Книга Перемен (джен)

Помощники повара загрузили пироги в духовой шкаф, Андерсон читал молитву, а комиссия расползалась по кухне, заглядывая во все щели...

— Такое дорогое оборудование!.. — воскликнула аристократка. — Вы, я вижу, совершенно не экономите.

— На таких вещах экономить нельзя, — недовольно заметил повар. — На кухне и медицине мы не экономили даже в худшие времена.

— Скромность и умеренность — вот истинное украшение человека, — объявил священник — голос у него был столь же прилизанный и слащавый, что и вид.

— Особенно вас, — вполголоса заметил Андерсон.

Святоша поморщился, но промолчал — Андерсона он явно побаивался.

Аристократка тем временем достала из сумочки коробку, из неё — штатив с пробирками, наискось залитыми желе, и тонкую проволоку, загнутую петлёй. Том наблюдал за ней в полном шоке — он, конечно, понимал, что происходит... Но безвкусно одетая аристократка, сведущая в микробиологии?.. И не просто сведущая, а явный специалист? К такому жизнь его определённо не готовила...

— Мы теряем время, — заявил один из чинуш — видимо, глава комиссии, поскольку был толще остальных.

— Есть правила, которые должны соблюдаться, — отмахнулась аристократка, в очередной раз обжигая проволоку. — Это работа, а не очередная инструкция по плеванию в потолок... Впрочем, я вас не задерживаю, можете идти.

— Миссис Мэдисон!.. — чинуша возмутился, но никуда не ушёл. Вероятно, на этот счёт была какая-то инструкция...

Мэдисон брала пробы минут двадцать, всё это время допрашивая повара. Повар отвечал уверенно — все санитарные правила он знал и соблюдал, и помощников заставлял. Иногда даже полотенцем по заднице — до некоторых воспитанников иначе не доходило...

— Не очень хорошо, но в пределах допустимого, — покачала головой Мэдисон. — В отличие от чистоты — посмотрим, что вырастет, но нормы явно соблюдаются. Теперь столовая — после обеда смысла нет, а вот сейчас самое время... Кстати, куда вы выносите мусор?

— Вы бы ещё в клозет полезли!..

— Разумеется, полезу. Или вы уже забыли сорок третий год?

Чиновник скис — ему явно напомнили о каком-то крупном косяке, причём явно связанным с канализацией... И это было ни капельки не смешно — на что способна дизентерия, он видел в Бирме. И если англичан хоть как-то спасала дисциплина, то индусы валились целыми батальонами и мёрли ничуть не хуже... Потому что кипятить воду — зачем? Всегда прямо так пили... И дохли от холеры и дизентерии. Да и та же холера совсем недавно в очередной раз прошлась по Европе...

В столовой сбор проб занял меньше времени, но зато Мэдисон плотно насела на детей. Дети, и так ошалевшие от происходящего, отвечали сбивчиво, иногда путались...

— В общем, понятно, — подвела итог Мэдисон. — Правила гигиены детям известны и соблюдаются, зачёт и по этому пункту.

— Вы перекармливаете детей и перерасходуете средства, — заявил кто-то — Том чинуш не различал и не собирался.

— Существуют научно обоснованные нормы питания! — хором выдали Коул и Мэдисон. — И их необходимо соблюдать!

— Кстати, Джойс, вас это тоже касается, — продолжила Мэдисон. — Вы явно нуждаетесь в диете...

Следующим номером программы действительно оказались туалеты — а заодно и душевые. Чиновники морщились, кривились и старательно демонстрировали, как им всё это неприятно... Но сделать ничего не могли.

— Что естественно, то не безобразно, — с благочестивым видом изрёк Андерсон. — Не стоит кривиться, леди и джентльмены, тем более, что лично мне случалось видеть в государственных учреждениях уборные в гораздо худшем состоянии. В приютах, кстати говоря, тоже... Итак, что дальше?

— Спальни, — потребовал кто-то — кажется, тот самый Джойс.

— Что ж, пройдёмте, — миссис Коул взмахнула рукой.

Спальни у комиссии особого интереса не вызвали. Обыкновенные комнаты на четверых, светлые обои и тщательно продуманное освещение... Кто-то опять попытался вякнуть, что это слишком дорого, но его проигнорировали, тем более, что все светильники были сделаны в приютской мастерской.

— Весьма недурно, — заметил Том. — Помнится, в моё время было далеко не столь удобно...

— Нормальное финансирование и научный подход творят чудеса, — кивнула миссис Коул. — Куда дальше?

— Поскольку учатся дети в обычной школе — кстати, довольно удачное решение — я бы осмотрела ваши учебные мастерские. Техника безопасности, знаете ли...

