На его каверзном пути через вселенные (гет)

2076 год.

Найт-Сити, Калифорния.

Город на побережье, где сходится множество дорог. Последнее место, где заходит солнце. Его называют Городом Мечты.

Глядя на панораму города со своего балкона, Жон ловил себя на мысли, что в это название легко поверить. Отсюда, с высоты, был виден замысел — то, чем этот город должен был стать. Здесь у них ещё не отняли синеву неба.

...Правда, голографические потоки рекламы, бьющие в небеса, всё же несколько портили картину.

«Вы когда-нибудь думали: «Ох блин, мне нужен побольше»? Что ж, дружище, у меня для...»

— Не интересует, — бросил Жон огромному голографическому билборду.

Само изображение висело в воздухе в сотне метров, но технология позволяла рекламе наводиться на него и транслировать звук через разделяющее их пространство, нашептывая торговый трёп прямо ему в уши. Реклама «услышала» отказ, но оказалась настырной: миг, и на билборде уже другой товар. Его встретила обнаженная плоть, обвивающая шест.

«Ищешь, как хорошо провести время? Приходи расслабиться, мой господин. Твои виртуальные подружки заждались...»

— Не интересует, — простонал он.

Не желая позволять рекламе бесцеремонно вторгаться в его день, Жон отвернулся. Пусть алгоритмы перестанут считывать его лицо и реакции. Пусть не анализируют возраст, подгоняя под нужную «демографию», и не жонглируют статистикой, пытаясь угадать интересы молодого парня.

Чего он хотел на самом деле, так это простых вещей. Жон прислонился спиной к перилам балкона, запрокинул голову, наслаждаясь утренним светом... и тишиной. За три дня в этом мире он привык считать пентхаус своим островком спокойствия посреди кипящего мегаполиса. Место, где можно выдохнуть перед тем, как отправиться зарабатывать на хлеб насущный (и кое-что сверху). Шум далёких улиц долетал до него лишь призрачным эхом, теряясь в порывах ветра.

В небольшом декоративном прудике рядом плавали карпы кои. Горсть крошек привела их в неистовство, и водная гладь разбилась от веселых всплесков. Он старательно игнорировал тот факт, что с прошлой ночи недосчитался ещё одной рыбки и что это, конечно же, никак не связано с плохо выметенной золой от костра, спрятанной под горшком с бонсай в углу. Всё-таки кое-какой котик заслужил право на ночные перекусы.

Спокойный сон и полный живот. В Найт-Сити, насколько он успел понять, такое считалось непозволительной роскошью для большинства. Вдвойне для парнишки без банковского счета, вшитого ему в череп.

Раздалось тихое шипение, и дверь на балкон отъехала в сторону. Изнутри выглянула Эска. Её мордочка смешно сморщилась, стоило ей вдохнуть уличный воздух.

— Жон, Жон, Лиза звонит — а... апчхи!

— Доброе утро, Эска. Всё ещё не привыкла к калифорнийскому воздуху?

В ответ кошка энергично замотала головой и шмыгнула носиком. Она юркнула обратно в комнату, поманив его лапкой. Жон рассмеялся и пошёл следом. Стеклянная дверь за его спиной плавно закрылась.

— Иногда я жалею, что у меня не человеческий нос, — мечтательно протянула Эска, цокая лапками к окну, где на солнце её ждало теплое местечко с отличным видом на город.

Лиза так расписывала им идеальную калифорнийскую погоду — свежий морской бриз, пляжную жизнь и прочие плюсы назначения, — что ожидания у всех взлетели до небес. Но ей пришлось быстро взять свои слова назад, когда они прибыли и увидели город, совершенно непохожий на свою тёзку в Америке, которую она знала.

Забавно, но и немного обидно. Увидеть Сплетницу (версия «Бикини») было бы классно.

Вместо этого он получил Сплетницу (версия «Невротик»): невыспавшаяся, в пижаме, она сидела на диване, вперив налитые кровью глаза в телевизор. Сгорбившись над своим проектом — листом бумаги на низком столике, — она исписывала его с лихорадочной сосредоточенностью. Колено у неё нервно подрагивало в такт речи человека на экране. На середине его монолога она решительным росчерком вычеркнула строку, тут же вписав на полях новую информацию. Лиза бросила на него взгляд и поманила пальцем.

В квартире было много места: основной этаж и антресоль с кроватью, соединённые изогнутой лестницей. Жилье, задуманное для двоих, но построенное с размахом на шестерых, вполне им подходило. В их шумной повседневности было где развернуться и перевести дух, не действуя друг другу на нервы... по крайней мере, пока. Каждый здесь мог заниматься своим делом.

Правда, диван любили все, и по пути к Лизе Жон прошёл мимо растрепанной блондинистой макушки.

— Фишль, приветик, — сказал он, притормозив. — Как спалось?

Девушка пробормотала что-то невнятное и свернулась калачиком в углу дивана, продолжая тихо сопеть; несколько бессонных ночей дали о себе знать. Он не мог её винить -сам страдал тем же. Слишком много всего здесь хотелось увидеть.

Уперевшись рукой в спинку дивана, Жон перемахнул через неё и приземлился рядом с Лизой. Плечом он задел её плечо и на миг задержал взгляд, проверяя реакцию. Она, похоже, не возражала, и тугой узел у него в животе развязался так же быстро, как и появился. В последнее время у них всё шло хорошо.

Впрочем, последние пару дней её мысли занимало нечто иное. Раз уж это так её увлекло, Жон попытался вникнуть в телепередачу. Технический жаргон, всплывающий тут и там, утомил его через пару секунд. Эффективность этого киберимпланта превосходит ту модель из-за того, этого и пятого-десятого, но с такими-то побочками. Под такое впору засыпать.

— И что же тебя так взбудоражило? — спросил он.

Лиза шикнула на него:

— Занята. Купи мне завтрак. Яйца, бекон, тост, авокадо. И стакан апельсинового сока.

— Что-нибудь ещё к вашему заказу, мэм? — с иронией уточнил Жон, приподняв бровь. — Знаешь, мы могли бы просто поесть то, что есть в доме. Уж точно не помрём.

Он устроился поудобнее и достал из кармана штанов свиток Компании. Пара нажатий перенесла его в раздел еды в Магазине, где он начал просматривать варианты.

— Это ты так думаешь. Я-то знаю, что там внутри, — беззлобно огрызнулась Лиза. Её ручка трижды обвела место на листе, подчеркивая важность. Затем, поставив жирную точку, она шлепнула ручку на столик. — Готово!

— Что именно? — спросил Жон, расставляя купленные готовые блюда.

