Сломаться или сломать (гет)

Подготовка к вечеринке шла на всех парах, и на этот раз я в полной мере смогла оценить масштаб приготовлений. Впрочем, он не особо меня заботил, ведь мыслями полностью завладело открытие выставки в Cozy Bear, что должно было состояться в тот же самый вечер. Если выбирать из двух зол, я отдавала предпочтение именно миленькой арт-галерее, а не мрачному особняку, под своды которого собирались согнать на заклание ни о чём не подозревающих людей.

Но это была не единственная причина, заставлявшая меня стремиться в город. Там, прямо посреди оживлённых бесед об искусстве и восхищения очередным восходящим талантом, нас с Юрой ждал Артур. Поэтому с самого пробуждения я старалась придумать, как разорваться надвое, лишь бы оказаться в Свит Аморис и при этом не обзавестись новыми проблемами. Судя по всему, мои потуги оказались слишком явными, поскольку, когда я в задумчивости мыла за собой посуду, кто-то мягко скользнул в кухню и сел на стул.

— Всё в порядке, Джулия? — раздался единственный голос, в данных условиях имевший силу оказывать на меня успокаивающее действие.

— М… Что? — тем не менее не сразу уловив суть вопроса, рассеянно отозвалась я.

— Я спросил, всё ли у тебя хорошо, — сказал Аарон, явно буравя взглядом мою спину.

Пытаться сделать непринуждённый вид не имело смысла: иногда этот вампир видел меня насквозь.

— Нормально. Удивлена, что ты уже на ногах. Солнце ведь едва село.

— Иногда со мной бывает и такое, — пожал плечами тот. — К тому же я помогаю Велиату. Раньше этим в основном занимался Этан, но сейчас ему не до того.

Где-то в глубине души в очередной раз вскинуло голову любопытство, чем же утруждал себя по возвращении к товарищам Этан, раз постоянно сетовал на какие-то очень важные заботы и безвылазно копошился в библиотеке. Но, даже если Аарон об этом и знал, вряд ли открыл бы мне такую тайну. В данном экстраординарном коллективе не лелеяли привычку откровенничать.

— Ты кажешься напряжённой, — произнёс мужчина. — Волнуешься перед предстоящей тусовкой?

Почему-то подобное слово из его уст вызвало у меня усмешку. Подавив её, я стала тщательно обтирать мокрую тарелку полотенцем.

— Не в этом дело. Просто не представляю, какое место должна буду занимать сегодня среди всех вас, — призналась я.

— Мне казалось, ты начнёшь возмущаться, — в свою очередь, честно высказал мысль Аарон. — Но я рад, что ты восприняла ситуацию спокойно.

— Потому что возмущение бесполезно, — тяжело вздохнула я, а в следующий миг заметила, что использованная мной тарелка неожиданно треснула.

И что мне тогда с ней…

— Выбрось, — сказал Аарон. — То, что дало столь глубокую трещину, уже никогда не станет цельным.

— Ты прав, — ответила я, опуская отжившую своё керамику в стоящее неподалёку мусорное ведро. Вампиры не особо заботились о сортировании. — Просто подумала, что какое-то время она вполне бы ещё прослужила.

— Разрушение — лишь вопрос времени, — пожал плечами Аарон.

— Если не ошибаюсь, в Японии существует целое ремесло заделывания трещин и сколов… — решив осмотреть на предмет возможных повреждений блюдце и чашку, почему-то вспомнила я. — У них там это вроде как целая философия, повышающая ценность подобных вещей.

— Знаю, — кивнул вампир. — Как-то мне довелось лично общаться с одним из мастеров кинцуги. — Поймав мой удивлённый взгляд, Аарон задорно улыбнулся: — Не забывай, что я стар, хотя совсем не чувствую себя стариком.

— Ага, — рассеянно отозвалась я, не придумав ответа получше.

— Однако весомый жизненный опыт показал мне, что ценность чего бы то ни было мы устанавливаем сами и затрачиваем усилия в соответствии с этой установкой, — добавил вампир.

— Иными словами, тарелка оказалась просто тарелкой и потому улетела к другим отходам.

— Ты не склонна раздувать незначительные мелочи до экзистенциальных доктрин, — снова улыбнулся мужчина. — И это твоё качество мне…

Аарон не успел договорить. Громко хмыкнув, в занимаемом нами пространстве собственной персоной материализовался Этан.

— Не хотел прерывать вашу занимательную беседу, но Велиат уже вовсю разыскивает тебя, — даже не взглянув в мою сторону, обратился парень к Аарону.

Понимающе кивнув и помахав на прощание, тот вышел в холл. Этан тоже собирался уйти, но в последний момент повернулся ко мне:

— Ах да, чуть не забыл, Велиат также попросил передать, чтобы ты заглянула в ванную.

Голос беловолосого показался сродни порыву холодного ветра, заставив меня растерянно посмотреть ему вслед. Ещё совсем недавно всё выглядело так, будто отношение этого придурка начало немного меняться, но сегодня он снова походил на себя прежнего.

