Повелитель Тайн (джен)

Улиссан прибыл туда, где находился Сноумэн, но ему не удалось ни во что попасть. Он проскользнул мимо, оставив после себя глубокий след.

За ним один за другим взрывались огненные шары. Благодаря огню немного скованная фигура Клейна вспыхивала то тут, то там. Королю Севера не удалось оторваться от него, и расстояние в пять метров сохранялось.

К тому времени, когда Улиссан остановился, Клейн, который всё ещё был невидим, внезапно почувствовал что-то неладное. Соответствующая сцена возникла в его сознании. Он поспешно бросился вперёд, прижимаясь к земле, и оказался под морозным драконом.

Тем временем толстый и мощный хвост Улиссана взметнулся, хлестнув им по ближайшей цели — Сиатас и Мобету.

Вуу!

С громким треском Мобета отбросило в сторону, хотя он и увернулся от хвоста морозного дракона. Что касается Сиатас, она не успела среагировать. Хотя она использовала ветер, чтобы отступить и уменьшить силу удара, её всё равно задело в бок. Этот удар разбил проступившие на её теле толстые иллюзорные чешуйки и сломал ей рёбра. Её тоже отбросило, но благодаря ветру она не слишком сильно ударилась о снег при падении.

Если бы это были Мобет или Андерсон, этот удар мгновенно убил бы их. К счастью, у Пути Бури были соответствующие иллюзорные чешуйки, чтобы защитить её. Кроме того, каждое повышение Последовательности приносило соответствующее усиление. Сиатас была лишь тяжело ранена, но сознание не потеряла. Она даже не полностью потеряла подвижность.

В этот момент Улиссан пошевелил шеей и широко раскрыл пасть, извергая светло-голубой луч света.

Луч света пронёсся мимо Сноумэна, превращая его в ледяную скульптуру. Эдвина, Фрунзиар и Андерсон были заслонены телом огромного дракона. Из-за расстояния они не смогли вовремя помочь ему другими Потусторонними силами.

Бах!

Морозный дракон слегка подпрыгнул и развернулся. Когда он снова ударился о землю, по ней прошла лёгкая дрожь.

К этому моменту его состояние явно было ужасным. Трещина на правом плече выглядела чрезвычайно отвратительно. Хотя замёрзшая светло-голубая жидкость едва сдерживала ухудшение раны, соответствующая передняя лапа была почти искалечена и едва могла использоваться.

Многие чешуйки на его теле разрушились и неестественно потускнели. Это выглядело так, будто они потеряли большое количество жизненной силы.

Несмотря на это, он серьёзно ранил и сковал троих своих противников. С учётом того, что Грозелль был серьёзно ранен, ситуация была для него намного лучше, чем раньше. Теперь он больше не был увязшим в бою и мог атаковать, как хотел.

При виде этой сцены светло-голубые глаза Эдвины снова стали чёрными. В них медленно текли вязкие мерзкие мысли.

Она внезапно сжала правую ладонь, заставив Улиссана с рёвом поднять голову. Он испытывал мучительную боль, а из уголков его глаз и пасти текла светло-голубая жидкость.

В этот момент единственной мыслью морозного дракона было избавиться от эмоционального возмущения в своём Духовном Теле.

Пользуясь случаем, глаза Эдвины загорелись и стали чрезвычайно чистыми. Свет зари вокруг неё быстро материализовался в меч.

Она хотела сыграть роль Стража, чтобы блокировать Короля Севера!

Она считала, что у Германа Спэрроу определённо были причины оставаться рядом с Улиссаном. Всё, что ему было нужно, это время!

В этот момент фигура, окутанная изначальным светом зари, бросилась на морозного дракона.

Это был не кто иной, как великан Грозелль!

Его грудь провалилась внутрь, серовато-голубая кожа была бледной, а палаш в его руке покрывала паутина трещин. Тем не менее, он всё ещё храбро противостоял своему врагу.

