↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Адаптация (джен)



Переводчик:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Рейтинг:
R
Жанр:
Кроссовер
Размер:
Макси | 1 085 374 знака
Статус:
Закончен
 
Не проверялось на грамотность
Тейлор Эберт всегда считала себя обычным человеком. Но в её жилах течёт кровь древней расы воинов — сайянов, о существовании которых она даже не подозревает.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 73. Вагонетка

Я не выиграю.

Уже дважды пришлось возвращаться к Панацее, и каждый раз, пока меня не было, он мчался уничтожать следующий город. Уже уничтожил Пекин и Тяньцзинь. С учётом Шанхая погибло пятьдесят миллионов, а он только начинал.

Когда я телепортировалась, он не мог меня обнаружить, и это заметно его раздражало. Уничтожая многомиллионный город при каждой моей передышке, он заставлял драться чуть дольше, чуть упорнее, ошибиться с тем мигом, после которого на побег уже не хватит энергии.

Война на истощение. С единственно возможным исходом.

Да, теперь я была в шестнадцать раз сильнее, чем утром, но толку, если эту силу некуда приложить? До Сына не добраться, потому что его слишком много.

Тело разбросано по сотне разных миров, и, в отличие от Губителей, единой исходной точки, которую можно найти и поразить, не было. Он весь был живым. Отыскать один кусочек, в котором находилось сознание, я никак не могла.

Я могла уничтожить мир с частью его тела, но останется ещё сотня, а он придёт за мной. На уничтожение целого мира уйдёт столько энергии, что я ослабею — возможно, достаточно, чтобы он наконец меня убил, а потом начал уничтожать всё человечество.

Другая часть проблемы — я уставала.

Каждый раз Эми требовалось всё больше времени, чтобы восстановить меня. Она убирала из крови вещества, вызывавшие усталость, но вернуть энергию для продолжения боя могла лишь до определённого предела.

Вот бы взять нужную энергию откуда-нибудь ещё. Но, даже если уговорить людей этой планеты, уйдёт много времени, а Сын тем временем будет прокладывать ко мне путь, убивая и вырезая людей на Ближнем Востоке, в Европе и дальше, в Америке.

Даже если наберу достаточно энергии, чтобы продолжать, какой смысл, если его здесь на самом деле нет?

Я подозревала: уничтожь я хотя бы одну из его Земель, он начнёт перемещать тело, меняя положение, чтобы защитить важнейшее внутреннее ядро. Выиграть можно, только если...

Что ж, кое-что сделать я могла.

Отсутствовать придётся дольше, чем занимало лечение. Значит, ещё погибшие, ещё миллионы, оставленные умирать. Могу я сделать такой выбор — бросить многих ради спасения ещё большего числа?

В обычной форме, наверное, не смогла бы, но у новой была холодная логика, с которой трудно спорить.

Провал недопустим. А если провалюсь, эти люди всё равно мертвы. Хотя бы так их смерти что-то будут значить.

Впервые я исчезла от Сына, не будучи тяжело раненной.

Вместо Эми отправилась в подвал базы Котла, где уже неделями держали Эйдолона. Он выглядел измождённым: в хаосе подготовки Котла к войне его забросили.

Я схватила его за руку, проникла в сознание и на этот раз закричала.

Впервые почувствовала трещину в возведённой им стене и с холодной безжалостностью втиснулась внутрь. Было всё равно, причиню ли необратимый вред разуму. Прежде я всегда боялась, теперь просто не заботилась.

Я показала, что происходит сейчас, каждую секунду, пока он предпочитает прятаться, а не встать и выполнить долг.

Потрясение я чувствовала ясно. Он не смог вынести мысли о вине за миллионы погибших, а теперь я говорила: он станет виновен в смерти неисчислимых квинтиллионов.

Он едва снова не ушёл в себя, но я показала план и почувствовала, как глубоко внутри растёт нечто, чего давно от него не ощущала.

Надежда.

В самой основе, при всех недостатках, Эйдолон был героем. Хотел испытаний, хотел силы, но хотел и спасать людей. Это было ему необходимо, и он готов был пожертвовать собой ради этого.