Не знаю, что нашло на меня в тот самый момент, но почему-то в груди почти болезненно колыхнулось желание, чтобы Этан вновь показал нейтральную сторону, как будто она представляла собой мою собственную заслугу. Уму непостижимо, как же сильна была моя зависимость от мнения других людей.

Закончив с посудой, я недоумённо поднялась наверх и повернула круглую ручку. Прямо напротив двери, на одном из настенных крючков, на вешалке покоилось изысканное платье тёмно-зелёного цвета. Один рукав доходил до самой кисти, в то время как другой полностью отсутствовал, обнажая плечо. От талии до области ниже колена струилась юбка, отмеченная глубоким вырезом на бедре. Бюст и манжета были расшиты золотистым бисером, образующим плавный растительный орнамент. При всей незамысловатости это было самое красивое платье, какое мне когда-либо доводилось видеть. К вешалке была приклеена записка:

«Я не мог отказать себе в удовольствии полюбоваться на прекрасную девушку в столь перекликающемся с её очарованием наряде. Очень надеюсь, что сегодня вечером ты спустишься к нам именно в этом платье.

Всегда к твоим услугам, Велиат».

Перечитав записку, я непроизвольно улыбнулась. Каким бы слащавыми ни были его речи, он умел заботиться. И преподнесённое им в качестве подарка платье действительно выглядело волшебно.

Вскоре где-то внизу раздались приглушённые звуки клубной музыки. К особняку наверняка начинала подтягиваться первая вереница «гостей», но, вопреки чаяниям Велиата, у меня совсем не было желания проводить время в подобной компании. В памяти ещё не изгладились образы остекленевших глаз и пустых, отсутствующих лиц, как и вид маленьких кровоточащих ранок на шеях.

Когда я оказалась в холле полчаса спустя, он был до отказа забит незнакомцами. Они пребывали в весёлом расположении духа, но мне всё равно не хотелось ловить их взгляд, ведь он выдавал настоящую ситуацию как на духу.

Недалеко от входа со списком в руках стоял Велиат, только теперь ему составляли компанию Этан и Элоиза. Они не стали наряжаться, но, держа в руках напитки, о чём-то увлечённо переговаривались с вампиром, пока наконец его острый взор не выцепил меня из толпы.

— Ты великолепна, Джулия, — просиял Велиат, когда в ответ на его протянутую руку я приблизилась к этой троице, отчего-то сильно робея. — Как жаль, что в этом веке красавицы практически не выходят в свет в столь элегантных платьях.

Искренность его тона вызывала ещё большее смущение. И в этот момент под изучающим взором зелёных глаз я вдруг поймала другой, принадлежавший тому, от кого точно не ожидала услышать похвал или вообще получить хоть какую-нибудь реакцию. Но, хоть Этан не удостоил меня комплиментом, прежде чем он отвернулся как ни в чём не бывало, снова проигнорировав меня, что-то побудило парня на долю секунды скользнуть взглядом по моей непритязательной фигуре с выражением тщательно скрываемого интереса, однако обдумать эту мысль я не успела, поскольку в следующий момент до ушей донеслись слова Элоизы, что-то ответившей на брошенную ещё до моего появления реплику Велиата. Почему-то в тот момент голос девушки напомнил мне звон разбивающейся тарелки, и когда, не задерживаясь в компании Велиата и его собеседников, я для вида сделала пару кругов по нижнему этажу и наконец вышла в кухню, то невольно бросила взгляд на мусорное ведро.

Впрочем, всё это было фантасмагорией моего мозга. Просто в чудесном платье я испытывала стеснение, будто кто-то запихнул меня в мягкую струящуюся ткань по ошибке. Просто сейчас тело содрогалось от волнения предстоящего побега, даже если Юра ожидал меня в своём комфортабельном автомобиле совсем недалеко.

Двигаясь размеренно и спокойно, я смотрела по сторонам, прислушиваясь к звукам, доносившимся из особняка. Над лесом сгустилась тьма, слегка оттесняемая светом фонарика на моём мобильном. Только когда я поравнялась с заброшенной беседкой, осторожный шаг сменился бегом. Ветер подул в спину, словно подгоняя. Темнота и одиночество, как и всегда, подействовали на меня удручающе, и с каждым метром я всё отчётливее молила о том, чтобы впереди блеснул свет фар. И когда среди листвы действительно показались проблески автомобильных «глаз», я с облегчением рванула к ожидавшему меня в машине Юре.

— Наконец-то, — вместо приветствия выдохнула я, залетая на переднее сидение и сходу пристёгиваясь.

Впрочем, если бы мужчина припарковался у самого манора, как и девять лет назад, кто-то из вампиров мог заметить его и узнать. Лучше было не рисковать.

— Прекрасно выглядишь, Джулия, — ответил Юра.

По дороге мы с ним перекинулись несколькими фразами. Я уже отвыкла от наших встреч, нацеленных на совместное времяпрепровождение, а не на обсуждение сложных тем. Видимо, Юра тоже, несмотря на то что в отличие от меня он вёл беседу непринуждённо. А ещё через пять минут перед нами начали мелькать знакомые улицы, и при виде них сердце необъяснимым образом болезненно сжалось.

