Зерно граната (гет)

Единственный выходной на этой неделе я планировала провести дома в одиночестве, что, впрочем, бывало довольно часто. Оно нисколько не давило. Близких друзей у меня никогда не было, а после переезда почти все прежние отношения оборвались, как я того и хотела. Я сбежала сюда от своих проблем и пока успешно скрывалась от них. Свою небольшую квартирку я любила и в выходные предпочитала оставаться дома, чувствуя себя здесь защищенной. Сегодняшний день не стал исключением. Хотя погода была хорошей, я решила заняться уборкой, заказать еду из кафе, хорошенько выспаться перед трудовой неделей и, возможно, посмотреть любимый фильм. Но для начала — душ и кофе!

Вскочив с постели, потянувшись и отдернув шторы, впуская в комнату солнечный свет, я убежала в ванную. Трель дверного звонка разнеслась по квартире в момент, когда я, выйдя из душевой, снимала полотенце с сушилки. Наскоро обернувшись махровой тканью, я босиком побежала к двери, раздумывая, что же понадобилось Хейли в такую рань. Повернув ключ в замке и распахнув створку, я замерла от неожиданности.

— Привет, — за дверью стоял Арман, одетый в джинсы и черную рубашку. Увидев меня, он на мгновение замер, а потом протянул коробку с логотипом известной кондитерской. — В университете сказали, что у тебя выходной.

— А позвонить? — выдавила я и, смахнув выбившуюся из пучка прядь волос, смущенно сжала на груди край полотенца, липнущего к телу. Безусловно, то, что его взгляд ни на секунду не опустился ниже моего лица, добавляло мне уверенности.

— Мы ведь так и не обменялись номерами, а в университете мне не смогли или не захотели помочь, — он улыбнулся и кивнул на коробку. — Для утреннего кофе.

— Ой, я… — ненадолго застыв на пороге, я все же распахнула дверь пошире и отошла в сторону, чтобы пропустить Армана в квартиру. Еще год назад я захлопнула бы дверь, а сейчас… — Ты знаешь, где гостиная, — заперев дверь, я сбежала, чтобы привести себя в более подобающий вид, стараясь не думать, смотрит ли он мне вслед.

— Не спеши, я разберусь, — его слова я услышала уже из-за двери своей комнаты.

Надев свое любимое зеленое платье с коротким рукавом и развевающейся шифоновой юбкой, я расчесала и заколола несколько прядей на затылке, убрав их с лица. Приложив к раскрасневшимся от смущения щекам холодные ладони, постаралась дышать глубже, чтобы унять волнение.

Едва я вышла из комнаты, как в нос ударил аромат свежесваренного кофе. Я как завороженная двинулась на кухню, до конца не веря в то, что это происходит на самом деле, и желая убедиться в этом собственными самолично. Я замерла в дверном проеме, удивленно наблюдая, как Арман разливает напиток по чашкам. Это было так необычно и почему-то волнующе. Не припомню, чтобы раньше хоть один мужчина варил для меня кофе.

— Надеюсь, ты не против? — он поставил кофеварку на плиту и выжидающе посмотрел в мою сторону. — Прошу прощения, что не дождался тебя.

— Нет, совсем не против, — я улыбнулась и села за стол, — но, признаюсь, не ожидала. Хотя на моей кухне все чувствуют себя гораздо увереннее, чем я сама.

Арман подвинул чашку ближе ко мне и сел на соседний стул. Круглый стол в моей небольшой кухне был совсем крохотный, и я почувствовала, как мое колено касается ткани его джинсов. Убрать ноги было некуда, и я попыталась спрятать смущение, сделав вид, что полностью поглощена содержимым чашки, но память услужливо подсунула воспоминание, как я необдуманно распахнула дверь в одном полотенце.

— Я подумал о тебе, когда увидел их, — сняв крышку с коробки, Арман поставил ее передо мной, и я вновь замерла. В коробке лежали три вида марципана в форме небольших шариков.

«Как он угадал?».