С антресоли донёсся свист рассекаемого воздуха — это Беннет, услышав про еду, удвоил скорость тренировки с мечом, а Оз слетел со своего насеста на люстре, чтобы с энтузиазмом приняться за миску с зёрнами.

Несмотря на свой урчащий животик, Лиза смотрела на Жона, притом в слишком взвинченном состоянии, чтобы просто проигнорировать его вопрос. Она сунула ему листок прямо под нос. Для него это выглядело как мистральская грамота, но отдельные слова, подчёркнутые или обведенные по понятной лишь Лизе системе, бросались ему в глаза.

Арасаковская кибердека. Менеджер памяти «Камилло». Мегадиск. Мнемотический усилитель. Моноструна.

Короче говоря, киберимпланты.

Футуристический Найт-Сити предлагал невероятное разнообразие добычи, от которого разбегались глаза, а баланс Очков на свитке неуклонно рос. Пушки с крутыми наворотами вроде электромагнитных приводов и самонаводящихся пуль были на голову выше обычного огнестрела. Голографические проекторы с предустановленными записями пользовались бешеным спросом в мультивселенной — особенно те, со стрип-шоу, которые он нашел в кузове мутного фургона. Жон даже присвоил себе отличный охранный дрон, просто коснувшись робота, когда тот пролетал мимо его укрытия во время задания.

Но больше всего Очков ему приносила одна категория: хром. Механические импланты, вживляемые на или внутрь человека.

Некоторые позиции из списка он узнал. «Мегадиск» он забрал в той же берлоге нетраннера, где раздобыл дрон. А корпорация «Арасака» больше никогда не увидит партию своих топовых кибердек, потому что, в отличие от «Милитеха», они не заплатили ему (точнее, тому, кто нанял его), чтобы вернуть товар у контрабандистов банды «Мальстрём» позавчера ночью. Половина содержимого того кейса превратилась в Очки, остальное он придержал про запас — вдруг им удастся выгодно обменять незнакомую технику у местных торговцев. И хотя отдача от продажи однотипного товара падала, широкий ассортимент в Магазине приносил лучшую прибыль. И, похоже, Лизе кое-что всё же пригодилось.

— Сегодня я это сделаю, — заявила она, и нервный смешок выдал её напряжение. — Я чипируюсь. Хромируюсь. Или как там молодёжь это называет.

По её логике, их присутствие в 2077 году означало, что она теперь старше его, так как родилась почти век назад. Он, разумеется, отвергал эту псевдологику.

— Ты... уверена? — спросил он, поднимая взгляд от листа и встречаясь с её усталыми, но решительными зелёными глазами. — Я немножко почитал об этом. Там сплошная работа скальпелем. И в этих операциях режут не только кожу.

Лиза кивнула, придвигаясь ближе:

— Подумаешь, немножечко полежать на операционном столе... Зато сколько плюшек, Жон. Слушай, видишь это? — она ткнула пальцем в первый пункт. — Кибердека — это, по сути, компьютер. И если я всё правильно понимаю — а я понимаю, — то она основана на тех же технологиях, что телефоны и ноутбуки в других мирах. Теперь-то дошло? — Лиза едва не вибрировала на месте, не обращая внимания на их близость и наваливаясь на него. — Такой имплант сможет работать в разных вселенных! С ним я смогу подключаться к устройствам через всю комнату, пальцем не пошевелив. А в мирах, где от такого нет защиты? У меня будет полный карт-бланш. Даже Пентагон меня не достанет.

— Угу... — Жон поерзал, пытаясь немного отодвинуться от маниакальной девушки у себя на коленях. — Я не знаю, что это за штука, но меня больше беспокоит всё остальное, что ты говоришь. Ты точно лучший кандидат для этого?

— О чём ты? В твоих руках кибердека будет просто кирпичом. Я единственная в команде, кто сможет её использовать.

— Я, вообще-то, про моральную сторону.

Полное непонимание на её лице подсказало ему, что он снова промахнулся с замечанием. Очевидно, что получение Сплетницей ключей ко всей мировой информационной инфраструктуре было моральным долгом.

Покачав головой, он перевел разговор на более безопасную тему:

— А остальные импланты что делают?

Лиза оживилась, снова сияя улыбкой:

— Моноструна тута... ну, я уже вижу пару применений, можно, типа, держать как скрытое оружие. Это, честно говоря, опциональная штуковина. Но вот остальное? Оно усиливает мои сильные стороны, превращая кибердеку в своего рода запасной мозг: то есть, улучшает память, скорость мышления и всё такое.

Жон глянул на телевизор, где как раз показывали процесс установки кибердеки. Диаграмма человеческого тела расслаивалась, демонстрируя сеть нейропортов и процессоров, и то, как кибердека вписывается в это уравнение. Он вздрогнул, когда камера показала вид «изнутри» головы, где устройства прирастали прямо к кости. Неподалеку Фишль перестала ковыряться в еде и отодвинула тарелку, прикрыв позеленевшее лицо.

Если бы его спросили, он бы признался, что до сих пор не знает, как относиться к обществу, где плоть и металл идут рука об руку. Технологии здесь зашли в такие дебри, которых его мир едва коснулся, превращая людей в киборгов с той же легкостью, с какой надевают плащ. Хром проник во все сферы жизни — или, точнее, ни одна сфера жизни не избежала возможности быть «улучшенной».

Чтобы просто снять комнату, человеку нужен имплант в голове для связи с отделом продаж и порт на шее, чтобы вставить чип с контрактом. Деньги, «эдди», переходили из рук в руки одной лишь мыслью. Те, кто обходился без имплантов, оказывались отрезаны от благ цивилизации, вынужденные существовать как призраки в системе, выживая на жалкие остатки бумажных денег, всё ещё ходивших в обращении.

С другой стороны, отсутствие имплантов означало полное отсутствие цифрового следа для их команды, делая их почти невидимыми для сильных мира сего — что несомненный плюс, подтвержденный исследованиями Лизы о корпорациях Найт-Сити. Ну и бартер всё ещё работал, иначе они были бы бездомными. У них был человек, улаживающий формальности: услуга за услугу плюс процент от заработка, чтобы пентхаус оставался их базой на время пребывания в этом мире.

В общем, суть в том, что киберимпланты — штука классная, особенно боевые, но вовсе не обязательная.

Честно, по большей части в нём говорил страх удаления органов. Он представлял боль, холод металла, ощущение инородных предметов под кожей... и его разум кричал: «ни за что».

Лиза словно услышала его мысли:

— Это серьезно, я знаю. Но осложнений я не жду, — она провела рукой по горлу. — Чокер не даст Ауре сработать, а в клиниках хорошая анестезия, если не экономить и выбрать место поприличнее. Поверь, это первое, что я проверила. Если всё пойдет по плану, мне... мне не придется так часто использовать свои способности. Может, вообще не придется.

