Лучший друг (джен)

* * *

До Корусанта долетели за сутки в гипере и потом несколько часов внутри системы. Асока дремала в углу. Ей снилась боль и смерть. Проснувшись она не смогла вспомнить о ком был сон. Было тошно и зябко. Из головы не выходили дурные мысли.

Спустились в космопорте сенатского района. Отсюда Асока должна была отправиться в Храм. Офицеры быстро затерялись в толпе, чему Асока была очень рада.

«Наконец-то можно будет удалиться их неприязненных взглядов, — думала Асока выходя из космопорта, — надеюсь, Энакин еще в Храме. Хотя вряд ли».

Асока шла по тротуару в сторону Храма. На душе было гадко. Асока не знала, почему. Рана в боку ныла. В госпитале на аккламаторе ее не успели полностью долечить. Сейчас бок у Асоке рана была перебинтована, пропитанным бактой бинтом.

До Храма Асока решила идти пешком. Ее никто не ждал к конкретному времени, а до туда была недалеко.

«Недалеко, если срезать».

* * *

Асоке пришлось спуститься на нижние уровни. Здесь царили вечные сумерки. Шумели двигатели спидеров. На самых разных языках ругались люди и ксеносы. Неоновые вывески резали глаза.

«Джедаи перестали быть хранителями мира и порядка. Мы служим только Сенату. А теперь мы боевые генералы. Мы давно перестали следовать пути сострадания ко всем, но привязанности они запрещают. Как что-то такое чистое и светлое, как любовь и дружба могут привести во Тьму?…»

Вдруг Асоку кольнуло нехорошее предчувствие. Тогрута проверила световые мечи на поясе, оглянулась и пошла дальше.

Асока шла, погруженная полностью в свои мысли. Вдруг ее окликнул грубый голос с явным акцентом:

— Эй!

Асока обернулась, нащупывая под плащом рукояти мечей.

«Ситх! Зачем я пошла через эту дыру?»

— Ты, — продолжал обладатель голоса, высокий гуманоид одетый в странное комбо из разных стилей и элементов традиционного костюма разных миров. Он держал руку на кобуре с бластером. — знаешь сколько стоит твоя жизнь, джедай?

Асока не ответила.

«Надо было вызвать такси».

Она посмотрела на наемника.

«Как же я устала».

— Сколько бы ты отдала за то, что бы я сохранил ее? — продолжал гуманоид

Асока развернулась спиной к врагу. Ее монтралы позволяли ей улавливать все движения врага. Девушка коснулась Силы. Сквозь нее она полностью контролировала ситуацию.

— Слышь! Глухая? — в Силу выплеснулось недоумение и злость.

Асока сжала в руке световой меч.

«Один, … Два, … Три…», — мысленно посчитала Асока.

Девушка ушла вниз и влево, активируя зеленый клинок светового меча. Асока развернулась на пятках. Движением плеч скинула плащ. Два последующих выстрела Асока отбила основанием клинка. Все ее перемещения отозвались острой болью в боку.

Асока сосредоточилась на Силе. Тонкие серебряные нити завязывали узор бластера, узор его обладателя был тоньше и сложнее. Асока вытянула руку вперед, разъединяя руку наемника с его оружием. Бластер вырвался из руки охотника за головами. Оружие отлетело в стену и распалось на множество деталей. Наемник ошарашено смотрел на манипуляцию Силой.

— Изменица! Убийца! — вдруг завопил охотник за головами, — враг Республики!

Асока наклонилась, подняла плащ и бросилась бежать по улице. Сделав несколько шагов Асока схватилась за какую-то колонну, чтобы не упасть. Голова закружилась, к горлу подступала тошнота.

В голову вонзались тысячи раскаленных игл. Боль ослепляла. Монтралы тогруты уловили движение сзади. Высокая фигура размахнулась металлическим ломом. Удар планировал проломить девочке голову, но пришелся на плечи. Асока вскрикнула. Боль смешалась с гневом. Она ничего не сделала этому человеку.

Она чувствовала его в Силе. Это было совсем несложно. Сейчас Сила вокруг Асоки была ярче. Асока вскинула руку. Через Силу она сжала горло наемника. Приподняла его над землей. В этот момент она почти не чувствовала боли. Она была рада, очень рада, сворачивая шею несостоявшемуся убийце.

Тело упало на асфальт. Свет в Силе угас. Радость и гнев прошли также быстро как и наступили. Взамен пришло осознание содеянного.

«Я ведь могла его просто оглушить. Джедаи так не поступают. Я не должна была так поступать.»

«Это была самозащита. Это была самозащита, — мысленно повторяла Асока, отходя от тела, неподвижно лежащего на тратуаре, — Это была самозащита. Никто в Ордене об этом не узнает.»

* * *

Идя этим же вечером по коридорам Храма Асока чувствовала свою вину. Краем глаза увидев магистра Йоду Асока закрылась в Силе, чтобы никто не смог понять какое смешение твориться в голове падавана. Сердце у нее уходило в пятки каждый раз, когда она видела кого-то из мастеров.

* * *

Асока пыталась медитировать, но ничего не получалось.