Марципан был моим любимым лакомством из миндаля, но в то же время я на дух не переносила искусственные миндальные ароматизаторы. При любом удобном случае, хоть марципан и был больше символом Рождества, я всегда старалась порадовать себя, купив небольшую упаковку.

— Почему? — поинтересовалась я.

— Знаешь, все вроде бы знают, из чего он готовится, но вот пропорции всегда в строжайшем секрете, — он посмотрел на мои руки, удерживающие чашку, и замолчал.

— Хейли считает его лекарством от тоски, — я выбрала конфету и вертела ее в руках, точно не решаясь попробовать. «Кто меня за язык дернул сказать про тоску? Стоп-стоп… Я что сейчас забочусь о том, что он обо мне подумает?»

Вдохнув аромат горького миндаля и отправив конфету в рот, я прикрыла глаза, наслаждаясь ореховой сладостью. Лучший выход сейчас — ни о чем не думать. Просто насладиться утренним кофе в приятной компании. Просто не видеть в каждом проявившем ко мне интерес человеке угрозу. Я слегка улыбнулась и открыла глаза. Арман наблюдал за мной, его взгляд не был оценивающим, а легкая полуулыбка на губах и расслабленная поза навевали мысли о чем-то светлом и умиротворяющем.

Кофе закончился. Из-за стола мы встали одновременно, с явным намерением убрать пустые чашки. В итоге мы оказались практически вплотную друг к другу. Мужчина забрал чашку из моей руки и поставил на стол. Замерев на мгновение, я хотела смущенно отступить, но Арман коснулся моих плеч и аккуратно привлек к себе. Щеки вспыхнули румянцем, сердце пропустило удар и вновь забилось с такой силой, что, казалось, проломит ребра. Его губы коснулись виска, и я закрыла глаза, доверившись тактильным ощущениям. «Почему бы и нет?» — подумала я, ощущая, как его губы касаются моей скулы, а потом и подбородка.

— Посмотри на меня, — прошептал он, так и не коснувшись моих губ.

Открывала глаза я нехотя, и в первые несколько мгновений картинка расплывалась. Его взгляд не отпускал меня, зрачок стремительно расширялся, вытесняя радужку, и в этом взгляде было что-то смутно знакомое. Вот только что?

Мои руки сами собой легли на его плечи, а я пока еще не решила: хочу ли я его оттолкнуть или прижаться ближе. Арман провел пальцами от виска до подбородка, а потом по шее за ухом. Я на миг представила, как он по-хозяйски кладет руку мне на затылок, и возможности оттолкнуть его уже не будет. Но, к моему удивлению, он чуть приподнял мое лицо, очертив большим пальцем контур губ, а потом легко коснулся их своими. Не успела я удивиться столь невинному касанию, как поцелуй стал настойчивее — он завораживал, увлекал, заставлял забыть обо всем.

Я и сама не заметила, как мои руки обняли мужчину за шею, как прижалась к нему всем телом. Все это казалось таким естественным, таким правильным, не унижающим и болезненным, не принуждающим — совсем другим. Он слегка отстранился, а я, как зачарованная, вновь потянулась к нему.

Резкий звук автомобильной сигнализации заставил меня вздрогнуть. Я распахнула глаза, приходя в себя. Арман отпустил меня с явной неохотой.

— Нужно проверить машину, — пробормотал он и вышел из кухни.

Из прихожей послышался звук захлопнувшейся двери, а я все также стояла, замерев, смакуя свои ощущения.

Подойдя к кухонному окну, можно было с легкостью разглядеть, как Арман идет по тротуару к стоянке. Рассматривая его затылок и принт в виде белых крыльев на рубашке, его уверенную походку, то, как он помог пожилой соседке с нижнего этажа преодолеть высокий бордюр, я вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь.

Он вернулся, когда я уже успела прибрать со стола, вымыть кофеварку и чашки. Услышав его шаги на пороге кухни, я обернулась и замерла в нерешительности. Арман не зашел на кухню, а остановился на пороге, опершись о дверной косяк.

