Всё в твоих руках (гет)

Дорогие читатели!

Хочу от всего сердца поблагодарить вас за то, что были со мной на протяжении всего этого пути. Ваша поддержка, комментарии и ожидание новых глав — это та самая энергия, которая помогала мне писать дальше. Спасибо, что верили в эту историю и в её героев.

Спешу поделиться важной новостью: мы почти у цели! Осталось всего пара глав, и история получит свой финал. Совсем скоро вы узнаете, чем всё закончилось для персонажей, к которым вы наверняка успели привязаться.

Спасибо, что прошли этот путь вместе со мной.

С теплом и благодарностью, Shelma_v_brod!

Глава 75

— Вы совершаете большую ошибку, — ветер играл мантией Дамблдора, то распахивая полы, то снова скрывая фигуру.

— Это я сам решу! — оскалился Марэ и вздернул меня вверх. Острие ножа уткнулось в горло, обрывая протест на корню. — Думаю, эта малышка погостит еще у нас.

Прикрываясь мной, Марэ и Бирхалз попятились назад. Разрозненная толпа паникующих магов после крепкого словца инструктора пришла в движение. Крышки полетели в стороны, и на свет появились ружья. Это последнее, что я ожидала увидеть от поборников идеи превосходства магов над магглами. Из пустых ящиков соорудили укрытие, в просветы которого высунулись оружейные дула.

— Отпустите девушку, господин Марэ! — со всех сторон на поляну выступили маги. Высокие и низкие, полные и худые, молодые и старые, совершенно непохожие друг на друга, но все хмурые и сосредоточенные.

— Лучше вам съебаться, — Марэ толкнул меня на землю, подхватив ружье. — Положу всех!

— Будьте благоразумны! — мелкий, похожий на обезьяну мужчина прикрылся щитовыми чарами и двинулся в нашу сторону. — Это вам не поможет!

— Отсоси! — грянул выстрел. Пуля пробила щит, лишь на миг мазнув по нему голубой кляксой, и попал в грудь. Мужчина, как подкошенный рухнул в траву и затих без единого стона. — Мой подарочек из Тибета!

Люди укрылись, но не исчезли. То тут, то там показывались силуэты и тени, заставляющие прицелы нервно ходить ходуном.

Потрясла головой. Выстрел звенел в ухе. Пока на меня никто не смотрел, заглянула в ящик с патронами, над которыми явно поработали. Дно каждой гильзы светилось едва заметным голубым светом. Это обескураживало. Врата утянули все волшебство, не делая различий, маг ты или волшебное существо, но причин не верить своим глазам нет. Зная Марэ, можно не сомневаться, что он осквернил какую-то святыню или вырвал священные знания с криками боли, превратив их в инструмент разрушения.

— Вы тревожите силы, с которыми не справитесь. Отступите от задуманного, — силуэт Дамблдора проговори из тени раскидистого ясеня. По нему открыли огонь, но безрезультатно. Там уже никого не оказалось.

— Обещаем вам честный суд, — знакомый голос мистера Аноуна разнесся эхом по поляне.

Марэ сплюнул и прорычал. — На хую я вертел ваш суд!

Все застыли. Воздух над поляной сгустился в тяжелый неподвижный студень, сотканный из ожидания. Тишина давила, заставляя вслушиваться в каждый шорох, всматриваться в каждый жест, искать намеки в коротких приказах. Отряд готовился. Кто-то нервно протирал затвор винтовки уже в сотый раз, хотя тот и так блестел. Кто-то водил дулом из стороны в сторону, беззвучно шевеля губами, то ли повторяя инструкции, то ли молясь. Ну а кто-то беззаботно раскурил папиросу, посматривая в сторону леса, словно происходящее его не касалось.

Марэ пересекся взглядом со здоровяком-инструктором, коротко ему кивнул, вздернул меня вверх, как марионетку на веревочках, и приставил к голове дуло. — Одно заклинание и ее мозги разлетятся по поляне.

Ответа не последовало, но его и не ждали. Отряд сбился в плотный строй, огородил себя щитами-крышками и, подхватив под руки миссис Мальсибер, чья роль в этом отряде от меня ускользала, попятился в вересковые заросли.

Пятясь задом наперед, шарила глазами по округе. Позади остались брошенные ящики и врата. Под ногами чавкали лужи, а помощь не торопилась прийти. Казалось, что все маги остались там, на лесной опушке. Время шло. Птицы кричали все громче. Водоросли пахли острее и ярче. Волны отчетливее шелестели песком. Суровые сосредоточенные лица смягчились. Шаги ускорились.

