Справедливость жизни (джен)

Утро второго сентября в Хогвартсе всегда было самым хлопотным для старост факультетов, так как поднять к завтраку учеников после ночных посиделок — задача не из простых. Если первокурсники вставали охотно и испуганными глазами смотрели на старост, полагая, что проспали все на свете, то третий-четвертый курс поднять было практически невозможно. Каждый студент лениво переворачивался на другой бок и сонно бормотал: «Я на завтрак не пойду, отстань...»

Без сомнения, в другой день так же себя повел бы и Гарри, но не в этот раз. Он еще сквозь сон услышал протестующий вопль Рона и рассерженный голос Джона, старосты факультета, который, заметив, что Гарри открыл глаза, сердито буркнул:

— Поттер, вставай! Завтрак через полчаса, у вас первой парой Зельеварение. Вот попробуйте только его пропустить, голову оторву! — и юноша вновь принялся расталкивать Рона.

А Гарри поспешно встал, заправил в постель и отправился в душевую. Совершая утренние процедуры, он в уме выстраивал привычный план действий: «Сначала в совятню, затем на завтрак и на уроки». День ожидался не из простых, в первую очередь благодаря предстоящему занятию со Снейпом. И хоть Гарри знал тему сегодняшнего урока назубок и, наверное, мог соперничать в этом даже с Гермионой, он заметно волновался — профессор не оставит летнее происшествие без внимания, а значит, нужно готовиться к очередным нападкам (увы, справедливым, чего уж теперь говорить).

По дороге из душа он столкнулся со злым, как разъяренный гиппогриф, Роном, а в спальне обнаружил все еще спящих Симуса и Дина и ищущего что-то под кроватью Невилла.

— Доброе утро!

— Доброе, — откуда-то из-за красного полога, метящего пол, ответил Лонгботтом.

— Ты что-то ищешь? Я могу помочь?

— Нет, не нужно. Я Тревора пытаюсь из-под кровати достать, он залез в самый угол и не выползает.

Но Гарри окончания речи уже не слышал, так как, наскоро одевшись, схватил письмо и со скоростью «Молнии» понесся в совятню. С десятков жердочек на него смотрели разнокалиберные совы. Без труда отыскав Хэдвиг, Поттер угостил ее совиным печеньем и, ласково погладив по голове, проговорил:

— Хэдвиг, у меня к тебе будет ответственное поручение.

Сова с интересом уставилась на своего хозяина.

— Ты ведь сможешь найти Сириуса?

Птица возмущенно ухнула и сделала оскорбленный вид, обидевшись на то, что кто-то посмел усомниться в ее способностях.

— Найди его поскорее и возвращайся назад, — попросил мальчик, привязывая письмо к лапке своей любимицы.

Получив ценный груз, Хэдвиг радостно ухнула, добродушно клюнула своего хозяина в нос и, взмахнув крыльями, вылетела в окно.

По дороге в замок Гарри вновь столкнулся с Невиллом, который хотел отправить письмо бабушке, чтобы та ему прислала витамины для Тревора, которые он по своему обыкновению забыл.

~*~*~*~

Большой зал был наполовину пуст, так как старания старост не увенчались особым успехом. Настроение у учеников тоже было не особо радостным, особенно у четвертого курса Гриффиндора — его представители не горели особым желанием идти на Зельеварение, да еще в компании слизеринцев. Гермиона по своему обыкновению уставилась в учебник, поглощая при этом кашу с невероятной скоростью. Рон неизменно ворчал на подругу по этому поводу и, в очередной раз не сумев подцепить на вилку кусочек яичницы, отправил его в рот рукой. А Гарри в этот раз решил уподобиться Гермионе и, схватив яблоко, стал повторять материал предстоящего урока.

— Друг, тебя мадам Пинс летом покусала что ли? — удивился Уизли, склоняя голову, чтобы прочесть название на корешке, а затем громко вскрикнул: — Зелья?!

— Чего ты орешь? — мигом покраснел Гарри, заметив, что на крик Уизли многие обернулись.

