Прозрачность (гет)

Они находились в какой-то заброшенной части города, хотя городом это уже можно было назвать с большой натяжкой. От проложенных дорог остались лишь вытоптанные тропинки к давно покинутым домам. Луна уже полностью завладела небом, но, прикрытая множеством темных облаков, совсем не давала света.

Тишину разбавляли только звуки шагов И Соа и Гинтрейме. По обе стороны дороги стояли темные фонари, видимо, забытые и сломанные. Под одним из них расположилась небольшая грубо сколоченная скамейка. Неизвестно, пользовался ли человек ею до сих пор, приходил ли сюда также по вечерам смотреть на небо или предпочитал проводить обеденный час, но сейчас ею решил воспользоваться И Соа. Вытянув ноги вперед, он поднял голову наверх, будто бы стремясь рассмотреть отчаянно прятавшуюся там луну.

Гинтрейме подошла к столбу фонаря и подняла руку. Она дотронулась до него, и механизм, остановившийся несколько лет назад, вновь заработал, а внутри фонаря зажегся огонь. И Соа никак на это не отреагировал, его глаза все еще были слепы.

— Ветер мешает, — пробормотал И Соа.

Гинтрейме несколько секунд смотрела на него, ожидая продолжения, но юноша больше ничего не говорил. Она решил спросить сама.

— Чем мешает?

И Соа в удивлении приподнял брови.

— День... Точнее, ночь, когда мы с тобой встретились. Я не вижу сейчас, но чувства как будто похожи. Только ветра не было. Я думал, ты сразу поймешь.

Неожиданно усмехнувшись, небожительница в ответ спросила:

— Наша первая встреча... Какую именно первую встречу имеешь ввиду ты?

Гинтрейме увидела, как полуприкрытые веки И Соа окончательно закрылись, а сам юноша прикусил нижнюю губу. Отвечать он, видимо, не собирался.

Для бога Создания последние недели были насыщены событиями, и венчал их начало молчаливый юноша. Несколько столетий после возвышения Гинтрейме уверенно набирала уважение, не спеша развивая науку и механику среди людей. Однако в неторопливой рутине ее мыслям всегда что-то не давало покоя, не давало спокойно жить. Она не забывала о возносящихся ей молитвах, но каждую секунду свободного времени она беспрестанно это что-то искала. В конце концов странствие завело ее в горные массивы. С треском она отодвинула ветви большого низкого дерева, загораживающего дорогу. Перед ее глазами предстала картина, как невероятно худой и бледный юноша с длинными волосам беззаботно сидел прямо на земле под тусклым лунным светом, который проникал в огромную пещеру сквозь трещину в потолке. После этого Гинтрейме вышла к нему. Чувство спокойствия на мгновение разлилось в ее груди, даже если она не понимал отчего. Но это та первая встреча, о которой говорила небожительница, а о какой вспоминал юноша — она не знала.

— Гиме, — обратился И Соа.

Гинтрейме от этого фамильярного обращения даже замерла на мгновение. И Соа же продолжал.

— Я уйду.

— Куда? — растерялась Гинтрейме.

И Соа замялся.

— Хочу вернуть дорогую мне вещь. Это нож. Я спрятал его... тогда.

И Соа не мог видеть, но мог предположить, что длительное молчание Гинтрейме сопровождалось поджатыми губами. И немного недовольным видом.

Намереваясь подняться, И Соа почувствовал, как что-то невесомое и почти неосязаемое коснулось его лодыжки. Это ощущение не пропало, когда к нему на колени кто-то запрыгнул. К их разговору присоединились парочка цовел. И Соа улыбнулся еще шире и руками нащупал зверька, чтобы погладить его спинку. Лесные духи боятся демонов и никогда не показываются при них, так что раньше у И Соа никогда не было возможности дотронуться до цовелы, не говоря уже о том, чтобы он сам запрыгнул на него, прося ласки.

Он ощутил, как вокруг него духовная сила постепенно возросла. Пошевелив руками, он наткнулся еще на нескольких зверьков, устроившихся на скамейке. Юноша осознал, что около двух десятков маленьких цовел вились вокруг него, прыгали и скакали возле ног.