Сейчас я давала ему такую возможность. Пока он просыпался, я наполняла его тело энергией — не для лечения, это неэффективно, да и ран у него не было. Я возвращала силу, которую он так бездумно растрачивал десятилетиями.

Части его жадно впитывали мощь. Он был слаб, я делала его сильным и чувствовала благодарность.

— Ты нужен миру, — сказала я.

Как столько раз прежде, а возможно, в последний раз, он поднялся на дрожащие ноги и приготовился к битве.

Мгновение спустя я вернулась на поле боя, над остатками ещё одного горящего города. За время моего отсутствия Сын уничтожил ещё два. Ещё двадцать пять миллионов погибших, судя по мыслям чиновников, которые я могла прочесть вдали.

Надеюсь, оно того стоило. Пока всё не будет готово, придётся ещё сражаться, а времени, к сожалению, понадобится немало.

Эйдолон не сможет подготовить всё так быстро, как хотелось бы. Но это единственный шанс, и я должна принять план без остатка.

Сын оттеснял меня всё дальше. Теперь мы были над Индией, и отчасти мои успехи оставались скромными потому, что нужно было защищать города внизу. Эвакуировать всех времени не было. Никто не знал, куда Сын пойдёт дальше, так что места, куда могли бы уйти все, тоже не существовало. Лучше всего рассредоточиться в сельской местности, но с нашей мощью, выжигающей десятки квадратных километров за раз, даже это безопасности не гарантировало.

Мы прошли над Индией лишь с несколькими тысячами жертв. У Сына теперь, похоже, была цель, и он с мрачным удовольствием наблюдал за растущим отчаянием. Ему нравились мои злость и бессилие по мере приближения к родине.

Теперь мы летели над Сахарой, и я мысленно потянулась к нему.

— Фарук, — сказала я. Как пишется его имя, я так и не узнала. — Вот зачем Аллах сделал это с тобой. Сейчас у тебя шанс спасти своих людей. Всех людей.

Вдруг появился Пепельный Зверь, и я вдавила Сына в его пламя. Сын потянулся назад, пытаясь разорвать Зверя, но я удерживала его в огне. Меня он почти не беспокоил, однако прочность Сына не означала полной невосприимчивости: части его тела умирали, и он начал вырываться всерьёз. Чем дольше удержу, тем слабее станет, пусть даже потеряет лишь малый процент общей массы.

Главное — так я выигрывала время. Пока мы здесь, он не убивал людей и не разрушал города.

Я видела Фарука: он яростно смотрел на чудовище, собирающееся уничтожить мир. Усилил пламя, и теперь его начала чувствовать даже я.

Вся мощь вдруг погасла: Сын сделал... что-то. Пепельный Зверь упал, снова приняв облик несчастного мужчины, но выражение лица совсем не было несчастным. Раньше он уже казался мёртвым, однако на этот раз я чувствовала: скорее всего, навсегда. Он придал своей смерти смысл, а я позабочусь, чтобы его помнили.

Сын ударил меня, но его кулак перехватила громадная когтистая рука.

Из песка вырывались чудовища, а над нами парила призрачная фигура Симург. Я чувствовала всех семнадцать: они окружали нас и шли атаковать Сына.

Получилось.

Эйдолон призвал всех Губителей на сторону человечества. Всех, со всеми их уловками. Не думаю, что они победят, но побеждать и не нужно. Достаточно отвлечь его на время, за которое я смогу сделать необходимое.

Я телепортировалась в лабораторию Элита.

— Сделал? — торопливо спросила я.

Он кивнул.

В начале боя, несколько часов назад, я послала ему срочное сообщение. С тех пор он лихорадочно строил усилитель, достаточно мощный для моей задачи.

Он был размером с рюкзак. Я уставилась на Элита.

— Хотела маленький и изящный — надо было дать пару месяцев. Это лучшее, что получилось. Повезёт, если не взорвётся. Ничего подобного я ещё не строил.

Я схватила его и молча телепортировалась. Благодарностью будет возможность жить вместе со всем остальным человечеством, а каждая секунда на пустые мелочи — время, за которое погибнет ещё кто-то.

