нас, аристократов, такой цвет лица сейчас в моде.

— Ага. Особенно у тех аристократов, которые участвовали в Битве при Хогвартсе. И даже у не совсем аристократов. Снейп не даст соврать, — наконец натянув чулки и даже туфли с пряжками, с сарказмом ответила я. Блэк на подначку не повелся, вместо этого позвав Криччера, чтоб тот принес свежую мантию.

Мунго Сириуса разочаровало. Здесь не было ни толп журналистов, ни обеспокоенных магов с пикетом у стойки регистрации. Августы тоже не было, что лично меня порадовало. Зато в палате Долгопупсов был Сметвик в компании сразу трех целителей. Мой очельник уже был на голове у Невилла, из-за чего он немного напоминал древнерусского витязя, хоть и чахлого.

— Добрый вечер, мы не помешаем? — Уточнила я, заходя в палату.

— Леди Блэк, как хорошо, что вы пришли. Конечно, же не помешаете, мы как раз пытаемся понять, насколько правильно работает артефакт, — поприветствовал нас колдомедик.

Я попросила дать мне несколько минут и устроившись поудобнее ушла в медитацию. Вскоре я смогла рассмотреть магические потоки. Они плавно перетекали из одной руны в другую, гармонично замыкая цепочку. Сейчас я признавала, что свои корректировки Смирнов внес не зря. Добавленные бусины-концентраторы правильно усиливали плетение.

— Все работает так, как должно. Теперь стоит ждать результат, — после моих слов Невилла вырвало черной слизью.

— Ой, как хорошо, — обрадовался Сметвик, чем ввел моего мужа в ступор. Заметив реакцию Блэка Гиппократ пояснил:

— С леди Малфой было тоже самое и не только с ней. Я такое уже много раз наблюдал. Так темные проклятия выходят под действием артефактов вашей жены.

Остальные колдомедики засуетились. Одни очищали Долгопупса, другие заклинаниями контролировали его состояние. В какой-то момент я почувствовала себя лишней.

— Может мы попозже зайдем? — Уточнил Сириус, видимо испытав то же, что и я.

Кинув на пациента диагностические чары, целитель подтвердил, что процесс очищения запущен и будет длиться до самого утра, если не до обеда. А потом вызвал патронуса и надиктовал ему сообщение для штатного легилимента.

— Состояние организма мы проконтролируем, но нужно, чтоб кто-то следил за разумом, — пояснил свои действия Гиппократ.

Мы же попрощавшись ушли, пообещав наведаться завтра утром. Потоки магии, которые я хотела рассмотреть, я увидела. Теперь же надо было слить свои воспоминания в омут памяти, а копию переслать Смирнову, чтоб он проконтролировал процесс. Я очень боялась ошибиться в столь тонкой операции.

Минни улетела в Америку унося с собой флакон с воспоминаниями и длинный свиток, в котором я описывала процесс лечения и дополнительные заклинания, используемые колдомедиками. При этом я постаралась передать свои мысли так, чтобы «в кадр» не попал сам артефакт. Не сомневаюсь, что Даниил с первого взгляда узнал бы материал так заинтересовавшего его пояса из Мунго. И тогда пришлось бы многое объяснять, а я пока была не готова к такому разговору.

Скиттер взяла след и теперь усиленно копала прошлое семьи Долгопупсов. Но вместо новых пикантных подробностей о жизни и коварстве Августы, Рита откопала целый ряд аналогичных дел. Сразу три рода из членов Ордена Феникса предпочли не лечить родственников, пострадавших во время Первой Магической войны, а получать за них выплаты.

— Представляю, какой будет скандал, — сказала Боунс, прочитав утренние новости в «Пророке».

— Никакого, — не согласился Сириус. — Да, Рита сейчас покуражится. Скриджмер заработает себе баллов, организовав проверку старых дел. Но доказать никто ничего не сможет. Так что, Сьюзи, не жди, что виновных накажут.

