Повелитель Тайн (джен)

Что случилось? Клейн мгновенно напрягся.

В прошлом с ним произошло слишком много несчастных случаев, и он знал, что легко может оказаться втянутым в дела Потусторонних. Столкнувшись с чем-то подобным, он невольно настораживался. Это действительно напоминало некую форму посттравматического стрессового расстройства.

Внимательно проследив за тем, как фигура Хейзел Махт исчезает с лестницы, Клейн почувствовал, что она просто торопится и не паникует.

«Это значит, что она держит дело под контролем… Кроме того, Махт — член парламента Палаты общин, член высшего общества, стоящий чуть ниже дворян. Вокруг должны быть Потусторонние, защищающие его. Да, старший сын графа Холла тоже здесь, и его телохранители тоже должны быть Потусторонними… Кроме того, Собор Святого Самуила находится всего в десяти минутах езды на карете от Бёклунд-стрит. Если что-то случится, сюда сразу же примчатся Ночные Стражи, священники и епископы… Если только кто-то не решил умереть, никто не станет устраивать ничего опасного на этом балу…» Клейн постепенно успокоился и выдвинул ещё одно предположение относительно ситуации Хейзел.

Она спешила на третий этаж, чтобы устранить негативное воздействие мистического предмета!

Вопрос, который Клейн задал Арродесу ранее, заключался в том, где он может получить мистический предмет, способный красть чужие способности Потусторонних, и одним из ответов, который он получил, была Хейзел Махт!

Вспомнив их танец, Клейн быстро восстановил в памяти образ Хейзел, обратив внимание на её различные аксессуары.

«Украшения для волос, серьги, ожерелье, брошь, перчатки в сеточку… Что бы это могло быть?» Клейн перевёл взгляд и обнаружил, что хочет пить. Поэтому он взял чашку воды и выпил её.

Как только он поставил чашку, он увидел, что его учительница этикета Вахана Хейзен подходит к нему с тарелкой.

Эта дама была одета в красное платье, но не выглядела безвкусно. Она улыбнулась Дуэйну Дантесу и сказала:

— Я заметила, что вы не любите пить алкоголь.

— Однажды я пропустил важное дело из-за выпивки, — Клейн произвольно обрисовал характер Дуэйна Дантеса как опытного человека.

Конечно, он умел сдерживать себя. Он не стал силой Безликого убирать себе палец в доказательство того, насколько решителен он был, давая когда-то эту клятву.

Услышав это, Вахана задумчиво улыбнулась.

— Ваше прошлое окутано тайной. Это роковым образом притягивает многих девушек.

Она не стала продолжать эту тему, сказав:

— Я забыла сказать вам, что проблема, с которой столкнулся мой муж, решена.

Клейн взял бокал с шампанским и поднял его. Затем он сказал с улыбкой:

— Это повод для радости. Поздравляю.

Он ничего не сказал о том, что помогал тайно.

Вахана бросила на него глубокий, пронзительный взгляд, подняв бокал с красным вином в руке.

— Ваше здоровье.

После звона кубков и глотка Клейн вежливо извинился, отставил свой кубок и направился в туалет.

Это произошло не потому, что он хотел подняться над Серым Туманом, а исключительно из-за негативного воздействия Похоронного Звона. Он выпил слишком много воды, и ему нужно было облегчиться.

Выйдя из туалета, Клейн посмотрел на лестницу, ведущую со второго этажа на третий. Он увидел Хейзел Махт, которая спускалась вниз неторопливыми шагами. У неё было невозмутимое выражение лица.

«Действительно, ничего страшного… Скорее всего, это результат негативных побочных эффектов мистического предмета, которым она обладает… Интересно, что это за предмет…» Клейн вздохнул с облегчением и небрежно оглядел танцпол. Во время перерыва между двумя песнями он подошёл к одной даме и пригласил её на танец.

Учитывая внешность и осанку Дуэйна Дантеса, его приглашение, несомненно, было принято.