— Дверь, — сказала я.

Я мысленно попросила Привратника перенести меня на необитаемую планету. Не знала, что случится с окружающим миром, когда я это сделаю, да и Сын мог почувствовать мои действия на Земле и попытаться помешать.

Оглядевшись, я поняла: выбранная Привратником планета подходит. Мёртвый мир, жизни почти не ощущалось, небо затягивали пепел и туман. Для моей цели — идеально.

Я закрыла глаза и убрала усиление.

Раны вдруг заболели во много раз сильнее, усталость подавляла. На краю сознания грызла мысль о людях, погибших лишь потому, что я ушла к Панацее, но я прогнала её.

Предстояла самая важная речь в жизни, и даже не словами. Словам люди не поверят. Во многих мирах ни у кого не было суперсил: решат, что сошли с ума или получили послание ведьмы.

Даже в нашем мире не все говорили по-английски. Миров было практически бесконечно много, и, скорее всего, в большинстве английского вообще не знали.

Оставалось поделиться переживаниями. Нужно было заставить поверить, а для этого — передать свои чувства. К разумным доводам люди постоянно оставались глухи, но к эмоциональной мольбе...

Закрыв глаза, я поделилась воспоминаниями о Губителях и Сыне. Передала образы уничтожаемых миров, Земли, всех Земель, обращающихся в пыль на космическом ветру. Где-то проскользнули и другие воспоминания: мама, папа... самые счастливые минуты.

Казалось, это длилось вечно, хотя на скорости мысли много времени занять не могло.

Потом я ждала.

Я попросила энергии не только у моей Земли, а у всех, до которых могла дотянуться. Получу отклик хотя бы одного человека с каждой — силы будет более чем достаточно.

Сначала казалось, не сработало. Сердце упало. Потом я почувствовала немного энергии: из родного мира, из Броктон-Бей. Пришло ещё чуть-чуть, потом всё больше.

Люди моего мира говорили со мной через Ки. Они будут сражаться, не лягут умирать. Не преклонят колени перед судьбой — встанут.

Поначалу струйка, сила быстро превращалась в поток. По всему миру люди поднимали руки и отдавали мне энергию.

Присоединилась Земля Алеф, и поток вырос. Потом ещё одна Земля, хотя там было лишь несколько тысяч человек. На третьей жило больше двенадцати миллиардов, и хлынувшая мощь почти захлестнула меня.

Четвёртый мир, пятый. Сила шла из мира за миром, и глаза наполнились слезами. Я направляла энергию вверх, но даже пропускать её через себя становилось больно. Мощи было больше, чем я когда-либо могла вообразить, и она всё росла, превосходя всё, что мне доводилось видеть.

Десятый мир, одиннадцатый. Двадцатый, сороковой. Числа расплывались в сознании, а собираемая мощь начала жечь. Каждая клетка словно горела от одного усилия проводить её через себя.

Я кричала, казалось, бесконечно.

Сто миров, двести. Больнее первого раза в пламени Пепельного Зверя. Я сгорала заживо, и часть меня хотела сдаться, отпустить и потерять сознание. Но я не могла, не позволю себе: знала, что это будет значить для всех, кого когда-либо любила.

Четыреста миров, пятьсот, восемьсот. Мощь приходила всё быстрее. Человечество голосовало собственной жизненной силой, каждый давал маленькую долю Ки.

Две тысячи, пять тысяч миров.

Луна в небе рассыпалась, а земля вокруг начала распадаться и подниматься: энергия обзаводилась собственным притяжением. Луну я уже не видела, потому что всё небо заняла мощь. От горизонта до горизонта, и ничего другого не было видно. Наверняка больше энергии, чем кто-либо когда-либо держал в руках, а счёт дошёл до двадцати тысяч миров.

Сила продолжала прибывать, но я знала: продолжу — умру.

Я перекрыла поток и закрыла глаза. Такого ещё не пробовала. Переносить живого человека куда-то ещё никогда не получалось, но эта Ки прошла через меня, сохранила мои следы и стала частью меня.

Я начала отделять от шара части Ки, мелькая туда-сюда, как тогда, когда двигалась достаточно быстро, чтобы человеческий глаз видел несколько моих образов.