— Но как же так? — Возмутилась невеста Поттера. — Они же фактически торговали кровью и здоровьем своих детей, отцов, мужей.

— А как ты это докажешь? — С долей грусти спросил Блэк. — Вот к Августе уже приходили авроры, спрашивали, почему она отказалась лечить Фрэнка и Невилла, и что? Ну, поплакалась бабушка, как ей было страшно за родных и близких. Вдруг бы они умерли от того лечения? А так лежат себе тихонько в Мунго. Живые, пусть и не совсем здоровые. И ничего ей не предъявили. И не предъявят. Даже если под сывороткой правды допросят, ничего добиться не смогут. Если она хоть немного переживала о жизни сына и внука, то легко сможет сказать, что…

— Что отказалась от лечения из-за страха навредить, — перебила его Боунс. — Мне тетя Амелия рассказывала, как работает «Веритассерум».

— Вот видишь, ты и сама все понимаешь, — развел руками Блэк.

— Как это все мерзко и противно, — сказала я, осознав, что муж целиком и полностью прав. Эти стервятники смогут избежать наказания.

— Не все так плохо, — успокоил меня Сириус. — В Азкабан, конечно, никого не посадят, но репутацию им Скиттер испортит знатно. Та же Августа уже из дома не выходит. Остальных тоже вопиллерами завалят. Маги же все прекрасно понимают.

Утром мы, как и обещали, вернулись в Мунго. Сметвика на месте не нашли, поэтому отправились в палату Невилла, но и она оказалась пуста. Мне стало страшно, неужели я где-то ошиблась и убила Долгопупса.

Панику остановил Сириус, отправив Гиппократу патронуса. Ответ пришел минуты через три, когда меня уже начало немного потряхивать от волнения.

— Занят. В приемной сидит стажер Огастес Пай, он все расскажет, — голосом Сметвика сказал огромный полупрозрачный тигр, появившийся на этаже откуда-то из стены.

Если бы не муж, вниз по лестнице я бы бежала. Но он умудрялся ненавязчиво меня притормаживать и напоминать, что я теперь леди и обязана соответствовать.

— Если хотел себе в жены леди, надо было жениться на Паркинсон или Гринграсс, — огрызнулась я на нервах.

— Ну, уж нет. Они бы меня еще в брачную ночь траванули.

— А разве отравления — это не визитная карточка Блэков?

Легкая перепалка меня отвлекла и привела в чувства. Я взяла себя в руки и настроилась на деловой лад, даже не заметив, как мы добрались до первого этажа.

Огастес оказался смазливым брюнетом, который как раз флиртовал с местными колдоведьмами. Блэк быстро нарушил идиллию и устроил допрос молодому стажеру. От него мы узнали, что Сметвик на срочной операции, а Невиллу стало легче и его перевели из палаты Януса Тики.

— И где нам теперь искать младшего Долгопупса? — Уточнил Сириус.

— Там же на пятом этаже, но в конце коридора. Рядом с портретом целительницы Дайлис Дервент, — как нечто само-собой разумеющееся ответил стажер.

Обратно на пятый этаж мы возвращались уже спокойно и неспешно. Вот только там пришлось «погулять». У коридора оказалось несколько ответвлений, и было непонятно какое из них Огастес считал «концом». Портреты висели везде, вот только ни я, ни муж не знали, как должна выглядеть та самая Дайлис.

Правильную палату нашли только с третьей попытки. Невилл лежал на подушке с закрытыми глазами. То ли спал, то ли находился без сознания. Выглядел он не очень, бледный до синевы с всклоченными волосами и сине-черными кругами под глазами. За эти сутки Долгопупс сильно похудел, от его вечной припухлости не осталось и следа. Сейчас он был не толще Гарри или Малфоя. Мой артефакт все еще был у него на голове и отчетливо выделялся на темных волосах.

