Повелитель Тайн (джен)

Внутри виллы Одры Эмлин увидел Косми, который тоже был бароном, как и он.

Этот сангвин, выглядевший как мужчина в расцвете сил, был представителем Ниббса Одры.

«Я тоже барон, причём недавно достигший совершеннолетия…» — внутренне пробормотал Эмлин. Он встал с дивана в комнате для занятий и поклонился.

— Добрый вечер, милорд.

Косми как раз собирался что-то сказать, когда его нос дёрнулся. Затем он бросил взгляд на деревянный сундук у ног Эмлина.

— Запах свежей крови?

Спросив в недоумении, он, похоже, что-то сообразил, и после секундного раздумья добавил:

— Ты убил ещё одну цель?

Эмлин скривил губы и покачал головой.

— Нет.

Затем, прежде чем Косми успел спросить дальше, его улыбка стала многозначительной.

— Не одну, а две.

Две? Джентльмен средних лет был ошеломлён, наблюдая, как Эмлин наклонился, чтобы открыть крышку.

Во время этого процесса лицевые мышцы Эмлина слегка вздрогнули, поскольку это движение задело рану на его правой руке.

Сдерживая изменение выражения лица, Эмлин позволил своей руке слегка свеситься вниз, наклонил сундук и открыл содержимое сидящему напротив него барону.

Две обугленные окровавленные головы были засунуты в кипу старых газет. Сбоку лежали два прозрачных предмета, напоминающие сердца: одно красное, наполненное жизненной силой, а другое почти чёрное.

Эта впечатляющая сцена отразилась в глазах Косми, когда он удивлённо поднял голову и уставился на Эмлина:

— Это ты сделал?

Хотя он смог распознать только одну голову, принадлежащую Галису Кевину, две Потусторонние характеристики Вампиров нельзя было подделать!

Эмлин положил деревянный сундук и позволил своей правой руке естественно свисать вниз. Незаметно он едва заметно провёл правой рукой по краю брюк и с улыбкой ответил:

— Конечно.

— Дело вот в чём: получив тогда награду в 7 000 фунтов, я купил наследие одного барона на одном собрании потусторонних. С его помощью я продвинулся.

— Я не хочу использовать деньги, чтобы потакать убийцам, которые охотятся на нас, сангвинов, но и не хотел, чтобы это наследие попало в чужие руки. Кроме того, продавец не обязательно был охотником.

Воспользовавшись случаем, Эмлин раскрыл тот факт, что он уже стал бароном. Более того, каждое его слово было правдой.

Этому приёму он научился в Клубе Таро.

«Я давно знал, что ты барон. Неужели ты думаешь, что твои частые покупки всевозможных предметов с духовными свойствами и заимствование книг о зельях остались бы незамеченными? Если бы не определённые причины, мы бы давно тебя расспросили… Что меня удивляет, так это твои боевые способности. У тебя нет ни одного мистического предмета, а если учесть, что ты покупаешь только кукол, то охотиться на двух искусственных вампиров, не поднимая шума, нелегко даже для барона… Даже мне пришлось бы как следует подготовиться и собрать подробные сведения, прежде чем это стало бы возможным… Неужели Эмлин незаметно стал настолько силён?» Косми Одора не удержался от ехидных мыслей и изобразил фальшивую улыбку.

— Так вот в чём причина… Эмлин, почему ты скрыл это от нас? Разве ты не хочешь, чтобы другие сангвины обращались к тебе как к «милорду»?

Эмлин посмотрел на выражение лица сангвина и приподнял подбородок.

— Я планировал рассказать всем, но, раз уж началось охотничье соревнование, решил устроить всем сюрприз.

— Косми, я уже убил трёх верующих в Изначальную Луну, а ты дал пять целей. Значит ли это, что я победил?

Ему не терпелось сменить форму обращения с «милорд» на «Косми».

Веки Косми дёрнулись, и он усмехнулся.

— Да, всё верно. Ты можешь игнорировать две другие цели. Оставь это Русу Батори и остальным. Таким образом, они всё ещё могут претендовать на утешительный приз.

Сказав это, Косми нашёл своё отношение слишком холодным, поэтому поспешил спросить с беспокойством:

— Ты ранен?

— Немного, — Эмлин поднял правую руку и размял пальцы.

Честно говоря, самую серьёзную рану за всю охоту той ночью он нанёс себе сам: телепортировавшись из Восточного района, он разодрал кожу и сосуды, чтобы смазать кровью обложку Путешествий Леймано.

Косми не стал развивать тему и после нескольких секунд молчания сказал:

— Поздравляю с победой в этом охотничьем соревновании. Ты получишь два приза.

— Во-первых, если в будущем появится возможность стать виконтом, ты войдёшь в окончательный список кандидатов и получишь бесплатную помощь для проведения ритуала.

— Во-вторых, ты получишь мистический предмет. Это кольцо, созданное лично Предком. Хотя в нём нет божественности, оно обладает мощной и очень мистической силой. Поскольку Предок не дал ему имени, мы все называем его «Кольцо Лилит».

— Кроме того, согласно правилам, эти две характеристики будут принадлежать всей расе сангвинов. Так у нас могут появиться ещё двое новорождённых, а ты получишь взамен 3 000 фунтов наличными.

«Кольцо, созданное лично Предком…» Хотя Эмлин был несколько разочарован тем, что в качестве награды не было Потусторонней характеристики виконта, а только место кандидата и бесплатная помощь в ритуале, кольца, сделанного самой Лилит, Предком Сангвинов, было достаточно, чтобы компенсировать это.