Оставшись без меня, шар взорвётся. Значит, двигаться придётся быстрее, чем когда-либо. Я позволила мощи вспыхнуть внутри, войдя в новое превращение, и начала двигаться — быстрее прежнего.

Меньше чем за секунду прорвала поставленные Сыном преграды, чтобы попасть в его измерение. Мощи у меня было буквально хоть отбавляй, и прожечь двести межпространственных барьеров оказалось легко. Впервые я двигалась настолько быстро, что сумела то, чего прежде не могла.

Раньше возникали лишь остаточные образы: я двигалась чуть быстрее человеческого глаза. На том же принципе работало кино — ряд неподвижных кадров кажется движущимся, потому что глаз не видит промежутков.

Теперь, усиленная десятками тысяч миров, семьюдесятью триллионами человеческих душ, я временно получила возможности, о которых и мечтать не могла.

Скорости хватило, чтобы действительно оказаться в двухстах местах одновременно. На каждой Земле у меня было по шару мощи, содержавшему полпроцента чудовищного, размером с планету шара, который я собрала.

Даже эти меньшие шары были величиной с Луну.

Каждый из миров Сына покрывало серое море извивающейся плоти. Совсем не похоже на Землю, если не считать редких горных хребтов, пронзавших океаны внизу.

На двухстах мирах я бросила вниз двести шаров непостижимой энергии и бесстрастно смотрела, как они ударяют по поверхности.

Чтобы спасти все остальные миры, нужно полностью уничтожить двести. Моя версия проблемы вагонетки: убить того, кто изначально направил её на невинных.

Когда миры взорвались ослепительным светом, я вырвалась прочь и вдруг обнаружила, что падаю.

Ни одному смертному не предназначалось владеть такой мощью, а теперь я чувствовала себя пустой оболочкой. Я больше не ощущала Ки, вообще ничего не ощущала. Даже не знала, на какой Земле оказалась. Знала лишь одно: всё кончено.

Узнаю ли вообще, получилось или нет? Не знаю. Беспокоиться, кажется, не могла ни о чём. Сознание опустело.

Золотое сияние погасло, и осталось лишь ощущение воздуха, проносившегося мимо тела, пока я падала сквозь равнодушное небо.

Глава опубликована: 07.11.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
6 комментариев
Для меня ShayneT тоже был одним из моих любимых авторов фанфиков по Worm. Меня всегда поражало, как человек с таким плохим здоровьем находил силы писать так много, так хорошо и так интересно и увлекательно. Именно его кроссовер "Палочка для Рой" вызвала у меня желание ознакомиться с миром "Червя". И мне тоже всегда нравилось, как он переосмысливал знакомые истории, давал героям совершенно другие возможности и исследовал, к чему это могло привести. И вот 04.10.2026 на спэйсбэттлз появляется сообщение со ссылкой на его сестру, что 20 августа 2026 года его не стало. У него была пересажена почка и возникли проблемы с сердцем. Он не дописал свой последний фанфик по "Червю" - "Возрождение". У меня такое впечатление, что он мог стать лучшим в его творчестве. В комментариях к "Возрождению" его читатели до сих пор выражают свою скорбь и сочувствие родным и друзьям ShayneT. Я благодарен уважаемому Переводчику за его работу и желаю ему крепкого здоровья и творческого настроения.
Nizпереводчик
prolisock
У меня такое впечатление, что он мог стать лучшим в его творчестве.
ну "Убить их всех", да и "палочку" сложно переплюнуть, однако да, история была хороша.
Niz
prolisock
ну "Убить их всех", да и "палочку" сложно переплюнуть, однако да, история была хороша.
Я уверен, что история была не просто хороша, а очень хороша, интересна и увлекательна. Может быть, кто-то продолжит?
Кстати, обложка к "Адаптации" мне очень понравилась.
Nizпереводчик
Вот и всё.
Приятного чтения
Niz
Большое спасибо Вам за ваши труды! Ваши переводы всегда отличного качества, читается на одном дыхании! И выбор рассказов для перевода хороший, интересные истории.
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх