Цикл Неизбежности (джен)

Люмиан раньше уже вкратце рассказал Лии, Райану и Валентину о том, что на груди Гийома Бене проступал чёрный терновый символ, что в почётном имени скрытой сущности есть «Неизбежность», а к материалам её сферы относятся серый янтарь, тюльпан, гвоздика и мускус. Вот только источник всего этого он целиком свалил на приходского падре, будто сам был ни при чём.

Теперь, едва услышав его напоминание, Лия, Райан и Валентин мгновенно насторожились и пришли к сходным догадкам.

— Место жертвоприношений? — тихо пробормотал Райан.

Пока он говорил, все перевели взгляд внутрь подвала.

При слабом свете, стекавшем со стороны лестницы, они с трудом различили общий вид пространства:

Подземное помещение под церковью было чуть больше всего первого этажа дома Люмиана. Пол выстилали серо-белые каменные плиты, по краям, куда почти не доходил свет, царила густая тьма, а посреди зала возвышалась каменная платформа высотой в половину человеческого роста. Верх платформы слегка вдавливался, словно там что-то было спрятано, но разглядеть как следует не удавалось.

Размышляя, Люмиан тихо сказал:

— Возможно, именно здесь приходской падре и его люди молятся злой сущности, выпрашивая «дары».

— Они построили алтарь злого бога прямо под церковью! — Валентин был вне себя от ярости, и Люмиан заподозрил, что в следующий миг тот вспыхнет, превратится в святой свет и очистит здесь всё.

— Спокойно. — Райан похлопал Валентина по плечу. — Будь готов зажечь пламя.

Затем он жестом велел Лии провести разведку.

Лия, сохраняя сладкую улыбку, втянула воздух вздёрнутым носом и сказала:

— Скрытая сущность, в почётном имени которой есть «Неизбежность», очень любит ароматы…

С этими словами она пошла внутрь подвала, и её губы зашевелились, словно она беззвучно что-то читала. Четыре маленьких серебряных колокольчика снова зазвенели: то резко и часто, то мягко и размеренно.

Один шаг, два, три… Лия обернулась и сказала Райану и остальным:

— У входа ничего необычного.

Только тогда Райан, Люмиан и Валентин через старую коричневую деревянную дверь вошли в подвал и подошли к месту, где остановилась Лия.

Лия продолжила идти вперёд. Не успела она сделать несколько шагов, как серебряные колокольчики на её вуали и сапогах заходили ходуном.

Динь-динь-дан-дан! Звук резко разнёсся во все стороны.

Вокруг Райана тут же возникли точки света, похожего на рассветный. Они сгустились и облекли его тело в серебристо-белый полный доспех. В то же мгновение в руке Райана появился огромный меч из чистого света.

А Валентин чуть развёл руки, позволяя золотым иллюзорным языкам пламени гореть рядом с собой.

Один из языков пламени вдруг вытянулся и расширился, и из него вышла фигура Лии. От места возле алтаря она вернулась туда, где стояли Люмиан и остальные.

«До чего удивительно…» Люмиан снова поразился тому, как проявляла себя Лия. По сравнению со способностями Пути Солнца, которые можно было понять и представить, и с боевым состоянием Райана, всё, что показывала Лия, казалось ещё более странным и чудесным. Взять хоть вчерашнюю способность перенести его рану с бедра к краю голени — просто невероятно.

Столкнувшись с внезапной «тревогой», Люмиан всё же сделал единственное, что мог: вытащил железно-чёрный топор и спрятался за спиной у заметно выросшего Райана.

Заодно он огляделся, но не заметил никаких странных перемен. А ведь у него было включено Духовное Зрение.

Впрочем, кое-что Люмиан всё-таки заметил: благодаря свету от золотого пламени он разглядел у краёв подвала груды человеческих костей, часть которых ещё была покрыта светлой овечьей шкурой.

«Прежние жертвы? Приходской падре и его люди проводят здесь еретические обряды уже как минимум полгода, а мы с Авророй ничего не заметили…» Мысли Люмиана молниеносно сменяли друг друга, и он вновь ощутил, какой чужой сделалась деревня Корду, где он прожил почти пять лет. Это место неизвестно когда перестало быть нормальным. Возможно, оно не было нормальным с самого начала.

— Всё в порядке? — спросил Райан, настороженно глядя в сторону алтаря.

Лия покачала головой:

— Проблемы я не чувствую. Только признаки опасности.

— Странно… — Люмиан только повернул голову и взглянул на Лию, как его голос резко оборвался.

Он увидел, что лицо этой красивой женщины стало полупрозрачным, а под ним будто ползали туда-сюда, то зарываясь, то выбираясь наружу, извивающиеся черви. Вся она выглядела куда страшнее и зловещее, чем легендарные злые духи; от такого немела кожа на голове и бешено колотилось сердце. Это попросту выходило за пределы воображения Люмиана. Он подозревал, что из-за этого ему ещё долго будут сниться кошмары.

— Твоё… твоё лицо! — не сдержав ужаса, предупредил он Лию.

Лия машинально коснулась лица правой рукой — и взгляд её тут же переменился. А вот изменилось ли у неё выражение лица, Люмиан не мог разобрать за этими прозрачными извивающимися червями.

Лия поспешно посмотрела на тыльную сторону руки. Кожа там тоже стала полупрозрачной, а плоть под ней, казалось, вся превратилась в странных червей.

— Ты на грани потери контроля! — Валентин тоже заметил состояние Лии.

Лия недоумённо пробормотала:

— Но с психикой у меня всё в порядке.

— Сначала убедись, что это не твоя галлюцинация, — напомнил Райан, повернув голову.

Почти в то же мгновение Люмиан заметил, что рослый воин стремительно уменьшается. Серебристо-белый полный доспех на нём и огромный световой меч в руке тоже начали распадаться. В мгновение ока Райан превратился в коротышку ростом чуть больше полутора метров, а коричневая верхняя одежда и светло-жёлтые брюки стали ему либо велики, либо длинны.

«Он тоже изменился? Только со мной и Валентином ничего не случилось…» Зрачки Люмиана резко расширились, и он невольно взглянул на Валентина.

— Райан, ты уменьшился! — поспешно предупредил товарища Валентин, уже превратившийся в человека из чистого света.

— … — едва не ослепнув от этого света, Люмиан торопливо спросил Лию: — Я изменился?

Лия, с бесчисленными прозрачными червями, будто пытавшимися выползти наружу, но не способными покинуть плоть, ответила:

— Ты совершенно нормален. Но в такой ситуации нормальность, возможно, и есть самая большая ненормальность.

«Я нормален? Неужели чёрный терновый символ защитил меня, и здешняя „опасность“ сочла меня своим?» У Люмиана внезапно появилась догадка.

К этому времени Райан уже осмотрел себя и, продолжая стоять настороже, сказал:

— Я не уменьшился, а вернулся к прежнему облику. Даже потусторонние способности утратил.

— К прежнему облику? — вырвалось у Люмиана.

Он смутно о чём-то догадался.

Райан кивнул:

— Да. Я от природы маленького роста, а для мужчины это большое несчастье, поэтому, когда подбирал зелье, выбрал «Воина». Оно эффективно меняет рост.

Не знаю, повезло мне или не повезло, но в последние пять-шесть лет потусторонних чудовищ и аномальных явлений, связанных с Путём Воина, стало много, и я мог меньше тревожиться о материалах, необходимых для продвижения.

Выслушав Райана, Люмиан примерно понял, откуда взялась эта аномалия:

— Ты вернулся в «прошлое»! Насколько я знаю, сферы власти той скрытой сущности связаны с прошлым…

На этом месте он, подражая той таинственной госпоже, намеренно выдержал паузу и добавил ещё несколько слов:

— А ещё с настоящим, а также… а также… а также с будущим.

Хотя теперь он говорил на интисском, осторожность всё равно не была лишней.

Лия отреагировала очень быстро и выпалила:

— Мы с Валентином вошли в будущее? Это состояние одного из вариантов нашего будущего?

— А я — настоящее? — Люмиан вопросом подтвердил догадку Лии.

Следом он вспомнил трёхликое чудовище, встреченное в руинах сна. У того чудовища была только одна голова, но на ней росли три лица: старческое, зрелое и юное. Люмиан подозревал, что это тоже был дар хозяина чёрного тернового символа, причём дар более высокого уровня, но получивший его не сумел выдержать или столкнулся с какой-то неожиданностью и превратился в трёхликое чудовище.

Лия слегка кивнула:

— Похоже на то. Но это изменение состояния никак не повлияло на мою психику. Я совершенно не чувствую, что близка к потере контроля.

— Я тоже не чувствую, что горю, — добавил Валентин.

Райан подумал и сказал:

— Я тоже не потерял память.

Возможно, здесь осталось лишь немного силы, и она не может повлиять на психику, душу и память. Но если долго сохранять такое состояние, я не уверен, не появятся ли серьёзные последствия.

Со мной ещё ничего: в крайнем случае снова выпью зелье и продвинусь заново. А вот у вас будущее изначально могло сложиться по-разному, но теперь оно, возможно, уже предопределено: одна потеряет контроль, другой превратится в святой свет. Вот это и есть, хм, моё понимание «Неизбежности».

— Какой ужас, — с улыбкой вздохнула Лия. — К счастью, мы можем перезапустить цикл, а ещё можем попробовать найти здесь «настоящее».

Убедившись, что никакие жуткие чудовища вокруг не нападают, Люмиан предложил:

— Может, сначала выйдем и посмотрим, сможем ли восстановиться естественным образом? К тому же по пути, возможно, попадётся сила, представляющая «настоящее».

Райан не возразил:

— Можно попробовать.

Теперь он был обычным человеком, и идти дальше для него было очень опасно.

— Боюсь, ещё одно изменение состояния напрямую приведёт к потере контроля, — осторожно сказала Лия.

Встретить «настоящее», конечно, было бы хорошо, но встретить «прошлое» означало бы неприятности; а что случится, если поверх этого наложится ещё одно «будущее», никто не знал.

Люмиан вызвался:

— Я разведаю дорогу. У меня ещё есть один шанс изменить состояние.

Главным образом он хотел проверить, то ли ему просто повезло и он встретил «настоящее», то ли его защитил чёрный терновый символ на груди.

— Осторожнее, — Райан не стал его останавливать, только предупредил. Лия следом кивнула.

Взгляд Валентина, обращённый к Люмиану, тоже стал уже не таким холодным.

Он невольно подумал:

«У этого юноши сильный дух самопожертвования, да ещё он благочестивый верующий в моего Господа. Когда цикл будет снят, надо будет посмотреть, нельзя ли очистить скрытую Порчу в его теле и позволить ему присоединиться к нашему отряду.»

Увидев, что Люмиан вот-вот шагнёт вперёд, Валентин, уже вернувший себе спокойствие, предложил:

— Может, я сначала попробую снять это состояние?

Никто не возразил, и Люмиан тоже: он находился в «настоящем», ему не нужно было ни снимать «негативное состояние», ни принимать очищение.

В следующую секунду он понял, что просчитался.

Валентин не стал сразу творить святую воду, чтобы очистить Лию и Райана, а сперва пустил в ход «Солнечный ореол». Тёмно-золотой свет вспыхнул, и невидимая сила распространилась во все стороны.