Вбоквелы для "Молли навсегда" (не вошедшее) (гет)

Без планшета немножко взгрустнулось, ведь Саша потянулась к сумке, чтобы его достать и скоротать время за просмотром какого-нибудь фильма, да вспомнила сразу об утрате. Сколько времени загадочный Игнат Ильич будет проверять её планшет, и вернёт ли вообще его ей, Саша не знала, а спрашивать ведьмака посчитала излишним. Сам скажет, когда сочтёт нужным. Нужная, конечно, вещь, этот планшет, и не только для развлечения, тот же навигатор очень удобен в полётах, да и некоторые знания и умения в интернете можно получить. Ну и книги там есть, фильмы, музыка. Да тот же ведьминский сайт. Но грустить долго не захотелось, вместо этого прошла в кабинет и снова открыла задание с уже знакомой до последней черточки руной лёгкой защиты и с довольно мультяшным черно-белым рисунком лохматого до невозможности лешего.

Перечитала указания. «Дорогу к лешему осилит идущая веда после полуночи. Может увидеть дорогу и ведьмак. Коли во тьме видеть станешь, то вскоре и тропу нужную увидишь, идти по ней следует прямо, не сворачивая на ответвления. Не кричать, не шуметь, не пользоваться фонарём или другим источником света. Зверей и прочей нечисти бояться не следует — тропа, ведущая к лешему, чужих не пустит, главное — в сторону не сойти.

Остановиться нужно на поляне, куда выведет тропа, позвать негромко и уважительно. Гостинец предложить вежливо. Если леший гостинец примет, да имя для себя самого попросит придумать, то дать ему имя — ведающая поймёт, какое. После этого надобность свою сказать без предисловий и словесных кружев, да указания лешего выполнить в точности. Для указания границ своего жилища понадобиться лишь круглый моток толстой нити, не забудьте взять её с собой».

Вроде бы всё не сложно в теории, а как там будет на практике — время покажет. Саша заранее положила в карман моток коричневой нити, достаточно толстой, которую выдал без вопросов Григорий. То ли сам понимал, для чего ведьмочке нить понадобилась, то ли просто исполнял её поручения, полностью доверяя.

— Прочная нить, хорошая, — отрекомендовал свое подношение Григорий. — Без капли магии, да то и не требуется. Леший сам зачарует, если посчитает нужным.

— Спасибо, Гриш, — не преминула поблагодарить Саша. Баба Вера так учила, не забывать благодарить за всё хорошее.

Григорий на это лишь улыбнулся в усы, поклонился коротко и исчез.

Оделись они все по-походному, что стало уже привычным — похоже, в славянском магическом мире такая одежда была привычной и повседневной. Если Саша правильно помнила, то та же веда Таисия, мастерица замечательных ступ, на ярмарке тоже была в походном прикиде, хоть и весьма стильном. Саша очень хотела с ней подружиться, и не только по совету Чумы. Просто Таисия ей понравилась чем-то, что и объяснить сложно.

И здесь опять всё упиралось в отсутствие планшета — ведь и общение с подругами и другими людьми без него затруднительно. И Таисии не написать, что хочет встретиться. Но об этом она подумает, как с заданием из книги Чародейства справится. Ведь может быть и другой способ связаться с нужным человеком. Те же совы, как в сказке про Гарри Поттера, или вороны. Саша смутилась, что думает не о том, сосредоточилась на предстоящем походе в чащу леса.

Взяли с собой на перекус пирожки и бутыль морса, что приготовил им Григорий в дорогу — это для обратного пути, да гостинцы лешему в большой плетёной корзине с такой же плетёной крышкой.

Корзина оказалась увесистой, и нести её взялся Ваня, так как ведьмаку Николаю нужны были свободные руки на случай непредвиденной опасности, а для Саши слишком тяжело, как посчитали мужчины. Хотя и перекус нес тоже Ваня — в своем новом рюкзаке, который с расширением пространства и и облегчением веса. Так полюбил мальчишка это кожаное гномье изделие, что везде с ним ходил, стоило за ворота выйти.

