Изменчивая жизнь Дореи Поттер (джен)

Сначала Дора решила попробовать сделать с Эрлом Нортоном то же самое, что было сделано с удивлённой Миртл, в комнату которой теперь переехал художественный клуб. Нарисованные на стенах рисунки уже начали двигаться, и Миртл проводила свою статичную вечность, наблюдая за бегающими по лабиринту нарисованными мышами и прыгающими по плиткам химерами.

Но когда Дора приклеила на противоположную стену пару смешных рисунков, которые должны были отвлечь внимание Эрла на себя, ничего не произошло. Он даже не посмотрел в их сторону.

Дора попыталась поместить туда письмо от друга, который обещал, что скоро вернётся, несколько интересных загадок, которые можно было разгадывать, и автоматический проигрыватель, который пел весёлые песни. Она даже попросила у Долорес мистера Вопилку и посадила его на подоконник напротив портрета.

Ничто из этого не сработало. Эрл словно не замечал ничего вокруг себя, пока Дора не подходила и не указывала ему на это.

На следующей встрече клуба Слизней Дора поинтересовалась у профессора Слизнорта, могут ли портреты читать книги так, как это делают призраки. Её догадка подтвердилась. Профессор Слизнорт ответил, что восприятие окружения призраками сильно отличается от восприятия окружения портретами. Портреты взаимодействуют только с волшебниками, а всего остального для них практически не существует. Именно поэтому портреты никогда не беседуют друг с другом. Только представьте, какой шум стоял бы в замке, если бы они делали это?

Дора поняла, что не было никакого способа сделать так, чтобы Эрл Нортон не был несчастлив большую часть времени, кроме как постоянно разговаривать с ним. Она была так расстроена из-за этого открытия, что когда к ней подошёл Ремус, чтобы потребовать вернуть Мантию Невидимости Джеймсу, ей было всё равно. Мантия никак не могла помочь.

— Чего ты опять хочешь? — спросила у него Дора, когда он остановился напротив неё в коридоре. — Сразиться за Мантию Невидимку моего брата, чтобы заставить меня вернуть её ему?

— Да, давай сразимся, — сказал Ремус.

Дора тут же атаковала его, потому что в этот раз они не были в библиотеке. Несмотря на то, что Мантия Невидимости прямо сейчас не была ей нужна, Дора победила, и Мантия пока осталась у неё. Оставив Ремуса лежать оглушённым в коридоре первого этажа, Дора пошла на ужин. Песня о Салазаре Слизерине, которую Джеймс спел в Большом зале, была насмешливой, а не прославляющей, так что Дора отказалась отдавать ему Мантию после этого тоже.

После ужина Дора пошла в библиотеку, чтобы продолжить составлять древо семьи Нортон и поискать книгу о лечебных зельях, в которой будет описание лекарства, которое принимал Эрл. Может быть, она не могла помочь ему, как помогла Миртл. Но она могла позаботиться о его памяти и закончить работу по созданию древа, которую она делала.

* * *

Возможно, Доре стоило бы готовиться к экзаменам вместе с Долорес и другими однокурсниками. Первый экзамен по истории должен был быть уже через два дня, так что откладывать подготовку было нельзя. Но её мысли постоянно возвращались к Эрлу Нортону и лечебным зельям.

Лечебные зелья были программой пятого курса зельеварения, так что книг на эту тему в библиотеке было огромное количество. Дора взяла несколько из них. Стандартный учебник за пятый курс Либациуса Бораго. Большой сборник, написанный Сиреллой Слизнорт, прабабушкой профессора Слизнорта. Специализированный сборник о сердечных недугах, написанный всего сорок лет назад Дунканом Дьюком, целителем Святого Мунго. Другой специализированный сборник о лечении детских болезней, переведённый с галлийского.

Дора сидела в библиотеке, листая страницы, проглядывая описания приведённых там зелий в поисках чего-то коричневого с чёрными точками и вкусом, похожим на отсыревшую корицу.

В книгах было много чего интересного. Например, зелье Пространственной Стабильности для лечения спонтанных аппараций у детей, длительный приём которого приводил к тому, что им было сложнее осваивать контролируемые аппарации, когда они становились взрослыми. Или, например, зелье Замершего Сердца, изобретённое Полин Поттер в девятом веке, приём которого заставлял кровь двигаться по венам и артериям с помощью магии, даже если сердце больше не годилось для того, чтобы перекачивать её самостоятельно. Оно не использовалось современными целителями, потому что теперь были изобретены аналогичные зелья, которые действовали эффективнее и стоили дешевле. Оно было приведено в книге исключительно в образовательных целях. Но когда-то это зелье было единственным спасением от тяжёлой болезни, и его изобретение сделало Полин Поттер очень богатой и привело к тому, что семья Поттеров получила освободившееся место в Визенгамоте и стала Благородным Домом.

Читать об этом было интересно, но Дора заставила себя листать дальше. Если она будет застревать на каждой второй странице, потому что там написано что-то интересное, она никогда не найдёт это коричневое зелье с чёрными точками и никогда не начнёт готовиться к экзамену по истории.

— Идёшь ужинать? — спросила Долорес, закрывая свой учебник по истории.

— Иди одна, я ещё немного почитаю здесь, — ответила Дора, не отрываясь от книги.

