Бермудский треугольник. (гет)

С Томом Гермиона поговорила на следующее утро, веренее, это он поговорил с ней. А перед этим ей пришлось стойко выдержать многочисленные расспросы гриффиндорцев и извиняющийся тон Поттера и компании. Трое приятелей, отводя глаза, пытались что-то рассказать о том, как они поняли, что её нет за столом, и как они пошли её искать. Гермиона поначалу обиженно молчала, но потом всё же простила — ведь мальчишки бросились спасать её из лап тролля. Почти простила — слишком уж обидны были случайно услышанные слова.

С Томом было всё сложнее. Дав ей доесть завтрак, он перехватил её на выходе из Большого зала.

— Гермиона.

— Т-том, — проблеяла Гермиона.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — потянув за локоть, он отвёл её к окну.

— Э-э-э... А что ты хочешь услышать?

— Как это случилось.

— Я... Ну, я была в туалете...

— Гермиона.

Том не повысил голоса, и даже не нахмурил брови, но отвечать ему было гораздо сложнее, чем профессорам.

Понуро опустив голову, Гермиона закусила губу. Признаваться в собственном одиночестве было... стыдно и неловко.

Едва слышно вздохнув, Том продолжил:

— Твоё безрассудство и неспособность к трезвому мышлению могли стоить тебе жизни.

— Неспособность к трезвому мышлению? — вскинула голову Гермиона. Было до того горько и обидно, что она готова была расплакаться.

— Если всякий раз тебя будут выбивать из колеи чьи-то глупые слова, ты ничего не добьёшься.

— Глупые слова? — повторила она, как попугай. Выходит, ему было всё известно? Но, как?

— Твоё... окружение оставляет желать лучшего, — в голос Тома прокралось презрение, а ощутимо проступившие желваки выдали его недовольство.

Промолчав, Гермиона уставилась в окно. С одной стороны ей было обидно, что он сам, почти позабыв про неё, сейчас что-то там высказывает, с другой... С другой, выходит, он всё это время незаметно присматривал за ней.

Чувствуя, как её сердце растекается талой лужицей благодарности, Гермиона едва сдержалась, чтобы не улыбнуться до ушей.

— И что мне теперь делать? — смело взглянув в тёмные глаза, задала она «невинный» вопрос.

— Держаться подальше от этих недоумков.

— И к кому мне тогда держаться поближе?

Том, нахмурившись, молча барабанил пальцами по подоконнику, а Гермиона с замиранием сердца ждала его ответа. Не перестаралась ли она со своими намёками? Ну прямо, как слон в посудной лавке.

— Ты можешь готовиться к урокам в месте с Орионом и Алфрадом, — наконец ответил Том.

— Но у нас не всегда сдвоенные задания со Слизерином! — Гермиона ожидала вовсе не этого. — И потом, Блэки редко бывают в библиотеке.

— ... Школьные правила не запрещают посещать гостиные других факультетов*, — не сразу ответил Том.

— Что?! Ты приглашаешь меня к себе?!

— Я всего лишь сказал...

— Что я могу приходить в вашу гостиную! — перебила его Гермиона — ей казалось, что слух подвёл её, и всё это галлюцинация. — А если декан будет против? Или староста? Или студенты?

— Никто не будет против, — ответил Том с видом человека, принявшего решение...

Уже в тот же вечер Гермиона сидела на диване в слизеринской гостиной рядом с Орионом, Алфрадом и Кэтрин. Том, расположившись у камина, что-то обсуждал с Мальсибером. Неподалёку, обложившись учебниками, едва слышно шуршали страницами сокурсники и друзья Тома — Джаспер Нотт и Рикард Эйвери. В углу, за чайным столиком, вели неспешную беседу Вальбурга Блэк с четвёртого и её кузина Лукреция с пятого курса. Чуть поодаль заканчивали партию в шахматы Розье и Лестрейндж. Ближе к лестнице шестеро игроков квиддичной команды склонились над схемой игры, выложенной камешками прямо на полу. До Гермионы никому не было дела — словно она не в первый раз приходила сюда, и, как она надеялась, не в последний.