Танцуя, ужиная, болтая и снова ужиная, бал медленно подходил к концу, гости прощались один за другим.

Обменявшись визитками, Клейн начал уходить. Однако он был не первым и не последним, кто уходил.

Вскоре в зале воцарилась тишина: мэм Риана наблюдала за слугами, пока те приводили зал в порядок. Тем временем она позвала свою дочь, Хейзел Махт.

— Выступление мистера Дуэйна Дантеса было лучше, чем я себе представляла. Многие дамы даже спрашивали меня о нём наедине, — завуалированно сказала мэм Риана. — Хейзел, какое у тебя сложилось впечатление о нём, когда ты танцевала и общалась с ним? Ты гораздо взрослее девушек твоего возраста. Я верю в твой вкус и суждения.

Она очень хорошо знала свою дочь и намеренно добавила последнее предложение, иначе Хейзел вряд ли было бы интересно давать подробный ответ.

В общении с матерью Хейзел не была такой высокомерной. Она сказала после некоторого раздумья:

— Он не очень хорошо знаком с этим кругом и легко упоминает темы, которые могут быть оскорбительными, но он очень знающий.

— Очень знающий… — Мэм Риана была слегка удивлена, повторяя слова дочери.

Насколько она знала Хейзел, это был довольно хороший комплимент.

Она не могла не беспокоиться, что её дочери приглянулся Дуэйн Дантес.

Хейзел невысокого мнения о подходящих холостяках вокруг неё, потому что они слишком молоды и неопытны? А Дуэйн Дантес как раз из тех мужчин, которые нравятся рано повзрослевшим девушкам… Риана вдруг почувствовала лёгкое сожаление, что пригласила этого джентльмена на бал.

Она знала, что с характером Хейзел та вполне может сбежать, если встретит возражения против своей новообретённой любви.

Хейзел, казалось, почувствовала мысли матери и без эмоций ответила:

— Мне нравятся только достаточно сильные мужчины.

Фух… Риана тихо вздохнула с облегчением, и прежнее опасение больше её не беспокоило. Ведь Хейзел была девушкой, которая считала ложь ниже своего достоинства.

* * *

Поздно ночью Хейзел встала с кровати. С помощью ночного зрения она переоделась в одежду, в которой было удобно двигаться.

Она спустилась с балкона своей спальни и осторожно обошла телохранителей своей семьи. Она прошла весь сад и вышла на середину Бёклунд-стрит. Не в каждом канализационном люке была вертикальная металлическая лестница, по которой мог пройти человек.

Хейзел ловко отодвинула крышку люка и залезла вниз, после чего закрыла крышку снизу.

Спустя почти сорок пять минут она снова сдвинула крышку люка и вернулась в тень улицы.

В этот момент Хейзел увидела тень, проворно метнувшуюся в сад неподалёку.

Бёклунд-стрит, 160… Она прочитала соответствующий адрес.

Это было не что иное, как резиденция Дуэйна Дантеса.

На третьем этаже особняка Клейн снова пробудился ото сна благодаря своей духовной интуиции. У него возникло желание схватить лазутчика, потревожившего его сон, и скормить его Ползучему Голоду.

На этот раз он сразу же открыл свой железный портсигар и выпустил марионетку-Призрака.

Сеньор в своём тёмно-красном плаще сначала подошёл к зеркалу во весь рост, а затем перепрыгнул к окну в комнате своего камердинера.

«Он» наблюдал за Ричардсоном и увидел, как камердинер сел, со страхом и тревогой глядя на дверь.

Дверь бесшумно отворилась, и в комнату вплыла тень.

Под багровым светом луны лазутчик обнажил коричневато-жёлтую кожу, мягкие очертания и короткие вьющиеся чёрные волосы. Очевидно, он был родом с Южного континента.