Грозелль рубанул по цели так, словно сжигал свою жизнь, излучая свет и тепло.

— Великаны никогда не отступают!

Среди этого рёва Грозелль парировал повторяющиеся удары морозного дракона, и ему удалось вовремя увернуться от ледяно-голубого дыхания из-за искалеченной передней лапы дракона.

— Заключить!

Фрунзиар подбежал и начал ограничивать действия Короля Севера. Эдвина также работала в тандеме с ним. Стоило ярости Улиссана позволить ему вырваться из оков, она снова взрывала его эмоции, позволяя ограничению продолжаться и не давая рывку повториться. В этот момент Андерсон попеременно метал бело-пылающие копья и огненные шары. Снова и снова он наносил серьёзный урон морозному дракону. После того как Мобету удалось перевести дыхание, он продолжил красть его мысли или способности, останавливая атаки морозного дракона.

Улиссан попытался расправить крылья во второй раз. Он взлетел в воздух, подняв снег, но, когда Фрунзиар добавил ещё одно ограничение на полёт, он ощутил трудность и мог только сдаться.

Клейн, который постоянно менял позиции у его ног, получил более глубокий контроль над его Нитями Духовного Тела. Порог в двадцать секунд уже давно был достигнут, но добиться успеха ему не удавалось. Это было потому, что духовность Короля Севера была чрезвычайно мощной!

Через некоторое время раздался лязг. Палаш Грозелля был осквернён дыханием морозного дракона, когда тот ударил по нему когтем. Оружие полностью разрушилось, превратившись в бесчисленные осколки, разлетевшиеся повсюду.

С шипящим звуком невидимая стена перед Грозеллем достигла своего предела, пропустив несколько осколков, которые пронзили его голову и грудь.

Фрунзиар, который тоже был поблизости, не успел вовремя увернуться. Бок его брони столкнулся с осколками, и его собственный бок был искалечен.

— Великаны никогда не отступают!

Грозелль снова громко взревел. Свет зари снова исходил от него, когда в его ладони появился меч, сделанный из чистого света.

Тёмно-красная кровь текла по его лицу. Он начал парировать удар морозного дракона.

В этот момент Клейн перебирал Нити Духовного Тела, прежде чем наконец увидел возможность достичь первоначального контроля.

Три секунды! Две секунды! Одна секунда!

Действия Улиссана мгновенно замерли, поскольку все его суставы, казалось, покрылись ржавчиной.

Морозный дракон немедленно насторожился и почувствовал, что источник опасности исходит из-под него. Улучив момент, прежде чем его мысли полностью остановились, он мгновенно принял решение сесть.

Он хотел уничтожить презренного человека!

Внезапно он забыл, что он хотел сделать. Примерно в двадцати метрах от него колени Мобета Зороаста подогнулись, и он странно сел на снег.

Клейн воспользовался возможностью и, переставляя ноги, на приличной скорости переместился к задним лапам морозного дракона.

Его невидимость начала исчезать. В конце концов, имитированная способность определённо не могла сравниться с оригиналом. Он наполовину вытянул руки, его духовность задвигалась, а движения стали похожи на управление огромной марионеткой.

Бах!

Улиссан, чьи мысли уже замедлялись, наконец вспомнил, что он хотел сделать. Его задние лапы медленно согнулись, когда его здоровенная фигура рухнула вниз, но всё, чего он добился, это поднял в воздух снег и пыль.

«Нет… плохо… придётся… сделать это…» Мысли время от времени мелькали в его голове, когда его сердце внезапно сжалось, создавая ужасающий светло-голубой ореол.

Это была Потусторонняя сила, подпитываемая его жизнью. Она могла создать холодный ад. С её помощью Клейн и остальные полностью замёрзли бы. Если бы не опыт и силы Сноумэна, способные сдержать это состояние, погибло бы больше одного-двух Потусторонних.