Не стала Саня возражать, что парень все несет, тем более, что вес рюкзака Ваня не чувствовал, только корзины — но у той облегчать вес нельзя было почему-то. И приятно было, что мальчишка о ней так трогательно заботится. Да он и то, крепкий и жилистый, сильный мальчишка, хотя всего двенадцать.

И хорошо так стало на душе, что ведьмаки с ней пошли без сомнений. Вот как бы она в темном лесу с тяжестью передвигалась? Тут ноги бы не поломать даже без груза — коренья всякие точно повстречаются на тропинке. И без источника света вообще неясно, как дойдут.

Никаких фонариков брать не стали, в Книге чародейской об этом четко говорилось, что запрещено, а ведьмак Ёрш тоже об этом знал и предупредил, что не понадобится им освещение. Саша подумала, что луна будет освещать им путь, но та спряталась за тяжелыми тучами, едва в лес вступили — и ни зги не видать. Черно вокруг, что безразлично стало, смотришь ты или зажмурился.

— Стоим, — велел Ёрш тихо. — Смотрим вперёд, пока глаза не привыкнут. Старайтесь не моргать!

Саня мысленно хмыкнула, пялясь усиленно в непроглядную темень, но скоро оценила приказ. Вот начали проступать очертания ветвей и кустов, и словно посерело пространство, а после, непонятно как, увидела она и тропку довольно чётко, и все корни на ней и ветки ближайшего разлапистого дерева. Призрачным всё казалось, но хорошо видимым.

— Вижу, — удивлённо высказался Ваня, заставив ее встрепенуться.

— И я, — подхватила Саня, радуясь новой способности, у себя обнаруженной.

— Тогда идём дальше, — удовлетворённо распорядился Ёрш. — Саша, иди впереди, ты лучше должна ощущать, куда идти. Я замыкающий, Иван между нами.

Саша недоверчиво поглядела на Николая, но спорить не стала. Вот и в Книге говорилось, что веда сама тропу к лешему найдёт, а каким образом — не говорилось. Благо, тропинка вскоре появилась вполне сносная, и Саня решила идти покамест по ней. Всё лучше, чем сквозь кусты и овраги продираться.

Заодно пыталась прислушаться к себе, может появится ощущение, куда именно её тянет, к примеру. Или уж настроиться, когда тропка закончится, а то призрачная такая, узкая, словно звериная, а не людьми протоптанная.

Немного пугали ночные звуки — то сова ухнет, то тень чья-то в стороне мелькнёт, то завоет волк, то рыкнет кто-то жутко, то застрекочет другое непонятное существо. И всё это совсем близко! У Сани мурашки бежали по спине от невольного ужаса, от каждого шороха в кутах хотелось шарахнуться. Только и спасало уверение в книге, что никто из зверья не выйдет на её тропу. Да и веду, по утверждению Чумы, даже бешеный зверь не тронет. Главное — самой не сойти с призрачного пути, который все же тем самым оказалась, раз они так долго по нему идут, уж не меньше вечности, по ощущениям, а никто из рычаще-воющей братии к ним на тропинку не выскочил.

— А как ты путь узнаёшь? — шепнул вдруг Иван за её спиной. Спокойно спросил, без страха. Видимо, ведьмак Ёрш успел дать мальчишке наставления. Или в принципе, мальчишка оказался не из трусливых.

— По тропке иду, — так же тихо отозвалась Саша. — Вот же она, впереди стелется. А туда или нет иду, леший его знает, — она хихикнула, наверное, от нервов. — Может, он сам нас найдёт или гостинцы почует, что мы несём?

— Лес такой дремучий здесь, — пробормотал Ванька. — А тропку перед вами не видно, только кусты непролазные.

— А по мне, вот она, родимая, — прошептала Саша. — Стелется на десять шагов вперёд.

— Не, не вижу, — чуть обиженно вздохнул подросток. — И зверья, должно быть, много разного вокруг. Слышите, дерётся кто-то?

— Слышу, — вздохнула Санька, поёжившись. Но не остановилась.

Ведьмак непонятно хмыкнул за их спинами, но комментировать и затыкать не стал, а тропка перед Саней чуть шире стала внезапно, в удобную дорожку превратилась, и даже без корешков, гладенькая, словно песочком присыпанная.