Я перешла в режим медитации, и стала анализировать магические потоки, стараясь запомнить все нюансы. Мне показалось, что в одном месте нарушен плавный ток, будто там была ступенька или какая-то преграда.

— Будить будем? — Спросил меня Блэк, когда я закончила медитировать над пациентом.

— Не нужно его будить, во сне ему легче переносить изменения, которые я вношу, — вместо меня ответил мистер Брамс, незаметно подошедший сзади. — Не переживайте, кризис уже позади. Теперь идет восстановление, но спешить не стоит. Думаю, мы закончим лечение недели через две-три.

Я мысленно чертыхнулась, осознав, что через три недели я уже буду в Ильверморни. А финальный результат увидеть хотелось. Придется опять раскошеливаться на межконтинентальные портключи.

— Что за изменения вы вносите? — Насторожился Сириус, который до этого не встречался с легилиментом Мунго.

— Мне сложно это объяснить не колдомедику. Если говорить простыми словами, то у мистера Долгопупса травмированы некоторые участки мозга. Повреждения возникли из-за воздействия темных проклятий, под которые он попал. Я блокирую часть травмирующих воспоминаний и перенаправляю мыслительные потоки на уцелевшие каналы.

— А что вам мешало это сделать раньше? — Наседал на Брамса Блэк.

— До того, как мы надели на Невилла артефакт, изготовленный вашей женой, его мысли выглядели так, будто их постоянно перемешивают блендером, мне не за что было уцепиться, — легилимент вопросительно взглянул на нас, словно взглядом спрашивая, поняли ли мы название и принцип действия магловской техники, которую он упомянул. Осознав, что с этим вопросом проблем нет он продолжил:

— Сейчас же у него в голове все та же каша, но она, скажем так, статична. Будто отдельные кусочки мозаики, из которой мне нужно сложить цельную картинку. Я словно сооружаю карту «дорог», которыми будет пользоваться его разум. При этом слежу за тем, чтобы поврежденные пути не использовались при мыслительном процессе.

— Он станет… глупее? — Уточнила я, пытаясь уловить суть разъяснений.

— Если только временно. Со временем связи внутри мозга смогут восстановиться. Гиппократ хороший целитель он сможет подобрать нужные зелья и заклинания, чтобы довести пациента до полного восстановления. Но чтобы лечение работало, нужно травмированные участки, как бы «закрыть на ремонт». Вы видели когда-нибудь, как маглы заливают бетоном пол? — Дождавшись моего подтверждающего кивка, легилимент немного удивился, но развил свою идею дальше. — Чтобы он получился идеально ровным и крепким, нужно не пользоваться им до полного высыхания. Вот и здесь, нельзя нагружать поврежденные каналы до их полного восстановления.

Мистер Брамс объяснял еще долго. Как я поняла, мой артефакт работал, как своеобразный фиксатор, не давая разуму Невилла уйти в разнос. Легилимент же постепенно направлял мысленные потоки в нужные ему русла, давая результату закрепиться, чтобы Сметвик мог начать свое лечение.

Мне же эти разъяснения помогли точнее уловить суть воздействия очелья. В итоге вечером я писала очередное письмо Смирнову, в этот раз мое послание заняло аж три свитка, плюс флакон с новыми воспоминаниями. Нести эту посылку доверили Арме. Пенни пожаловалась, что ее ушастая сова за лето заскучала. Потому что сейчас эльфийка свои новости сообщала мне лично, не гоняя своего почтальона.

За учебниками для последнего года обучения мы отправились двадцать пятого августа. Мои экземпляры пришлось заказывать заранее, потому что американский перечень книг отличался от стандартного набора Хогвартса. Мантии в нужном цвете мне тоже отшивали на заказ. Для мадам Малкин это была уже отработанная практика. Ее ателье регулярно обновляло каталоги форм различных магических школ, чтобы не отставать от моды и принятых стандартов.

