The Bolton Ladies Strike Back (джен)

«Бойтесь Фреев, дары приносящих», — думал Русе Болтон, глядя на то, как слуги вносят в большой зал огромный кованый сундук.

— Должна признать, это довольно неожиданно, — заметила Уолда. — Я думала, дедушка никогда не простит вам женитьбы на мне.

— Он и не простил, — хмуро сказал Русе. — Не нравится мне всё это, леди Уолда, — он взял поданный слугой пергамент, приложенный к сундуку, и развернул его. — «Посылаю эту вещицу в подарок вашему наследнику. Лорд Уолдер Фрей», — прочитал он. — Вещицу? Это какой-то речной сленг, которого я не знаю?

— Это мой дедушка, — Уолда закатила глаза. — У него восемь жен и сотня потомков, так что ему простительно злоупотребление литотой.

— М-да, — хмыкнул Русе. Пререкаться с женой ему не хотелось, поэтому он вернул пергамент слуге и жестом приказал открыть сундук. Пока слуги возились с замками, его живое воображение нарисовало десятки впечатляющих образов того, что бы там могло быть, от старых дырявых носков, что лорд Уолдер успел износить за свою долгую жизнь, до набора подсвечников (классический подарок на Новый год, который вестеросские лорды передаривали друг другу вот уже не одно поколение). Но оказалось, что с фантазией у лорда Русе были проблемы, потому что внутри оказался…

— Ух ты! — воскликнул Рамси. Они с Арьей появились в большом зале как раз в момент открытия сундука. — Какой классный бивень!

— Бивень! — Русе глядел в сундук, не в силах поверить своим глазам. — Клятый старикашка послал в подарок нашему наследнику огромный бивень!

— Я бы попросила, милорд, — с упреком сказала ему Уолда. — Все-таки вы говорите о моем дедушке.

— Ваш дедушка, миледи, это само воплощение хтонического ужаса, и этот подарок является тому наглядным подтверждением! — Русе махнул рукой, как бы компенсируя этим недостаток цензурных слов. — Что наш ребенок будет делать с бивнем??

— Ну, может, это типа символ могущества, силы и упорства, которых ему желает лорд Уолдер, — предположила Арья. — А вы не знаете, — с любопытством спросила она Уолду, — ваш дедушка сам завалил того мамонта, которому он принадлежал?

— Да мой дедушка и за Стеной-то никогда не был, о чем ты! Я вообще не представляю, откуда он взял эту штуковину.

— Готов поспорить, выписал у самого Короля Ночи, чтобы только потрепать мне нервы, — проворчал Русе. — Ну и куда мы его денем?

— А можно, я с ним поэкспериментирую? — оживился Рамси.

— Не думаю, что это будет уместно, — покачала головой Уолда. — Кто знает — быть может, когда-нибудь мой дедушка пожелает нанести нам визит, и как тогда мы объясним твои эксперименты?

— Если ваш дедушка, миледи, пожелает нанести нам визит, я сам себя освежую, и в таком случае чертов бивень будет вашей последней заботой, — зловеще пообещал супруге Русе, и Уолда всплеснула руками.

— Ну что вы как маленький, честное слово! В кое-то веки моя семья решила сделать для нас что-то хорошее, а вы включаете режим злобного Болтона!

— Фреи, делающие что-то хорошее, это оксюморон, миледи, и вам это известно так же хорошо, как и мне! — парировал Русе. — Но если вам так хочется оставить этот, с позволения сказать, подарок, пусть будет по-вашему! Только куда мы его поместим?

— Можно в детскую, — предложила Арья. — Превратим его в горку.

— Нет, это плохая идея, — помотал головой Рамси. — Видишь, какие у него острые края? А вдруг дети о них поранятся?

— Поместим в обеденной зале, — решила Уолда.

— Только через мой освежеванный труп, — процедил Русе. — Я не буду смотреть на это безобразие во время еды, и не просите.

— В оружейную! — осенило Рамси. — Повесим на него доспехи!

— Не-ет, как мы это сделаем? — протянула Арья. — Видишь, какой он гладкий? А если мы начнем его долбить, глядишь, по нему пойдут трещины, и он упадет и еще зашибет кого ненароком. Можно бы было пристроить его в конюшне, но как бы лошади его не испугались…

— А что, если поместить его в мою лабораторию? Я как раз собирался навести там порядок, и…

— Так, хватит, — Русе решительным жестом положил конец дискуссии. — От этих разговоров у меня разболелась голова, и я больше не потрачу ни одной нервной клетки на эту ерунду! — категорично заявил он, а затем сказал слугам: — Отнесите этот бивень в гостевую спальню. Потом решим, что с ним делать, — с этими словами он стремительно покинул большой зал. Захлопнув сундук, слуги потащили его на выход, Уолда, массируя виски, направилась на кухню, отдать распоряжения по поводу сегодняшнего ужина, а Рамси со вздохом сказал Арье:

— Жаль, что мне все-таки не разрешили поэкспериментировать с этим бивнем. Он такой древний — кто знает, может, мне удалось бы вызвать какие-нибудь мистические силы?

— Лучше не надо, зайчик мой, — промолвила Арья. — Мистические силы, это явно не то, в чем сейчас нуждаются твои отец и мачеха.

Арья оказалась права. Дурацкий юмор лорда Переправы так вывел из себя Русе, что весь оставшийся день тот ходил мрачнее тучи, вселяя ужас в слуг и вызывая досаду у жены. Уолда надеялась, что хотя бы на ночь он прекратит раздражаться, но не тут-то было.

— Да хватит вам уже ворочаться! — в сердцах воскликнула она, когда рядом на постели снова зашевелились. — Вы что, намерены всю ночь не спать??

— Я не могу спать, леди Уолда, — Русе сел на кровати; в свете догорающей свечи его глаза опасно поблескивали. — Я все думаю об этом клятом бивне, что сейчас лежит прямо над нами.

— Да вы невыносимы, лорд Русе! — воскликнула Уолда. — Дался вам этот бивень! Хорошо, если он вас так раздражает, отдадим его Рамси, пусть экспериментирует. Завтра же велим отнести его в лабораторию.

— Ну уж нет, леди Уолда, я больше ни минуты не потерплю присутствия этой монструозной хренотени у себя над головой, — Русе спустил ноги с кровати. — Надо разбудить слуг, пусть сейчас же этим займутся, — он встал и направился к двери. Уолда, подавив страдальческий стон, приложила к лицу его подушку, отчаянно сопротивляясь порыву задушить саму себя.

Что ж, перформанса, подобного тому, что Русе устроил в ту ночь, Дредфорт не знал со времен Красных королей. Хотя прежде он не страдал от всплесков бессмысленного деспотизма, в тот раз он целиком ему отдался, разбудив ползамка и сына с невесткой впридачу, и всё — исключительно по своей лордской прихоти. Шестеро самых крепких слуг, что с таким трудом приволокли бивень в гостевую спальню, теперь были вынуждены через весь замок тащить его в лабораторию Рамси, и, кажется, последний был единственным в Дредфорте, кто испытывал энтузиазм по этому поводу.

— Видишь, Арья, все-таки без мистических сил здесь не обошлось, — зашептал он жене, когда процессия из слуг, несущих бивень, и сопровождающих их господ достигла винтовой лестницы, ведущей в его лабораторию. — Я уверен, после моих экспериментов…

Но что произойдет с бивнем после экспериментов ее супруга, Арья так и не узнала. Один из слуг, несущих бивень, поскользнулся и, чтобы удержать равновесие, в панике отпустил свою драгоценную ношу, хватаясь за перила. Остальные пятеро были не в силах противостоять вызванной этим цепной реакции — бивень выскользнул у них из рук и, с инфернальным грохотом, который наверняка был слышен и в Королевской Гавани, поскакал по ступеням и разбился на первом же лестничном пролете.

И если на долю секунды Русе Болтон поверил было, что все его невзгоды оказались позади, то ему пришлось пережить жестокое разочарование. Ведь в тот момент, когда проклятый бивень разлетелся на куски, из него высыпалось целое полчище самых мерзких крыс, которых когда-либо видел Дредфорт. С мерзким писком они молниеносно разбежались в разные стороны, и Уолда издала вопль отчаяния:

— Боги, что нам делать?! Эти мерзкие твари сейчас всё здесь сожрут!

— Неужели? — с нескрываемым сарказмом парировал Русе. — Их ведь прислал ваш благословенный дедушка!

Уолда уже хотела от души дать ему в нос, как вдруг Арью осенило:

— Дудочка! Рамси, сыграй что-нибудь на дудочке!

— Что?? — выпучил глаза ее безумный муж.

— Да без разницы — все, что угодно!

К счастью, с дудочкой Рамси не расставался, ведь она помогала ему прогонять его достославные кошмары. Впрочем, сейчас ей предстояло дать отпор гораздо более серьезной угрозе. Не мешкая, Рамси приложил ее к губам и заиграл. Исторгнутая им мелодия была пронзительной и столь душераздирающей, что она тронула даже истерзанное черными мыслями о Фреях сердце Русе Болтона. А уж о посланных ими крысах и говорить было нечего — услышав эту трагичную музыку, они всем скопом бросились в окно и были таковы.

— Ура, Рамси! — Арья захлопала в ладоши и обняла мужа за шею. — Ты спас Дредфорт!

— Правда? — такой поворот событий заставил Рамси расчувствоваться, и он шмыгнул носом. — Я очень рад.

— А я-то как рад, — проворчал Русе и посмотрел на жену. — Мне очень жаль, что подарок вашего досточтимого дедушки разбился, леди Уолда.

— Не переживайте, лорд Русе, — старшая леди Болтон мстительно сверкнула глазами. — Завтра мы с дорогим Рамси смастерим новый бивень и отправим его в Близнецы. И пусть лорд Уолдер не сомневается — я начиню его самыми жирными тараканами, что водятся в подвалах Дредфорта.