Цикл Неизбежности (джен)

Когда Люмиан открыл глаза, его духовность уже восстановилась, а тело больше не ломило. Он резко сел, подошёл к столу и рывком раздвинул занавески. Небо ещё не посветлело. Высоко вверху алая луна клонилась к западу, звёзды рассыпались точками, а на вязе неподалёку снова появилась та самая огромная сова с живым взглядом и теперь смотрела на Люмиана сверху вниз.

Люмиан не испугался и не разозлился, а расплылся в сияющей улыбке.

— Вы опять пришли, — тепло поприветствовал он, но и движение тела, и тон голоса, и выражение лица могли внезапно вызвать у того, на кого всё это было направлено, порыв врезать ему.

Сова несколько секунд смотрела ему в глаза, потом раскрыла крылья и полетела в глубину тьмы. Почти одновременно Аврора вышла из своей спальни, повернула ручку и вошла в комнату Люмиана.

— Ну как? — поспешно спросил Люмиан.

Аврора кивнула:

— «Белый лист» уже увязался за ней.

Её светло-голубые глаза давно стали тёмными, а внутри них безостановочно отступали и росли деревья. Затем она достала покрытое ртутью зеркало, положила его на стол Люмиана и с помощью бледно-белого порошка сотворила заклинание, которое выводило увиденное ею на зеркальную поверхность.

Люмиан без труда увидел силуэт той совы. Она летела довольно низко, кружа над ночной деревней Корду, петляла туда-сюда, будто хотела оторваться от возможной слежки. Но «Белый лист» был существом Мира духов, к тому же довольно быстрым, и это совсем на него не повлияло: он всё время держался на определённом расстоянии. Через минуту-другую сова обогнула деревенскую площадь.

Она больше не колебалась и прямо влетела на кладбище рядом с церковью.

— Почему опять здесь? — Люмиан не удержался от вздоха.

Когда брат с сестрой в прошлый раз подглядывали за Мишелем Гарригу, та «ящерица», что вылезла изо рта заместителя приходского падре, в итоге тоже добралась до кладбища и то забиралась в разные могилы, то выбиралась наружу!

— Не может же быть, что раз в историях кладбища часто используют как место, где собираются или прячутся злодеи, то и в реальности всё так же? — Люмиан покосился на сестру.

Аврора фыркнула:

— Ты знаешь, что такое «вдохновение берётся из реальности»?

— Тоже верно… — Люмиан принял объяснение профессиональной писательницы о творчестве.

В этот момент сова подлетела к самой обычной могиле.

Как и большинство могил в Интисе, она была устроена так: выкапывали большую яму, опускали туда гроб, затем засыпали землёй, сверху укладывали одну или две каменные плиты, а позади ставили надгробие. Часть этого Люмиан, конечно, воображал и предполагал, но по крайней мере снаружи он не видел в могиле ничего необычного. Сова снизилась и опустилась на две каменные плиты, закрывавшие могилу.

А с помощью зрения «Белого листа» Аврора и Люмиан обнаружили несколько подозрительных следов: Надгробие было совершенно пустым; поверхность каменных плит, которые должны были быть грязными и заросшими сорняками, оставалась чистой, словно кто-то часто приходил её убирать.

— С этой могилой что-то не так, — прокомментировала Аврора.

Едва она договорила, две каменные плиты, закрывавшие могилу, вдруг провалились. Нет, не провалились — скорее открылись. Они распахнулись внутрь, как двустворчатые двери, открыв чёрное пространство и каменную лестницу, уходящую в глубину.

— Ого, — Люмиан, удивившись, ещё и «восхищённо» добавил: — Просторно-то как!

Это совсем не походило на обычную могилу из его воображения, скорее на усыпальницу с немалым погребальным пространством.

— В Корду, оказывается, есть и такое место… — Аврора прежде думала, что за почти шесть лет жизни здесь уже отлично знает каждую травинку и каждое дерево деревни Корду, но в последнее время она обнаруживала, что это место становится всё более незнакомым и всё более странным.