— Гермиона, ты мне нужна, как женщина, — шепотом сообщил Поттер, чем ввел меня в ступор. — Ну, давай же, не тупи. Крестный не сможет долго отвлекать Сьюзен, — Гарри схватил меня за руку и потянул в сторону магазинов.

Пока я приходила в себя, от его неоднозначного заявления, он успел затащить меня в небольшой магазинчик с женскими украшениями. Ушлый кудрявый продавец, узнав именитого клиента, быстро взял его в оборот, предлагая то одно, то другое ювелирное изделие.

— У Сьюзи день рождения тридцатого августа. Помоги мне выбрать ей подарок, а то я не знаю, что девчонкам нравится, — наконец объяснил очкарик, что же ему от меня понадобилось.

— Что вам предложить: кулоны, браслеты, серьги, а может быть… кольца? У меня самый богатый ассортимент на Косой аллее, — ужом вился кучерявый. Пришлось его притормаживать и просить, дать нам осмотреться.

Гарри хотел купить изящное и не слишком вычурное украшение, чтоб Боунс могла его носить каждый день. Кольца и браслеты я отмела сразу. Пуффендуйцы много внимания уделяли травологии и зельеварению. А в защитных перчатках из драконьей кожи было удобнее работать без ювелирки на руках. Цепочки и кулоны забраковал Поттер. Ему хотелось, чтоб его презент был на виду, а не прятался под мантией.

В итоге остановились на аккуратных серьгах с красной шпинелью. Оттенок камня идеально подходил к рубину в помолвочном перстне, который Сьюзен носила на пальце. Отдельным плюсом оказалось наложенное на изделие заклинание защиты, пусть и слабенькое. Такой щит может и не закроет, но атаку ослабит, что уже хорошо.

Единственный, кто остался недовольный сделанным выбором — продавец ювелирного магазинчика. Очень уж ему хотелось продать Избранному что-то более значимое. Очкарик только и успевал отбиваться от тиар с бриллиантами и парюр с изумрудами, которые предлагал ему кудрявый пройдоха, мотивируя это тем, что для любимой невесты деньги жалеть не стоит.

Блэка и Боунс мы догнали в кафе у Фортескью. Сириус как раз делал заказ, так что мы успели вовремя. Сьюзен нашего отсутствия не заметила, или сделала вид, что не заметила. Так что домой мы возвращались с хорошим настроением и огромным тортом из мороженого.

Совершеннолетие Сьюзи отметили с размахом. На праздник пришел весь наш «отряд самоубийц», кроме Невилла. Даже Снейп ненадолго заглянул на Гриммо. От него я и узнала, что от соседства с Долгопупсом в Мунго Северуса спас мой пояс, сплетенный, как защита от «Круциатуса». Он сгладил воздействие пыточного заклятия и директор отделался лишь курсом зелий собственного производства.

Новый Избранный уверенно шел на поправку. Сейчас он по уровню развития напоминал себя одиннадцатилетнего, только явившегося в Хогвартс. Но прогресс был на лицо и Сметвик давал гарантию, что через пару недель новый герой магической Британии сможет вернуться в школу, чтобы закончить обучение на общих основаниях.

— Мы рискнули, и ненадолго сняли очелье, чтобы надеть его на Фрэнка. Мистер Брамс надеялся, что ваш артефакт окажет положительное воздействие и на мозг старшего Долгопупса. Но увы. Эффекта практически нет. То ли момент упущен, то ли это не совсем то, что нужно, но результат неутешителен, — отчитался Гиппократ о своих экспериментах.

Невилл же совсем не переживал по поводу своего состояния. Он больше радовался смерти Беллатрисы Блэк и Волдеморта, а также активно интересовался, смогу ли я помочь его родителям. Приходилось отвечать очень уклончиво, но пообещать, что сделаю все возможное, все же пришлось.

Августа в больнице не появлялась. Ну, или мы с ней не пересекались, чему я только радовалась. Трепать нервы себе и ей, я была не готова.