Повелитель Тайн (джен)

Трагические крики Короля Севера Улиссана быстро превратились в рев. После этого снежная буря охватила территорию за пределами пещеры, сократив видимость до менее чем пяти метров.

Воющие штормы сметали густые снежные хлопья, покрывая каждый дюйм пространства. Тем временем ледяно-голубой ореол быстро расширялся, стелясь близко к земле. Где бы он ни проходил, там оставался замёрзший лёд.

Клейн, чьи зрение и слух пострадали от снежной бури, сразу представил соответствующую картину. Он поспешно согнул колени, оттолкнулся пятками и высоко прыгнул, позволяя ледяно-голубому ореолу пронестись под ним.

Что касается Мобета Зороаста, который не был искусен в бою, он был уже слишком близко к ледяно-голубому ореолу, когда заметил его. У него не было времени, чтобы вскочить.

В этот момент его подняли за плечи, а у ног яростный ураган подбросил его в воздух. Благодаря этой комбинации он мгновенно взлетел в небо, избежав участи быть замороженным.

Мобет повернул голову и без удивления увидел невозмутимую Сиатас. Поскольку летать здесь было запрещено, Эльфийский Певец могла только поднимать сильные ветра и скользить вперёд.

Андерсон, Эдвина, Сноумэн и Фрунзиар успели отреагировать, вовремя прыгнув и уклонившись от атаки. Только Грозелль, который только что вытащил свой палаш из снега, не успел увернуться, и ледяно-голубой ореол ударил его по ногам.

Слои льда мгновенно взметнулись вверх, и Грозелль застыл на месте, словно замёрзший труп.

Вжик!

Чрезмерно сильная метель затуманила зрение всех Потусторонних, заставив их потерять ледяного дракона из виду. Всё, что они могли делать, это пассивно защищаться от любых атак.

В этот момент Сноумэн, ещё не приземлившись, снова развёл руки и торжественно произнёс на древнем Гермесе:

— Бог говорит: это неэффективно!

Яростная метель внезапно значительно утихла. И бурные ураганы, и плотные снежные хлопья ослабли или словно были разрублены пополам.

Сиатас смутно разглядела гигантскую уродливую ящероподобную морду. Сломанная стрела всё ещё торчала у него во лбу.

Улиссан воспользовался возможностью сократить дистанцию между ними!

Сиатас не запаниковала. Сильный ветер внезапно изменил направление, унося Мобета и её назад. Тем временем её замёрзшие бледные губы раскрылись, когда она запела на древнем и загадочном эльфийском:

«Скалам суждено быть разбитыми волнами;

Деревьям суждено быть поваленными ветрами;

Горам суждено рухнуть от молнии…»

Поскольку каждое слово в эльфийском было богато и наполнено смыслом, составленные предложения получались чрезвычайно краткими. Поэтому песня не отняла у Сиатас слишком много времени. Более того, с первого произнесённого слова и с самого начала красивого и сильного ритма ветра в метели начали меняться!

Воющий ветер стал хаотичным, расходясь во всех направлениях. Массивная фигура Улиссана снова появилась перед глазами Клейна и компании.

Когда Сиатас пропела третью строку, Паладин Дисциплины Фрунзиар уже выставил правую ладонь и глубоким голосом произнёс на древнем Гермесе:

— Заключить!

Мгновенно ледяной дракон, который собирался броситься на Сиатас и Мобета, застыл на месте. Его окружали слои прозрачных стен.

Пока Фрунзиар мягко произносил это, Эдвина, только что обрётшая опору, заставила свои светло-голубые глаза почернеть. В них потекла вязкая жидкость, казавшаяся воплощением всего зла в глубине человеческого сердца.

Она мягко сжала правую ладонь, и Улиссан с рёвом поднялся, мгновенно разрывая эффект Заключения.

Жутко-синие глаза морозного дракона были полны пустоты и боли. Казалось, он всё ещё был погружён в эмоции внезапного безумия и безжалостности.