— Ух ты! — оценил Ванька. — И правда тропа…

Идти стало веселее, тем более, что жуткие звуки леса как отрезало, только пичуги посвистывали в ветвях, да шуршание ветра раздавалось в кустах и ветвях исполинских деревьев.

Саша счет времени успела потерять, а широкая дорожка почти наскучила — не всю же ночь им так тащиться, когда они внезапно вышли на круглую просторную поляну с низкой травой и без единого камня и кореньев. С другой стороны поляны высилось очередное могучее дерево — скорее всего дуб, в несколько обхватов шириной. Саша невольно замерла на краю полянки, напротив этого дуба. Сразу всю вальяжность и скуку сгустком страха смело.

«Вот оно!» — пронеслось в мыслях заполошно. Волнение внутри охватило все члены, не двинуть ни рукой, ни ногой. Словно кто-то ее взглядом заморозил. Впрочем, понятно — кто. Саня лишь смогла чуть склонить голову, да пробормотать почтительно:

— Здравствуй, дедушка Леший. Не гони нас, а позволь гостинец преподнести. С миром пришли.

Запоздало засомневалась, а точно ли леший её услышал. Но руки-ноги освободились от невидимых пут. И волна теплого ветра омыла лицо, растрепало волосы. А следом Саша сразу увидела невысокого мужичка, отделившегося от ствола дуба. Ростом, как и домовой Григорий, чуть выше её колен, весь заросший, косматый, так что не разобрать, где буйная шевелюра, а где уже борода. Глазки маленькие блестят любопытством, да подвижный нос шевелится.

— Ух, какие гости у лешего нынче, — проскрипел-просвистел леший ворчливо. — Давайте, что ли, свой гостинец, да пусть его лешему госпожа веда поднесёт.

Саня забрала у Ивана корзину, охнула от тяжести гостинцев, а ведь Ванька даже не пикнул, что ему тяжело было. Зауважала юного ведьмака еще больше. Мальчишка весело ей подмигнул и поглядел сочувственно. Саня перехватила корзину обеими руками и с трудом дошла с ней до середины поляны, где поспешила опустить подношение на зеленую травку.

— Вот, дедушка, угощайся, пожалуйста, — предложила дрогнувшим голосом. А ну как попросит до самых его ног донести, а у нее и так руки отваливаются после нескольких шагов.

Лесной хозяин покряхтел, мгновенно переместился к корзине, Саня с трудом заставила себя прямо стоять, не отшатнуться от такой близости. От лешего сильно пахло хвоей и грибами. Положил лохматый мужичок на корзину мохнатую лапу — и подношение исчезло, словно его не было.

— Хороший гостинец, — облизнулся дедок длинным раздвоенным языком. — Уважили лешего. Благодарствую. А теперича байте, по какой нужде к лешему явились, да ещё с дитём неразумным. Веда понятно, давно уже ждал её леший для знакомства, а всё не идёт и не идёт. А ведьмаки — чудно, много-много лет ни одного ведьмака леший не встречал, а тут сразу двое. Именами поделитесь?

— Я — Саша, — тут же представилась Александра.

— Ёрш, — коротко ответил ведьмак.

— Ваня, — признался Иван тонким голосом.

— А вас как называть? — полюбопытствовала Саша, потому что леший молчал.

— Ты же веда, — проворчал леший недовольно. — Ведать сама должна, так-то, как лешего зовут.

Саша вздохнула — может, и нет имени у лешего, и всё же рискнула предположить первое, что в голову пришло.

— Никифор?

— Он самый, хозяйка этих мест, — в голосе лешего слышалась довольная улыбка. — Дед Никифор, значится. По какой нужде позвала, веда Саша?

— Да вот, — развела она руками. — Подружиться хотела с вами, да попросить показать мне границы моего участка. Сможете, дедушка Никифор?

— Дело хорошее, — огладил бороду леший говоря тягуче, шуршаще. — Смогу, как не смочь, тут и внучек мой справится, да убёг нынче шалопай по своим подростковым делам. Смотреть, как бобры плотину правят. Они этой ночью все там — молодежь здешняя непутевая. Любопытно им, хм… Нить шерстяную прихватила?