Жон неопределенно хмыкнул, запоминая на потом эту информацию. Книга «Червь» наверняка содержала ответы на загадку сил Лизы, ведь хотя она и жаловалась на головные боли Умника, отказ от преимуществ силы она никогда всерьёз не рассматривала.

— Это если всё пойдет по плану, — эхом повторил Жон. — А если нет?

Лиза пожала плечами:

— Тогда, в худшем случае, у тебя останусь только я, — она ухмыльнулась, глядя на него снизу вверх. — Просто я.

Никаких суперсил или хрома. Обычная девчонка.

— Меня устроит.

Она стукнула его кулаком в плечо:

— Ещё бы. И дай уже похавать. Я голодная.

— Прошу прощения, — тихо и робко подала голос Фишль, подняв руку, словно в школе. — Но... ты собираешься слезать с него? М-мне стоит уйти, чтобы оставить вас наедине?

Лиза опустила глаза, наконец заметив, что наполовину сидит у Жона на коленях. На долю секунды её лицо стало совершенно пустым — Жон сам едва это заметил, — прежде чем она снова оскалила зубы в ухмылке.

Пожав плечами, она ответила:

— Не-а. Извини уж, если это задевает твои чувства, «принцесса», — она демонстративно поёрзала бедрами. — И вообще, не отвлекай. Мне нужно покушать, чтобы набраться сил перед процедурой.

* * *

POV Лизы Вилборн

— Блу-а-а-а-а-э!

* * *

POV Жона Арка

— Простите! Простите, пожалуйста! Мы всё уберем!

— Вон отсюда!

Жон вывел Лизу из клиники, продолжая на ходу извиняться перед доктором через плечо. Его спутница цеплялась за него, спотыкаясь на дрожащих ногах, с выражением ужаса на лице. Дверь захлопнулась за ними.

Секунду спустя она открылась снова, чтобы вышвырнуть Фишль и Беннета, и снова захлопнулась, оставив четверку стоять на тротуаре Чартер-Хилла.

— Не думаю, что нам будут там рады впредь, — заметила Фишль, пожалуй, излишне очевидно.

Жон фыркнул и аккуратно прислонил Лизу к стене. Бутылка воды из его Кармана помогла ей смыть вкус желчи, после чего она некоторое время просто дышала, пытаясь прийти в себя после пережитого кошмара. Она выглядела такой маленькой, что ему нестерпимо захотелось похлопать её по спинке и сказать, что всё будет хорошо. Он ограничился рукой на её плече.

— Не зацикливайся, Лиза, — сказал он, заглядывая ей в глаза. — Завтра попробуем ещё раз и сделаем хотя бы три шага внутрь.

Лиза простонала:

— А я кстати вообще не врубаюсь, — вклинился Беннет. — Что там произошло? Она вдохнула какой-то невидимый ядовитый газ?

Лиза спрятала лицо от стыда. Сумочка, висевшая у неё на плече, качнулась от этого движения.

Жон ответил за неё:

— Это её суперсила. Она видит гораздо больше, чем мы, — он снова посмотрел на Лизу. — Хотя мне тоже интересно, что именно ты там увидела.

Всё ещё бледная, Лиза покосилась на клинику и содрогнулась:

— В брошюрах не пишут, насколько... грязное это дело — установка имплантов. Я вошла туда, и словно все операции, когда-либо проведенные в этом кресле, разом пронеслись у меня перед глазами, — монотонным голосом она начала перечислять: — Я видела кровь на каждой поверхности, как бы хорошо они её ни оттирали. Видела вмятины от чьих-то пальцев, когда доза анестезии была неверной. Видела спинномозговую жидкость и... и куски человеческой плоти, застрявшие в щелях между подушками кресла.

Она продолжала и продолжала, рисуя клинику как настоящую скотобойню. Беннет растерял свою беззаботность, схватившись за живот и пытаясь сдержать рвотные позывы. Фишль зажала уши, стараясь не слушать. Сам Жон держался чуть лучше, хотя «лучше» тут было понятием относительным — он не так давно был на фронте, и воспоминания никуда не делись.

Даже прохожие, у каждого из которых стоял какой-нибудь хром, позеленели, услышав этот рассказ. В едином порыве они поспешили отойти подальше, давая группе пространство.

Все, кроме одного. Татуированный мужчина, прислонившийся к мотоциклу, подобрался, встретившись взглядом с Жоном. Шагнув вперед, он коротко поклонился.

— Джонни-сан, прошу прощения за беспокойство, — с заметным акцентом произнёс мужчина. Его черты выдавали японское происхождение, а светящиеся линии татуировок складывались в оскаленную морду тигра. В Найт-Сити это означало одно.

Банда «Тигриные когти».

— Йо! — бодро поприветствовал его Жон. — Вакако меня ищет или... — он осекся, его веселость улетучилась, а его рука потянулась за спину. Мужчина вздрогнул, словно слышал о той ночи, если не присутствовал лично.

В панике замотав головой, мужчина быстро заговорил:

— Первое, да. Вакако просит вашего присутствия. Пожалуйста, я могу вас подвезти, — он снова поклонился, указывая на мотоцикл.

Вакако, его главный контакт в Найт-Сити. Фиксер по профессии, то есть посредник, организующий дела между разными сторонами. Их встреча вышла случайной, но выгодной для обоих. Союзник, которому он был кое-чем обязан.

Жон посмотрел на мотоцикл, потом на свою команду. Проблема была очевидной.

— Мы все туда не влезем, — сказал он члену банды.

Виноватый взгляд:

— Ну...

Лиза подала голос:

— Вини Вакако. Она хочет, чтобы ты приехал один, Жон. Наверное, надеется, что меня рядом не будет, и я не увижу её треп насквозь.

Угу. Конечно, дело точно в этом, а не в том, что Лиза произвела ужасное первое впечатление. Жон мог не разбираться в культурных нюансах Земли, но даже он понимал, что критиковать «неаутентичность» декора в чужом доме — плохая идея, особенно когда этот декор связан с национальным наследием.

— Я справлюсь, — заверил он Лизу, поворачиваясь к остальным. — Фишль, Беннет, помогите Лизе добраться до квартиры, ладно?

— Эй! — Лиза толкнула его, или попыталась. — Я, блин, не беспомощная девица. К тому же... — она огляделась. — Раз уж мы проделали такую дорогу, я бы лучше осталась здесь ненадолго. Развеюсь. Это место куда лучше Джапан-тауна.

Член «Тигриных когтей» нахмурился, его пальцы дернулись к кобуре на поясе. Вздрогнув, он тут же сделал вид, что мысль о насилии ему и в голову не приходила, бросая косые взгляды на Жона. Мужчина, вероятно, жил в Джапан-тауне и обиделся за свой дом, так что Жон решил не заострять внимание.