Он окинул взглядом Большой зал и, остановившись на преподавательском столе, поймал неодобрительный взгляд мастера Зелий. Сильно смутившись и проклиная друга за несдержанность, Поттер резко закрыл книгу, убрал ее в сумку и, оставив на столе недоеденное яблоко, быстрым шагом вышел из зала и направился к кабинету Зельеварения, рассчитывая побыть несколько минут в одиночестве. Стоит сказать, что его ожидания оправдались; ученики подтянулись в подземелье только к самому началу урока, Снейп не заставил их томиться в ожидании, появившись сразу же после колокола. Гарри по обыкновению сел вместе с Роном, достал все необходимое для урока и в ожидании уставился на профессора.

Смерив притихший класс властным взглядом, Снейп привычно начал урок с ядов:

— Программа четвертого курса полностью входит в программу сдачи СОВ, именно поэтому я не собираюсь тратить время на повторения прошлого материала. Если кто-то из вас за три года не удосужился выучить основы моего предмета, то очередное повторение элементарнейшего материала не поможет вложить хоть толику знаний в ваши пустые головы. К тому же вы должны были выполнить домашние эссе по пройденному курсу. Сомневаюсь, что в работах большинства из вас я увижу хоть что-то внятное.

Зельевар небрежно взмахнул палочкой, применив невербальное Акцио, и тугие свитки пергаментов разной степени толщины и потрепанности разом взлетели в воздух с ученических столов и ровным строем проплыли к профессорскому, на котором и замерли аккуратной горкой.

— Сегодня вы будете варить Обезболивающее зелье. Сомневаюсь, что хоть кто-то из вас знает, по каким принципам классифицируются зелья этой группы.

Чтобы развеять все его сомнения, вверх выстрелила рука Гермионы.

И тут до Гарри дошло: «Лучшая защита — это нападение! А что, если самому вызваться ответить? Может быть, он не будет тогда так сильно придираться ко мне?» И юноша нерешительно поднял руку вверх; причем настолько неуверенно, что рука самопроизвольно сгибалась и разгибалась в локте, как будто чувствуя неуверенность своего владельца.

Заметив жест своего товарища, Гермиона удивленно ахнула, а Невилл с Роном в ужасе приоткрыли рты.

— Что, мистер Поттер, хотите выйти? — окинув презрительным взглядом своего ученика сказал Снейп. Со стороны слизеринцев послышалось подлое хихиканье.

— Нет, сэр, — краснея, ответил Гарри. — Я хочу ответить.

— Ну что ж, я вас слушаю...

Поттер знал материал, знал, но от этого язвительного тона все его мысли в голове перепутались, и он смог выдавить из себя:

— Наружу и внутрь...

— Что? — изобразив глухоту и приподняв бровь, спросил Снейп. — Выражайтесь яснее, мистер Поттер, я не могу разобрать, что вы там бормочете.

— Ну... Есть зелья, которые применяются наружно, а есть те, которые применяются только внутрь.

— Тонкое наблюдение, мистер Поттер, — издевательски протянул профессор. — И какой же ингредиент отличает зелья одного типа от зелий другого?

Гермиона подскочила на месте, но Снейп проигнорировал мисс всезнайку.

— Мак снотворный, — уже более уверенно ответил гриффиндорец.

— И почему же, интересно услышать?

— Он не дает обезболивающий эффект при приеме внутрь; в таком случае он действует только в качестве снотворного.

— Что входит в состав обоих типов зелий?

Гарри не знал, радоваться ему или, наоборот, огорчаться от того, что Снейп до сих пор его допрашивает, но услышав знакомый вопрос без труда ответил:

— В наружное зелье...

— Не в наружное, а в зелье для наружного применения. Извольте использовать термины правильно! — язвительно прошипел декан Слизерина.

— Да, в зелье для наружного применения входят свежие толченные листья полыни горькой, трава ромашки безъязычковой, сок листьев пострела лугового и мак снотворный. А в зелье для внутреннего применения — полынь горькая, любисток аптечный, ромашка безъязычковая, тимьян обыкновенный, кровь лунного тельца и слизь грюмошмеля.

Мастер Зелий был немало удивлен тем, что услышал правильный и детальный ответ от ранее бестолкового студента, но даже и виду не подал, только решил домучить ученика до конца.