Слизеринская гостиная оказалась именно такой, как ей и рассказывал Том — строгая, сдержанная, наполненная тишиной и тихими разговорами. Не то что шумный гриффиндорский кавардак. Зелёные тона радовали глаз и дарили успокоение, а прохлада подземелий, разгоняемая теплом камина — комфорт. Ну и окно! Самое странное окно в мире, выходившее прямо в озеро! Впору было представить, что не комната в замке, а каюта в "Наутилусе", и сейчас войдёт капитан Немо.

— Ты такая смелая! — в очередной раз восхитился Алфрад.

— Тише! — прошипела Гермиона, покосившись на Тома — «брат» называл её смелость гриффиндорским безрассудством и авантюризмом, признавая факт неслучайности её распределения именно на львиный факультет.

На какое-то время в их компани повисла тишина.

Сначала Гермиона уловила холодноватый аромат духов, а потом из-за спины прозвучал низкий, с хрипотцой голос:

— Так это и есть победительница троллей?

Обернувшись, Гермиона увидела не иначе, как очередную Блэк — красивую, с буйными тёмными кудрями и с чудинкой в тёмных, с поволокой глазах.

— Привет, Седрелла! — радостно улыбнувшись, Орион подтвердил догадку Гермионы: — Это ещё одна моя кузина — она на шестом, и мы все зовём её Сед.

— Да, Блэков в Хогвартсе сейчас много, — по губам Седреллы скользнула шаловливая улыбка. — Рада, что ты не пострадала, Гермиона.

— Всё благодаря Тому, — Гермиона метнула взгляд на диван, где расположился Реддл.

— Ни сколько этому не удивлена, — присаживаясь рядом, проронила старшая Блэк. — Все учителя ставят в пример твоего брата. Думаю, он будет лучшим выпускником Хогвартса за всю его историю.

Гермиона, улыбнувшись, кивнула, чувствуя, как её распирает от гордости. Похвалы Тому слушать было так лестно, так волнительно.

— Гермиона — лучшая ученица на нашем курсе! — тут же выпалил Алфрад.

— А от чего не ты? — иронично изогнув бровь, рассмеялась Седрелла.

— Я стараюсь, — повинно опустил голову Блэк. — Но у меня не выходит. Рио тоже старается.

— Угу, — помычал его кузен.

— Может, кто-то слишком много думает про квиддич?

— И вовсе не думаю.., — хмур промямлил Орион. И от того у него был расстроенный вид, что Гермионе сразу же стало его жаль.

— Слишком много думать про квиддич невозможно, — с довольной ухмылкой сообщил Розье, поднимаясь из-за стола — их партия с Лестрейнджем завершилась в его пользу.

— Неужели, Джерард? — склонив голову, Седрелла ждала пояснений.

— Квиддич способствует укреплению духа и тела, — высокопарно заявил Лестрейндж, не отрывая взгляда от шахматной доски.

— Ты кого-то цитируешь, Антуан? — хмыкнула Вальбурга.

— Спорю, он только что сам это придумал, — пожала плечами Лукреция.

— Рискуешь проиграть, — холодно парировал Лестрейндж, взмахом палочки возвращая шахматные фигуры на место.

— Правда? — нисколько не смутилась Лукреция.

— Это слова Джерарда Вилкинсона.

— И мы должны его знать?

Лестрейндж, оторвавшись от шахмат, прищурившись посмотрел на кузин Блэк.

— Уже поздно, — неожиданно сообщил Том, поднимаясь с дивана. Его слова словно поставили точку в так и не разгоревшемся споре.

— Действительно, — взглянув на каминные часы, проронила Вальбурга.

— Скоро отбой, — обернулся Том к Гермионе. — Идём, я провожу тебя.

— Идём, — кивнула Гермиона, растекаясь тёплой лужицей благодарности.

До портрета Полной дамы они дошли в тишине. Том о чём-то размышлял, а Гермиона боялась ему помешать. Она была так рада их фантастическому примирению, что у неё до сих пор от счастья кружилась голова.

— До завтра, — просто сказал Том, остановившись у входа в гриффиндорскую гостиную.