Тем не менее, Лиза была права. Чартер-Хилл и Джапан-таун походили друг на друга как день и ночь. Если он представлял себе будущее, то это место было его воплощением. Здания здесь сверкали сталью и светящимися голубыми линиями, делавшими всё четким и ярким. Широкие улицы были безупречно чистыми, а реклама не лезла в лицо. Это место казалось почти идиллическим, если не считать грубости обитателей.

Беннет колебался, пока Жон не кивнул ему.

— Я не против остаться, — признался мальчик. — Я присмотрю за мисс Лизой, не волнуйся, босс.

Его блуждающий взгляд выдавал его с головой, перескакивая с одного закоулка на другой, на мосты над головой, ведущие в неизвестность. В этом лабиринте можно было бродить часами, постоянно открывая что-то новое. Фишль тоже разделяла это чувство, едва не подпрыгивая от нетерпения. Оба смотрели на Жона с явным предвкушением.

Жон развел руками:

— Чего вы на меня смотрите? Идите, вам не нужно моё разрешение, — он им не родитель и не собирался им становиться. Ему-то брать ответственность за собственную жизнь было достаточно сложно. — Только будьте осторожны, ладно? И, Лиза, на, держи.

Скрыв движение от бандита, он передал свиток Компании Лизе. Учитывая её настороженность к местной еде, это устройство было её единственным спасением в плане обеда. А если неприятности найдут её, она сможет ответить весьма неприятным сюрпризом.

— Деньги есть? — уточнил он, садясь на мотоцикл. Бандит завел двигатель, и тот взвыл.

Лиза расстегнула сумочку, демонстрируя пачки купюр:

— Вакако сдержала слово. Хотя бы в этом.

— Отлично, — сказал он, и с ревом мотоцикл сорвался с места в сторону Джапан-тауна; галльская куртка Жона захлопала на ветру.

Поездка была недолгой. Районы граничили друг с другом, и на той скорости, с которой гнал Тигриный коготь, они вскоре нырнули в тёмные улицы, где небо заслоняли здания-гиганты, нависающие верхними этажами над дорогой. Внизу царил полумрак, делая неон и голограммы ещё ярче. Дым и пар, вырывающиеся из труб, окутывали Джапан-таун красноватой дымкой от бумажных фонариков, свисающих гирляндами.

В воздухе мерцали изображения тигра, объявляя хозяев территории. Кибернетические глаза следили за их продвижением; красно-зелёная одежда вооруженных бандитов смутно напоминала ему АПП из Броктон-Бей.

Пока что его аккуратные расспросы о местонахождении некоего Лунга привели лишь к подпольной лавочке по изъятию органов, которая позже исчезла при загадочных обстоятельствах.

Когда мысленный подсчет членов «Тигриных когтей» достиг... тревожного уровня, Жон похлопал водителя по плечу.

— Ваших сегодня много на улицах. Что-то намечается?

Мужчина словно окаменел:

— Н-ничего такого, Джонни-сан. Мы, как это говорится... обозначаем присутствие. Нельзя, чтобы другие банды верили беспочвенным слухам. Это плохо для бизнеса, особенно перед ежегодным парадом.

Жон оглядел улицы критическим взглядом:

— Хм. Да, понимаю.

Излучай уверенность, и люди решат, что ты здесь на своём месте. Урок, работающий сквозь пространство и время.

— Похоже, мы с тобой не такие уж разные, — сказал Жон.

— Эхе-хе. Э-хе-хе-хе... Хе... Как скажете, Джонни-сан. Вы всегда правы... *всхлип*.

Бандит высадил его у обочины рядом с пунктом назначения и умчался прочь, не дав толком попрощаться или спросить про парад. Жаль, а ведь ему казалось, что они начали находить общий язык. В последний раз, когда он видел этого бандита, тот, казалось, одновременно смеялся и плакал, вопя во все горло о радости жизни. Отличный парень, в общем.

Ну что ж. Незнакомцы — это просто друзья, с которыми ты ещё не познакомился, а в этом городе незнакомцев хватало. Оставшись на тротуаре, он развернулся и с тяжёлым вздохом приготовился к следующему испытанию. Вывеска над ним гласила:

Чпок-стрит.

Квартал красных фонарей Джапан-тауна.

— Эй, красавчик! Хочешь прокачусь? Быстро и недорого.

— Не слушай её. Тебе нужна Бетти, душечка! Я покажу тебе небо в алмазах!

— Люблю мужчин в форме.

— ...Погоди, а это вообще чья эмблема?

— Приходи расслабиться, мой господин...

— Нет, спасибо! — бросил Жон, ускоряя шаг. Его лицо пылало, он чувствовал себя не в своей тарелке.

Он всё ещё не знал, как вести себя в местах вроде «Золотой кошке» и Чпок-стрит. Грубо ли просто проходить мимо? Потому что, как и с той рекламой, женщины (и мужчины) воспринимали его отказ как кокетство, что его нужно уломать. Если не за этим, то зачем вообще приходить на Чпок-стрит? Это только раззадоривало их.

В отличие от «Золотой кошки», квартал красных фонарей Найт-Сити принимал всех в свои (доступные) объятия, без стен и ворот, останавливающих потенциального любовника (с деньгами). Вместо вида на реку здесь был вид на водосточную канаву. Проститутки тут работали прямо на улице. «Куклы» — так их здесь называли. Силуэты за затемненным стеклом намекали на то, что можно найти в заведениях подороже. Видеосалон обещал «брейндансы», от которых будоражится мозг и пачкаются простыни. В темных подворотнях дилеры продавали иной вид эскапизма. Что куклы, что прохожие оценивающе скользили по нему взглядом, в котором читалась жадность. Чпок-стрит не знал деликатности.

Ему потребовалась ловкость, пара сладких слов и, в какой-то момент, настоящий спринт, чтобы вырваться из назойливой толпы и оказаться перед небольшим игорным залом. Из открытых дверей доносились жужжание и электронные трели игровых автоматов, популярных в Джапан-тауне, смешивающиеся с рёвом десятка песен. Безумные вспышки огней «пачинко» били в лица посетителей, дёргающих рычаги с механической ритмичностью и остекленевшими глазами. Никто не обернулся на Жона, когда он прошел мимо; каждый был погружен в свой мир, а мягкий звон его ракетных ботинок по плитке стал лишь ещё одним звуком в общем шуме.

В глубине зала на страже стоял здоровяк в цветах «Тигриных когтей». Для своих габаритов он двигался шустро. Едва в его глазах мелькнуло узнавание, он уже отреагировал на присутствие Жона.

Спина мужчины впечаталась в стену. Его пугающая, каменная гримаса не дрогнула ни на йоту.

Жон прошёл мимо него в неловком молчании, раздвинув бисерные занавески, чтобы войти в следующую комнату. Шум снаружи отрезало почти мгновенно — он подозревал здесь технологии будущего, — и внезапная тишина принесла ему облегчение.

— А. Добро пожаловать, Джонни-сан.

Этот старческий голос принадлежал Вакако Окаде, женщине в возрасте. Она с осанкой правителя на троне восседала за столом, сделанным, как сказала бы одна его знакомый эксперт, из древесины «весьма посредственного сорта». Её наряд напоминал традиционное японское одеяние, адаптированное под современные реалии. В руках она держала дымящуюся чашку чая. Пепельница была полна окурков.

Он помахал ей.

— Опять это? Знаете, из-за вас все коверкают моё имя. Это раздражает.

Вакако фыркнула:

— Твоё имя странное. Ломает язык. Французское.

— И что в этом плохого? — ответил он, театрально поведя плечом и разведя руками, как бы говоря: «только гляньте на меня». Презрительное фырканье сбило с него спесь. Вакако покачала головой, выражая неодобрение нынешней молодежи.

— Джонни — хорошее имя, — сказала она. — Знакомое Найт-Сити. Носи его с честью, и, возможно, станешь легендой.

Жон опешил, и у него вырвался смешок:

— Ого, даже не знаю, что сказать, но... спасибо за проявленное доверие, Вакако.

Жаль, что он уходит через несколько дней. Максимум через неделю.

Лиза назвала бы этот кабинет жалкой попыткой в японскую эстетику. Так это или нет, Жон видел иначе. Приглушенные оттенки коричневого и бежевого придавали комнате успокаивающую атмосферу, резко контрастирующую с психоделическим штормом снаружи. Стены украшали не портреты, а росписи с деревьями, птицами и драконами. Смесь природы и мифа пробуждала чувство чуда.

Вазы и бонсай, расставленные на изящных шкафчиках, добавляли красок.

Второй, низкий столик был здесь новым дополнением, стоящим перед диваном, где...

Жон вытаращил глаза.

— Погоди, Ху Тао? А ты что тут делаешь?

Так вот куда она делась.

Ху Тао помахала ему пальчиками, мягко улыбаясь. Она сидела на диване в своей шляпке-поркпай, аккуратно уложив свои хвостики на колени, чтобы те не касались пола.

Странным образом её причудливое пальто с длинными рукавами вписывалось в стиль Найт-Сити. Жон не мог точно сказать, почему. Может, дело в эксцентричности. Она похлопала по месту рядом с собой, приглашая его сесть.

— Вакако пригласила меня, — объяснила она. — Мне нравится слушать её истории. Ты вот знал, что у неё было пять мужей?

— У неё хорошие манеры, — заметила Вакако. — Удивительно, учитывая, откуда она родом, — Старуха махнула рукой, отбрасывая оскорбление. — Но, думается, уважение к чаю — это то, в чём наши культуры сходятся. Прошу, выпей чашечку.

Вакако сама подняла свою чашку и сделала глоток, затем поставила чашку на подставку рядом и удовлетворенно выдохнула:

— Почти не чувствуется химия. Исключительный купаж.

— Хи-хи. Верно подмечено, Вакако, — ответила Ху Тао как старой подруге и показала Жону знак «победы» в благодарность своему дилеру. Когда он сел, она налила ему чаю, и он, к удивлению Вакако и Ху Тао, справился с церемонией весьма достойно.

— Вижу, ты тоже обучен манерам, — похвалила Вакако.

— Чжун Ли? — тихо спросила Ху Тао, обменявшись с ним понимающим взглядом. Он кивнул. Их общий знакомый превращал чаепитие в священнодействие и обучал этому с пугающей дотошностью.

По просьбе Ху Тао он достал из Кармана закуски из Ли Юэ, купленные в качестве сувениров. Если Вакако и заметила, что его куртка раньше не выглядела такой объемной, то промолчала, поблагодарив за пирожные из маша.

— О-о, обожаю их, — промурлыкала Ху Тао, откусывая кусочек. Сидящий рядом Жон хрустел рисовым крекером.

— Так зачем я тебе понадобился, Вакако? — спросил он чуть погодя.

Старуха ответила не сразу. Закрыв глаза и откинув голову, она вдыхала аромат чая с благоговением. В этот момент она напоминала чью-то добрую бабушку.

— Как тебе и твоим друзьям новый дом? — наконец спросила она. — Надеюсь, он вам по вкусу.

— Эм-м...

— Там лестница прикольная, — вставила Ху Тао, смутив всех присутствующих. За занавесками Жон мельком заметил охранника, беззвучно шевелящего губами «лестница?». — Она многое повидала.

И тут уже на лице Вакако мелькнула лёгкая тревога. Жон решил позже осмотреть ступеньки той лестницы с лупой.

— Кхм. А ты что скажешь? — Вакако перевела тему на него.

— Жалоб нет, — ответил он. Пока нет.

Старуха состроила тонкую улыбку:

— Ни одной? Тебе ещё многому нужно научиться. Всегда жалуйся арендодателю, каждый месяц, просто чтобы тебя не принимали как должное, — она отхлебнула чая, затем её улыбка исчезла, и она вздохнула. — Если бы только жизнь была такой же чистой и освежающей, как этот чай, — чашка вернулась на стол, и Вакако сложила ладони вместе. — Ты сделал себе имя. Очень быстро. Оно пока небольшое, но очень любопытное. Город насторожился. Все любят восходящих звезд. Ко мне приходят и говорят: «Вакако, я хочу нанять твоего нового соло». Так что у меня снова есть для тебя работа.

— Я весь во внимании, — пауза, и он поднял палец. — Только не говори, что это опять встреча с Фарадеем. Потому что Лиза ясно дала понять: мы на него не работаем. Ни в каком виде.

Последовал сухой смешок:

— Понимаю. Пусть никто не скажет, что Вакако не учитывает интересы своих соло. На самом деле, в этом маленьком деле есть вероятность вмешательства Фарадея. Ему не понравится то, что мы сделаем. Неизвестная сторона ввозит в город немаркированное оружие, влезая в основной бизнес «Милитеха», который наверняка спустит своего пса с цепи. Мой клиент хочет, чтобы никто не достиг своих целей.

— Разве корпорации не вызывают войска для таких проблем? — нахмурился Жон. — Я видел по телеку, вчера вроде. Не уверен, что хочу лезть в это, — не отсвечивать , жирный куш, и свалить, пока всё тихо. Их с Лизой план был прост. — Дело вырисовывается слишком крупное.