— Похоже, общество всезнайки заразно. Раньше на Гриффиндоре была только Мисс Всезнайка, но теперь, похоже, появился и Мистер.

Со стороны серебристо-зеленых послышались угодливые смешки и даже издевательский свист, но после предупреждающего взгляда Снейпа вновь воцарилась тишина, и профессор продолжил:

— Что ж, попробуем еще... Какое растение вычеркнуто с составов этой группы зелий с семнадцатого века?

— Белладонна и белена, — более-менее уверено ответил Поттер, начиная нервничать. Под цепким, пристальным взглядом профессора ему было мягко говоря не совсем уютно.

— И почему же?

— Эмм... — протянул парень в растерянности. Он знал материал, но не мог сформулировать ответ в целостное предложение. — Они очень ядовиты, и самостоятельно их принимать нельзя, только по рецепту целителя.

— Верно, — проворчал Снейп. — А какое растение, мистер Поттер, обезболивает и успокаивает, но его не применяют в стандартном варианте Обезболивающего зелья, принимаемого внутрь, а только для той модификации, которая обезболивает при сильных конвульсиях?

Краем глаза Гарри успел заметить, что челюсть Гермионы стремительно отвисает, а глаза удивленно расширяются. Он и сам знал, что это далеко не школьная программа СОВ, а, как минимум, ТРИТОНы, но и то только потому, что совсем недавно засыпал в обнимку с учебниками по Зельеварению, только бы не ударить в грязь лицом на первых же уроках со Снейпом. Почему так важно было доказать свои приемлемые знания и способности в этой сложной науке, гриффиндорец старался не спрашивать самого себя. «Не хочу, чтобы он считал меня тупым и никчемным», — говорил он себе.

— Пострел луговой, — ответил он, изучая пол под ногами зельевара и стараясь не смотреть тому в глаза, сам не зная, что страшась увидеть в них.

— Хм... Я удивлен, мистер Поттер, что вы в состоянии запомнить несколько строчек с учебника для четвертого курса.

Гарри подавил в себе желание вскинуть глаза и одарить нелюбимого преподавателя дерзким взглядом. Вместо этого он покорно слушал.

— Если вы сейчас расскажете порядок приготовления Обезболивающего зелья для приема внутрь, то я, так и быть, сделаю подарок вашему факультету и одарю его двумя баллами.

Гарри облегченно выдохнул, так как рецепт помнил на зубок.

— В котел наливаем...

— Нет-нет, что вы, — иронично приподнял бровь мастер Зелий. — Так ведь никто не запомнит без сомнения ценные и важные сведения. Будьте так любезны пройти к доске и написать пошаговую инструкцию.

Парень молча поднялся, успев словить сочувствующий взгляд Гермионы и едва ли не прощающийся Рона, и под перешептывания слизеринцев прошел с десяток футов. Стоило ему только нажать на мел, выписывая первое слово, как тот переломился, осыпавшись кусочками на пол.

— Минус балл с Гриффиндора, — с каким-то мрачным удовольствием произнес профессор, бесшумно возникая в нескольких шагах от ученика, — за неаккуратность. Уберите здесь все, мистер Поттер.

Негромким Эванеско Гарри убрал последствия своего излишнего усердия и вновь принялся за написание точного рецепта требуемого зелья. Механически переписывая на доску слова, крепко засевшие в памяти, он думал над поведением Снейпа.

«Он всегда плохо ко мне относился. Не сказать, что так уж незаслуженно, но он ведь даже не дал мне шанса! Воспользовался бы ли я им? Не знаю, может быть. Или нет. Не знаю! А чего я, собственно, ожидал от него? Что после летних каникул мы сблизимся, Снейп перестанет язвить и оскорблять меня публично? Если он вел себя нормально летом, это еще не значит, что он упустит шанс поглумиться надо мной при слизеринцах. Как же, его любимые змейки! Ради них — что угодно...

Чертов Снейп... Да и я дурак, чего только допустил мысль, что он может быть нормальным... Это все влияние Дамблдора, не иначе. Скоро буду есть неудобоваримые сладости и оставлять сирот у сумасшедших родственников».