— До завтра, — столь же просто ответила Гермиона. И когда он уже сделал шаг обратно, добавила в догонку: — Ты тоже приходи ко мне в гости! Пароль — «Честь и отвага!».

— Разглашать пароли строго запрещено! — обернувшись, ухмыльнулся Том.

— Это нигде не написано! — рассмеялась Гермиона.

— Я знаю. Но всё-таки не говори его всем подряд.

— Ты — не все подряд...

О том, что Гермиона побывала у слизеринцев, на следующий день знал весь Хогвартс — за завтраком только и говорили, как Реддл провёл сестру в свою гостиную.

— И тебя так просто впустили? — недоверчиво спросил Игнотус Пруэтт — гриффиндорец с пятого курса.

— Да, — пожала плечами Гермиона — её и вправду никто не остановил и не задал лишних вопросов.

— Тебя брат пригласил? Реддл? — уточнил Коулби.

— Да, Том.

— И ... часто ты туда будешь ходить? — прищурилась Юфимия, озвучив мысль, тревожившую весь Гриффиндор — за всё время соперничества двух факультетов, это стало прецедентом, когда студент из «чужого лагеря проник на недружественную территорию». Невольно Гермиона чувствовала себя Джульеттой из дома Капулетти, а Том воспринимался не иначе, как Ромео Мантекки.

— Ну.., когда захочу, — крайне расплывчато протянула она.

— Это плавда фто у ниф там фмеи? — с набитым ртом промычал Дерек Флинт.

— Там холодно? — нахмурилась Мэри. — Я слышала, что их спальни в самом низу.

— Нет, там свежо. А у камина тепло, — терпеливо продолжала отвечать на очередной вопрос Гермиона. — И никаких змей! — негодующе повернулась она к Флинту.

— Кроме самих слизеринцев, — пробурчал себе под нос Поттер, и тут же получил тычок в бок от Долгопупса. Трое приятелей после случая в туалете имели несколько бледный вид, явно чувствуя свою вину.

— Э-э-э, Гермиона.., — проблеял Поттер, запуская пятерню в и так взлохмаченные волосы.

— Да, Флимонт? — изобразив церемониальную улыбку королевы, Гермиона повернулась к нему всем корпусом.

— Э-э-э.., не хотела бы ты пойти с нами на квиддич?

— На квиддич?

Задумчивый взгляд Гермионы и тщательно проговаривыемые полные сомнений слова окончательно добили Поттера, заставив его покраснеть до кончиков ушей.

— Ну, да! На квиддич! Как и все! Мы займём хорошие места и всё тебе расскажем, если что не поймёшь! — завёлся с пол оборота Флимонт.

— А разве есть то, в чём не разбирается наша Гермиона? — подал голос Хагрид.

— Да, Флимонт, ты, малость ошибся! — хмыкнула Энн.

— Кстати, а кто такой Джерард Вилкинсон? — неожиданно вспомнила Гермиона.

— О?! — округлил глаза Пит. — Это самый успешный ловец — он поймал снитч в двадцати пяти матчах подряд! И он британец. Второй рекорд принадлежит итальянцу Рафаэлю Лупериджо — но у него всего шестнадцать. А ты откуда про него знаешь?

— Слышала, — пожала плечами Гермиона.

— А.., слышала...

— Ну, так как? Ты с нами? — спросил Долгопупс, глядя на Гермиону виновато-преданным взглядом.

— Ладно! — милостиво согласилась Гермиона — что не сделаешь ради зараждающейся дружбы ...

На стадионе собрался, казалось, весь Хогвартс. Трибуны, разделённые на сектора, выделялись факультетскими цветами, над полем, разминаясь, летали игроки — Септимус Уизли давал последние указания загонщикам. Мимо них пронёсся гриффиндорский ловец Алан Коулби, у колец завис Игнотус Пруэтт.

На другом конце поля готовился Когтевран.

— Обязательно буду ловцом! — восторженно проговорил Поттер, не спуская глаз с Коулби.

— У тебя получится! — авторитетно заявил Хагрид.

— Согласна! — поддержала великана Энн Шафик.