— Нет, — Вакако отмахнулась знакомым жестом. — Нет. Всё ещё, понимаешь, стоит тишь да гладь. Игроки действуют из тени. Битва через прокси. И сегодня ты — один из них. Ставки невелики, но награда достойна человека с твоими аппетитами, Джонни-сан.

Странные предметы. Различное оружие. Киберимпланты или просто дорогое снаряжение. Он озвучил свои запросы фиксеру. Гора пушек была как раз по его части, а если она не производства «Милитех» — тем лучше. Он и так у них много чего позаимствовал.

Постукивая пальцем по подлокотнику, он обдумал предложение.

— Ладно, с виду не так уж накладно. Рассказывай детали.

Вакако закурила и откинулась в кресле. Клубы дыма исказили её черты, тени заплясали на стене. Её глаза напоминали глаза сытой кошки:

— Говорят, белоголовые орланы задирают хищных птиц поменьше, отбирая их добычу. На этот раз столы перевернутся, и голодным останется орлан. Делай с партией оружия что хочешь, но оно не должно достаться «Шестой улице». Славной трапезы, мой охотник.

* * *

Жон вышел на Чпок-стрит, за ним следовала Ху Тао.

— Опять вернешься поздно, — сказала она, глядя на него снизу вверх.

— Похоже на то, — он проверил время. Было ещё рано. — Присмотри за остальными, пока меня не будет, хорошо? Если не захотите сидеть взаперти, поймайте такси и езжайте в Чартер-Хилл. Это более безопасный район... Ты же помнишь, как это делать? Как я показывал.

Ху Тао прикрыла рот рукавом, хихикая:

— Ай-ай-ай, ты слишком много волнуешься, глупыш. Мы не беспомощные дети. А про Чартер-Хилл я слышала. Серое и холодное место.

«Ску-у-учное», буквально кричал её вид. «Тоска-а-а.»

— Лизе не говори, но я понимаю, — сказал он. — Но всё же ночной Джапан-таун — то ещё место. Я не просто так не беру сюда Беннета и Фишль. А то, что творится в подворотнях...

Он замолчал, и Ху Тао это заметила.

— Ох, ладно, — фыркнула она и, потянувшись, ущипнула его за нос. — Я сама найду себе развлечение в этом так называемом Чартер-Хилле. Только строй такую моську.

Жон улыбнулся, отдергивая голову:

— Прости, я знаю, что вы почти всех всех местных уложите на раз-два. Но вся проблема в том, что современный мир опасен так, что вы можете быть к этому не готовы.

Давать друзьям свободу было сложнее, чем казалось. Если парень с границы мог попасться на удочку мошенников в городе, то каковы шансы у людей из другой эпохи? И это было в Вейле. Найт-Сити был куда жёстче.

Здесь люди играли в лотерею, угадывая, сколько их знакомых умрет за день. И большинство ошибалось, потому что недооценивало риски.

— Если будешь с нами нянчиться, это ничего не изменит, — заметила Ху Тао. — Тебе стоит проводить с нами больше времени. Покажи нам будущее, Жон, — её глаза вдруг округлились, и она хлопнула в ладоши. — А!

— Что...

Это всё, что он успел сказать, прежде чем Ху Тао схватила его за руку и потащила за собой.

— Воу, эй, куда мы? — взвизгнул он.

— Туда! — Ху Тао указала на верхний уровень города. — Вчера мне показалось, что я видела там большое дерево, но тебя не было рядом, так что я оставила это на потом. Вот видишь? Я ждала, как ты и хотел. А теперь идём, пока кто-нибудь не превратил его в гроб!

— Я могу купить тебе древесины на целый лес, — запротестовал он, позволяя тащить себя по улице.

— И купишь, — заверила она. — Но поддержка местного производителя важна для сообщества. Мы должны изучить варианты.

...Ну, это лучше, чем если бы она заинтересовалась секс-шопом.

И вот так Жон покинул Чпокг-стрит тем же путем, что и пришёл. Старательно игнорируя гигантский дилдо.

Опять же, была веская причина, почему он не брал сюда Беннета и Фишль.

* * *

На город опустилась ночь, и Жон скрывался среди крыш. Рядом с ним на колене стояла Сплетница в своём костюме, а пушистая кошка цеплялась за его спину. Заброшенные руины на окраине Арройо служили им отличным укрытием.

— Видишь что-нибудь? — спросил он, выглядывая из-за низкой стены.

Эска мяукнула «нет», но Сплетница кивнула и с азартом ответила:

— Вижу их.

Она не скрывала своих чувств. Грузовик с добычей стал бы для неё отличным завершением ночи и помог бы ей забыть сегодняшнее разочарование.

В общем, точно никакого давления.

Посмотрев туда, куда она указывала, он заметил группу людей на парковке, заставленной ржавыми остовами машин и освещённой единственным мерцающим фонарем. Вполне обыденное зрелище для района, где уличные вечеринки соревновались за звание самого громкого и буйного места. Стволы в руках каждого и построение в линию подсказали Жону, что эти ребята задумали не просто напиться.

— Достаточно светло, чтобы видеть, и достаточно темно для укрытия, — отметила Сплетница, прижав бинокль к глазам. — Но разве они не знают, что стоя под светом, они рисуют на себе ми... Ага, вон, видишь оранжевое свечение у них в глазах? Кибероптика с ночным видением.

— У них есть некоторое понимание о предосторожности, — отметил Жон.

Банда «Шестая улица», уроженцы Арройо, верила в силу пушек и Америку. Их было легко отличить по использованию флага страны в качестве цветов банды. Сделка с оружием с их участием никого не удивляла, но отсутствие «Милитеха» заставляло задуматься тех немногих, кто знал о встрече.

Когда на парковку въехал серый бронированный фургон, ему пришла мысль, что некоторые призы бывают дороже денег.

— Как думаешь, получится выяснить, кто этот новый спонсор, и получить бонус?

— Захвати фургон, и я, вероятно, смогу это выяснить.

Эска забралась на невысокую стену и повернулась к ним:

— А они нас не заметят, раз они видят в темноте? Нам тогда надо быть супер-пупер скрытными.

— А нам это вообще нужно? — возразил Жон. — Я могу просто ворваться туда. Вскрыть кузов и начать складывать всё в Карман.

Сплетница пихнула его локтем:

— Если бы всё было так просто. Вторая группа тут никакие не обычные бандиты. Походка у них выдает ежедневные тренировки, скорее всего, это корпоратские наёмники с чётким планом действий. Вон, видишь того? Его дружки выходят, а водитель остаётся внутри с работающим двигателем. Движение руки, и он только что заблокировал двери. Готов дельтануть в любой момент.