Извернувшись, увидела то, от чего сердце пропустило удар. Еще полсотни ярдов, и мы поднимемся на белеющий свежими досками причал. Оттуда пересядем в парусную плоскодонную баржу, собратья которой разгуливали по Темзе, и, по всей видимости, отчалим в неизвестность. Если окажусь на палубе — конец. Никто и никогда не сможет мне помочь.

Первые подошвы загрохотали по мосткам. Решившись, ударила по ружью, отводя его в сторону, а следом заехала кулаком в челюсть. Пару шагов и удар прикладом отзывается болью в спине, сбивая с шага. Спешу вперед. Несмотря ни на что, мне нужно найти укрытие. Марэ срывается следом, ударяя по ногам так, что лечу кувырком. Мир перед глазами вертится, то показывая небо, то скрываясь за полой плаща. Тащит вперед, хотя я давно должна была остановиться. Тяжелые шаги и хриплое дыхание преследуют. Марэ не собирается так просто отпускать из своих цепких рук.

— Риддл! — выплюнул он недовольно. Встрепенулась и задергалась, освобождая лицо от травы и песка. Руки затряслись. Я хотела ему верить и одновременно боялась этого.

Сквозь колючие ветки вереска увидела Тома, одетого не по погоде в рубашку и брюки. Единственно в округе дерево наполовину скрывала его силуэт с вытянутой в руке палочкой. Зеленый луч пролетел над головой, но Марэ увернулся, бросившись на землю, где тут же вскинул оружие. Рявкнуло ружье, хлестнув по ушам эхом. Сердце замерло от дикого ужаса, по венам разлился панический страх. Попал? Он попал или нет?

— Верткий ублюдок! — позади щелкнул затвор. — Ну ничего. Достану.

Скинула плащ и подоткнула юбку. Прочь от Марэ. Скорее прочь. Усиленно заработала руками и ногами, увеличивая расстояние.

На барже прогремел взрыв, содрогнувший округу. В одну секунду мерный плеск воды сменился оглушительным хлопком, а затем криками боли вперемешку со шлепками об воду. Столб оранжевого пламени и жирного черного дыма взвился в воздух, жадно пожирая борта баржи.

Испуганно прикрыла рот, наблюдая, как люди, горящие как свечки, мечутся по палубе и пытаются сбить пламя всеми возможными способами. Ничего не помогала. Даже оказавшись в воде, люди продолжали гореть. Повезло только тем, кого выбросило с борта взрывом, но и они проходили испытание на право жить. До берега рукой подать, вот только январские воды вытягивали жизнь не хуже дементоров.

Марэ вцепился в ружье так, что побелели костяшки пальцев. — Где ты, трус? — ревел он в пустоту, перекрикивая стоны и мольбы о помощи. — Покажись, ссыкливый щенок.

Том обозначил свое появление в паре ярдов от нас шепотом, от которого сжался желудок. Марэ уронил ружье, схватившись за ногу, и с силой дернул штанину. В зияющей дыре показалась нога с вновь проявившимся змеиным укусом. Окаменение поползло вверх, с каждой секундой захватывая дюйм за дюймом кожи.

— Это от василиска подарочек! — Том опустил палочку.

— Ублюдок! — Марэ покачнулся и, упав навзничь, замер.

К горящей барже подскочили маги, перекрикиваясь и посылая во все стороны патронусы и заклинания. Колдомедики спешили с носилками, подхватывая пострадавших и тут же отправляя их портключами.

Раздвигая колючие ветки, устремилась к Тому. — Ты как? Цел?

— В порядке. А вот у тебя хлещет кровь.

Опустила глаза вниз. Забег ползком не прошел даром. Колени украшали длинные кровоточивые ссадины. — Ерунда! Заживет!

Выстрел, подобный прощальному привету с того света, догнал меня в пяти шагах от Тома. Обернувшись, успела заметить торжествующую улыбку на каменеющем лице Марэ. Взгляд его устремился в неведомые дали, которые он так желал покорить.

Упала на колени перед осевшим Томом. Из раны на бедре хлестала кровь, подкрашенная голубоватыми крапинами.

— Сейчас помогу! — разодрала штанину, открывая доступ к бедру.