Спустя несколько минут на черной доске красовались немного корявые строки, написанные крупным, вполне разборчивым, но еще детским почерком. Профессор Зельеварения промолчал, что, очевидно, означало отсутствие ошибок, и милостиво разрешил гриффиндорцу сесть на свое место. За столом его уже ждала Гермиона, которая тихо и легонько сжала на мгновение его руку, одобряя, и Рон, уважительно покивавший. Но больше удовлетворения принесли Гарри кислые выражения лиц Малфоя с прихлебателями. Подавив неуместную в этом мрачном кабинете улыбку от хорошо сделанной работы, Поттер еще раз перечитал инструкции, написанные на грифельной доске.

«200 мл отвара корня любистка аптечного и 200 мл отвара травы ромашки безъязычковой выпаривать при закрытой крышке на сильном огне в течение 20 минут. Пока отвар выпаривается, в пробирку налить 20 мл крови лунного тельца и погасить ее 3 каплями настойки на слизи грюмошмеля. В погашенную кровь лунного тельца постепенно, тонкой струйкой, влить 50 мл экстракта полыни горькой, не размешивая. Подогреть пробирку на едва тлеющем огне и довести до кипения.

Не снимая с огня, в эту же пробирку добавить 30 капель настойки тимьяна обыкновенного. Когда шипение прекратиться, снять пену и медленными круговыми движениями помешивать до полного растворения ингредиентов друг в друге и образования однородной смеси темного зеленого цвета с жемчужным отливом. В котле, в котором выпаривались отвары, должно остаться не менее 150 мл смеси. Если останется меньше, добавить до необходимого объема дистиллированной воды.

Затем в котел влить смесь из пробирки тонкой струйкой, непрерывно помешивая. Зелье необходимо помешивать до полного растворения смеси в отваре на огне средней величины.

Котел снять с огня и охладить зелье до комнатной температуры без применения охлаждающих чар»

— Два балла Гриффиндору, — недовольно произнес профессор, поджав губы. Гарри от удивления приоткрыл рот; он уж было думал, что Снейп передумал выполнять свое обещание. — Надеюсь, все присутствующие в состоянии сварить зелье по инструкции, написанной мистером Поттером. Ингредиенты в шкафу. Приступайте, у вас один час.

~*~*~*~

Ученики обоих факультетов приступили к работе. Гарри, хоть и находился рядом с Роном, решительно ничего вокруг не видел и не слышал. Он поставил перед собою цель — во что бы то ни стало сварить приличное зелье и не облажаться, — и шел к ней с завидным упрямством. Ни удивленное «Ну ты даешь!» от Уизли, ни злое «грейнджеровский подкаблучник!» от Малфоя не могли оторвать его от процессов варки и тщательного измерения составляющих.

— Гарри, сколько капель слизи нужно? — озабоченно спросил Рон, открывая фиал с ингредиентом.

— Три капли, — чуть слышно ответил Поттер, аккуратно вливающий полынный экстракт в уже погашенную кровь лунного тельца.

— А Мерлин тебя задери! — завопил рядом Уизли, когда из его пробирки повалил едкий дым.

—Десять баллов с Гриффиндора, — раздраженно бросил Снейп, невербальными чарами осушив пробирку гриффиндорца и уничтожив беспорядок вокруг. — Мистер Уизли, если уж вы не способны послушать своего товарища, то я не знаю, как вам еще доходчиво объяснить, что три и пять это не одно и то же!

Рон обиженно засопел и вновь принялся за работу. Все это время Снейп беспрерывно кружил по классу, проверяя состояние снадобий в котлах учеников. Иногда он надолго застывал возле Гарри, но юноша старался думать только о правильной последовательности действий и повторял про себя, как мантру, следующий шаг. К его великому удивлению профессор только презрительно фыркал и пару раз бросил едкие замечания относительно того, как Гарри нагревает пробирку и вливает составы.