Гермиона, не особо разбиравшаяся в игре и качествах, необходимых игрокам, промолчала. Пройдясь глазами по трибунам, она отметила десант семейства Блэк во главе с Вальбургой, Седреллой и Лукрецией, и примкнувшим к ним Ориона и Алфрада. Рядом сидели Антуан Лестрейндж и Рикард Эйвери. Тома и прочих его друзей не наблюдалось. Реддл квиддич не любил и бывал на стадионе исключительно во время важных матчей Слизерина. Гермиона с радостью последовала бы его примеру, предпочтя провести время в тиши библиотеке, но шанс сблизиться с сокурсниками упускать не хотелось.

Игра оставила у неё не особо приятное впечатление шума, гвалта и хаотичного перемещения игроков над полем, которое ей было совершенно не понятно. Матч закончился со счётом 320:70 в пользу Гриффиндора.

Галдя и перекрикивая друг друга, студенты спускались с трибун.

— Нет, ты видел, как Джон вошёл в петлю! — восторженно тараторил Поттер. — А потом Коулби сделал финт и оказался впереди!

— Жак Клозье из «Тулузских ястребов» подобные финты делает на раз, и не зависает по минуте перед соперником! — авторитетно осадила Флимонта Энн.

— Жак Клозье летает за чемпионскую команду десять лет, а Коулби всего два года, как ловец Гриффиндора! — оскорбился за факультетского игрока Поттер.

— Так, хватит! — вмешалась Юфимия. — Мы выиграли, Алан поймал снитч — что ещё нужно?

Гермиона едва сдержала зевок.

— Тебе понравилось, Гермиона? — с надеждой спросил шагавший рядом Хагрид.

— Да, — солгала она.

— Я же говорил! — разулыбался он. — Квиддич не может не нравиться!

— Не может.

— Привет! — раздалось сбоку. Обернувшись, она увидела Ориона с кузинами. — Как тебе игра?

— Весьма ... впечатлила, — ответила Гермиона.

Лёгкая улыбка, скользнувшая по губам Вальбурги, показала, что уж она-то точно не купилась на её ложь.

— В следующую субботу Слизерин играет против Пуффендуя. Ты будешь?

— Э-э-э.., — проблеяла Гермиона, не зная что ответить.

— А с чего бы это ей ходить смотреть на Слизерин? — не к месту встрял догнавший их Поттер.

— С того, что это факультет её брата, между прочем, — осадила Флимонта Юфимия. — И Гермиона вправе поддержать его.

— Да я ничего такого и не сказал.., — как-то сразу смутился Поттер.

— Ну, если надумаешь — приходи, — с хитрецой в глазах проговорила Вальбурга и, подхватив Лукрецию под руку, с достоинством королевы проследовала дальше.

За разговорами они добрались до замка, и Гермиона наконец-то была избавлена от необходимости слушать про квоффлы и снитч. Переодевшись, она тут же направилась в библиотеку.

В библиотеке царила тишина. Студентов было всего человек пять, и все они были заняты делом. Мадам Кронвель что-то писала за своим столом. Рядом с ней изучал содержимое стеллажа профессор Брук.

Оглянувшись в поисках лучшего места, Гермиона увидела знакомую тёмную макушку, склонившуюся над толстенным фолиантом — Том, обложившись книгами, что-то конспектировал.

Подойдя, Гермиона тихо поздоровалась:

— Том...

— Привет, — ровно ответил Том, оторвавшись от своих записей. — Как игра?

— Гриффиндор победил.

— Ожидаемо.

Закусив губу, Гермиона уставилась в пол, словно она была виновата в том, что её факультет выиграл, а она вместо того, чтобы заниматься, провела пол дня на трибунах... Хотя, нет, наверное, виновата — её ведь туда никто не заставлял идти. Но разве всё сводится к учёбе? Ведь есть ещё и друзья...

Том, по-видимому решив, что тема гриффиндорской победы исчерпана, вернулся к книге.

— Том.., — внезапно смутившись, протянула Гермиона.

— Да?

— У меня эссе по чарам. Задание про воду.., — нерешительно начала она.

