Времена иные (гет)

Князь задерживался. То ли возникли непредвиденные сложности, то ли шестерёнки собрания Внутреннего Круга крутились слишком медленно — сообщений практически не было. В том месте, куда отбыл Казимир, сотовая связь была намертво заглушена. Разумеется, собрание старейшин Башни Слоновой Кости проходило в обстановке строжайшей секретности. Единственной информацией была короткая смска «Жив, здоров, в Минск пока не едет». И всё.

Наступила самая короткая ночь в году, и Алисе, как и всем сородичам Минска, предстояло явиться в Элизиум. Вместо Казимира — Ольга. Одно дело — пара дней, но её правление затягивалось, и Алисе это начинало активно не нравиться. Отчасти она понимала своих старших сородичей: чем дольше живешь, тем больше ценишь установленный порядок, и любое, даже временное изменение, начинает восприниматься как катастрофа.

И вот теперь у руля — примоген тореадор. Алиса не могла назвать их отношения плохими — Ольга дала ей несколько бесценных уроков фехтования и никогда не унижала её. Но тень Павла, её скрывающегося сына, лежала между ними незримой преградой, заставляя Алису чувствовать лёгкую, настороженность. Кроме того, панна Румянцева всегда казалась ей существом, жаждущим власти. И теперь, когда Казимир так легко вручил ей бразды правления, в голове зашевелился червячок сомнения: а будет ли куда возвращаться?

Хуже всего было то, что ей не с кем было поделиться этими подозрениями. Павел был её сыном, и его мнение было предвзятым. Витольду же, скорее всего, было абсолютно плевать, кто и как управляет Минском, пока его «епископ» была в безопасности.

Элизиум был полон. Вот они собрались вместе — хоть какая-то отдушина в этой тревожной атмосфере.

Алиса с теплотой скользнула взглядом по Софии, вспоминая, как они пару ночей назад устроили безумное ночное купание в лесном озере. Приятели — это куда лучше, чем просто союзники, хоть и гораздо менее пафосно.

Впрочем, сегодня валькирия даже на её приветственный кивок ответила с неохотой. Вся её поза выдавала напряжение.

— Ты всё услышишь, когда придёт Ольга, — тихо бросила София. — Тут одна история приключилась. С Маргаритой.

Примоген вошла, как всегда, безупречная. На лице панны Румянцевой едва заметная бледность — единственная черта, выдававшая в ней неживую. Все сородичи собрались в зале, и теперь десятки взглядов — выжидающих, беспокойных — были устремлены на неё.

— Как вы видите, князь задерживается, — она начала своё выступление, голос Ольги прозвучал властно, заполнив зал. — Время, когда можно было затаить дыхание и ждать, пока светлейший пан Вишневецкий вернётся домой, вышло. Нам нужно функционировать дальше.

Её взгляд скользнул по залу, ненадолго задержавшись на Мирославе, который стоял в тени, демонстративно непричастный.

— И если у кого-то есть неотложные вопросы, сейчас самое время. Нет? Тогда, Марго, я прошу тебя.

— Да меня просто пытались затащить в машину мужики, — Маргарита вышла вперёд, театрально закатив глаза и скрестив руки на груди. — Обычное дело. В девяностые такое каждый вечер было. Просто в этот раз это совпало с отъездом Казимира, вот и все. А то, что у них были яркие ауры… так они иногда такие бывают. Редко, но бывают.

Алисе эта информация ни о чём не говорила. Однако другие сородичи, особенно старшие, встрепенулись, словно акулы, учуявшие кровь.

— Яркая аура бывает у оборотней, — тихо пояснила Алисе София. Услышали все.

— Оборотни? — Артем присвистнул. — Только этого добра нам не хватало.

— Пока что неясно, оборотни ли это, — задумчиво произнесла Вера, не обращаясь ни к кому конкретно. — У цвета ауры может быть множество объяснений.

— Поставим патрули, будем следить… — начал шериф Николай, но его перебил Костерев.

— Пан Йованович, вы прославились своими битвами с этими тварями. В случае, если информация подтвердится, мы же можем на вас рассчитывать?

— Пан Йованович — гость в нашем городе, — резко, слишком резко парировала Ольга.

— Ну так и что? — вступил в спор Мирослав, выходя из тени. — Считаете, я не справлюсь?

— Вопрос закрыт. Продолжаем. — холодно отрезала Ольга, и в её глазах вспыхнули опасные огоньки.

Тут вмешался отец Самуил.

Он сделал шаг вперед, и зал вдруг заполнился тёплым светом. Ощущение было похоже на рассвет, с той лишь разницей, что это смертоносное сияние, мельчайшими искорками касавшееся каждого вампира в зале, таило в себе неодолимую, гипнотическую притягательность. Алиса почувствовала, как её Зверь внутри замер, заворожённый.

— Следите за собой, — тяжко, словно поднимая невидимую ношу, произнёс священник. — Зверь не дремлет. И враг тоже.

С этими словами он развернулся и вышел, оставив зал в ошарашенном, гнетущем молчании.

— Силён мужик, — наконец, сдавленно присвистнул Николай, прерывая пузу.

И планерка потекла дальше, но уже в ином, более собранном ключе.

Первым слово взял Шнайдер. Его отчёт о банковской сфере был безупречен, но Алиса заметила, как его пальцы нервно постукивают по папке. «Всё стабильно, обороты скромные, но перспективы есть. Однако текущая неопределённость не способствует смелым инвестициям».

Затем София, всё ещё нервничая, доложила об отсутствии следов Шабаша, бросив многозначительный взгляд на Алису и Мирослава.

— Но есть другая проблема. Свободные авторы и блоггеры активно интересуются вампирской тематикой. И ещё эти... мемы, — она произнесла слово с таким отвращением, что Алиса прыснула.

Маргарита, всё ещё бледная, крутила локон у виска.

— В криминальном мире Минска тоже не всё гладко. Я не вижу привычных лиц на привычных местах. Что касается технологий — ничего нового.

Отчёт Николая был, как всегда, длительным, подробным и исчерпывающим. Он предлагал конкретные меры по усилению патрулирования и проверке всех подозрительных активностей на границах городского домена.

Затем слово взяла сама Ольга, чётко и лаконично обрисовав текущую ситуацию в международной политике Камарильи, насколько это было возможно в условиях информационного вакуума.

Врач-малкавианин Крестьянинов, контролирующий медицинскую сферу, нервно пробормотал, что «всё в норме», но его беспокоит участившиеся случаи нападений волков в районе лесопарковых зон — статистика выходила за рамки обычной криминальной.

Завершил всё Мирослав своим коронным: «Я тут, с милости князя, гость, но если кому нужна помощь — обращайтесь».

«Гость, — ядовито подумала Алиса, глядя на то, как Ольга снова сжала губы. — Такими вещами с гостями не делятся».

Однако её мысли снова и снова возвращались к рассказу Маргариты и отчёту Крестьянинова. «Яркие ауры», исчезнувшие криминальные авторитеты и нападения в парках. Слишком много совпадений. Это пахло бедой, которая, в отличие от политических интриг, не ждала, пока закончится собрание Внутреннего Круга.