Саша, оцепеневшая от рассказа лешего, которого слушала с любопытством — надо же, и у леших тут своя жизнь культурная, встрепенулась от резкого вопроса и поспешила достать из кармана моток шерсти с толстой кручёной нитью. Показала лешему на раскрытой ладони.

— Годится! — кивнул дед Никифор и руку протянул так же, ладошкой вверх.

Саня осторожно шагнула вперёд и, наклонившись, вложила клубок ему в руку. Леший подул на клубок и сразу протянул его обратно, коснувшись Сашиной ладони шершавой кожей своих пальцев. Получилось у неё не вздрогнуть от неожиданности. Но отвращения не ощутила, к счастью.

— Ступай, веда Саша, ступай, — повелел Никифор ласково, когда клубок она обхватила пальцами для надежности. — За кончик нити держись, а клубок на тропинку перед собою брось. За нею и идите. Как скакнёт клубок в сторону, остановись, жди, пока петлю нить сделает вокруг твоего участка, да соединиться нить сама с собой перед тобой. То и будут границы владений. Отмечай сразу после восхода солнца, пока в нити сила ещё есть. А до восхода можно и нужно отдохнуть. А коли дружить вправду хочешь, по-простому заходи, а не по важному делу. Ну, бывайте, дети леса.

Миг — и вокруг ни поляны, ни роскошного дуба, ни тропы, а всюду лес непроглядный.

Ванька охнул, ведьмак Ёрш хохотнул, а Саня все же бросила клубок на землю, держа крепко кончик нити, как велели.

Думала, не разглядит, куда упал клубочек, но вдруг и тропинку увидела, и клубок, что по тропинке катился, да не разматывался, словно она собачку вела на поводке. А ещё клубок теперь едва заметно светился, да всё время одинаковое расстояние держал, пока они поспешно шли за ним.

Долго шли, казалось даже, что вдвое дольше, чем к лешему. На ходу сжевали пирожки, запасённые на такой случай, потому что голод ощутили все трое одновременно. Когда по очереди опустошили бутыль с морсом, как раз край леса показался, и проглядывала сквозь деревья ограда дома.

Клубок, с которого Саня не спускала взгляда, завертелся вдруг на месте, заставив ее замереть на месте. Только этого дождавшись, клубок резво рванул в сторону с тропки и принялся стремительно разматываться.

— Стоим! — взволнованно скомандовала Саня, крепко сжимая кончик нити, трепещущий в ее руке.

Ведьмаки послушно стояли молча за ее спиной, и старший и юный. Саша только очень надеялась, что длины мотка хватит на весь периметр её участка. Но волновалась напрасно, клубок возник с противоположной стороны точно такой же круглый и ничуть не уменьшившийся. Пересёк оставшуюся нить, да и замер, перестав светиться. Словно разом сдулся. — Вроде бы всё?!

— Всё! — выдохнул ведьмак Ёрш. — Ты умница, Саша. Свяжи узелком оба конца и отпусти уже нить. Никто не потревожит заговоренную нить до утра, не бойся. Спать идём, до рассвета всё равно ничего не разглядим, раз уж так леший распорядился.

Саня завязала узелок, соединив кончик с нитью у самого клубка. Целехонький клубок так и оставила лежать рядом, не подумала отрезать его от нити.

— Правильно, — шепнул наставник. — Идём, на нить не наступайте.

Переступив нить, они побрели к дому, усталые и довольные. Саня сощурилась на свет фонаря над крыльцом, глаза защипало странно. Мужчины тоже притормозили, принялись моргать, а Иван кулаками глаза протёр.

— Сейчас зрение обратно перестроится, — успокоил их ведьмак. — Пара секунд… ну вот.

И действительно, резь в глазах уже прошла, Саша сморгнула невольные слёзы, поняла, что опять всё хорошо видит в широком кругу от фонаря, а не в призрачно-сером цвете. А на крыльце они увидели ту самую корзину, но уже совершенно пустую и с откинутой крышкой. Правда на дне что-то имелось, но заглянуть Саня не успела — возле плетенки материализовался домовой. И первым делом сунул голову в корзину.