Несмотря на то что это было его обычное состояние, полностью пробуждённым оно было некомфортным.

Без сомнения, это был дракон, которому было трудно контролировать свои эмоции!

Воспользовавшись краткой паузой Улиссана, Андерсон Худ сгустил в руке бело-пылающее копьё. Затем он согнул спину и метнул его.

Не дожидаясь результата, под ногами Сильнейшего Охотника появилось пламя, превратив лёд в жидкость.

Су!

Копьё точно попало в полуоткрытую пасть морозного дракона, быстро растопив толстые пластины ледяной брони, и остаточная сила пробила верхнюю часть его лба.

Улиссан издал ещё один трагический крик, топнул задними лапами назад, и его тело рвануло вперёд. Держась близко к земле, он помчался к Андерсону с ужасающей скоростью.

Единственное, что осталось в его глазах — этот червь, который нанёс ему значительный урон!

Бум!

Снег расступился, когда в земле открылась глубокая и широкая расселина. Она тянулась прямо к месту, где стоял Андерсон, и продолжала расширяться.

Бах!

С ужасающей инерцией морозный дракон врезался в валун, покрытый толстым слоем льда, разрушив его внешнюю оболочку и расколов его изнутри!

Если бы Андерсон столкнулся с ним, Сильнейший Охотник точно превратился бы в мясной паштет. Даже задень его дракон вскользь — он, скорее всего, погиб бы.

Однако в одном месте расселины, там, где изначально стоял Андерсон, находилась тёмная вертикальная дыра. Её как раз хватало, чтобы в неё зарылся человек.

Па!

Одна рука ухватилась за край отверстия. Сильнейший Охотник с растрёпанными волосами приложил силу и выпрыгнул наружу.

После того как он бросил горящее копьё, он не стал в панике уклоняться. Вместо этого он напрямую использовал свои Потусторонние силы, чтобы растопить снег у себя под ногами и прожечь лежащую ниже почву. Беззвучно он создал не слишком глубокую дыру. После этого он присел и погрузился в неё, идеально уклонившись от рывка Короля Севера.

В этот момент чистый луч света спустился и попал в Грозелля, быстро растопив лёд, окружавший его.

Сноумэн атаковал, чтобы снять ограничения, наложенные на Великана-Стража!

Со взрывным светом зари Грозелль поднял палаш и широкими шагами устремился к морозному дракону, а затем яростно рубанул вниз.

Бах! Бах! Бах!

Грозелль был всего на метр ниже нечеловеческой формы Улиссана. Его сила была столь же невероятной. Вновь и вновь сталкиваясь с передними лапами Улиссана, он временами дрожал и отступал, но быстро приходил в себя, делал шаг вперёд и снова сцеплялся с противником.

Когда Великан-Страж привлёк внимание морозного дракона, остальные спокойно отреагировали.

Сноумэн продолжал держать руки раскинутыми, и вокруг него появился ореол, подобный солнцу. Он быстро распространился, согревая всех спутников и придавая им огромное мужество. При этом он внимательно следил, чтобы ореол обходил Короля Севера.

Недалеко от него волосы Сиатас взметнулись, когда она натянула тетиву. Она выпускала стрелы, казавшиеся сформированными из клинков ветра или молний. Из-за массивной цели каждая её стрела попадала в цель. Более того, все стрелы били в одно и то же место — в «плечо» морозного дракона.

Мобет Зороаст работал с Грозеллем, время от времени крадя мысли, которые были у Короля Севера и которые он собирался выполнить, заставляя его ненадолго остановиться. В других случаях он пытался украсть его способности, но пока ему это не удалось.

С чёрным как смоль мечом Андерсон осторожно обошёл морозного дракона с фланга, намереваясь ударить в определённое место. Паладин Дисциплины Фрунзиар взмахивал своим железно-чёрным мечом, используя Запрет и Заключение, чтобы помочь Грозеллю в драке с морозным драконом. Без его ограничений, даже если бы великан был Стражем, его бы уже давно отбросило в полёт, и он получил бы смертельный удар лапой или дыханием.