— У меня сегодня тоже выходной, давай сходим в парк?

* * *

В парке было немноголюдно. Прогулявшись по аллеям, мы вышли к озеру, по зеленоватой глади которого степенно плавали величавые лебеди и суетились утки, выпрашивая корм у посетителей. В центре озера раскинулся искусственный остров, соединенный с берегом узким деревянным мостиком. Пройдя по поскрипывающим доскам, мы оказались на островке.

Задумка архитекторов и ландшафтных дизайнеров, поработавших над этим местом, мне нравилась. По краю острова полукругом было установлено шесть мраморных колонн, соединенных между собой, а по краям этой конструкции замерли бронзовые статуи Деметры, держащей в руках щедрый урожай яблок, и величественного Зевса, воздевшего руку к небу. Создавалось впечатление, что богиня плодородия готова щедро одарить любого своей милостью, а в руке Громовержца, вот-вот блеснет молния, призванная карать и устрашать. Я часто подолгу замирала у этих статуй, вглядываясь в их бронзовые лица. Сегодня же я почти не задержалась возле них, лишь украдкой коснувшись прохладного яблока в руках Деметры, да края гиматия Зевса.

Мы расположились недалеко от берега озера в беседке, увитой молодой зеленью девичьего винограда, сквозь который щедро пробивались солнечные лучи. Из беседки открывался прекрасный вид на озеро и на редких прохожих, прогуливающихся по дорожкам и отдыхающих на лавочках. Не сказать, что мы были скрыты от посторонних глаз, но беседка создавала иллюзию уединения.

Мы сидели рядом на деревянной скамейке, слегка касаясь друг друга плечами. На столике стоял контейнер со свежей клубникой, купленный в одном из уличных лотков с едой. Клубнику я любила, но только в сезон и только теплую.

— Подожди, — я оттолкнула руки Армана, потянувшегося за ягодой, — пусть нагреется, тогда она будет слаще, — я посмотрела в его удивленные глаза и улыбнулась.

— Первый раз такое слышу, — он рассмеялся.

— Нет, я серьезно. Клубнику нужно есть непременно нагретую солнцем, погружая язык в теплую мякоть, истекающую сладким соком, — я зажмурилась от предвкушения и не обратила внимание на возникшую паузу.

Я смотрела на гладь озера, по которой медленно проплывали лебеди. Они расправляли большие белые крылья, делали несколько взмахов и красиво складывали их за спиной. Эти белые крылья встревожили какое-то смутное воспоминание. Нахмурившись, машинально протянула руку к клубнике и с наслаждением ее съела.

— Сладкая, — я обернулась к Арману, задумчиво смотрящему на меня, — можешь пробовать.

Он слегка улыбнулся, наклонился ко мне и поцеловал. Его поцелуй был легким, он едва коснулся моих губ, будто ожидая от меня чего-то. Мои губы дрогнули.

— Сладкая, — прошептал он и поцеловал опять, мягко, но настойчиво.

Мысли стали путаться, и если бы я стояла, у меня бы непременно бы подкосились ноги. Горячая волна прошлась по моему телу, даря необычайные ощущения. Его руки накрыли мои плечи, а потом скользнули по спине. Я вздрогнула и отстранилась. Он отпустил меня, напоследок проведя теплыми ладонями по плечам.

— Слишком быстро? — он еще придерживал меня за плечи.

Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но тут мое внимание привлек человек, медленно прогуливающийся по дорожке вдалеке. На нем были темные очки, капюшон скрывал волосы, но его походка и движения казались до боли знакомыми. Во мне вдруг поднялась леденящая волна ужаса, и пока разум пытался возобладать, тело сработало автоматически. Я вскочила со скамьи, пристально глядя на приближающегося по дорожке мужчину. Он улыбнулся, а может, это просто мое воображение сыграло злую шутку.

«Фригидная дрянь», — словно щелчок кнута, слова ненавистного мне человека всплыли в памяти. Слезы навернулись на глаза: слезы обиды на себя, на свою память, на свое тело.