— Желудь! — воскликнул Григорий восторженно. — Посади его, Хозяйка, на самой северной точке своих владений. И лучше прямо после рассвета, когда границу будешь отмечать. Это ты лешему понравилась, редко, кому такой гостинец отдают.

Саня прикинула, что желудь лет сто будет расти, а всё равно таким знатным дубом, как у лешего или у той же старой ведьмы Дореи-Дарины стать не сможет. Вот через тысячу лет — возможно. Но не возражать же домовому, да и лешего следовало уважить. Так что забрала она желудь и сразу сунула в мешочек с черепками, на которых нанесла давеча руны защиты. Поняла, что придётся компас с собой завтра взять, чтобы самую северную точку определить.

Собрались ненадолго на кухне, чтобы домовому пересказать о встрече с лешим. Рассказывал Ванька с восторженным видом. А Саша медленно жевала поданные Григорием орешки — даже шевелиться стало лениво.

— Зверье вокруг так рычало, думал, вот-вот вырвутся на тропинку, — юный ведьмак шумно выдохнул, глотнув молока, стер рукавом белый след на верхней губе. — Но даже мошкара к нам не сунулась, не то, что волки там или медведь. Тропинка прямо под ногами у Саши появлялась, а вперед посмотреть — нет её, чудеса! А Саша идёт, словно видит не заросли, а прямой путь, ни разу не замедлилась. А ещё идти было трудно, словно против сильного ветра. А потом вдруг бац — и мы на полянке, а там лохматый мужичок с вас ростом. Корзинку хвать, она сразу исчезла. И язык у него раздвоенный, как у змеи! А потом полянка вдруг исчезла, всё потемнело, а Саша клубок бросила — и тропинка снова появилась. И мы долго-долго обратно шли, словно закинул нас этот дед в самую чащобу.

Санька жевала уже пирожок и меланхолично гладила котёнка, запрыгнувшего к ней на колени. Запивала чайком с травками, слушая с улыбкой Ивана.

Ведьмак Ёрш тоже ухмылялся, не перебивая ученика, а домовой Григорий лишь головой качал, внимая эмоциональному рассказу, да подкладывал каждому на тарелки то пирожок, то орешки.

— Ну, довольно! — прекратил их посиделки Ёрш. — Расходимся по комнатам, а то встать нужно рано, с рассветом. Ты уж, Григорий, разбуди нас в нужный час. Вместе обойдём владения Александры.

Договорившись о скорой встрече, разошлись по спальням, чтобы подняться уже через четыре часа. Саня сама проснулась раньше других, заготовила литровую бутыль воды, куда капнула две капли своей крови. Подсчитала по формуле из Книги и поняла, что этого хватит, чтобы активировать сорок черепков.

Подтянулись и остальные. Ведьмак Ёрш взял лопату, Ване вручили бутыль с активатором, а Саня держала в руках мешочек с черепками. Нить они нашли легко, лучи восходящего солнца позолотили эту заговоренную нитку, отчего та словно огнём горела.

Двинулись дружно вдоль нити, договорившись, как действовать. Ведьмак выкапывал ямку, Саня кидала в неё черепок, Ваня плескал водой с кровью, Ёрш снова засыпал ямку, прилаживая на место дерн с травой. Хотя первый же черепок он перехватил.

— Недешёвая штука, — оценил уважительно. Заглянул в мешочек и присвистнул. — Ничего себе! Так и разориться недолго, Сашенька. Хватило бы пятнадцати черепков.

— Мне они ничего не стоили, — отмахнулась Саня бездумно. — Григорий черепки нашёл в доме. Ровно сорок и принес.

— Повезло, — согласно кивнул ведьмак. — Ваня, плесни активатор в ямку на черепок, только немного, ага, отлично, засветился. Так и проверяй — попал или нет, светиться будет. Зарываем и отсчитываем двадцать пять шагов. А в поперечнике будем тридцать шагов отсчитывать — навскидку.

Саня следила по компасу, отыскивая самую северную точку. Нашла ведь, эта точка оказалась ещё и самой высокой, на небольшом возвышении её холма.

— Здесь, — выдохнула она, наступив носком ботинка на нить, которая задергалась под подошвой, как живая. Саня тут же ногу переставила. Освободила артефакт. — Самая северная точка!

