ГривИстория (джен)

Мы с Молотом уже подходили к крыльцу, когда со стороны калитки донёсся топот, треск и звонкий голос:

— Папа! Папа! Крафт! Вы не представляете, что сегодня было!

Тростинка влетела во двор, как маленький ураган — растрёпанная, с оттопыренным крылом — у неё, оказывается, были маленькие пегасьи крылышки, которые я раньше не замечала, и с сумкой, болтающейся где-то на другом боку.

— Тростинка, потише, — улыбнулся Молот, но дочь уже неслась к нам, размахивая одним свободным крылом.

— Я сегодня по контрольной получила «отлично»! По математике! Самая лучшая в классе! А ещё мисс Дейзи хвалила моё сочинение про времена года! А ещё у нас новый ученик, его зовут Быстроножка, он из Мейнхеттена и у него папа работает в газете! А ещё у булочника сегодня утром коза убегала, представляете? Прямо по главной улице, за ней вся школа бежала, а мисс Дейзи свистела в свисток, но коза не слушалась, а потом её поймал сторож с сеном, и все смеялись!

— Тростинка! — Молот поднял копыто, пытаясь остановить этот словесный поток. — Дыши!

Девочка послушно вдохнула и выпалила:

— А ещё в субботу ярмарка будет, и мисс Дейзи сказала, что мы можем участвовать с поделками, и я хочу сделать что-то из металла, папа, ты поможешь?

— Помогу, — кивнул Молот. — А сейчас — мой копыта и за стол. Обед стынет.

Тростинка кивнула, на бегу махнула мне щупальцем… — копытом, конечно, копытом, просто у меня на уме одни щупальца, — и умчалась в дом.

— Неугомонная, — с любовью вздохнул Молот.

— Она пегас? — спросила я, кивая на крылья.

— Наполовину. У Нитки бабушка была пегаска, вот и передалось. Тростинка в неё — летает пока так себе, но старается. А Льдинка — в меня, земнопони.

— Красиво, — сказала я. — Разные, а вместе.

— Это да, — согласился Молот. — Пойдём, а то Нитка ругаться будет.

* * *

За столом Тростинка продолжала вещать, но уже с меньшим напором, потому что рот был занят супом.

— А ещё... ням-ням... в городе говорят... ням... что на мельницу новый жёрнов привезли... ням... и он такой большой, что его три пони тащили...

— Жуй сначала, — одёрнула Нитка, но беззлобно.

Льдинка, сидевшая рядом со мной, тайком гладила моё щупальце под столом. Щупальце довольно подрагивало и пыталось обвить её копытце.

— Крафт, — вдруг обратилась ко мне Тростинка, проглотив очередную порцию. — А ты в школе была? Ну, когда маленькая была?

Я замерла.

— Не помню, — честно сказала я. — Кажется, нет.

— А как же ты читать научилась? Писать?

— Сама, — я пожала плечами. — Пришлось. Для работы нужно было.

— Для какой работы? — тут же вцепилась девочка.

— Тростинка! — прикрикнула мать. — Не лезь с расспросами.

— Ничего страшного, — я улыбнулась, хотя внутри всё сжалось. — Я на производстве работала. Там инструкции читать надо было, рецепты. Вот и научилась.

— А писать?

— Тоже.

— А считать?

— Считать умею, — кивнула я. — И химические формулы знаю.

— Ого! — Тростинка аж подпрыгнула. — Химические! А покажешь?

— Покажу как-нибудь, — пообещала я.

* * *

Когда суп был съеден, а компот выпит, Нитка разлила по кружкам чай и уселась во главе стола.

— Так, — сказала она. — Давайте поговорим серьёзно.

Я напряглась.

— Не бойся, — успокоила меня Нитка. — Мы тут подумали с Молотом. Ты нам помогла, мужа спасла, сегодня в кузнице работала. Просто так жить у нас не можешь — сама сказала. Значит, надо решить, чем ты будешь заниматься.

— Я могу в кузнице помогать, — осторожно сказала я. — Молот говорил...

— Помощник в кузнице — это раз, — кивнул Молот. — Но это не на весь день. И не на всю жизнь.

— А я вот что думаю, — Нитка отхлебнула чай. — Ты говорила, что шампуни делала. Химию знаешь. У нас в городке баня есть, общественная. И пони туда ходят, моются, парятся. А средств хороших нет — что в лавке продают, то дорого и не всегда качественное.

— Ты предлагаешь... — я начала понимать.

— Мыла варить, — кивнула Нитка. — Шампуни. Мази какие-нибудь. У меня травы есть, я собираю летом, сушу. Могла бы рецептами делиться. А ты бы делала. На продажу.

Я задумалась. Мыло. Шампуни. Мирные, полезные вещи. Никакого оружия, никаких пушек.

— Можно попробовать, — сказала я.

— А я что думаю! — вмешалась Тростинка, подпрыгивая. — Ты же щупальцами всё хватать можешь! И быстро! А в лавке у булочника всегда очередь, потому что он один и копытами медленно работает. Может, ты будешь помогать в лавках? За плату?

— Типа грузчик-разносчик? — уточнила я.

— Ага! Ты сильная, быстрая, щупальцами штук пять коробок сразу унести можно. Тебя б все нанимали!

— Дельная мысль, — кивнул Молот. — В городе всегда нужны рабочие копыта. А у тебя их... ну, много.

Щупальца довольно заколыхались.

— А я знаю! — Льдинка подняла копытце, как в школе. — Ты можешь с нами играть! В прятки! Тебя никто не найдёт, потому что ты щупальцами везде достанешь!

— Льдинка, это не работа, — засмеялась Нитка.

— А почему не работа? — насупилась девочка. — Детей развлекать — тоже работа. Вон, у соседей няня есть, за ней записываются.

— Няня из Крафт? — Нитка с сомнением посмотрела на меня. — Ну, не знаю...

— Я могу, — вдруг сказала я. — С детьми я... нормально. Они меня не боятся. И щупальца аккуратно используют.

Все посмотрели на Льдинку, которая уже успела обвить себя моими прядями, как лентами, и довольно покачивалась.

— Видите? — сказала она. — Ей нравится. И мне нравится.

— Ладно, — сдалась Нитка. — Будем считать, что няньство — тоже вариант. Но не основной.

— И, значит, так, — подвела черту Нитка. — Пока ты живёшь у нас, помогаешь по хозяйству и в кузнице. А в свободное время пробуешь мыло варить. Если получится — будем думать о продаже. Если нет — поищем другие варианты.

— А я договорюсь в городе, — добавил Молот. — Спрошу, кому нужна помощь сильной и быстрой пони с кучей рук. Думаю, желающие найдутся.

— Спасибо, — сказала я, и голос мой дрогнул. — Я... я не знаю, как вас благодарить. Вы меня первый день знаете, а уже...

— А ты нам мужа спасла, — перебила Нитка. — Это не первый день знакомства, это дело. Мы в долгу не остаёмся.

— И вообще, — добавила Тростинка, — ты хорошая. Мы сразу поняли.

— Правда? — удивилась я.

— Правда, — подтвердила Льдинка, обнимая моё щупальце. — У хороших пони грива мягкая. А у злых — колючая.

Я посмотрела на свои щупальца. Мягкие, шелковистые, переливающиеся. Кто бы мог подумать, что они станут мерилом добра?

— Спасибо, — повторила я уже всем сразу.

— На здоровье, — улыбнулась Нитка. — А теперь помоги-ка мне посуду убрать. Щупальцами ты это быстро сделаешь.

Я засмеялась — впервые в жизни так легко и свободно — и принялась за работу.