Припарковавшись в паре улиц от кафе, мы вышли из машины. Воздух пронизывал шум автотранспорта и неоновый свет вывесок, и я вдохнула полной грудью, будто надеясь унести всё это с собой в глухой лес.

— Не думала, что буду скучать по этим местам, — бесцветно произнесла я. — Но всё познаётся в сравнении.

Юра не ответил, но так стремительно опустил глаза, что мне не удалось сдержаться.

— Чувствуешь что-то похожее? — вырвался вопрос, ускользнув от цензора в лице чувства такта.

Не знаю почему, но в тот момент мысли Юры оказались как на ладони, и он не стал скрывать их.

— Каждый день.

Мне не хватило смелости продолжить допрос, но, словно в подтверждение моих предположений, мужчина добавил:

— Если бы мог вернуться, то обязательно бы это сделал. Но я долго игнорировал это желание, хотя думал, что уж в своих-то желаниях разбираться научился.

Получив столь искренний ответ, я понятия не имела, что с ним теперь делать. Некоторым вопросам стоило бы оставаться незаданными, но очень часто мне удавалось осознать это лишь постфактум. Юра давным-давно сдался, пытаясь уберечь остальных, а я топталась на месте, увязая в тревожной неопределённости. Пережёвывание сожалений было таким же бесполезным, как и любые слезливые причитания.

От исполнения обязанности нечленораздельно мычать в ответ меня освободило рычание мотора. На фоне празднично украшенного фасада Cozy Bear высились два человека, только-только припарковавшие свои мотоциклы.

Они уже избавились от шлемов, и в глаза ударила рыжина вьющейся копны. Эта копна показалась отдалённо знакомой, и, когда оба мотоциклиста поднялись со своих сидений и второй наконец посмотрел на нас, Юра, остановившись в паре метров, приветственно ему махнул:

— Как дела, Артур?

Не веря ушам, я в упор смотрела на мужчину, в котором никак не могла узнать своего знакомого. Он постарел, но сбросил вес и приобрёл рельеф мышц. В прежние времена он носил одежду с длинными рукавами, но сегодня надел футболку, демонстрируя татуировку на левой руке.

Переведя взгляд на компаньона Артура, Юра доброжелательно поприветствовал и его. В свою очередь, он сдержанно кивнул, явно ожидая, когда Артур представит нас друг другу, но, едва взгляд рыжеволосого упал на меня, его глаза расширились от удивления и он отрывисто спросил:

— Джулия?

Повисла неловкая пауза.

— Ах да, ты, наверное, не помнишь меня, — нисколько не смущённый сложившейся ситуацией, сам себе ответил незнакомец, после чего обернул монолог в разговор двоих: — Я Томас, брат Ирис. Мы виделись один или два раза, когда она училась в школе.

Теперь от удивления расширились уже мои собственные глаза. Я видела перед собой возмужавшего парня и ни одной клеточкой мозга не уловила в его бирюзовых радужках, схожих с теми, что были у Ирис, в огненных завитках и флегматичном взгляде даже отголоска того маленького мальчика, каким помнила Тому. Он возвышался надо мной, явно перемахнув за отметку «сто восемьдесят».

— Как тесен мир, — усмехнулся человек, которого Юра назвал Артуром, и я наконец начала узнавать в нём того невысокого полноватого мужчину, что никогда не терял позитивного настроя и умел поддержать любой разговор хорошей шуткой. — В таком случае, Юра, это Томас, мой приятель; Томас, это Юра, мой друг. Рад видеть вас с Джулией, дружище, — кивнул он нам, протягивая Юре руку. — Шикарно выглядишь, — присвистнул он, глядя на меня.

— Вы приехали вместе? — поинтересовался Юра.

— Формально нет, — ответил Томас. — Просто приехали с разницей в несколько секунд. Внутри меня ждут коллеги. Организацией данного мероприятия занималась компания, в которой я работаю, так что все мы по умолчанию приглашены.

— Поторопись, раз уж ты, как всегда, опаздываешь, — мягко рассмеялся Артур. — Наверное, вовремя приходил только на занятия в университете.

— Преступление ставить лекции так рано, — недовольно вздохнул Томас, но после его губы растянулись в плавной улыбке: — Впрочем, ещё большим преступлением было бы опаздывать на твои лекции, Артур. Что ж, на этом я вас оставлю. Приятно было познакомиться и… — едва не замялся он, взглянув на меня, но закончил: — Увидеться снова.

И, обогнав нас, парень скрылся в дверях. Обескураженно смотря ему вслед, я непроизвольно придвинулась к Юре.

— Прямолинейный парниша, — весело заметил Артур, и, поймав мой осторожный взгляд, сказал: — Да ладно тебе, не так уж сильно я изменился.

— Ну-ну, — усмехнулся Юра.

Они общались так непосредственно, что я вдруг ощутила себя лишней.