Клейн посмотрел на Эдвину и поднял руку, указывая на себя.

— Невидимость!

Он не знал, обладает ли она подобной способностью. Если это было невозможно, ему нужно было подумать о других методах.

Эдвина не спросила почему. В её светло-голубых ясных глазах тут же отразилось тело Германа Спэрроу, которое потеряло цвет и стало прозрачным.

После этого фигура Клейна потускнела и исчезла.

Подтвердив своё состояние, Клейн быстро побежал к ожесточённому столкновению между великаном и драконом. Перекатившись, он оказался у левой ноги Короля Севера.

Затем, сосредоточившись на уклонении от ног сражающегося Улиссана, он распространил духовность и начал контролировать иллюзорные чёрные нити с помощью видения Нитей Духовного Тела, которое уже давно успел активировать.

Сразу после этого он перекатывался или прыгал в поисках свободного места под морозным драконом или вокруг него.

Су! Су! Су!

Стрелы серебряных молний и чисто-лазурные клинки ветра били в небольшой участок, разбивая пластины ледяной брони и разрывая упругую кожу. Вскоре правое плечо морозного дракона стало сплошь светло-голубым. Движения соответствующего когтя тоже, казалось, едва заметно замедлились.

Паладин Дисциплины Фрунзиар остро заметил этот момент. Уклоняясь от ледяно-голубого дыхания, он указал в том направлении и провозгласил на древнем Гермесе:

— Смерть!

С треском светло-голубая кровь, текущая из правого плеча Улиссана, мгновенно высохла, а разрыв позволил увидеть полупрозрачные кости.

В этот момент Эдвина использовала медное зеркало размером с ладонь и отразила в нём часть тела Улиссана.

Она протянула правую руку и схватилась за поверхность зеркала, зажимая отражение внутри. Затем она с силой разорвала его!

Рана Улиссана мгновенно усилилась и продолжила расползаться, словно дракон вот-вот должен был потерять одну из передних лап.

Он издал трагический крик, когда внезапно поднял своё тело, встав на задние лапы.

Светло-голубой, почти белый свет вырвался из дракона. В радиусе ста метров температура резко упала, а за ней последовала пугающая сила.

Внезапно все Потусторонние были запечатаны во льду. Их тела стали чрезвычайно холодными и очень скованными. Они не могли не дрожать.

Сиатас, Мобет, Эдвина, Клейн, Грозелль, Андерсон и Фрунзиар испытывали схожие симптомы. Единственным, кто едва сохранял подвижность, был аскет Сноумэн, выдержавший бесчисленные тренировки замерзанием.

Он продолжал держать руки раскинутыми, полуприкрыл глаза и торжественно произнёс:

— Бог любит всех!

Солнечный свет прорвался сквозь ветер и снег, и тепло начало растапливать ощущение замерзания.

Бах!

Улиссан отправил Грозелля в полёт ударом когтя, серьёзно ранив Великана-Стража и оставив углубление у него в груди.

Он временно проигнорировал остальных и нацелился на Сноумэна, молниеносно бросившись к нему!

«Сноумэна никто не защищает… Он вот-вот выйдет за пределы пятиметрового радиуса…» Клейн наблюдал за этой сценой, чувствуя некоторое оцепенение. У него возникло желание побежать в пещеру, помолиться самому себе, а затем ответить над Серым Туманом с помощью Скипетра Морского Бога.

В этот момент рядом с аскетом, прежде чем морозный дракон успел добраться до него, появился алый огненный шар. Затем он без всякого сдерживания взорвался и отправил Сноумэна в полёт.

Он был от Сильнейшего Охотника, Андерсона.

В этот момент Эдвина создала огненный шар в руке и бросила его в спину Улиссана, но не попала.

Она создавала для Клейна проход, чтобы он мог переместиться через огонь!

Она узнала от Даница об этой способности Германа Спэрроу!