— Похоже на то, — согласился Ёрш, оглядевшись и поглядев на небо. — Один момент!

Ведьмак вонзил лопату в мягкую землю и в два счёта выкопал ямку даже глубже, чем для черепков. Саша бросила желудь по его знаку. Ванька уже привычно ливанул активатора, не успели его остановить.

— Н-да, — почесал затылок Ёрш. — Вот теперь не знаю, как на этот дуб кровь веды повлияет. Ты, Вань, внимательнее, сказали ведь — на черепки лить.

— Простите! — смутился мальчишка. — А вдруг, наоборот, хорошо вырастет дуб от Сашиной крови?!

Санька рассмеялась. Ведьмак нахмурился. Ванька прижал бутыль к груди с жалобным видом.

— Да ладно вам, — перестала улыбаться Саша. — Давайте уже заканчивать, немного осталось. Что вырастет, то вырастет, когда ещё мы это увидим.

Волшебство началось, когда зарыли последний черепок с рунами. Мужчины даже отпрыгнули синхронно, когда от каждого места с черепком — вверх рванул сноп света. Вспыхнули все эти столбы нестерпимо ярко, а потом расщепились — каждый на два луча, которые нагнулись вправо и влево, сплетаясь с соседними лучами. Получилась эдакая сверкающая высокая ограда с огромными арками. Прошло чуть больше минуты, когда всё разом погасло, оставив на траве широкую красную линию.

Саня легко различала её в густой траве, не меньше семи сантиметров шириной эта линия показалась. Граница и овражек захватила, и ближайший подлесок, и даже самую северную точку, где должен был вырасти дуб лет через пять тоненьким ростком. Со стороны тракта граница начиналась аккурат там, где начинался сам холм, буквально в трех метрах от дороги.

— И как теперь обнаружить границу? — озадачился Иван, глядя под ноги.

— Да никак, — фыркнул ведьмак. — Саня, вот, сможет как-то увидеть, когда подучится по книге вед, да сертификат получит. А нам с тобой, друг мой, такого не дано. Не наше жилище. Ощутим небольшой дискомфорт или тепло, и всего лишь.

Саня спрятала улыбку, не спеша признаваться, что красную линию уже видит четко. И та не спешит исчезать. А потом едва удержалась, чтобы не ахнуть — в мыслях вдруг представила легко не только красную границу, но и все, что внутри оной находится. И не только представила, но и ощутила до зуда в пальцах, что может внутри границы что-то изменить. Подумалось, что овражек слишком глубок, сделать бы его небольшой ямкой с пологими краями. И прямо в мыслях увидела, как это происходит, как поднимается и выравнивается земля, хоть и стояла к овражку спиной.

— Ой, смотрите! — крикнул Ванька, то ли испуганно, то ли восторженно. — Земля в овражке поднимается!

Саня тут же мысленно приказала овражку остановиться, оставаться таким, какой получился.

— Может, показалось, — пробормотал юный ведьмак. — Но овражка теперь точно нет. Ямка только осталась.

— На всякий случай в яму эту не суйтесь, — посуровел Ёрш. — По-хорошему её бы вовсе засыпать.

Теперь Саше стало понятно, как старая ведьма Дорея-Дарина вокруг своей хижины смогла изменить природу, чтобы никто лишний к ней не прошел. Но Саня лучше торопиться не будет, не следует раскрывать сразу все свои способности. Защита, пусть и слабенькая появилась, вот и чудно, вот и хорошо. А то ещё получится так, что ведам без сертификата нельзя защиту делать сильнее, и опять она нарушит закон, а этого жутко не хотелось.

Вернувшись домой, все перекусили на скорую руку, да и разошлись по своим комнатам — досыпать. Только Саня свернула в кабинет, глянуть хотя бы, не появилось ли следующего задания. Вошла и ахнула радостно — увидела на столе подарок Чумы. Красивые кожаные чехлы разных оттенков для её карт и кубиков с рунами. Разложила все карточки по чехлам, согласно разделам и спрятала их в свою сумку в отдельный карман. Кубики сложила в мягкую коробку из кожи, ровно-ровно все поместились. Оставила их пока на столе — надо же будет учить эти руны постепенно. На душе стало спокойней, вот и инструмент у неё готов для будущей работы. да такой, какого нет ни у кого из живых. Приятно было осознавать себя владелицей такого богатства.