Дора старалась не пропускать еду часто, чтобы никто не начал думать, что Дорея Поттер вообще не бывает в Большом зале. Но один или два пропуска время от времени не будут подозрительны. Может быть, у неё нет аппетита. Может быть, родители прислали ей вкусные закуски, и она объелась ими в спальне.

Дора продолжила свои поиски, переворачивая страницы, на которых не было ничего похожего на описание Эрла. Зелье, которое он принимал, явно было редким, потому что его не было ни в стандартном учебнике за пятый курс, ни в большом сборнике. Но Дора и не собиралась сдаваться.

* * *

— Лечебные зелья? — спросила Лили, когда столкнулась с Дорой в библиотеке около книжных полок. — Разве это не программа пятого курса? Ты всего на третьем!

— Это внеучебный проект, — ответила Дора, быстро проглядывая корешки стоящих на полке книг. — Мне нужно найти одно зелье по его описанию.

— Мне кажется, тебе нужно сделать перерыв и поесть, — рассудительно заметила Лили. — И умыться. И причёсаться.

Дора слегка раздражённо посмотрела на неё и превратила свои волосы в более аккуратные, а своё лицо в более чистое и умытое. Ей не нужно было причесываться или умываться. Лили лезла не в своё дело.

— Просто беспокоюсь за тебя, — миролюбиво сказала Лили. — Как насчёт такого варианта. Я помогу найти тебе твоё зелье, а когда мы это сделаем, ты сразу пойдёшь поешь?

— Ладно, — неохотно ответила Дора. Ей на самом деле не помешала бы помощь в поисках, потому что учебный год уже заканчивался, а она всё ещё ничего не нашла. Она протянула Лили одну из взятых книг, и Лили открыла её на первой странице. — Я ищу коричневое зелье с чёрными точками, которое на вкус как отсыревшая корица.

— Ой, — сказала Лили и тут же закрыла книгу. — Так это же просто зелье Слабости Беккера. Мы с четвёртым курсом варили его у профессора Слизнорта в январе. Но это яд, а не лечебное зелье, так что не удивительно, что ты не нашла его здесь.

— Яд? — потерянно переспросила Дора.

— Не смертельный, — уточнила Лили и процитировала по памяти. — Вызывает слабость и головокружение. Сирил Слизерин использовал его в своей последней дуэли, чтобы ослабить своего противника и заставить его ошибиться, за что был с позором освистан! Хотя при больших дозах оно может оказаться смертельным.

— Наверное, это другое зелье, которое выглядит похоже, — скептически ответила Дора. — Зелье, которое я ищу, это лекарство, а не яд. Может быть, ты просто перепутала.

Дора забрала у Лили свою книгу обратно и вернулась за стол, чтоб продолжить поиски самостоятельно.

Через несколько минут Лили пришла снова со своим учебником по зельеварению за четвёртый курс. Она открыла его на странице, где было описание зелья Слабости Беккера, его рецепт и рисунок каждой стадии. Последний рисунок, на котором было нарисовано готовое зелье, выглядел именно так, как Эрл описывал своё лекартсво.

— Это просто совпадение, — отмахнулась Дора, потому что это не могло быть правдой.

— Не бывает настолько точных совпадений, — убеждённо сказала Лили. — Смотри, тут даже написано про вкус корицы и ощущение сырости.

Дора неохотно пробежала глазами текст, который подтверждал слова Лили. Внизу страницы было написано, что при больших дозировках это зелье может вызывать замедление сердцебиения вплоть до полной остановки. И что антидота от передозировки пока не существует.

Действительно, настолько точных совпадений не бывает. Это было именно то зелье, которое Дора искала, даже если в этом не было никакого смысла.

Мать Эрла очень любила его, это было заметно по каждой маленькой истории о ней, которую Эрл рассказал Доре. У неё не было никаких причин пытаться его убить. В этом не было никакого смысла.

И всё же это было так.

Возможно, она не пыталась его убить. Возможно, она просто пыталась удержать его рядом с собой, не давая ему уехать в Хогвартс. Эрл заболел как раз тогда, когда должен был поступить на первый курс. Возможно, она просто случайно превысила дозировку зелья или накопительный эффект оказался сильнее, чем она ожидала, и это привело к его смерти. Всё, что она делала дальше, заказывая у мастера Гонта портрет и помещая его в стенах Хогвартса, было похоже на безнадёжную попытку искупить свою вину.

— Проклятье, — прошептала Дора, сжимая в руках учебник Лили. Мягкие страницы сминались в её руках, но она не обращала на это внимания.

— Кто-то отравил кого-то этим зельем? — обеспокоенно спросила Лили, наблюдая за её реакцией.

— Да, — ответила Дора.

— Тогда нужно скорее позвать мисс Помфри, — тут же уверенно сказала Лили. Она протянула Доре руку, предлагая ей подняться. — Она будет знать, что делать, лучше, чем мы! Идём!

— Поздно звать мисс Помфри, — ответила Дора, проигнорировав её руку. — Это случилось триста лет назад.

Дора засмеялась невесёлым смехом. Лили растерянно моргнула. Несколько секунд они обе молчали, а потом Дора встала и выбежала из библиотеки. Кажется, Лили побежала за ней, пытаясь догнать её, но Дора надела Мантию Невидимости и скрылась из виду.