— А я не могу не озаботиться духовным окормлением отроков...

Миссис Коул кивнула, на секунду о чём-то задумавшись.

— Вам, отец Андерсон, я могу ответить прямо сейчас, — сказала она. — Все желающие посещают ближайшую церковь — там настоятель, кстати, сам из приютских. Католиков у нас сейчас нет, но схема та же...

— Что ж, вопросов у меня нет... А на учебные мастерские взглянуть интересно.

— Тут у нас слесарный класс... — джентльмены подвисли, и Коул, идеально выдержав паузу, продолжила:

— И миссис Келли Грей.

Джентльмены синхронно вздохнули.

Миссис Келли Грей обладала шестифутовым ростом, стальными мышцами и крупной даже для её роста грудью — а также лицом с правильными и изящными чертами и общим впечатлением первобытной мощи. Неудивительно, что на неё постоянно залипали...

Келли на толпу не обратила внимания — она наблюдала за девчонкой, которая автогеном резала ствол шестифунтовки. Резала успешно — по крайней мере, щель стабильно углублялась, а Келли молчала. Наконец, обрезок с грохотом отвалился, и девчонка потушила резак.

— Молодец, — Келли забрала у девчонки резак и внимательно его осмотрела. — Скажи мне, милое создание, ты и марочник сталей просмотрела?

— Ну так вы же сами сказали...

— Вот именно, — Келли приобняла девчонку за плечи. — Вот, посмотрите: Джесс внимательно слушала, посмотрела справочники — я ведь их специально оставила в комнате — и в результате не просто всё сделала, но и выполнила задание на отлично. Лучше — теперь уже только опыт... Так, кто следующий?

— А она профи, — Мэдисон кивнула каким-то своим мыслям. — И умеет работать с детьми... Вам повезло заполучить такого специалиста. Кстати... Это не та Келли Грей, которая поймала диверсанта?

— И которой надоело про это слушать, — отозвалась Келли. — Я за десять лет наслушалась... Только полезного ничего не услышала.

— Очень хорошо представляю, — Мэдисон наклонила голову. — Что ж, по моему профилю тут работы нет, а промышленной техникой безопасности у нас никто не занимается — я даже не уверена, что в Британии есть такие специалисты, но в общих чертах оценить могу... Что ещё у вас есть?

— Столярная и слесарная мастерские, — ответила Коул. — Правда, сейчас там занятий нет... Но может кто-нибудь работать по своей инициативе.

Слесарная мастерская пустовала, и комиссия в ней не задержалась. Убедились в наличии необходимого инструмента и станков, и двинулись дальше — к столярной, где творилось что-то непонятное.

— Молодые люди, а что, собственно, вы делаете, и для чего эта... конструкция предназначена? — не удержался Том.

— Да, действительно, — Коул встала рядом. — Что это?

Четверо мальчишек, собиравших здоровенную корягу из коряг поменьше, подскочили, и старший из них сообщил:

— Это для мистера Шелби в магазин!

— Так... — Коул потёрла переносицу. — А где мистер Марш?

— Он пилу правит, сейчас подойдёт!

Упомянутый мистер Марш появился спустя минуту, не больше. С двуручной пилой в руках и явным желанием кого-нибудь этой пилой распилить.

— Миссис Коул! — заявил он сходу. — Это безнадёжно — эта пила тупее новобранца на плацу, и изношена вконец! Нам срочно нужна новая... И кто, простите, все эти люди?

— Это комиссия, — ответила Коул, — и мы все хотели бы узнать, что здесь происходит.

— Ну, мальчишки купили у Шелби кролика Джейн в подарок, а пока они выбирали, мы разговорились, помянули службу... В общем, Шелби делает новую витрину-вольер, а ребята подрядились плотничать. Сейчас вот насест делаем...

— Я надеюсь, официально?

— Я, может, и контуженный, но не совсем же дурак! Разумеется, договор есть, и оплата в нём прописана! Вот, пожалуйста! — Марш метнулся вглубь мастерской и вернулся с листом бумаги. — Сами можете убедиться...

Миссис Коул неторопливо извлекала очки, столь же неторопливо их надела и погрузилась в чтение.

— Хм... — изрекла она, закончив. — Без подводных камней... Правда, меня несколько смущает пункт с попугаем.

— А, это мальчишки вытребовали сверх оплаты, ну а Шелби предупредил, что попугай может и не захотеть разговаривать, даже если умеет. И отдельно записал, что мы будем точно выполнять все инструкции — это ж не ворона...