— Профессор Брук не меняется.

— Ты тоже писал такое ?

— Да.

— Э-э-э.., а ты не мог бы .., — замявшись, Гермиона смотрела на Реддла, а Реддл смотрел на неё.

— Порекомендовать тебе книги? — закончил за неё Том.

— Если ты подскажешь, что можно почитать, я буду благодарна.

— Возьми «Тайны воды» Спенсера.

— Спасибо! — улыбнулась Гермиона и немедля направилась в сторону нужной секции, где совсем недавно стоял профессор Брук.

«Тайны воды» оказались внушительной книгой конца прошлого века. Прижав её к груди, Гермиона нерешительно замерла посреди библиотеки.

Том, кинув на неё краткий взгляд, сдвинул свои фолианты, освобождая место рядом с собой.

С ощущением, что у неё вырастают крылья, Гермиона опустилась на соседний стул. Всё вернулось на свои места — она, Том и новые, удивительные знания. Но только вместо серых приютских стен уютная тишина Хогвартской библиотеки, напоённая ароматом свечного воска, пергамента и чернил. А ещё мяты и горьковатого шампуня Тома со смесью полыни и лаванды...

Время пролетело незаметно — за окнами начало уже темнеть, когда Том, сворачивая конспект, объявил:

— Всё! А как твои успехи?

— Надеюсь на «превосходно»! — улыбнулась Гермиона.

— Слышал, что у тебя их немало, — прищурился Том.

— Не меньше, чем у тебя! — с вызовом ответила Гермиона.

— Так уж не меньше?

— Ну, если учесть, что ты коллекционируешь оценки уже третий год, а я только первый.., — дразня, протянула Гермиона.

— Так вот, как это называется? Коллекционировать оценки! — повёл головой Том, откидывая чёлку со лба и едва заметно улыбаясь.

Как заворожённая Гермиона смотрела на Реддла. Она в жизни никого не встречала красивее, умнее, отважнее.., а его улыбка была самым лучшим, что она видела. Даже лучше, чем «превосходно», выведенное профессором Вилкост.

— Идём, а то всё съедят, — встав, Том собрал свои книги прихватив и её «Тайны воды». Гермиона взяла своё эссе и тетрадь Тома.

В Большой зал они спустились вместе. Том сразу же направился к слизеринскому столу, а Гермиона с тайным сожалением села рядом с Юфимией.

— Всё написала? — поинтересовалась Фоули, кивнув на свиток.

— Ага.

— Ну тогда ты не отвертишься!

— От чего? — не поняла Гермиона.

— От праздника, — наклонилась к ней Мэри. — В честь победы Гриффиндора! Ты гриффиндорка или как?

— Гриффиндорка, — ответила Гермиона хотя именно сейчас ей как никогда хотелось быть слизеринкой.

Как и сообщили девочки, вечером в гостиной состоялась шумная вечеринка со сладостями, тыквенным соком и бурными подробностями от главных героев. И розыгрышами из какой-то чудной лавки в Хогсмиде, от которых все то зеленели, то краснели, то превращались в чайник с паром из ушей. Гермиона хотела было уйти, но Флимонт, Элджи и Энтони, словно сговорившись, никак не отпускали её. Даже Септимус Узли и капитан команды Джек Крисби подошли к ней, спросив про то, понравилась ли ей игра.

Когда все угомонились, она с облегчением устроилась у камина с "Занимательной магией".

Чуть поодаль пристроился Долгопупс. Уткнувшись в толстенный фолиант, Элджи то и дело бросал на неё взгляды, нервируя своим неоднозначным вниманием. Когда Гермиона уже готова была подойти и спросить в чём дело, сокурсник сделал это сам.

— Слушай, Гермиона, — присев рядом, Долгопупс сосредоточенно вертел палочку. — Я понимаю, что тебе не хочется лишний раз вспоминать, но тебе ничто не показалось странным?

— О чём ты? — не поняла Гермиона.

— О тролле. У тебя была возможность его рассмотреть. Он вёл себя как-то иначе?

— Нет, — покачала головой Гермиона, припоминая то, что случилось в туалете — тролль был ожидаемо агрессивен и не особо умён. — А в чём вопрос?