— На самом деле я всего лишь вернулся в прежнюю форму, — сообщил Артур, обращаясь ко мне. — Ведь, попав сюда, долго не мог принять своё положение и временно поменял приоритеты.

— Надо же, здесь меняется всё, кроме меня, — вяло отозвалась я, надеясь, что не испорчу общий настрой группы.

Теперь от необходимости отвечать был освобождён уже Артур, так как, пропуская меня вперёд, Юра распахнул ту самую дверь, за которой только что исчез Томас.

Отдалённый уличный гомон перекрыл шум толпы, представлявшей собой сборище самых разных людей. Могу поклясться, что большинство из них видела впервые, и именно поэтому мой выдуманный радар начал разноситься по всему помещению в поисках хотя бы одного знакомого лица. Интерьер кафе был столь же впечатляющим, как и экстерьер, и, когда я наконец смогла опознать среди присутствующих Владимирину, Юра и Артур упорхнули в сторону напитков и закусок.

Девушка только-только закончила разговаривать с некой красноволосой женщиной, показавшейся мне слишком высокой.

— Очень рада тебя видеть, Джулия! — улыбнулась Владимирина, едва я приблизилась, чтобы поздороваться. — Это Яэль, мой деловой партнёр. А это Джулия, моя одноклассница.

— Приятно познакомиться, Джулия, — доброжелательно поприветствовала Яэль.

— Мне тоже, — неуверенно пробубнила я, задирая голову.

Женщина не стала задерживаться и почти сразу направилась куда-то вглубь зала. При каждом шаге она раскачивала бёдрами, и это выглядело несколько утрированно, но, недолго думая, я выбросила Яэль из головы.

— Как твои дела? — спросила Владимирина. — Обустроилась?

— Вполне, — размеренно отозвалась я.

— Чем ты теперь занимаешься?

«Хм. Ну, по четвергам и вторникам я впадаю в транс и катаюсь на собственном песчаном острове над бездонной пропастью. И делаю это втайне от своих соседей-вампиров. А в остальные дни горько плачу в подушку и безнадёжно залипаю в потолок», — подумала я.

— Ищу работу.

Подумать только, как легко мне удавалось врать, с самым искренним видом плетя абсолютно спонтанные фразы. Впрочем, сейчас любая из них звучала куда правдоподобнее, чем истинное положение вещей.

Владимирина собиралась ещё что-то сказать, но, действуя на опережение в надежде сменить тему, я задала собственный вопрос:

— Разве Прия не с тобой?

— Задерживается на работе, — вздохнула девушка. — В последнее время у неё невпроворот дел. Но где-то здесь Алекси и Роза — они будут рады с тобой встретиться.

При имени Алекси по спине пробежала до ужаса щекотливая дрожь — смесь не то предвкушения, не то дикого страха. Тот самый Алекси, что в отличие от меня все эти годы был на связи с Армином, бродил где-то в нескольких метрах. Возможно, братья общались по телефону прямо сейчас, и в чужом динамике неслышно раздавался обласканный моей памятью голос.

— Извини, я ненадолго, — выдавив улыбку, произнесла я. — К тому же пришла сюда со своими друзьями. Они уже наверняка заждались меня.

— О, нет проблем, — явно удивлённая тем, что у меня здесь остались какие-то друзья, ответила Владимирина. — Повеселись от души.

Уж в этом я себе отказать совершенно не могла. Что ни день, то новые приключения. И все на мою голову.

— Свалили, да? Бросили меня, а сами наслаждаетесь? — практически сразу увидев «сладкую парочку» за одним из столиков, язвительно сказала я.

— Верно подмечено, — хохотнул Артур, отпивая безалкогольный апероль из своего бокала. — Мы и тебе прихватили. И очень кстати: с нашего расставания прошло девять лет, а ты так и осталась несовершеннолетней.

Мужчину данный факт явно забавлял, и, смотря на него, столь жизнерадостного даже в таких условиях, я сама начала непроизвольно улыбаться.

— Удивительная ты девушка, Джулия, — добавил Артур, придвигая ко мне бокал.

— Ты тоже полон сюрпризов, — сказала я, рассматривая украшенную блестящей бахромой трубочку. — Не думала, что ты преподаёшь в университете. Учитывая, что… Ну…

Вспоминая события, о которых Артур когда-то рассказывал, я неловко замялась и сделала глоток приторно сладкого напитка, словно старалась таким образом заполнить паузу. Тем временем Юра лениво жевал закуску, ничего не говоря. К счастью, при моих аппетитах парни захватили вполне достаточно еды.

— Учитывая, что я оказался за решёткой, — прямо сказал Артур. — Да, мне пришлось отбыть срок. За то, чего я не делал. Ни в коем смысле не делал.

— Что ты имеешь в виду? — в который раз за вечер удивлённая, не удержалась я.

Судя по тому, что в отличие от меня Юра таковым совершенно не выглядел, он прекрасно знал эту историю.

— Меня обвинили в результате чудовищной ошибки, — сдержанно, но открыто признал Артур. — Я был невиновен. К счастью, это выяснилось, и меня реабилитировали. Поэтому я занялся тем же, чем занимался в реальной жизни — начал преподавать информатику в Академии Антерос. Благо, профессия совпала. Хоть в чём-то мне повезло.