Пока брат с сестрой говорили, сова по лестнице полетела в глубь «усыпальницы». Подземное пространство было невелико: едва «Белый лист» спустился по лестнице, он увидел погребальную камеру. Камера была примерно размером с кухню в доме Люмиана; посередине стоял чёрный гроб.

Гроб не был закрыт: крышка косо привалилась к боку, опираясь на землю. Сова, взмахивая крыльями, подлетела туда, опустилась на край гроба и застыла.

— Тот умерший чернокнижник? — Люмиан мгновенно напрягся.

Аврора угукнула и велела «Белому листу» чуть приблизиться к гробу, чтобы издали рассмотреть, что внутри. Почти одновременно Люмиан заметил, что в углу погребальной камеры смутно стоит человеческая фигура. Он как раз хотел попросить сестру взглянуть, кто это, но «Белый лист» уже направил «взгляд» в раскрытый гроб.

С грохотом ртутное зеркало перед ними будто взорвалось, покрываясь трещинами, а Аврора сдавленно вскрикнула от невыносимой боли. Люмиан поспешно повернул голову к сестре и увидел, что она уже крепко зажмурилась. Из глаз одна за другой катились слёзы, окрашенные кровью, а мышцы щёк дёргались сами собой, словно вот-вот разойдутся трещинами.

Не дожидаясь, пока полуграмотный в вопросах мистики Люмиан отреагирует, Аврора сама достала из потайного кармана короткую палочку благовония и на ощупь зажгла её спичкой. Лёгкий аромат разлился вокруг, далёкий и едва заметный, успокаивая и тело, и душу. Аномалия на лице Авроры постепенно стихла. Наконец она длинно выдохнула и вытерла кровавые слёзы носовым платком, который носила при себе.

— Ничего серьёзного? — с заботой спросил Люмиан.

Аврора держала глаза крепко закрытыми и не открывала:

— Проблема несерьёзная. Потом ещё посплю, и глаза должны восстановиться. И правда спасибо «Белому листу» за то, что он такой хрупкий: иногда слабость — тоже преимущество!

Она была невероятно рада этому.

— А? — Люмиан не понял.

Аврора усмехнулась над собой:

— Если просто: я увидела то, чего видеть не следовало. Но «Белый лист» очень хрупкий, едва мельком взглянул, даже толком ничего не разглядел, как тут же получил тяжёлую травму и отступил обратно в Мир духов. Из-за этого воздействие на меня тоже оказалось намного меньше. Иначе только что всё не удалось бы так просто взять под контроль; возможно, было бы очень хлопотно.

Мир мистики и правда опасен… Люмиан по-настоящему понял, что значит «не смотри на то, на что не должен смотреть».

Он подождал, пока сестра ещё немного придёт в себя, и спросил:

— «Белый лист» что-нибудь успел заметить? Почему от этого такой большой вред?

— Он увидел только точку серебристо-чёрного света. — Аврора не очень-то решалась вспоминать. — А вещей, которые способны причинить вред одним лишь взглядом на них, слишком много: может быть, предмет с проявившейся божественностью, может быть, форма Мифического Существа высокой Последовательности, может быть, что-то с проклятием и злым умыслом…

— Форма Мифического Существа? — Люмиан прежде не слышал этого термина.

Аврора небрежно объяснила:

— Суть божественных Путей в том, чтобы превращать Потусторонних в существ, близких к богам. Дойдя до Последовательности 4, мы можем обладать собственной формой Мифического Существа, только она ещё неполна. А людям ниже Последовательности 4 достаточно лишь увидеть такую форму, чтобы пострадать; они даже могут сразу потерять контроль.

«Святые настолько сильны? Они и Потусторонние ниже Последовательности 4 словно два разных вида существ… Неудивительно, что с Последовательности 4 их уже называют полубогами…» Люмиан разом понял, насколько был невежествен прежде, когда считал, что Последовательности, носящие титул полубога, по сути не слишком отличаются от Потусторонних ниже.

Он сменил тему:

— Аврора, когда «Белый лист» приблизился к гробу, мне показалось, что в углу погребальной камеры стоит человеческая фигура, но я не понял, кто это, как она выглядит и во что одета.

— Там был ещё один человек? — Аврора немного удивилась.