— Ну... Тролли вообще-то глупые, а он должен быть гением, раз смог проникнуть в Хогвартс.

— Да.., — протянула Гермиона, впервые подумав о том, что было на поверхности — как тролль попал в Хогвартс?

— И если он был глуп, как и все...

— Значит, кто-то его впустил, — закончила за Элджи Гермиона.

— Кто и кого впустил? — вихрастая голова Поттера, возникнув из-за дивана, тут же встряла в разговор.

— Тролля, Флимонт, — нетерпеливо пояснил Долгопупс. — У Хогвартса защита сильнее, чем в Министерстве, а тупоголовое существо ходит здесь, как у себя дома и крушит туалеты — что-то здесь не так.

— Согласен! — воодушевился Поттер, плюхаясь в кресло напротив. — И мы должны это выяснить!

— Ничего мы не будем выяснять! — тут же осадила мальчиков Гермиона. — Это слишком опасно!

— Ага! Опасно! И это говорит девчонка, огревшая тролля его собственной дубиной по голове!

— Ну, я не то, чтобы огрела.., — смутилась Гермиона.

— А ты не бойся, — с иронией проговорили Поттер. — Если будет трудно, позовёшь братца, а с ним и весь Слизерин на помощь!

— Никого я не буду звать! — взбунтовалась Гермиона, представляя лицо Тома, когда он узнает, что она направилась на поиски разгадки истории с троллем, но не признать правоту мальчишек она не могла...

Утром, задолго до завтрака, она спустилась в библиотеку, но вместо чар зарылась в книги, посвящённые троллям. Через три часа кропотливой работы, она полностью разделяла мнение Долгопупса — что-то в истории с «их троллем» было не так.

— Привет! — прозвучало над ухом, и перед Гермионой появилась булочка. — Тебя не было на завтраке. Хочешь?

Обернувшись, Гермиона увидела Ориона.

— Спасибо.., — протянула она, только сейчас поняв, что пропустила еду. — А ты что тут делаешь?

— Завтра чары, а я ничего не читал, — тяжко вздохнув, сел рядом с ней Блэк. — О, а ты решила подробнее изучить троллей?

— Да, я.., — но ответить Гермиона не успела — её прервали самым наглым образом.

— Ты ему всё рассказала?! — не менее бесшумно чем до этого Блэк, за её спиной материализовался Флимонт Поттер и компания.

— Во первых, не смей повышать на меня голос! — зло осадила Гермиона. — Во вторых, я никому ничего не обещала. А в третьих — не говорила.

— Тише, Флимонт, тише, — озабоченно озираясь, проронил Долгопупс. — И ты, Гермиона, не кипятись.

— Элджи прав, на нас и так смотрят, — нахмурился Трэверс.

— Хотите докопаться до правды с троллем, ребята? — Орион, откинувшись на спинку стула, с лёгкой иронией разглядывал гриффиндорцев. Сейчас он как никогда был похож на свою кузину Вальбургу.

— А с чего ты взял, что там есть что искать? — пробурчал Поттер.

— С того, что тролли даже в коровник просто так не зайдут, а не то что в Хогвартс, — пожал плечами Блэк.

— Есть идеи? — спросил Элджи, придвигая стул. Трэверс тоже сел, Поттер упрямо остался стоять рядом.

— Его впустили.

— До этого мы и так додумались, умник! — фыркнул Поттер. — Но кто и как?

— Тот, кто может снять магическую защиту или тот, кому известны её слабые места, — сохраняя невозмутимость, продолжил Блэк.

— Я тоже так думаю, — согласился Трэверс. — Остаётся главное — мотив.

— Говоришь, как твой отец, — усмехнулся Блэк.

— Я же его сын, — мгновенно парировал Энтони.

— Но любой мотив не имеет под собой смысла, — впервые подала голос Гермиона. — Никакого толку от тролля нет. Только шум и разрушения, а потом его всё равно схватят.

— Значит, тот, кто это устроил, хотел много шума, ну и небольших разрушений, — задумчиво произнёс Долгопупс.

