Империя Поттеров (джен)

Том крепко спал, прижавшись щекой к плечу Генри, когда тот поднялся на крыльцо дома. На улице все еще стояла глубокая ночь, и лишь в окнах холла и кухни горел свет.

Генри успел сделать всего несколько шагов по ступеням, когда дверь перед ним распахнулась. На пороге стояла Тайни, которая, очевидно, не сомкнула глаз, ожидая возвращения хозяина. Генри подумал, что та если и не знала наверняка, то догадывалась о том, чем именно он был занят за закрытой дверью потайной комнаты в своей мастерской, где работала Капсула Жизни. Знала она и о том, что Генри несколько часов назад вовсе не в одиночестве покинул Поттер-мэнор — и догадывалась, что хозяин готовит нечто особенное. Но не смела ни о чем спрашивать и озвучивать свои догадки. Она просто ждала.

И теперь, когда она увидела Генри, а затем — спящего у него на руках мальчика, то не сдержалась и вскрикнула от переполнившей ее радости. Из огромных глаз цвета спелого крыжовника потекли слезы. Она не могла не почувствовать в ребенке кровь и магию семьи, которой служила.

— Хозяин! — прошептала она. — Хозяин принес еще одного маленького господина! Еще одного наследника Поттеров! О, Мерлин, Тайни так счастлива! В доме будут два маленьких хозяина!

Генри улыбнулся и прошел мимо домовички сквозь двери, оказавшись в тепле холла.

— Все верно, Тайни. Ты права. Это Том — мой сын.

Слова "мой сын" в отношении Тома все еще звучали для него странно. Легенда, которую они с Дианой подготовили для появления этого мальчика в мире, гласила, что Генри узнал о существовании ребенка лишь этой ночью, когда таинственная женщина оставила его в приемной госпиталя. Поэтому комната для Тома пока оставалась пустой. Генри не мог заранее подготовить ее, это вызвало бы вопросы. Ведь до этой ночи лорд Поттер не мог знать, что у него есть ребенок.

Но сейчас, когда план был приведен в действие, это нужно было немедленно исправить.

— Тайни, я попрошу тебя подготовить спальню напротив детской Гарри. Ту, где раньше ночевал Сириус, когда поссорился со своей семьей. Позже мы обставим ее так же хорошо, как комнату Гарри, но пока просто прибери ее, растопи камин и подготовь самое мягкое постельное белье.

— Да, хозяин! Сию минуту! — глаза Тайни засияли еще ярче, когда она получила поручение позаботиться о новом маленьком Поттере. — Тайни все сделает! Там будет тепло и уютно, как в гнездышке пикси!

Она исчезла, а Генри начал подниматься по ступеням на второй этаж.

Комната напротив детской Гарри была просторной, а ее окна выходили на ту часть сада, где росли зимние яблони и другие прекрасные садовые деревья, и где издалека виднелась кузница Ульриха. Сейчас комната казалась немного безликой с ее изящными, но не очень подходящими для детской обоями. Из мебели в ней была лишь двуспальная кровать под простым покрывалом, пустой плательный шкаф и стол со стулом. Но стоило появиться Тайни, как огонь в камине вспыхнул веселым пламенем, портьеры раздвинулись, открывая вид на сияние набухающих бутонов поющей сливы, а постель покрыли чистые благоухающие лавандой простыни из нежнейшего хлопка.

Генри осторожно уложил Тома на кровать, и тот тихо вздохнул во сне, перевернулся на бок и обнял подушку. Его лицо было таким мирным и безмятежным... Генри на миг замер. Больше никто не должен отнять у этого ребенка детство и превратить его в монстра.

Когда Тайни исчезла, оставив их одних, Генри глубоко вдохнул, протянул руки над спящим мальчиком и сосредоточился на родовом камне Поттеров в хранилище под домом. Магия предков отозвалась с готовностью и даже радостью — как и домовичка, предки были счастливы приветствовать нового Поттера в доме и в семье.

— Я, Генри Поттер, глава рода Поттеров, принимаю этого ребенка в свой род. Пусть кровь моя станет его кровью, пусть магия моя станет его защитой. Отныне он — Томас Поттер.