В Книге Чародея новая страница пока оставалась пустой, значит, задание будет позже. Но спать Саше не хотелось. Будоражила мысль, что теперь она может какую угодно руну нарисовать, да где угодно. Так не заняться ли запоминанием и тренировкой прямо сейчас?!

Она высыпала кубики из коробки, решив, что именно они станут её домашним комплектом. А карточки будет с собой носить. Разложила кубики снова на столе и все внимательно просмотрела, удивляясь, что некоторые руны уже хорошо запомнила. Переворачивала, как в игре, пытаясь угадать, что за руна. Когда угадывала, радовалась, как ребенок, а как обманывалась, досадливо кусала губы. Кубики обратно переворачивала сразу, чтобы вновь угадывать в хаотичном порядке.

Игра не на шутку увлекла, угадывать получалось все чаще, но ошибки все равно вылезали, уж слишком много было похожих по очертаниям рун, всего маленьким завитком отличающихся, или черточкой, или усиком.

— Что ты творишь?! — вскрикнул Чума, появляясь за ее спиной. Саша даже подпрыгнула от неожиданности и уронила кубик, который держала в руке. — Прекрати немедленно! Так руны только опытные рунологи учат! Половину хотя бы отложи в коробку.

— Что? Нельзя? — огорчилась Саша. Ей нравилось, что сложно со ста двадцатью кубиками.

— Ну… — протянул Чума, вспрыгнув на стол. — Слабость? Голова кружится?

— Нет, — прислушалась к себе Саня. Вполне бодрая сама себе показалась после пары часов игры с рунами. Или больше прошло времени? — А который час?

— Полдень! — мрачно ответил Чума. — До тебя не достучаться, а там курьер у калитки ждет. Гришка уже нервничает, меня вот позвал, я ему для этого артефакт специальный выдал.

Санька все же ахнула — почти шесть часов с рунами игралась. Совестно стало.

Пришлось срочно складывать кубики обратно в коробку, не хотелось, чтобы они валялись без присмотра, хотя никто, кроме кота и Чумы в кабинет не заходил. Но порядок Саше нравился, а коробку и чехлы для карточек она высоко оценила.

— Спасибо за подарок, Чума! — попыталась она потискать фамильяра.

— Хватит нежностей, — увернулся кот-наставник, но уже не сердито. — Иди, курьера впусти, никто, кроме тебя, ему открыть калитку не может.

— Его надо покормить? Ведь с дальней дороги, наверное? — поспешила Саша на выход из кабинета.

— Её, — ворчливо поправил Чума, запрыгнув невесомо на плечо. — Кто же ведьминскую книгу в руки мужчины вложит? Ведьмочка там, совсем юная, вроде тебя, вряд ли старше, а уже получившая сертификат, просто уверен.

— О! Ведьмочка! — обрадовалась Саня, выходя в гостиную. С ведьмочкой ровесницей очень захотелось увидеться. — Всем доброго утра!

Ведьмаки с Григорием преспокойно завтракали на кухне за столом, не выказывая никакого нетерпения.

— И тебе доброго дня, — огладил бороду домовой.

— Подкрепись, — посоветовал ведьмак. — Курьер вот-вот будет здесь, вестник только что прислали. Значит, явится не позже, чем через пятнадцать минут.

— Доброе утро, Саша, — улыбнулся ей мальчишка.

— Курьер у калитки? — прищурилась Саша на Чуму, но кот вальяжно спрыгнул на стол, проигнорировав ее возмущение.

— Скоро будет, — фыркнул он небрежно, выцепив с блюда кусок ветчины. — Поешь, Санечка, успеешь. Тебе силы нужно восстанавливать после такой ночи!

И как вот на него сердится? Саня всем приветливо улыбнулась, уселась за стол и тоже взяла с большого блюда ветчины, сооружая себе бутерброд с золотистым тостом и кружочками свежих овощей. Захрустела получившимся лакомством, только сейчас ощутив, как проголодалась.