— Вот так, леди и джентльмены, — Коул развернулась к толпе. — Как видите, наши воспитанники не просто приобретают полезные навыки, но и делают это с удовольствием, к тому же получая прибыль.

Леди и джентльмены окончательно скуксились.

— Что ж, — Мэдисон пригладила волосы, — а теперь — самое главное — медицина!

Медицина в приюте была представлена кабинетом медсестры и, собственно, медсестрой — женщиной немолодой, с богатым опытом и чётким пониманием отсутствия у подростков инстинкта самосохранения и вообще тормозов.

— Как ни удивительно, серьёзных происшествий тут не было, по крайней мере, при мне, а я здесь с начала проекта. Мелкие бытовые травмы, несколько вывихов, сейчас добавились мелкие ожоги... Самый тяжёлый случай был прошлой зимой — один из парней подхватил пневмонию. К счастью, теперь у нас есть пенициллин... А парень сам по себе крепкий, так что всё обошлось.

— А симулянты? — тут же поинтересовалась Мэдисон.

— О, эту напасть я извела совершенно, — неприятно улыбнулась медсестра. — Таким деятелям я предлагаю измерить температуру ректально — и они мгновенно выздоравливают. Поверьте, если человеку действительно плохо, ему на такое будет наплевать...

— Коварно, — шепнула Глинда, наклонившись к уху супруга.

Комиссия промолчала, искренне и единодушно злорадно сочувствуя симулянтам.

Собственно, на этом всё и закончилось — больше инспектировать было нечего. Разумеется, комиссия осталась разочарованной. Разумеется, это никого не волновало... Всё отлично понимали, ради чего комиссия явилась — но взгляд даже самого пристрастного наблюдателя не мог найти здесь ничего, кроме нескольких мелочей. Опытные люди даже специально оставляют на виду какую-нибудь мелочь, чтобы инспекция могла сделать замечание и успокоиться... Но это нормальная инспекция, а не та, которая очевидно явилась ради скандала. С них сталось бы подделать документы... Но что-то пошло не так, и не только появление Риддлов с пирогами — которые, кстати, привели детей в восторг. Мэдисон тоже совершенно точно не была предусмотрена планом, а уж Андерсон... Это был тот самый Андерсон, что с остатками батальона порвался из окружения в Арденнах, заявив: «Мы или прорвёмся и выйдем к своим, или умрём и попадём в рай, а значит, всё равно выйдем к своим» — и таки прорвался. Трудно представить более неудобного человека… И кто-то смог включить его в подставную комиссию. А Мэдисон? О ней Том вообще никогда не слышал, но и микробиологией не интересовался, так что это как раз нормально. И тем не менее… С кем-то одним комиссия ещё бы потягалась, двое — уже почти без шансов, а трое, даже четверо, если считать Глинду отдельно — это полная катастрофа. Подставная комиссия успешно и надёжно подставила сама себя…

— Капитан, могу я отвлечь вас на несколько минут?..

— Вне всякого сомнения, отец Андерсон — уверен, дело того стоит.

— Более чем. Хотя, возможно , на первом этапе оно будет не совсем законным. Видите ли, я тут обнаружил некоторые нестыковки в документах об усыновлении… И трактовать их возможно лишь одним образом — под видом усыновления жителями доминионов английских сирот самым натуральным образом продают в рабство, особенно в Австралию. И эта схема имеет высокопоставленных покровителей…

— И вы полагаете, что вам потребуется силовая поддержка, — кивнул Том. — Что ж, я лично здесь помочь не смогу, но могу рекомендовать обратиться в детективное агентство «Лунный свет». Контингент там своеобразный… И с выходом на ещё более своеобразных ребят. Скажете, что от меня — и вас там примут с распростёртыми объятиями… Ну и, конечно, я передам ваши слова командиру — его это несомненно заинтересует.

Прюэтт внимательно выслушал доклад Тома, кивнул и сказал:

— Отлично. Но это только начало, нас не оставят в покое, тем более, если Андерсон прав — этим мерзавцам мы мешаем, и очень сильно. Что ж… Продолжайте в том же духе, капитан. Кстати говоря, Хогвартсу что-нибудь нужно?

— Пока что справляемся своими силами, — покачал головой Том. — Правда… Думаю, нам скоро может понадобиться новый преподаватель истории магии. Не нравятся мне намёки Лидвинн…

— Совершенно правильно не нравятся, — заметил Прюэтт. — Думаю, она уже и заявление написала… И мне это не нравится. Помните, как нам запретили копать это дело?

— Лучше всех, — буркнул Том.

