Имя на старом шраме (гет)

Из личных записей Натали Веснински.

21 мая 2007 года.

ㅤ

Крик Кевина перекрыл даже грохот басов, бьющих по барабанным перепонкам. Он подскочил со своего места так резко, что едва не перевернул тяжелый деревянный стол.

— Ты… ты… да ты вообще в своем уме?! — Дэй судорожно хватал со стола бумажные салфетки, пытаясь прижать их к ткани на бедре, но липкая жидкость уже стремительно впитывалась в дорогую ткань. Его глаза округлились от подкатывающего ужаса, — Это дизайнерские брюки, Веснински! Они стоили как половина твоей экипировки! Но ладно штаны… Эндрю, какого черта?! Там же… там же была твоя дрянь! Она сейчас впитается через кожу, и я поймаю приход прямо здесь! Я не смогу завтра тренироваться!

Натали даже не шелохнулась. Она лениво оплелась спиной о диван, закинув руку на спинку, и посмотрела на двухметровую паникующую гору сверху вниз с самым безразличным выражением лица, на которое была способна.

— Тише, тише, Дэй, не ори, — холодно бросила она, даже не глядя на пятно, — Скажи спасибо, что я вылила это на твои шмотки, а не заставила тебя это выпить. Отстираешь. А если через кожу впитается — побегаешь ночью вокруг стадиона, быстрее дурь выйдет. Ники, принеси мне нормальной воды. В закрытой бутылке.

Хэммик, который только что судорожно зажимал рот рукой, чтобы не заржать в голос от вытянувшегося лица Эндрю, быстро сглотнул и активно закивал.

Кевин, продолжая яростно шипеть сквозь зубы проклятия на французском, пулей вылетел из-за стола в сторону уборной.

У стола стало непривычно тихо. Эндрю молча достал из кармана пачку, прикурил новую сигарету и, не мигая, уставился на Натали сквозь дым. В его глазах не было злости — там застыл опасный, оценивающий интерес.

Нил дождался, пока блондин отведет взгляд на танцпол, и быстро пересел поближе к сестре. Его плечи все еще были напряжены, но в глазах горело чистое, искреннее восхищение.

— Ты с ума сошла, Ли, — тихо, но с явной улыбкой произнес он, качнув головой, — Ты хоть понимаешь, что Эндрю мог вытащить ножи прямо здесь? Никто не смеет портить его коктейли. Тем более выливать их на Кевина.

Натали повернула к нему голову. Её корона из кос чуть сдвинулась, а прозрачная накидка на розовом платье мягко блеснула в неоновом свете клуба.

— Во-первых я не "никто", а во-вторых твой паренёк-полторашка умеет только пугать, Нил, — так же тихо ответила она, хладнокровно пожав плечами. — Я видела монстров покрупнее. Тебе ли не знать. А Кевину полезно спустить спесь. Он слишком много орет для парня, который считает себя звездой экси.

Нил поперхнулся газировкой.

— Паренёк? Я не... — только и успел сказать он.

— Да, братец. Это очень сильно заметно. Я, кстати говоря, думала, что ты мне достаточно доверяешь, чтобы рассказать о своей ориентации.

— Я доверяю тебе, — Нил резко посерьёзнел, и его голос упал до тихого шёпота, едва различимого за грохотом музыки. — Больше всех в этом мире, Ли. Просто… мы бегали восемь лет. Мама учила меня никому не говорить правду, это въелось под кожу. А Эндрю… он вытащил меня из этого ада. Он пообещал защищать меня от отца, от Рико, от Гнезда. И он сдержал слово. Так что да. Он мой. Или я его. Неважно.

— Нил. Поверь, я не хочу тебя осуждать или что-то вроде этого. Я приму тебя любым. Под любым именем, с любой внешностью и с любой ориентацией. Просто я хочу, чтобы ты безоговорочно доверял мне, рассказывал всё. Как в детстве, помнишь?

— Вы закончили? — откуда-то сзади послышался голос.

Натали обернулась. Ей понадобилась вся её сила воли, чтобы не рассмеяться. На них злобно смотрел Кевин в цветастых шортах, которые ему явно одолжила Рене.

Через 5 минут все уже сидели в машине. Натали устроилась между Кевином и Ники. Теперь она болтала с ним без умолку, что явно раздражало Дэя. Это и было планом Ли.

По возвращении в кампус они с Рене ещё долго обсуждали эту ночь и просто смеялись.

— Слушай, а это правда?..ну, ты поняла о чём я. — спросила она.

— Про ту херь в стакане? Да, правда. У отца её было навалом.

После того, как темы для разговора иссякли, девочки наконец легли спать.

◇◇◇◇

Из личных записей Нила Джостена.

21 мая 2007 года.

ㅤ

— Твоя сестра — бесстрашие и безумие во плоти. Я удивлён.

С этой фразы Эндрю начался разговор на ночной тренировке.

— Она просто ненормальная, — в который раз повторил Кевин, раздраженно стукнув клюшкой по паркету стадиона.

— Нил, твоя сестра социально опасна! Она швыряется психоделиками в людей, которые пытаются быть с ней вежливыми!

— Вежливыми? — Нил лениво оперся на клюшку, переводя взгляд с Кевина на Эндрю. На его изрезанном шрамами лице промелькнула тень усталой ухмылки.

— Вы попытались впихнуть в неё эту хрень!

Эндрю медленно перевёл взгляд на Нила. Защитные щитки на его руках глухо стукнули друг о друга, когда он скрестил их на груди. Взгляд карих глаз из-под светлой челки был холодным, но в глубине него больше не было той паранойи, что на крыше.

— Твоя гора умеет считывать дрянь по запаху, Джостен, — ровно произнес блондин, проигнорировав ворчание Кевина, — Она даже не прикоснулась к стеклу губами. Твой папаша хорошо натаскал её на выживание.

— Ли выживала сама, — отрезал Нил, и его голос мгновенно потерял всякую веселость, став жестким, — Отец только кромсал её.

— И теперь она здесь, — Эндрю сделал шаг ближе к Нилу, заставляя Кевина тактично отступить на шаг назад, — Она прошла проверку, Джостен. Она не ловушка Морияма. Она просто такое же сломанное существо, как и ты. А значит, на неё распространяется уговор. Я не впущу Балтимор в Нору. Ни ради тебя, ни ради неё.

ㅤ

"Baby, I'm preying on you tonight.

Hunt you down, eat you alive.

Just like animals, animals, like animals-mals."

Maroon 5 — "Animals"