С мрачной холодной аурой он стоял у двери и смотрел на Ричардсона, говоря глубоким голосом:

— Ты решил? Не надейся, что, уйдя, ты сможешь обрести спокойную жизнь. Внутри тебя течёт кровь подданных Смерти. Тебе суждено отдать всё, чтобы восстановить славу бога. Подумай о своей покойной матери. Подумай о тех оскорблениях, которые ты когда-то перенёс. Хочешь ли ты, чтобы твой ребёнок рос под презрительными взглядами других, чтобы он вечно был слугой других?

— Но что я могу сделать… — Ричардсон опустил голову и с большим трудом произнёс.

— Ждать задания, — голос лазутчика стал более мягким.

Ричардсон не решился ответить, так как, похоже, внутренне боролся.

Что касается лазутчика, то, похоже, его колебания не волновали. Он повёл себя так, словно Ричардсон согласился, повернулся, вышел из комнаты и пошёл назад тем же путём.

«Подданный Смерти… Кто-то из Духовного Ордена или другая организация, пытающаяся возродить Балам?» Став свидетелем всего происходящего, Клейн откинулся на спинку кровати и тихо сказал:

— Какое задание они дадут Ричардсону? Украсть мои деньги, чтобы обеспечить средства для организации? Или устроят террористический акт на одном из балов высшего общества?

В этот момент лазутчик спустился с балкона, прошёл через сад и перемахнул через ограждение из стальных прутьев.

Вдруг он увидел фигуру, бросившуюся на него слева. Он увернулся, сжал кулак и нанёс удар.

Туд!

Удар попал в чёрную фигуру, но пробил её насквозь. Как будто он ударил тень, созданную уличным фонарём.

В то же время он получил сильный удар по затылку и потерял сознание, упав на землю.

За спиной лазутчика тут же появилась фигура Хейзел с возбуждённым выражением лица. Казалось, что она совершила удачную аферу.

Она быстро обуздала свои эмоции, сохраняя высокомерное выражение лица. Она повернулась и посмотрела на чёрные металлические ворота дома 160 на Бёклунд-стрит.

Девушка наклонилась и взяла лазутчика за руку, потащив его к порогу дома Дуэйна Дантеса.

Сразу же после этого Хейзел отпустила левую руку, убрала все следы, прошла вперёд, слегка приподняв подбородок, и нажала на дверной звонок.

Затем она быстро удалилась, направляясь прямо к своему дому через тени на улице.

А на уличном фонаре возле чёрных металлических ворот дома 160 висел кусок стекла. В нём отражалась фигура в тёмно-красном плаще и старой треугольной шляпе. Эта фигура видела весь процесс.

* * *

«Как мне поступить с этим…» Внутри комнаты Клейн был в замешательстве.

Он знал, что Хейзел делает доброе анонимное дело для своего соседа, обезвредив лазутчика, но таким образом, если его дворецкий подаст заявление в полицию, дело будет подробно расследовано, что приведёт к передаче дела Ночным Стражам. Когда придёт время, вопрос о том, кто ударил лазутчика до потери сознания, станет важным.

Если бы Клейн был обычным человеком, это не имело бы значения — он мог бы позволить Ночным Стражам провести своё расследование. Однако он был не только могущественным Потусторонним 5-й Последовательности, но и замышлял украсть предмет из Врат Чаниса. Он не хотел, чтобы внешние неудачи испортили его планы, иначе ему пришлось бы снова менять личность.

Откровенно говоря, самым первым его решением было найти способ отказаться от услуг Ричардсона.

Однако то, что он услышал, немного изменило его мнение.

«Если я откажусь от услуг Ричардсона, это будет всё равно что столкнуть его в пропасть, несмотря на его стремление к спокойной жизни. Это заставит его связаться с этими людьми… К сожалению, у Дуэйна Дантеса есть „миссия“, иначе помочь ему мимоходом было бы несложно…» Клейн вздохнул, задумавшись.

Десять секунд спустя бессознательный лазутчик вдруг встал, свернул себе шею и скрылся в ближайших тенях. И в этот момент дворецкий Вальтер вышёл из главной двери дома, услышав звонок в дверь.