— Так вот, запрет запретом, но и окольными путями кое-что можно выяснить… Скажем так — это не то, что обычно понимают, говоря о всемирном заговоре. Влияние у этих людей, кем бы они ни были, совершенно точно огромное, но вот пользуются они им крайне редко… И никогда — в политике, обо всём остальном сказать пока ничего нельзя.

— Уже прогресс… Хотя всё это может быть только ширмой.

— Может, — согласился Прюэтт. — Но даже если это ширма — что-то же она скрывает?

Хогвартс встретил Тома суетой и бардаком, выходящими за обычные рамки.

Виновниками — что было ожидаемо — оказались трое маглорождённых шестикурсников с Рэйвенкло, решивших подработать на каникулах. И, снова столкнувшись с намертво застрявшим пнём, решили воспользоваться магловскими методами — кто-то из них вспомнил, что пни корчуют с помощью динамита. Динамита, разумеется, не было, умники сварили некое зелье, засунули колбу под пень и…

Сами шестикурсники успели убежать достаточно далеко, но и то получили несколько синяков от принесённого взрывной волной мусора. На месте пня осталась пятифутовая воронка, а сам пень — как ни странно, почти целый — пролетел полмили и упал в деревне кентавров. К счастью, никто не пострадал… Но кентавры впечатлились. И отправились делиться своими впечатлениями с «сапёрами».

Те, сообразив, что пахнет жареным, забежали в хижину Хагрида и там заперлись — на их счастье, самого лесничего не было. Выломать дверь кентавры не смогли — Хагрид всё ладил под себя и на совесть — а на уговоры горе-сапёры не поддавались. Извинялись, уверяли, что больше не будут, но выходить отказывались. Выступивший посредником Хагрид делу тоже не помогал...

— Отставить суету! — рявкнул Том. — Докладывайте!

Выслушав доклады — основное он уже знал, но и только — Том вздохнул и сказал:

— Ладно, идите к себе, с этими умниками я сам разберусь...

За дверью ойкнули.

— Вы совершенно правы, джентльмены, именно «Ой!», — Том взмахнул палочкой. — Алохомора! Что ж, джентльмены, мне как раз нужно обновить противопожарные полосы на полигоне... Поэтому мистер Хагрид любезно предоставит вам инструмент, вы сдадите мне волшебные палочки — и мы приступим к этой, несомненно, важной работе.

Работа была важной без всяких шуток — поджигать и взрывать студенты обожали, горящие ошмётки мишени, улетевшие в лес, могли наделать дел... Но земляной вал и двадцать футов очищенной и перекопанной земли эту опасность почти полностью исключали. Конечно, всё это можно было сделать магией, и заняло бы это часа три на все семь полигонов... Но зачем напрягаться самому, когда есть проштрафившиеся студенты?

Трансфигурировав палку в удобное кресло, Том развалился в нём, курил сигару и время от времени комментировал работу студентов. Рядом в похожем кресле устроился Освальд — пожилой оборотень-фермер, тоже курил сигару и тоже комментировал. Ноги оборотень пристроил на бочонок анисовой, который выменял у кентавров на два бушеля ячменя...

— Так себе работают, — изрёк оборотень. — Без огонька...

— И не говори, — согласился Том. — Никакого прилежания. Вот, помню, сержант наш всегда говорил, когда окопы рыть приходилось: старайтесь, ребята, вы это для себя делаете — вам тут до Страшного Суда лежать.

— А наш, — Освальд выпустил кольцо дыма, — всегда говорил, что окоп надо рыть так, чтобы в нём похоронить не стыдно было.

Студенты уныло копали. Духоподъёмные речи ветеранов на них не действовали...

Студенты определённо предпочли бы валить лес, пусть даже и без магии — в конце концов, заготовки для многих артефактов делались без магии. Они бы даже копать не возражали — если бы готовили площадку для ритуала... или если бы им платили. Но работать приходилось бесплатно. И ещё и радоваться, что обошлось без штрафа — а Том имел на это полное право...

Как известно, за тем, как работают другие, можно наблюдать бесконечно — или хотя бы до вечера. До вечера бы всё это и продолжалось, если бы не Хагрид.

Хагрид явился около трёх часов и сообщил:

— Профессор Риддл, я тут, значится, в каменоломню заглянул, где весной подмыло, а там стена обвалилась, а за ней вродь как пещера. Не знаю, большая или нет, там голова-то моя не пролезет, ну да я туда посветил, а там горшок чудной, и медяшки лежат, зелёные совсем...

— Так, джентльмены, — Том встал. — заканчиваем. Собирайте инструмент — вам предстоит копать ещё больше, но зато вы сможете прикоснуться к истории!

Судя по крикам, ради прикосновения к истории студенты были готовы копать сколько угодно...