Магия рода не стала сопротивляться или проверять чужака. Хоть Генри и включил в его генетический код и магическую суть наследие Слизерина, значительная его часть принадлежала все же Поттерам. Ритуал наречения — и принятия в род — прошел быстро и гладко. Мальчика на миг окутало золотистое сияние. Магия рода Поттеров обняла Тома, признавая своим, и связала его с Генри и Гарри.

Генри глубоко вдохнул, собрался с духом и тихо произнес заклинание бережного пробуждения.

Том открыл глаза. Они оказались темными, почти черными в сумраке комнаты, которую освещало лишь пламя камина и сияние сада снаружи. Черты лица мальчика были удивительно знакомыми — он очень походил на маленького Тома Риддла, которого Генри прекрасно знал из его воспоминаний. Но во взгляде сейчас не было затравленности и колючего недоверия, лишь детское удивление и растерянность. Сегодня был первый день его новой жизни, и его разум был чист.

Генри присел на край кровати.

— Привет, Том, — тихо сказал он.

Мальчик моргнул. Он не понимал его слов, ведь пока что возможности Капсулы Жизни не позволяли поместить в разум создания никаких знаний, а все прежние знания о жизни Волдеморта Генри уничтожил.

Генри почувствовал укол вины, но быстро ее подавил. Он направил поток тихой успокаивающей магии к ауре мальчика, обещая безопасность, тепло и защиту.

— Все хорошо, — продолжил Генри. — Тебя никто не обидит.

Том медленно выдохнул. Он все еще не понимал речи, но тон голоса и исходящее от Генри тепло подействовали как нужно.

В этот момент дверь с тихим скрипом приоткрылась, и в комнату без спроса проникла черная тень. Обычно свирепый и непредсказуемый Кошмар сейчас двигался осторожно и медленно.

Генри напрягся. Он боялся, что вид страшного зверя с горящими желтыми глазами напугает мальчика до истерики, но случилось нечто совсем иное. Кошмар легко запрыгнул на кровать и, мягко ступая по простыням, с низким вибрирующим мурлыканьем приблизился к Тому.

Том замер, но после короткой паузы протянул к зверю свою маленькую руку и коснулся густой шелковистой шерсти на голове книззла.

Кошмар ниже опустил голову, в которой застряли колючки из сада, и позволил себя погладить. Он замурлыкал еще громче и аккуратно лег рядом с Томом, не сводя внимательного взгляда с нового детеныша своего прайда. Кошмар пришел позаботиться о нем, успокоить и защитить.

И это сработало — в компании огромного черного зверя Том окончательно расслабился. Он продолжил гладить шерсть Кошмара, и вскоре его дыхание выровнялось и стало глубоким и спокойным.

"Позаботься о нем, Кошмар. Будь рядом".

Книззл лишь небрежно дернул ухом, будто сообщая, что просьба Генри бессмысленна и он и без него знает, как правильно обращаться с крошечными несмышлеными детенышами.

Убедившись, что Том в надежных лапах, Генри поднялся с кровати и подошел к двери. За ней все еще стояла Тайни и ждала его поручений.

— Когда он проснется, накорми его чем-нибудь легким и теплым. Он пока не говорит и ничего не понимает. Будь с ним внимательна.

— Да, хозяин! — прошептала домовичка. — Тайни все сделает! Маленький господин будет сыт и согрет!

Генри еще раз посмотрел на кровать. Том уже почти заснул, обнимая первого в его новой жизни друга.

Он закрыл за собой дверь и некоторое время стоял в коридоре, прислонившись спиной к стене.

Все было сделано. Но его по-прежнему не оставляли сомнения.

Правильно ли он поступил? Сможет ли он вырастить из этого мальчика достойного человека? Хватит ли у него мудрости и терпения, чтобы направить эту сильную сложную душу по другому пути? Что, если он не справится и, несмотря на все усилия, тень прошлого все же настигнет ребенка, и он повторит свои ошибки?

Из комнаты доносилось тихое мурлыканье. Тайни что-то варила на кухне, готовясь явиться к юному хозяину по первому зову. Эти двое не сомневались ни секунду и готовы были просто заботиться о маленьком мальчике, который вдруг появился в их жизни, и просто любить его. И Генри собирался последовать их примеру.