— Ты в порядке? — Арман поднялся следом за мной, протянул руку, пытаясь коснуться.

Я испуганно отскочила, сердце колотилось как бешеное, к горлу подступила тошнота, а по телу липкими ледяными волнами прокатывался ужас.

— Нет, — свистящий полушепот, даже отдаленно не напоминающий мой голос, вырвался из горла.

— Сефи, — он смотрел на меня в недоумении.

Я покачала головой, подобрала сумочку и побежала. Наверное, он звал меня, может, даже бежал за мной, но я не оборачивалась. Меня душили слезы, кровь стучала в ушах, а животный страх гнал меня вперед.

Запрыгнув на заднее сидение такси и назвав свой адрес, я уткнулась лбом в переднее сиденье и попыталась дышать глубже. Но ощущение было таким, словно я выпала из реальности.

— Мисс, мы приехали, — слова таксиста выдернули меня из омута, в который я провалилась.

Я расплатилась, взбежала по лестнице и буквально ввалилась в квартиру, захлопнув за собой дверь. Как только щелкнул замок, меня немного отпустило, а потом накатила новая волна.

* * *

Хейли хозяйничала на кухне, с легкостью управляясь с приготовлением еды. Кажется, она готовила на моей кухне чаще, чем я сама. Первое время мне было неудобно, но она не раз твердила, что для нее готовка — это удовольствие, в чем я, искренне ненавидящая кулинарию, слегка сомневалась.

Соседка позвонила в дверь, как только я успокоилась. Прийдя в себя и умывшись холодной водой, я отправила сообщение Арману, что со мной все в порядке, соврав что-то про срочные дела. Сейчас мне казалось, что мой испуг был неоправдан, и, сбежав, я поступила довольно глупо.

— Думаешь о том обходительном красавчике? — Хейли поставила передо мной тарелку с салатом. О моем неудавшемся свидании я ей, конечно же, рассказала.

— Хейли! — обреченно воскликнула я. — Ну какому нормальному мужчине интересны отношения, когда к партнерше даже прикоснуться нельзя?

— Не преувеличивай! — она махнула рукой. — Вам просто нужно время. И тебе необходимо понять, что ему можно доверять.

— А ему можно доверять?

— Это тебе решать, — Хейли подошла ко мне и взяла за руку. — К тому же тебе понравилось, как он целовал тебя?

— Хейли!

— Что, Хейли? — она озорно подмигнула. — Ну, так что?

— Это не имеет значения, — я отвернулась и отошла к окну, разглядывая за стеклом парковку у дома, — потому что такого больше не повторится. Пора бы уже признать, что из этого ничего не выходит.

— Не хочу слушать эту чушь. — Хейли принялась греметь кухонной утварью, — у тебя закончилось растительное масло! Ты в курсе?

— Нет. Я ненавижу готовить. Ненавижу его голос у себя в голове. Ненавижу себя за то, что так поздно поняла, с кем связалась. Ненавижу за то, что позволила ему с собой сделать. Ненавижу!

Ярость вскипела во мне, и я ударила кулаком по подоконнику. Боль немного отрезвила.

— Ладно! Обойдемся без масла, — Хейли, казалось, не заметила моей вспышки, но это было не так.

В дверь позвонили, но я так и осталась стоять на месте. Я никого не ждала и не была готова принимать гостей.

— Я открою, — Хейли пронеслась у меня за спиной.

Я слышала, как открылась дверь, короткий разговор, из которого поняла, что пришел посыльный. Я обернулась, когда Хейли вошла в комнату, шелестя оберточной бумагой. Она протянула мне букет, загадочно улыбаясь.

— Может, все-таки он достоин второго шанса?

Я перевела взгляд с ее загадочной улыбки на букет и с удивлением заметила, что вместо цветов в нем были ягоды клубники. Я лишь вздохнула, слегка улыбнувшись.

— Ну скажи, он упорный, — не унималась Хейли.

— Он просто еще не знаком со всеми моими тараканами…