Однако, когда всё было под контролем Клейна, всё, что Улиссан пытался сделать, явно встречало помехи. Эдвина остро заметила источник опасности, о котором раньше не имела представления, и тут же сжала правый кулак, взорвав сильные эмоции морозного дракона.

Фигура Короля Севера медленно задрожала, когда светло-голубой ореол, который он только что собрал, вышел из-под контроля и рассеялся, так и не вмешавшись в окружающую среду.

— … Ах…

Пасть морозного дракона медленно открылась, и он издал прерывистый крик.

Сиатас с большим трудом встала, как только немного пришла в себя. Увидев ситуацию, она немедленно сдержала свою боль и натянула лук.

Её волосы снова взметнулись, когда в воздухе вновь появились тяжёлые тёмные облака. Две разные серебряные молнии взаимно усилили сияние друг друга, устремились на лук и образовали ужасающую стрелу, вокруг которой вращалась молния.

Лицо Сиатас исказилось, когда она выпустила стрелу.

Серебряная молния мгновенно со свистом пронзила грудь Улиссана, открыв ужасную рану. Внутри его раны извергались языки пламени и молнии, нанося огромный урон.

В этот момент глаза Андерсона загорелись. Бело-пылающее пламя окутало его тело, когда он превратился в поток света, точно устремившийся прямо к ране.

На брюхе морозного дракона быстро появились чёрные, как смоль, отметины, как будто кто-то что-то нацарапал на нём. Из-за сильной стимуляции мысли Улиссана уже не были такими медленными. Изо всех сил хлопая крыльями, он взмыл в небо.

— Полёты здесь запрещены! — Фрунзиар своевременно добавил больше ограничений.

Бах!

Король Севера снова упал на землю, когда эти отметины на его животе разорвались. Светло-голубая кровь и повреждённые органы хлынули водопадом.

Андерсон воспользовался возможностью, чтобы отпрыгнуть от тела дракона. Пламя на его теле погасло, и его покрыл прозрачный слой льда.

— Холодно… Здесь действительно холодно, — сказал он, скованно отпрыгивая и держа Брахидонт Смерти. Его тело постоянно дрожало.

Клейн, который почти позволил морозному дракону вырваться из своей связки, снова достиг первоначального контроля. Он заставил мысли Улиссана о том, чтобы все присутствующие умерли вместе с ним, замедлиться, пока тот страдал от кражи и взрывов.

Длинная шея дракона медленно поднялась, и он издал медленный стон, а его тело постепенно разрушалось.

Во время этого процесса Клейн не пытался остановить продолжающиеся атаки Сиатас и остальных. Он хорошо знал, что для превращения морозного дракона в марионетку требуется намного больше пяти минут. За этот промежуток времени могло произойти слишком много всего.

Тяжело дыша, Фрунзиар выпрямился. С искалеченным боком он выставил вперёд свою лишённую меча ладонь и провозгласил на древнем Гермесе:

— Смерть!

Тело Улиссана задрожало, когда оно рухнуло на землю, как маленькая гора изо льда.

Светло-голубой, почти белый свет вышел из его тела, а его плоть быстро распалась. Вскоре гигантский труп дракона превратился в занесённую снегом тяжёлую дверь, которая распахнулась наружу.

Даже без чьих-либо объяснений все присутствующие Потусторонние знали, что это была дверь, ведущая во внешний мир.

— Наконец-то… Наконец-то… Успех… — Грозелль громко рассмеялся, но его голос становился тише.

Бах!

Его почти четырёхметровая фигура упала вперёд, и он удержал себя на одном колене. После этого свет зари вокруг него рассеялся, а его аура почти сразу исчезла.

— Грозелль! — Сиатас и остальные приблизились к нему кто с огромным трудом, а кто с огромной скоростью.

Грозелль медленно огляделся вокруг, сжал кулак и добродушно рассмеялся.

— Нам это удалось! Великаны никогда не отступают…

Его голова с единственным вертикальным глазом опустилась, и его голос оборвался.