— И он хорошо знает защиту Хогвартса и её слабые места, — добавил Трэверс.

— Ученики не подходят — защита Хогвартса на директоре и преподавателях, — заявил Поттер.

— Если только нет таких мест, где она изначально слаба, и её может преодолеть сильный ученик, — предположил Долгопупс.

— Ты о чём? — не поняла Гермиона.

— Хогвартс — очень старый замок, в нём куча подземелий и тайных ходов, которые ведут, Мерлин знает куда. Возможно, есть такие, которые не прикрыты защитой, или она слабее за счёт их расположения, — пояснил Трэверс.

— Тролль не вошёл через главные ворота, а появился сразу на нижних этажах, и там нет разрушений. Нужно искать проход, подходящий по размеру, — сделала вывод Гермиона.

— Согласен, — кивнул Поттер. — Остаётся ещё один вопрос — кто и зачем?

— Главный вопрос, — подчеркнул Долгопупс.

— Возможно, в Хогвартсе есть что-то, что кому-то очень было нужно, и тролль должен был просто отвлечь внимание? — вопросительно вскинул брови Трэверс.

— Что это может быть? И кто за этим охотится? — нахмурилась Гермиона.

— Тебя не было на завтраке, — ответил Элджи, вытаскивая из кармана смятую газету: — Все только об этом и говорят.

Взяв «Ежедневный пророк», Гермиона на первой же странице увидела уже ставшее знакомым лицо — Гриндевальд. Заголовок гласил — «Монстр объявился в Британии — самого опасного тёмного волшебника видели в Хогсмиде».

Пробежав глазами статью, Гермиона отложила газету:

— Выходит, как раз тогда...

— Да, — сухо кивнул Трэверс. — Когда тролль объявился в школе, Гриндевальд разгуливал по соседней деревне, и это вряд ли совпадение.

— Значит, ему кто-то здесь помогает! — зло возмутилась Гермиона. — Здесь! В Хогвартсе!

— А чему ты удивляешься? — фыркнул Поттер, бросив взгляд на Блэка. — Некоторые британцы поддерживают его идеи чистокровного превосходства!

— Некоторые, Поттер, — процедил Блэк, сверкая глазами.

— Хочешь сказать, что твоя семья не голосовала в Визингамоте за ужесточение статута секретности?

— Как и твоя, кузен, — сладко улыбнулся Блэк.

— Довольно! — рявкнула Гермиона. — Вы, оба! Гриндевальд убивает невинных! Кто-то из вас за тиранию?

— Нет, — нахмурился Орион.

— Уж я точно — нет, — покачал головой Трэверс.

— Мы должны разобраться, кто и как впустил Тролля — твёрдо заявил Долгопупс и первым направился к выходу из библиотеки.

Помедлив пару мгновений, Гермиона последовала за мальчиками.

Поиски прохода, по которому тролль проник в школу они начали с подземелий и тут же и закончили — у привлёкшей их внимание двери, скрытой в нише — высокой, массивной, широкой — через неё свободно мог пройти и тролль, и полувеликан. Она не открывалась ни простой алохоморой, ни попытками тупо взломать замок с помощью перочинного ножа, ни бомбардой.

Изрядно пошумев, они обсуждали свои дальнейшие действия, когда непонятно кем наколдованный люмус осветил их запылённые лица и неряшливые мантии.

— Что здесь происходит? — раздавшийся за их спинами голос Тома не предвещал ничего хорошего.

Дружно обернувшись, они увидели Реддла, подпиравшего плечом стену.

— ... Ничего! — первым ответил Поттер, упрямо вскинув голову.

Но Том ждал вовсе не его ответа. С нарочитым спокойствием он смотрел на Гермиону.

— Мы... Мы хотим открыть дверь, — пробормотала Гермиона.

— Зачем?

— Чтобы посмотреть, что там...

Едва заметное движение тисовой палочки в бледной руке, и дверь распахнулась сама собой.

— Смотрите, — проронил Реддл, не двигаясь с места.

— Ни чего себе.., — едва слышно выдохнул Гермионе в ухо Долгопупс.