Рана менялась на глазах, еще мгновение назад из нее текла кровь, а сейчас — пенистый гной. Кожа вокруг набухла и побурела. — Черт! Так быстро!

Состояние Тома ухудшалось. Его бросило в жар. На лбу и висках выступили крупные бисерины пота. Он задышал прерывисто, хватая ртом холодный воздух.

«Надо что-то сделать! Надо что-то сделать!» — крик застрял в горле, превратившись в хрип. Схватила его палочку, но бесполезно. Мертвая деревяшка отказывалась выдавать хоть одно заклинание.

Тем временем Том побелел, превратившись в восковую фигуру. Черты лица заострились, под глазами залегли черные тени. Мертвая гнилая плоть расползалась чернильным пятном по бумаге, захватив ногу до колена. Зеленый гной нес сладковатый запах тления.

Вскинулась позвать на помощь, но внезапно Том открыл глаза.

— Фанни, ты же поедешь со мной? — на секунду осмысленный взгляд сфокусировался на мне.

— Куда угодно! — воскликнула, плача.

Том потянулся к карману брюк, но рука безвольно упала. Дыхание замедлилось до еле слышного.

— Вам нужно в Мунго! — какой-то мужчина потянул меня вверх. Я оттолкнула его руки.

— Нет! Нет! — опустила на колени перед Томом. Глаза слепило слезами. — Я без него никуда не пойду.

Рядом просвистела пуля, заставляя мужчину броситься наземь. — Глупая девчонка! Ему уже ничем не помочь! — сдавленно протарахтел он.

— Он жив! Я не оставлю его! — прозвучал второй выстрел.

— Дура, пригнись, — мужчина чертыхнулся и исчез, сказав напоследок. — Приду позже.

«Том не мог прийти, не вооружившись хоть чем-нибудь», — вспыхнула мысль. На землю полетело содержание кармана. Амулеты, мотки странных ниток с кристаллами, руны на свернутых бумажках. Может быть, они и полезные, но я не знала, как их применить и зачем.

Второй карман. Запасная волшебная палочка, паук в хрустальной паутине, горстка бусин и Настойка бадьяна, ушедшая в рану, словно вода в сухой песок. Все не то. Горло перехватил спазм.

Последний карман. Пригоршня бутыльков. Тонизирующее, кроветворное, обезболивающее и еще раз Настойка бадьяна. Крошечный пузырек с золотой каплей заметила только потому, что он блеснул, вылетев из трясущихся рук.

Аккуратно вскрыла пузырек, боясь расплескать. Крошечная капля ужом проскользнула в рот. Напряженно замерла, ожидая чуда, но ничего не происходило.

Страх и пустота опустились чугунными кандалами. Неужели не помогло? Или я сделала что-то неправильно? Легла рядом и прижалась к Тому, вытянувшись во весь рост на стылой земле. Оставалось только ждать.

Баржа легла на дно. Только мачты торчали из воды, и жженые доски качались на волнах. Последних уцелевших обезоружили и заковали в наручники. Тела тех, кому повезло меньше, складывали на прибрежной полосе, укутывая белым полотном.

Глубокий вдох после долгого оцепенения стал предвестником изменений. Руки Тома зажили своей жизнью, едва заметно шевеля пальцами. Мир наполнился радостью без громких слов и заявлений. Впервые за долгое время горячая ладонь Госпожи Удачи ответила на мое слабое рукопожатие.

Ловила каждый вздох, каждое движение ресниц, слабый румянец, заползающий на щеки. Смотрела и понимала: битва еще не окончена, но самый страшный враг — смерть — отпустила Тома из гибельных объятий.

— Так что тут у нас? — над нами возник плечистый колдомедик, поводивший палочкой. — Дело серьезное. Эрни, иди сюда! Тут двое!

Один рывок, и мы оказались в остро пахнущем дезинфицирующим раствором приемном покое Мунго, где меня повели в одну сторону, а Тома погрузили на носилки и направились в другую.

— Нет! Отпустите меня! — уперлась, выдергивая руку.

— Не беспокойтесь. Им займутся. Сейчас требуется помощь вам, — настаивал колдомедик, упрямо ловивший меня за руку снова и снова.

— Нет! Я не могу его оставить!

— Бесполезно, Эрни. У нее истерика, — подскочивший помощник наставил на меня палочку. Последнее, что услышала. — Сомнус! Там за парнишкой авроры явились. Поговори…