Люмиан кивнул:

— Значит, в гробу тот умерший чернокнижник или тот, кто стоял в углу?

— Думаю, тот, кто в гробу. — Аврора с закрытыми глазами сказала, подбирая слова: — А тот в углу — либо его марионетка или подчинённый, либо другой Потусторонний, который управляет телом чернокнижника.

Люмиан угукнул:

— Проблема с чернокнижником действительно не решена до конца. Возможно, именно это источник постепенной аномалии Корду.

Находка эта разом и радовала его, и тревожила. Радовало то, что расследование сильно продвинулось; тревожило то, что один лишь взгляд на тело того чернокнижника причинял вред и с немалой вероятностью мог привести к потере контроля. Как тогда идти в погребальную камеру для дальнейшего подтверждения и последующих действий?

Аврора явно тоже подумала об этом:

— В погребальную камеру пока не идём. Сначала сосредоточимся на подземелье церкви: там, возможно, удастся получить ключевые зацепки, которые помогут разобраться с проблемой погребальной камеры.

— Хорошо. — Люмиан ещё раньше решил после рассвета найти трёх чужаков и обсудить исследование подземелья церкви.

Услышав его ответ, Аврора добавила:

— Если я полностью восстановлюсь, пойду с вами в подземелье церкви.

Люмиан помедлил две секунды и согласился.

В такое время нужно собрать все силы — только так появится надежда!

Аврора, всё ещё не открывая глаз, сменила тему и спросила:

— Тот твой ритуал, похоже, удался. Как ощущения?

Люмиан как есть рассказал сестре о ходе ритуала и о том, что получил, только не упомянул конкретное описание той сущности, а в конце сказал:

— Когда принимал дар, чуть не потерял контроль, но потом всё было нормально, и в теле вроде не появилось никаких странных изменений. Возможно, потому что Последовательность достаточно низкая.

Аврора с закрытыми глазами чуть улыбнулась:

— Тот танец, который может призывать окружающих аномальных существ и позволять одному из них прикрепляться к тебе, очень интересен. Он напомнил мне способность из некоторых легенд моей родины — «шэньда»!

— А? — Люмиан совершенно не понял.

Аврора улыбнулась:

— Это когда просят существо уровня полубога вселиться частично, чтобы воспользоваться его боевыми способностями.

— Для этого нужны очень сильные тело, душа и дух? — предположил Люмиан.

Аврора не стала продолжать эту тему и распорядилась:

— Помоги мне вернуться в комнату, мне нужно немного отдохнуть.

Люмиан поддержал сестру и, ведя её в спальню, вскользь спросил:

— В том ритуале мне кажется странным одно: я ведь даже не получил разрешения хозяина синевато-чёрного символа, а уже вытянул из печати немного силы. Неужели Он всё это время наблюдает за мной? Не может быть. Откуда у Него столько свободного времени?

Аврора немного подумала и сказала:

— Ты говорил мне, что описание почётного имени, которое дала та таинственная госпожа, было очень расплывчатым и не слишком точным, чтобы не привлечь взгляд соответствующей сущности. Может ли быть так, что хозяин синевато-чёрного символа и сущность, соответствующая чёрному терновому символу, частично пересекаются в каких-то сферах власти? Например, ты упоминал слово «Неизбежность», а у Них обоих может быть часть власти в области судьбы. Поэтому, когда ты произносил расплывчатое почётное имя, какая-то часть указывала не только на сущность, соответствующую чёрному терновому символу, но и на хозяина синевато-чёрного символа. В нормальных условиях из-за неполноты и неточности это изначально не имело бы никакого эффекта, но ты, находясь внутри алтаря, как раз имел соответствующие символы, силу и ауру, поэтому они откликнулись на стимул. Та сущность тоже обнаружила твои действия, а поскольку тебя направляла таинственная госпожа, разрешение получить оказалось легко. Так, когда ты дочитал все почётные имена и указал на Порчу внутри тела, препятствий для вытягивания небольшой доли силы уже не было: «задняя дверь» была открыта. Очень хитрая конструкция ритуала… Сразу видно мастера по багам. — Вот как, — Люмиана озарило.