— Вот оно что, — сдавленно и совершенно растерянно выдохнула я.

Всем нам было тяжело. У всех имелась своя печальная история, начатая кем-то иным и требовавшая от нас всего того мужества, на какое мы только были способны. Но всё чаще у меня возникало чувство, что ныла по этому поводу направо и налево лишь я.

— У нас в распоряжении было достаточно времени, чтобы смириться с неизбежным, — словно прочитав мои мысли, вдруг вклинился в разговор Юра. — Чтобы принять, кто мы теперь такие, и отыскать своё новое место.

— Даже если никогда по-настоящему этого не хотели, — вздохнул Артур. — Как же я еёненавижу.

При упоминании Вселенной мои плечи непроизвольно сжались. Мы плавно подошли к теме, которой я боялась и к которой одновременно питала нездоровый интерес.

— Никогда бы не подумал, что кто-то может оказаться здесь снова, — добавил мужчина, покачав головой. — Юра в общих чертах обрисовал мне картину, но я бы хотел услышать всё в мельчайших подробностях непосредственно от тебя.

Тяжело вздохнув — не из-за слов моего собеседника, а непроизвольно, — я лишь сказала:

— Кто я такая, чтобы тебе отказать. Только возьму себе каких-нибудь сладостей. А то вы, я посмотрю, оба полные зожники: ни одного пирожного.

Поймав извиняющуюся улыбку Юры, я встала из-за стола и направилась к шведскому столу. И именно в тот момент, когда пальцы зажали краешек блюдца с шоколадным десертом, на закрытое платьем плечо опустилась чья-то рука.

— Джулия? — произнёс мужской голос, и, сразу узнав его, я едва не выронила блюдце из рук.

Медленно повернувшись и совершенно не успев принять неизбежное, я наткнулась прямо на малиновый взгляд, хмурый и напряжённый, но нисколько не удивлённый.

— Ты действительно в Свит Аморис, — выдохнул парень, и я воспользовалась моментом, чтобы незаметно рассмотреть каждую деталь и убедиться, что Алекс, как и все остальные, стал сам на себя не похож.

Впрочем, ему эта перемена на руку не играла. Он выглядел безвкусно и нелепо. Настоящий стереотипный гей из какого-нибудь американского фильма девяностых — не хватало только женской причёски и накрашенных губ.

— Привет, Алекси, — стараясь придать физиономии непроницаемое выражение, ответила я. — Да, я вернулась. Не думала, что ты уже знаешь. «Вернее, что Владимирина тебе уже всё разболтала».

— Конечно, знаю, — посмотрев куда-то в сторону и взъерошив затылок, ответил Алекс, но, едва опустив руку, вновь перевёл взгляд на меня. И, не выжидая ни секунды, проговорил: — Он искал тебя, Джулия. Пытался выяснить, что с тобой случилось, когда ты пропала без следа, оставив ему лишь несколько строк на прощание.

Не стоило сомневаться в причине, по которой наша встреча так взволновала Алекси. Парень сразу взял быка за рога.

— Тогда оставь моё возвращение в секрете, — подавив в себе возмущение и одновременно желание хоть что-нибудь узнать об Армине, только и сказала я. Надеюсь, в тот момент мой тон прозвучал не столь умоляюще, сколь было на то похоже. — Это ведь давно в прошлом.

Алекси мог бы просто спросить, как у меня дела. Наверное, допрос Владимирины был не так уж и плох. В сравнении с обвинительным взглядом парня что угодно оказалось бы лучше.

— Прости, но мне пора идти, — отрезала я, не давая собеседнику времени контратаковать. — Рада была с тобой увидеться.

Это был самый что ни на есть побег. Смешно: я практически бросилась наутёк, словно провинилась перед Алексом или была чем-то ему обязана. За последние дни меня уже начинало тошнить от неловких пауз и опущенных в пол глаз.

«Чёртова Вселенная. Не могла придумать, что я уехала с любовником на Бали?»

За стол к ребятам я вернулась бледная как мел. Казалось, даже губы немного дрожали, и оттого блюдце звякнуло по столу сильнее, чем мне хотелось.

— Что случилось? — спросил Артур.

Я не ответила, безнадёжно помотав головой.

— Да ладно, по правде говоря, мы вас видели, — признался мужчина. — Но я не хотел быть неделикатным.

— Слышал, у Алекси совсем недавно стали налаживаться дела с трудоустройством, — как бы между делом произнёс Юра.

— Мы не успели перейти к этой щепетильной теме, — закатила глаза я, из-за осведомлённости ребят больше не видя смысла отмалчиваться. — Он сразу заговорил о том, что я бросила Армина.

— Как ты думаешь, что бы произошло, если бы ваш разговор продолжился? — мягко спросил Юра.

— Ничего, — понимая, к чему он клонит, вздохнула я и яростно воткнула вилку в торт. — Ровным счётом ничего.