Жон проверил в свой бинокль:

— Верно подмечено, Сплетница. Ладно, значит, работаем тихо. И ты посмотри-ка, уже нахваталась местных словечек.

Сплетница отказалась смотреть на него. В тусклом свете её лицо покраснело.

— Что я могу сказать? Они говорят на моём языке.

— Хех. Ладно, давай придумаем, как нам дельтануть туда... Что?

— Никогда больше не говори это слово. Ты используешь его неправильно.

Жон вздохнул. Некоторым не угодишь. Эска сочувственно похлопала его по макушке.

План у них созрел быстро. Сплетница оставалась на позиции, ведя наблюдение за переговорами Шестой улицы и их контакта. По её сигналу он спикирует с единственного направления, которое банда не прикрывала — с неба. Простой подход с минимумом рисков. Сейчас они ждали, пока контакт удалится, оставив только банду, с которой придётя разбираться.

А что касается Эски...

Разворачивая планер для очередного круга, Жон пригляделся к земле в поисках белого комка шерсти.

— Где она сейчас?

— Потихоньку подбирается, — доложила Сплетница через телефон, висящий у него на шее. — Патрули замедляют её. Кошка в наши дни стоит целое состояние. Заметь они её, и поднимут всех на уши, чтобы прочесать район.

Задача Эски была запасным планом: проникнуть в фургон, вырубить водителя и открыть двери — её миниатюрность идеально подходила для этого. В случае успеха Жон мог войти и угнать машину до того, как кто-либо успеет среагировать.

— Да блин.

— Что?

— Они достали металлический кейс. «Шестая улица» хочет проверить товар. Экспериментальные винтовки. Баллистика. Умные пули? Нет, неважно. Надо забрать их до того, как ты уйдешь, если хочешь выполнить контракт.

Визг шин возвестил о новых проблемах.

Пока Сплетница кричала ему в уши о новоприбывших, машина протаранила сетчатый забор. Угловатый внедорожник, обвешанный толстой броней, развернулся боком, давя бандитов своей массой, и замер между собравшимися и серым фургоном.

Полсекунды — ровно столько потребовалось «Шестой улице» и наёмникам, чтобы превратить парковку в ад из пуль. Не сговариваясь, они открыли огонь друг по другу, приняв это за предательство. Тела падали одно за другим.

— Бля, меня сейчас вырвет... Стоп, я помню этот внедорожник. Это же он стоял у телестанции «WNS» вчера. Номер тот же.

Пули царапали броню внедорожника, но тот держал удар. Затем люди внутри выпрыгнули наружу, и перестрелка началась всерьёз.

Жон нахмурился, снижаясь, и заметил знакомую жёлтую куртку:

— А я вот помню того здоровяка с причесоном.

Он увидел, как открылась дверь серого фургона, оттуда высунулся наёмник с пистолетом. Странное мерцание, и его руку отрубило по локоть. Гибкая фигура выскочила из внедорожника, вышвырнула наемника и заняла место водителя.

— Сплетница, план накрылся. Я вхожу.

Белоголовый орлан останется голодным. Но проблема в том, что он сам может остаться голодным. Стервятники вышли на охоту.

Планер сложился, отпуская его в свободное падение. У самой земли он развернулся ногами вниз, приземлившись с громким ударом прямо перед лейтенантом «Шестой улицы». Удар в живот сложил того пополам.

Другой наёмник развернулся на шум, нажимая на спусковой крючок экспериментальной винтовки — той самой, за которую они торговались. Очередь из трех выстрелов просвистела мимо уха Жона. Он схватил винтовку, дернув её на себя с такой силой, что наёмник перелетел через его голову и улетел на несколько метров вдаль. Поскольку винтовки больше никто, кроме Жона, не касался, та исчезла в его Кармане. Содержимое кейса последовало за ней, пока огонь сосредотачивался на его позиции. Он призвал свою броню, отступая за ржавый остов машины. Бандиты, прятавшиеся там, быстро затихли.

— Собрал, что плохо лежало, Сплетница. Остался только фургон.

— Он уходит. Не упусти его!

— Уже.

Дымовая граната ударилась о землю, размывая его движения для кибероптики, и он рванул к серому фургону. Получилось не так хорошо, как хотелось: несколько пуль ударили его в спину, заставив его споткнуться. Золотой купол возник вокруг него, и он продолжил путь, используя брошенные машины как укрытие.

Впереди путь ему преградил вчерашний соло. Заметив Жона, парень расплылся в широкой ухмылке.

— Ты! Я надеялся снова встретить тебя, корпо-гад!

Жон на секунду замер, оглядывая его:

— Мне кажется, или ты стал больше, чем я помню?

Ответом послужил огромный пулемет, который парень сдёрнул со спины. Гео-купол рухнул под шквалом огня, но щит Кроцеа Морс появился вовремя, блокируя мощные удары, которые отдавались в его руке.

— Дэвид! — услышал Жон чей-то крик. — Прикрой меня, чё ты творишь?

— Не сейчас, Ребекка! Надо обнулить этого гонка!

Смелое заявление прозвучало неубедительно, когда [Третья Рука] притянула Жона вплотную, и его меч одним взмахом разрубил пулемёт пополам. Вращение, и меч опустился, чтобы сделать то же самое с парнем.

Пара огромных механических рук опередила его, схватив другого парня за голову и втянув того во внедорожник. Его меч рассёк лишь воздух. Жон успел заметить очень низенькую девушку с бледно-голубоватой кожей, отвешивающую подзатыльник своему напарнику. Она показала ему язык, когда машина рванула с места. Шины взвизгнули, и внедорожник умчался бок о бок с серым фургоном.

— Жон, за ними!

Оставшиеся бандиты и наёмники перевели мушки на Жона и с открытыми ртами смотрели, как он взмыл в воздух, отзывая с себя броню и оружие, и пронёсся через парковку. Колонна из машин вылетела на улицу, и он следовал прямо за ней, раскрыв свой планер в воздухе.

Вот только машины набирали скорость, а времени много у него не было. Рум оказалась в его руках, и он выпустил очередь.

Пули ударили в асфальт и только в асфальт.

— Да блин, по колесам! Попади по колесам! — кричал он на... ну, самого себя. На свою меткую стрельбу, которая работала идеально, пока пули не покидали ствол. По быстро движущимся целям это означало серию промахов, пока он пытался брать упреждение. Пара царапин не остановила машины, и с яростным криком он прекратил стрельбу, решив просто догнать их — с близкого расстояния шансов у него, наверное, больше.

Атака перед этими, однако, выдала его. Люк на крыше внедорожника сдвинулся, и показалась знакомая жёлтая куртка с парой разномастных револьверов.

Планер сложил одно крыло, и Жон перекатился в воздухе, уходя от выстрелов. Колонна воспользовалась моментом, резко свернув за угол.