Трэверс с несколько оторопевшим видом поднял палочку:

— Люмус!

Пространство за дверью осветилось голубоватым светом, явив их взору абсолютно пустой ящик в абсолютно пустой комнате без окон и других дверей.

— Что это, Том? — недоумённо спросил Блэк.

— Понятия не имею, — ответил Реддл.

— Но ты так легко открыл.., — начала Гермиона и тут же осеклась под тяжестью тёмного взгляда, пригвоздившего её к полу.

— Потому что провожу время изучая и отрабатывая заклинания, а не шатаясь по подвалам в поисках приключений, — тон «брата» нисколько не поменялся, но Гермионе показалось, что её окатили ледяной водой.

— Зачем здесь ящик? — нахмурился Трэверс. — И для чего эта комната?

— Полагаю для содержания «Наглядного материла № 16», — с нескрываемой иронией кивнул Том на табличку, валявшуюся на полу, которую остальные заметили только сейчас. — А про комнату можно узнать на плане Хогвартса.

— А такой есть? — не удержалась Гермиона.

— ... Есть, — медленно ответил Том. — И даже не в запретной секции. И никакой тайны в этом нет, чтобы тратить столько времени вместо того, чтобы готовиться к занятиям. Ты меня поняла, ... «сестрица»?

— ... Поняла, — тихо выдохнула Гермиона, сгорая со стыда.

Обратно они возвращались все вместе. Первыми шли Поттер и Долгопупс, потом Гермиона и Трэверс с Орионом. Том, словно конвоир, замыкал шествие.

Вывернувший из-за угла Хагрид, увидев Гермиону, тут же замахал ей рукой:

— Гермиона, а я к Дружку! Ты со мной?

— ... Нет, — тяжко вздохнула Гермиона, кожей чувствуя недовольство Тома.

Том, не сказав ни слова, свернул в сторону слизеринской гостиной, Орион пошёл с ним.

— Всё это очень подозрительно, — едва освободившись от опеки Реддла, проговорил Поттер. — Этот слизеринец шатается по подземельям, не бывает на квиддиче и запросто снимает сложнейшую защиту! К нему стоит присмотреться.

— Ага. Только пока что мы добились того, что он будет присматриваться к нам, — тяжко вздохнул Долгопупс, косясь на Гермиону.

Прищурившись, Гермиона переводила взгляд с одного приятеля на другого. Неужели они всерьёз обвиняют Тома?! Её Тома в помощи Гриндевальду?!

— Всё это ерунда — про Реддла, — нахмурившись, заявил Трэверс. — Если ему и нужен Гриндевальд, то только чтобы отомстить за смерть родителей. Ой, прости, Гермиона, ведь он и.., — замявшись, Энтони так и не закончил фразу.

Судорожно сглотнув, Гермиона отвела глаза — да, всё верно — вся школа считает, что они с Томом сироты магической войны. Интересно, чтобы они подумали, зная правду?

До другой правды Гермиона докопалась за пять минут. На плане Хогвартса та комната значилась, как место временного содержания опасных магических тварей перед практическими занятиями и была упразднена в 1930 году, когда Ньют Скамандер предложил заменить её привычными загоном и вольерами. А защита была самой что ни на есть простой — той, что применяется для охраны магических животных.

А вечером у неё состоялся не самый приятный разговор с Томом. Том выслушал её молча. От начала и до конца. А потом сухо осведомился:

— А если твои ... друзья подвергнут сомнениям теорию полётов и решат спрыгнуть с башни без метлы, ты тоже с ними пойдёшь и прыгнешь?

— Но это же глупо!

— А искать сообщника Гриндевальда среди учителей не глупо?

— Но, Том, согласись, вся эта история с троллем более чем странная!

Том промолчал.

Воодушевившись, Гермиона продолжила:

— Мы всего лишь проверили подземелья! И, потом, ты там был, и ничего плохого не случилось!

— Но я не всегда буду рядом, Гермиона.

Не всегда..? Как, не всегда? ...

* — не знаю, так ли это, но упоминаний о категорическом запрете я не встречала. Если это моя ошибка, то пусть это станет ООС Хогвартса))