Если бы я боялась чего-то помимо собственного страха, наверняка стала бы одним из самых бесстрашных людей на планете. Но кое-что рациональное в моём побеге всё-таки было. Он позволил остаться в неведении относительно нынешней жизни Армина, в которой мне теперь не было места.

К счастью, больше из знакомых я никого не встретила, поэтому, когда настала пора возвращаться в особняк, с облегчением вздохнула, хотя совсем не желала этого возвращения.

Несмотря на мои возражения, автомобиль Юры остановился практически у самого крыльца. Надеясь, что не слишком припозднилась, я посмотрела на машины, припаркованные неподалёку, и, попрощавшись с Юрой, устремилась в сторону сада, чтобы незаметно пробраться в комнату. Но, едва сделав шаг за порог кухни, услышала гул встревоженных голосов. Холл снова оказался заполонён людьми, но теперь они выглядели не такими беззаботными, как прежде. Что-то омрачило их веселье, заставив сгрудиться вокруг чего-то, чего за многочисленными спинами я увидеть не могла.

— Что произошло? — неоднократно улавливал слух, и оттого чем ближе надвигался арочный выход, тем тяжелее и осторожнее становился каждый шаг.

А потом я замерла как вкопанная.

— Да не лезьте вы, чёрт подери! — перекрывая всеобщий лепет, разлетелась по всему помещению уже знакомая ругань.

Без особого труда, свидетельствовавшего, что толпа вышла из гипноза лишь наполовину, я протиснулась между несколькими девицами. И тогда увидела это.

Стоя на коленях, Этан — я не ошиблась — аккуратно поддерживал в руках голову распластавшейся на полу девчонки. Под её хрупким телом растеклась ужасающих размеров тёмно-красная лужа.

— Мне жаль, Владимир, но ей точно конец, — окончательно опустив девушку на пол, покачал головой Этан.

Владимира я заметила далеко не сразу, ведь моё внимание, как и внимание всех остальных, безраздельно принадлежало ей. Но, прежде чем рваные очертания раны на её шее успели въесться в память, чей-то окрик заставил меня отвести взгляд. А в следующий миг на плечах оказались чужие руки.

— Где ты была?! — едва ли не встряхивая меня, прогремел Этан, и столь масштабная ярость испарила последние капли моего самообладания.

Окончательно перестав осознавать происходящее, я уставилась на парня, пока до ушей доносились несвязные, вряд ли что-то значащие фразы:

— Какое счастье, что ты… Чёрт бы тебя… Какого рожна ты снова… Чёрт! Perkele!

Почти в панике, я открыла рот, но, прежде чем смогла выдавить хотя бы один звук, увидела Аарона и Велиата. Судя по всему, они, как и Владимир, заметили меня только сейчас.

— Элоиза, будь добра, отведи юное создание в комнату, — раздался голос Рафаэля.

— Я и сам справлюсь! — тут же заявил Этан, и по крепко сомкнутым губам нетрудно было догадаться, что парень изо всех сил сдерживал новый, совершенно не ясный мне приступ гнева.

— На твоей одежде кровь, — возразил Владимир. — В такой момент Джулии не стоит...

— Не развалится, — отрезал Этан и, почти до боли перехватив меня за запястье, потащил в сторону лестницы мимо всё ещё полузастывшей толпы.

Я не успела осмыслить. Не успела понять. В голове завертелся вихрь впечатлений, пока не укладывавшихся в единую картину. Не думаю, что в тот момент я вообще осознавала, куда именно иду. Время вокруг казалось замершим, а воздух — пропитанным тревогой.

Рывком открыв дверь, Этан завёл меня в розовую комнату. Игнорируя мой вопрошающий взгляд, он сказал:

— Не знаю, заметили ли старики твоё отсутствие, но сиди здесь, пока кто-нибудь к тебе не поднимется. И шагу не смей сделать из комнаты! Понятно?

Голубой взгляд прожигал насквозь. И под его натиском я наконец собрала первый кусочек пазла: там, внизу, произошло убийство. Одновременно с моим возвращением из города, о чём Этан уже догадался. Но вместо того, чтобы завалить его вопросами, я лишь тупо и бездумно кивнула в ответ, а затем вздрогнула от звука резко захлопнувшейся двери. Только погрузившись в прохладный сумрак знакомых стен, я наконец пришла в себя и нервно закусила ноготь. В тишине, нарушаемой лишь учащённым сердцебиением, раздался приглушённый хруст, но, словно этого было мало, я взялась за следующий палец, сжавшись в клубок на полу около кровати и обхватив колени второй рукой. В тело как будто разом вонзились сотни маленьких невидимых иголок, порождая волну неконтролируемой дрожжи.

Убийство. Прямо в особняке. Посреди оживлённого торжества. Почему? Кто убийца? Иван?..

Резко взглянув на дверь, словно он действительно мог притаиться за ней, на долю секунды я перестала дышать, ощущая только ледяной комок в животе, но вспомнила, что Иван не мог причинить мне вреда, как и никто из вампиров, живущих в особняке. Но что если?..