Рабочую обстановку нарушил оглушительный взрыв, и мастер Зелий бросился к несчастному Невиллу, которого взрывной волной отбросило к столу Гойла, хорошенько впечатав то ли в стол, то ли в самого слизеринца — кто их, этих шкафоподобных гадов, разберет. От души высказав все, что он думает о слабоумных гриффиндорцах в целом и неумехе Лонгботтоме в частности, зельевар снял с красно-золотых еще десять баллов и вывел в журнале «Т» напротив фамилии Лонгботтом.

— Даже не пытайтесь начинать с начала, мистер Лонгботтом. Вам все равно не хватит времени. На вашем месте я начал бы готовиться к вечерней отработке, сегодня в семь. Корзина выпотрошенных рогатых жаб научит вас аккуратности.

— Да, сэр, — испуганно буркнул Невилл и уселся обратно на свое место, пребывая в ужасном настроении.

Гарри помешивал в котле свое зелье и убеждался, что оно получается именно таким, каким и должно быть. Мельком взглянув в котел Рона, заметил, что зелье друга имеет какую-то противную серую окраску и ни в какую не хочет становиться зеленым, как бы тот не старался.

— До конца урока пять минут, — объявил Снейп. — Сдавайте образцы и приведите свои места в порядок.

Очень довольный собой, Поттер поставил на стол учителя колбу с абсолютно правильно сваренным зельем и мельком взглянул на недовольного профессора, который слегка приподнял правую бровь. Но стоило Гарри отойти на несколько шагов, как раздался звон стекла. На каменном полу в лужице Обезболивающего зелья сверкали осколки, бывшие еще несколько секунд назад целой пробиркой, а рядом стоял улыбающийся Малфой. Гарри подошел к своему котлу, решительно настроенный налить еще один образец в колбу и сдать-таки чертово снадобье на проверку, но обнаружил, что тот пуст.

— Гарри, прости, я подумал, что ты все, — попытался оправдаться Рон.

— Что, Поттер, зелья-то больше нет? — нахально улыбнулся Драко.

Но юношу больше волновала реакция Снейпа:

— Что вы так смотрите на меня, мистер Поттер? «Т», а чего вы ожидали? — холодно сказал профессор. — Знание теории бесполезно, если не можешь применить его на практике.

Гарри скрипнул зубами от такой несправедливости, но ничего не сказал — не мог. Да и подсознательно он ожидал чего-то такого после своей летней выходки. На его счастье, прозвенел колокол, и все стали выходить из кабинета.

~*~*~*~

— Гарри, это же не честно! — возмущалась Гермиона, шагая рядом с другом по направлению к кабинету Трансфигурации. — Ты сварил зелье абсолютно верно, я видела, а из-за какого-то Малфоя у тебя «Т»!

— Да, — тяжело вздохнул гриффиндорец. — Но будем считать, что я просто поддержал Невилла за компанию.

— Что? — пробормотал парень, услышав свое имя.

— Говорю, что мы с тобой товарищи по несчастью. Нам не привыкать к плохим отметкам у Снейпа.

— А, да... — рассеянно покивал тот.

— Но несмотря ни на что, ты все равно молодец! Тебя профессор Снейп далеко не по школьному курсу спрашивал, и ты все ответил. Я всегда говорила, что при должном усердии и хорошей литературе даже такие обалдуи, как ты и Рон, могут достичь приемлемых результатов в Зельеварении, — менторским тоном начала девушка, оседлав любимого тестрала. Мальчишки синхронно переглянулись и скривились.

— Жаль, что Малфой все испортил... — за спиной подруги сказал Уизли.

— Ничего. Два балла-то у Снейпа мы отвоевали, — отмахнулся Гарри, придерживая дверь для Гермионы, Лаванды и Парвати. Две последние усиленно захлопали ресницами, принимаясь улыбаться, пока не получили довольно ощутимые тычки в спину от Грейджер, не желавшей торчать в коридоре.

—Угу, — буркнул Рон. — В первом матче сезона Снейп-Гриффиндор одержал победу Снейп со счетом 21:2!

Друзья засмеялись и внезапно услышали рядом с собой голос профессора МакГонагалл:

— Значит, «гол престижа» вы все-таки забили, — улыбнулась ведьма и пригласила всех в класс.