Он на это и рассчитывал. Включив ракетные движки на полную мощность, он перелетел через здания. Этот маневр вывел его на перерез, прямо перед ними.

Желтая Куртка глядела в небо совершенно в другом направлении. Коротышка с призрачно-бледной кожей тоже высунулась из люка.

— Мы его сбросили с хвоста? — спросила она.

С ухмылкой Жон приземлился на крышу машины и ответил:

— Ха-ха, не...

Боль пронзила спину. Он уставился в ночное небо.

— ...ет. Какого хера сейчас произошло?

Он присел и оказался лицом к лицу с горой мускулов в жёлтой куртке. Тот парень тоже поднимался на ноги, упав на дорогу так же, как и Жон. Позади них колонна машин продолжала удаляться.

— О нет, — простонал Жон, — опять этот странный эффект. Но по крайней мере я могу разобраться с тоб...

Соло исчез.

— ...ой. Ну это просто нечестно.

Его взгляд метался по улице, пока не сфокусировался на машинах — наёмник запрыгивал на крышу серого фургона.

— Так нечестно, — повторил он.

— Давай, пацан! За ними!

Жон повернул голову. У него была аудитория. Пешеходы расступились, избегая драки, но смотрели с жадным интересом. Их глаза светились красными огоньками записи.

Толпа улюлюкала и свистела. Они хотели продолжения, ведь эджраннеры дают самое лучшее шоу.

— Психи, все вы, — бросил Жон, вскакивая на ноги и снова взмывая в воздух.

С высоты он видел дальше колонны машин, и увиденное заставило его поморщиться.

— Сплетница. Я держу их в поле зрения, но не уверен, что догоню, — доложил он. — Они выехали на главную улицу. Отсюда они могут уехать хоть на другой конец города. Заряда ботинок не хватит.

— Прострели колеса.

— Я пытался. Не вышло тогда, не выйдет и сейчас, слишком много машин. Шальная пуля может убить кучу людей.

— И то верно. Подобраться ближе не можешь? Да о чем я говорю, конечно, не можешь. На прямой дороге ты им не соперник.

Дальше ему вторила тишина в эфире.

— Делай что можешь, я уже еду.

Его «что можешь» было тут немного. Расстояние между ним и машинами увеличивалось с каждой секунду. Его проклятия разносились в ночи, пока он пытался выжать из ботинок максимум, хоть как-то лететь быстрее.

Это... работало хуже, чем хотелось бы.

Голос Сплетницы вернулся:

— Дай ориентир. Что-то большое.

Он не стал задавать вопросов.

— Мегабашня H6 на один час, лицом к центру. А ещё...

— Не надо. Я знаю, где ты. Бери вправо, через две улицы. Видишь нашу тачку?

Вскоре он заметил тюнингованное неоновое убожество, которое они «одолжили» у бандита. Через секунды он приземлился на крышу этой машины, заглядывая в окно. Сплетница вцепилась в руль мертвой хваткой, её глаза были прикованы к дороге. Эска, тем временем, сидела на пассажирском сиденье и, казалось, невероятно наслаждалась поездкой. Она помахала ему, и он помахал в ответ.

— Хорошо сработано, Сплетница. Держись этой дороги, и мы выйдем на...

— Не говори со мной. Я сосредоточена. О боже, как же быстро мы едем.

— Справедливо.

Он держался за машину, когда они вылетели на широкий проспект, и Сплетница, игнорируя светофоры, пересекла пять полос. Она лавировала между машинами с завидным мастерством, вопя во всё горло.

Что-то подсказывало ему, что Сплетница ничего этого не планировала.

Как бы то ни было, теперь они ехали по одной улице с колонной тех машин. Найти их было нетрудно, так как Жёлтая Куртка и Коротышка уже поджидали его на крышах своих авто.

Они открыли огонь, когда Сплетница приблизилась, и Жон перебрался на капот, возводя золотой Гео-купол для защиты лобового стекла. Пули, которые не промазали, не причинили хоть какого-то вреда.

Но беспокоиться ему стоило не об этом. Их машина вдруг сошла с ума: включились дворники, радио заорало рок. Из его телефона донеслась ругань Сплетницы.

— Их нетраннер хакнул нас! Перехватывают управление по чуть-чуть... бля, бля, бля, он отрубает питание!

— Уходи с дороги! — скомандовал Жон. — Я достану их отсюда. Эска, ко мне!

Машина погасла. Пока она теряла скорость, он взмыл в небо, Эска вцепилась ему в ногу. Пули преследовали его всю дорогу, но он метнул [Третью Руку], зацепившись за внедорожник. Рывок через пространство, и он бросился всем телом на коротышку.

Выстрел из дробовика разбил Гео-купол, и он побледнел, когда девушка нырнула под его руки и сунула ствол ему в рот.

— Жри свинец, сука! — крикнула она.

Пушистый комок шерсти сбил девушку с ног до того, как её палец нажал на спуск, и с визгом они свалились внутрь внедорожника. Жон выдохнул «спасибо» Эске, сердце у него бешено колотилось.

Внутри машины раздались выстрелы. Коротышка, должно быть, стреляла вслепую, так как дыры появлялись повсюду, а водитель орал на «Ребекку», чтобы та перестала ломать его крошку.

Блондинка в маске направила пистолет ему в лицо, когда он полез помогать Эске. Он отбил её руку в сторону, заставив вскрикнуть от боли.

Тяжёлая металлическая пуля от дробовика ударила его в ребра, едва не сбросив с крыши. Жон подавил крик, оттолкнул блондинку и повернулся к стрелку.

Желтая Куртка, висящий сбоку серого фургона, крикнул ему:

— Найди кого-нибудь своего размера, корпорат!

Внедорожник вильнул, увеличивая дистанцию. Затем вернулся в полосу, из-за чего Жон и парень оказались в сантиметрах друг от друга.

— С удовольствием! — крикнул Жон в ответ. — Ты украл то, что я хотел украсть, так что я укра...

Он сидел на бордюре.

— ...ду обратно, ДА ЁПТ ТВОЮ МАТЬ!

Он ударил кулаком по земле, рыча и провожая взглядом удаляющуюся колонну. Жёлтая Куртка показал ему средний палец, болтая ногами с края фургона, и почему-то из его носа текли две струйки крови.

На внедорожнике коротышка высунулась из люка, размахнулась поцарапанной металлической рукой и швырнула мяукающую кошку через дорогу, заставив Жона броситься ловить её.

Этот маневр закрепил их побег, и последнее, что он увидел, это средний палец маленькой девушки. Затем они растворились в недрах города.

Найт-Сити хорошенько оценил Жона Арка, и, как итог, адаптировался.