В такт обрывкам моих мыслей внутри затянулся новый, ещё более тугой узел: что если убийцей оказался посторонний?..

Твёрдый размеренный стук оборвал кривые узоры мучительных догадок, вытканных из катастрофического недостатка информации. Я испуганно замерла, но на пороге оказался всего лишь Владимир.

Он глубоко вдохнул, словно собираясь с духом, и только тогда сказал:

— Около сорока минут назад произошло нечто крайне неприятное, Джулия. Но я прошу вас не переживать и спуститься вниз вместе со мной, чтобы ввосьмером обсудить сложившуюся ситуацию.

Развернувшись на каблуках, Владимир взялся за приоткрытую дверь, но, словно сомневаясь в том, что его услышали, повернулся ко мне, проследив, как на ватных ногах я делаю несколько шагов по направлению к нему.

За исключением Ивана, остальные собрались в малой гостиной, и их понурые лица наводили на мысль о прескверном положении дел.

— Все? — окинув взглядом комнату, едва я устроилась в кресле, в котором ещё недавно услышала новость о проведении вечеринки, вновь заговорил Велиат, но тон его, как и вся обстановка вокруг, в корне отличался от того, что было в прошлый раз.

— Все, — подтвердил Владимир и, усаживаясь напротив остальных, добавил: — Полагаю, мы можем начать.

В комнате могла повиснуть гнетущая пауза, но, не позволив ей возникнуть, Этан резко произнёс:

— Давайте без церемониалов. Вы нашли хоть какие-нибудь зацепки, которые мог оставить наш старый знакомый?

Будто бы забыв о том, что они собирались с чего-то «начать», остальные заговорили почти одновременно, словно меня, ни черта не знающей о ситуации, здесь вовсе не было.

— Он хорошо замёл следы, — покачал головой Аарон. — Я искал минут двадцать, но ничего не обнаружил.

— Я тоже не уловил ничего необычного, — озадаченно добавил Рафаэль.

— Ситуация повторяется, — сокрушённо заметил Велиат.

В ответ на их реплики раздался недоумённый голос Элоизы:

— Неужели за всё это время вы так и не разобрались с ним?

На этот раз все звуки, кроме потрескивающих в камине поленьев, действительно смолкли. Но прервал безмолвие не Этан. Это был Аарон.

— Мы не уверены, что это он, — признался мужчина.

— Да бросьте, — вклинился Этан. — Один и тот же почерк, аналогичная ситуация, даже декорации те же — и вы не уверены?

— Именно так, друг мой, — подтвердил Велиат. — Он не появлялся несколько лет, не думаешь же ты, что всё это время он тайно выжидал сегодняшнего вечера в шалаше неподалёку?

Я была тише воды, ниже травы, и никто, казалось, не замечал моего присутствия. И, словно отгороженная от остальных прозрачной завесой, краем глаза я смогла уловить мимолётное движение крепко сжатых рук Владимира. Это движение, похожее на вздрагивание, продлилось долю секунды, и вскоре я решила, что мне просто показалось.

— Спустя некоторое время после вашего с Элоизой ухода он действительно исчез, — подтвердил Аарон, возвращая меня в русло разговора. — Мы подумали, что это странствующий одиночка, по воле случая оказавшийся на нашей территории, и, раз нападения прекратились, решили, что он покинул эти края.

На лице Этана возникла кривая, сардоническая усмешка.

— Либо он надумал вернуться, да ещё и той же самой дорогой, либо вы не хотите признавать очевидное, — прямолинейно сказал парень.

— И что же именно? — бросил Аарон, и в голосе его впервые прозвучал вызов.

Мужчина обращался не ко мне, но даже так я непроизвольно вжалась в сиденье. Этан же нисколько не растерялся.

— То, что вы облажались, — смотря оппоненту в глаза, отчеканил он. — Как облажались и тогда, когда понадеялись выдрессировать Ивана. В результате погиб ещё один человек.

Казалось, Аарон потерял терпение.

— Твоё мнение здесь больше не имеет веса, — ледяным тоном сказал он. — И, если ты вернулся сюда, только чтобы оскорблять нас, на рассвете можешь убираться. Тогда нам не придётся лишний раз рисковать, чтобы защитить твою шкуру.

Стоило кому-то затронуть Ивана, вампир тут же становился сам на себя не похож. Впрочем, что-то подсказывало мне, что конфликт между Аароном и Этаном начался отнюдь не сегодня. Это было позабытое в разлуке нерешённое разногласие, но отчего же сейчас Этан так…

— Открой глаза! — тоже теряя терпение, возразил он. — Ситуация повторяется, а значит, будут и другие жертвы. Ваша самоуверенность снова обернулась против вас, и, даже если я отсюда уйду, это не изменит факты. Например, того… — в этот момент Этан небрежно махнул рукой в мою сторону, — …что вы не смогли проконтролировать даже девчонку, улизнувшую в город прямо у вас из-под носа! А ведь её сегодня запросто могли сцапать!

Взгляды вампиров обратились ко мне. Не успев проклясть беловолосого придурка, я сжала челюсть и выслушала несколько гулких ударов собственного сердца, отдававшихся в ушах.