Для гордого сангвина с чувством расового превосходства это была высшая форма чести!

Когда его радость утихла, Эмлин, который участвовал в нескольких Собраниях Таро и прошёл две охоты, почувствовал, что всё не так просто.

«Я был послан Предком к мистеру Шуту, а теперь получаю кольцо от Предка? Не слишком ли много совпадений?» Эмлин задумался на мгновение и не смог найти ответ. В конце концов, он решил позже помолиться мистеру Шуту, описать всю ситуацию и посмотреть, что «Он» сможет ему посоветовать.

Заметив, что радость Эмлина поутихла и что он молчит уже более десяти секунд, Косми прочистил горло.

— Кольцо и деньги будут переданы тебе завтра.

— Когда придёт время, я созову Руса Батори и остальных и официально объявлю о твоей победе в охотничьем состязании. Тогда тебе и вручат кольцо.

— Без проблем, — хотя у Эмлина не было опыта в таких делах, он знал, что «награды» нельзя вручать наедине. Их нужно вручать на глазах у всех участников.

Не задерживаясь больше, он попрощался и покинул виллу Одры в арендованной карете.

Пока карета медленно отъезжала, Эмлин смотрел на багровую луну, которая безмолвно висела в небе. Его разум постепенно успокаивался, когда он не мог не вспомнить всё, что произошло в тот день. Из этого он сделал выводы и набрался опыта.

Наконец, он начал подсчитывать, сколько потусторонних способностей ему нужно записать в Путешествия Леймано.

«Я использовал все пять Ударов Молнии… Одну Телепортацию, одно Открытие Двери, одну Астромантию… В общей сложности восемь. Кроме того, мне нужно дополнительно записать ещё две силы, итого десять.

Это будет немного сложно. Есть некоторые потусторонние способности, которые, вероятно, не могут быть записаны. Например, мои способности самовосстановления… Я могу только повторить их… Хех, после того как я получу кольцо Предка, я могу попробовать записать потусторонние способности, которыми оно обладает…»

* * *

Кольцо Лилит? Над Серым Туманом во дворце, похожем на жилище великанов, Клейн сидел в кресле с высокой спинкой, принадлежавшем Шуту, и тихо размышлял над молитвой Эмлина Уайта.

Поначалу он предполагал, что его разбудят посреди ночи и придётся оказывать помощь неопытному вампиру, но, к его удивлению, Эмлин всё закончил к одиннадцати и даже «сдал» задание.

«В первый раз Эмлин молился Шуту из-за откровения древнего бога Лилит… Теперь он получил Её кольцо… Независимо от того, кто такая Лилит, я должен быть настороже и наблюдать…» Клейн серьёзно размышлял несколько секунд, прежде чем ответить на молитву Эмлина в спокойной манере:

— Когда будешь молиться мне или участвовать в Собрании Таро в будущем, снимай это кольцо.

Дав указания, Клейн вернулся в реальный мир. Больше не опасаясь, что его разбудят посреди ночи, он проспал до рассвета.

После завтрака и отдыха настало время уроков этикета с Ваханой. Это был специальный урок для бала, который он устраивал в своей резиденции в выходные.

Мягкие чёрные волосы Ваханы развевались, а подол её платья кружился, пока она вела Дуэйна Дантеса, знакомя его с открывающим танцем.

Под бодрую и успокаивающую музыку преподаватель этикета вдруг сказала:

— Я слышала, мэм Мэри посетила вас вчера днём?

— Да, — размышляя о том, что в светских кругах нет секретов, Клейн откровенно кивнул.

Вахана мягко кивнула и после пары секунд молчания сказала:

— Я слышала, что мэм Мэри заложила все свои акции в банк, чтобы занять большую сумму денег.

«Это предупреждение для меня, чтобы я был осторожен и не попал в аферу… Помощь, которую я ранее оказал, не только позволила мне быстро войти в светские круги на Бёклунд-стрит, но и постоянно приносила мне выгоду… Однако мэм Мэри заложила акции ради тайного приобретения новых акций…» Клейн молча выслушал, прежде чем тепло улыбнуться.

— Спасибо.

Он помолчал и добавил:

— Я верю в порядочность каждого друга, но в сфере бизнеса осторожность всегда остаётся первым принципом.

— Я уже поручил Вальтеру нанять независимого адвоката и бухгалтерскую команду, которые проведут комплексную проверку и подготовят предложение, способное защитить мои интересы и наилучшим образом снизить налоговую нагрузку.

— До этого я не буду принимать никаких решений.

Вахана слегка приподняла голову и посмотрела в глубокие синие глаза Дуэйна Дантеса, а затем вдруг вздохнула со смехом.

— Вы действительно мудрый человек.

Клейн сначала хотел приписать это зрелости, но вспомнил, как муж Ваханы ранее попал в аферу на сделке с тканями и только благодаря ему сумел сократить потери. Такой ответ легко навёл бы её на сравнения и прозвучал бы как насмешка, поэтому он сменил объяснение и с улыбкой сказал:

— Моя мудрость проистекает из уроков, которые я получил в прошлом.

— Трудно представить, чтобы вас обманули, — Вахана усмехнулась, опустив голову. — Может быть, именно благодаря всему вашему опыту вы умеете ценить разные прелести разных дам?

«Когда же затихнут эти слухи…» Клейн ответил с беспомощной улыбкой:

— В каждом цветке есть что-то прекрасное.

Ознакомившись со всем процессом и соответствующим танцем, Клейн проводил Вахану к выходу. Вместе со своим камердинером Ричардсоном он воспользовался приглашением мэм Мэри и направился в компанию Коим в районе Шервуд.