Тут же и чай перед ней появился, Григорий умиленно наблюдал, как она насыщается. Ведьмак о чем-то задумался, поглощая толстые ломти буженины. Ванька уткнулся носом в книгу, лежащую рядом с тарелкой. Мирный завтрак в ведьминском доме, все в сборе. У Сани внутри даже потеплело от такой мирной картины.

Стук в калитку она услышала четко, едва расправилась с третьим бутербродом. А ведь еще крендельки её ждали, поблескивая медовыми боками. Но пришлось вскакивать и бежать к двери, очень уж не терпелось увидеть еще одну веду, да и ведьминскую книгу хотелось уже хотя бы в руках подержать.

— Гости? — рассеянно крикнул Ванька ей вслед.

— Курьер, наверное, — ответил ему негромко ведьмак. — Тоже какая-нибудь…

Дальше Санька не дослушала, выбежала во двор в предвкушении. И в самом деле, увидела за калиткой девчонку лет двадцати пяти в походном костюме, таком же почти, как у самой Саши. Только более изящных очертаний. И метла со ступой парили рядом с гостьей, которая с удовольствием осматривалась. Заметив Саню, девушка приветливо помахала рукой.

— Таисья? — ахнула Александра, мгновенно узнавая хозяйку «Лукошка-19». Решительно распахнула калитку перед девушкой. — А я курьера жду, да ты проходи-проходи, как раз к завтраку.

— А я и есть нынче курьер, — весело усмехнулась Таисья и чинно вошла во двор. Ступа с метлой залетели за хозяйкой, словно верные питомцы. — А ты, гляжу, уютненько здесь устроилась, даже… Ох, ты ж! Ёрш?

Часть 9

Встречать гостью высыпали на крыльцо все домочадцы. А ведь только что мирно сидели за столом. Ванька с Григорием и котом, застыли на верхней площадке настороженно, а вот Николай Касьянов явно узнал курьера и двинулся навстречу гостье.

— Здравствуй, Таисья, — без удивления доброжелательно кивнул ведьмочке Ёрш, неспешно спускаясь по ступеням крыльца. — Слышал, дело по душе завела, процветаешь?

— Привет, Ёрш, — выдохнула Таисья, снова загораясь улыбкой. — Не то, чтобы процветаю, но и не бедствую. А ты что же новую подопечную завел?

— Александра, — выдавила из себя Санька, кусая губы. Подозрительна стала эта встреча. А может, они не просто знакомые?

— Именно подопечная, — согласно кивнул ведьмак, останавливаясь рядом с Санькой и гостьей. — А как с рунами, по-прежнему не даются?

— Да какое там! — тут же забавно поморщилась Таисья. — В рунах я бездарь, как и была. Сплошное разорение нанимать рунописца, но не даются, хоть плач. Зато со ступами сроднилась, таких красавиц ни у кого нет, проверяла.

— У каждой веды свои дары, — наставительно изрек ведьмак, пожимая плечами. — А как получилось стать курьером?

Санька с удивлением переводила взгляд с ведьмочки на Ерша. Никак не могла понять, в каких они отношениях. Словно ей вообще было до этого дело.

— Так я в Китеже как раз на ярмарке была, — легко ответила Таисья, и повернулась к Сане, словно ощутив её растерянность. — Представляешь, заглядываю в чат ведьмочек, а там клич бросили — кто в Лебединский может слетать. А я все равно в эти края собиралась, мой дом в другую сторону от города, на восток, чуть дальше живу от Лебединского, чем ты. Но все равно, мы практически соседки, что там — километров семьдесят в хорошую погоду?! Это, если напрямик. Вот и откликнулась сразу. А тут ты, здорово же, я и не подозревала, кому книгу везу. Но давай в дом зайдем, а то её на глазах мужчин доставать нельзя. Очень личная штука, под тебя сразу подстроится. Но пойдем, я подробнее объясню наедине.

Ведьмак хмыкнул насмешливо и отошел с их пути, кликнув Ваньку идти за дом, заниматься.

А Саша, повеселев, повела гостью в избу, уже снова предвкушая, как раскроет книгу вед. Да и с Таисьей хотелось подружиться. Словно сама судьба сталкивала их во второй раз.