— Это правда, Джулия? — спросил Аарон, но добавил уже безо всяких вопросов: — Вот почему сегодня ты выглядела такой задумчивой.

От этого взгляда, полного разочарования, хотелось провалиться сквозь землю.

— Кхм-кхм, — неожиданно кашлянул Владимир, и несколько настойчивых ударов его трости избавили меня от необходимости выдавливать из себя ответ.

Теперь все присутствующие воззрились на него, ожидая дальнейших реплик.

— Такими темпами далеко мы не уйдём, — наконец сказал он. — Этан прав, Аарон, как бы ни горько было это признавать. Нам нужен дальнейший план действий.

— Но мы ведь всё ещё не знаем, тот ли это вампир, — заметил Велиат.

— Именно поэтому для начала нужно тщательно изучить обстановку, чтобы продумать все варианты, — ответил Владимир.

— Тем более что мы не можем рисковать жизнью Джулии, — соглашаясь с ним, добавил Рафаэль.

— И каков план? — спросила Элоиза. — Вытурите нас из особняка и устроите круглосуточный обход?

— Никто не собирается вас выгонять, — восстановив самообладание, сказал Аарон. — Мне не стоило рубить сгоряча.

— Что ж, раз в этом мы разобрались, предлагаю обсудить более важные вещи, — произнёс Велиат. — И для начала нам надо распределиться, чтобы…

— Для начала я бы хотел выяснить, что Джулии понадобилось в городе сегодня вечером, — твёрдо заявил Аарон, и от его пронизывающего взора стало не по себе.

— Мы и в самом деле верили в ваше благоразумие, — сдержанно, словно не особо хотел касаться ещё одной затруднительной темы, но всё-таки добавил Владимир.

И снова внимание зала было обращено ко мне, словно я стояла на сцене. Сцене, рушившейся под ногами прямо во время выступления.

— Да бросьте, — встрял Велиат. — Молодой девушке скучно сутки напролёт находиться в этом престарелом доме. Что мы предложили ей кроме покрытых пылью книжных полок? Разовое торжество и то окончилось трагедией.

— И вправду, — подхватил Рафаэль. — Прелестной деве, должно быть, неуютно в нашем суровом обиталище.

— И всё-таки, Джулия, — снова обратился ко мне Аарон. — Никто не станет на тебя давить, если ты не захочешь рассказать. Я просто пытаюсь понять.

Каждую клеточку тела обволакивала удушающая тишина, сопровождавшая всеобщее ожидание. И, непроизвольно переведя взгляд на Этана, я поймала его собственный. Он был непроницаемым.

— Потому что здесь не моё место, — сквозь зубы, но твёрдо и чётко выговорила я, посмотрев Аарону прямо в лицо. — Я человек. И я не готова запереться в этом особняке.

В напоминающих расплавленное золото глазах вздыбилась новая, гораздо более сокрушительная волна досады, но на этот раз мне было всё равно.

— И тем не менее ты поступила безответственно, Джулия, — только и сказал Аарон, словно отгораживаясь от собственных чувств.

Я же от его слов напрочь потеряла контроль.

— Прости, не знала, что к вам в гости заявится потрошитель, — выговорила я. — Неожиданный исход для тех, кто регулярно зазывает в своё жилище кого ни попадя, не правда ли?

Нахмурившись, мужчина собирался что-то ответить, но нас прервал Владимир.

— Думаю, нам всем нужно успокоиться, — произнёс он, а затем обратился ко мне: — Вам стоит отдохнуть, Джулия. Опасность миновала, и это главное. Мы позаботимся об остальном. Ступайте наверх и забудьте обо всех неприятностях, свидетельницей которых вы вынуждены были стать по нашей вине. Об остальном мы поговорим чуть позже.

«Им надо избавиться от тела», — вдруг осенило меня, и затылок обдало неприятной волной озноба, словно позади, на полу в холле, всё ещё лежала убитая девушка. Я не успела её рассмотреть и не знала, где она сейчас, но уже не могла отделаться от размышлений, что же, чёрт возьми, ощущала Элизабет, впервые увидев труп Наоми. И одновременно с этим вспомнила наш разговор с Этаном, в котором он упоминал о неизвестном вампире, виновном в её смерти.

Этого было достаточно, чтобы пазл окончательно сложился. Этан наверняка был прав. В конце концов, что значили для бессмертного упыря, снова решившего заявиться к шведскому столу, два или три года? Ничего. От этой мысли захотелось криво усмехнуться — так же, как парень некоторое время назад. Мало того, что я оказалась в этом затхлом особняке бок о бок с заскорузлой нечистью, так теперь меня ещё и в любой момент мог попробовать на зуб какой-то псих.

Ужас, пришедший на смену растерянности, оказался всепоглощающим и неуёмным. Делая шаг за порог гостиной, я не проронила ни слова, но на задворках сознания снова раздался треск: моя тихая и относительно мирная жизнь среди массивных каменных стен только что разлетелась на куски.