Вокруг Гинтрейме духов бегало не меньше. От избытка духовной энергии они немного искрились в темноте. Если бы кто-то увидел эту картину хотя бы издали, как в тишине и темноте небожительницу и юношу окружает стайка маленьких лесных духов, он наверняка бы счел это прекрасным зрелищем. Все они своим светом сдерживали пелену ночи. Даже в фонаре надобности уже не было, он казался светлячком в сравнении с факелом. Застежки и декоративные детали из янтаря на одежде Гинтрейме ловили этот свет, отражая и играя с ним. Бирюзовые пряди юноши будто бы изнутри светились от всех отблесков и сами стремились озарить пространство темной улицы и бледное лицо И Соа.

И Соа все же поднялся. Его рука уже привычно ухватилась за край широкого рукава, когда Гинтрейме подвинула к нему руку, и они продолжили идти по узкой дороге. Зверьки бежали за ними, то отставая, то вновь обгоняя и снова пытаясь запрыгнуть на руки.

— Если ты хочешь, — через долгое время произнесла Гинтрейме, — то можешь пойти. Но не один.

И Соа пожал плечами. Ему хватало ума понимать, что бывшего демона никуда без присмотра не отпустят, так что был готов, что идти придется в компании. Наверное, это будет Диастр, которая при надобности сможет его обезвредить.

Больше они не говорили, лишь продолжали неспешно идти в окружении цовел обратно в сторону заселенной части города. Погода все еще была ясной и теплой, И Соа чувствовал легкие порывы ветра, но не более.

Один за другим светлые зверьки с неохотой покидали их, ускакивая обратно и постепенно оставляя И Соа и Гинтрейме одних. Зелени и свободного воздуха стало резко меньше, когда они окончательно вышли из заброшенного района, и маленьким духам больше не было комфортно находиться здесь. Хотя один, которого И Соа пригрел в своих руках по пути, все еще спокойно сидел и наслаждался своим теплым местом.

— Ты все еще не хочешь возвращаться в поместье? — неожиданно спросила Гинтрейме.

И Соа неопределенно мотнул головой.

— Можем тогда сейчас пойти за твоим оружием, — продолжила небожительница. — Но тебе придется снова... надевать глаза. Элен не советовал этого делать.

Юноша ненадолго задумался, но потом все же отмахнулся.

— Я надену их ненадолго, просто чтобы указать нужное место. Ничего плохого не случится.

Гинтрейме неодобрительно нахмурилась, но И Соа не мог сейчас этого видеть, так что он просто продолжал идти, наслаждаясь вечерним воздухом. Цовела в руках зашевелился и все же спрыгнул на землю, убегая за своими. После себя он оставил тепло, которое бывший демон еще какое-то время чувствовал.

Он услышал рядом с собой выдох. Затем голос Гинтрейме:

— Где это место?

— Мы не поедем сначала в поместье? — удивился И Соа. — Я думал, ты хотела поручить меня твоему духу.

— Нет, — последовал твердый ответ. — С тобой пойду я.

В груди И Соа сердце застучало на пару тактов быстрее. Подобного решения юноша не ожидал сразу по нескольким причинам: начиная с занятости самой Гинтрейме и заканчивая даже тем, что все их совместные походы в прошлом оканчивались не очень удачно... Если быть еще точнее, то весьма и весьма плачевно.

Из храма в Энеке они переместились в другой город с коротким и благозвучным названием Лия. Здесь также уже наступила ночь, но ветреней и холоднее, однако лишь ненамного. Город имел помимо официального названия народное — город Тридцати Четырех Храмов. О причине подобного названия нетрудно догадаться: именно столько храмов было возведено в этом городе, на которые не поскупились ни власти, ни население, активно принося пожертвования на их постройку и поддержание. Его история насчитывала многие и многие столетия, некоторые по оставшимся источникам даже предполагали, что Лия был основан еще до Сожжения мира. Но все эти тонкости сейчас не сильно волновали ни И Соа, ни Гинтрейме, которые вышли из храма и направлялись в сторону кладбища. Стояла поздняя ночь и на небе властвовала почти полная луна, но юноша совершенно не чувствовал сонливости. Он бросил взгляд на Гинтрейме, но и та тоже не выказывала признаков усталости.

— Почему мы идем к кладбищу? — с сомнением спросила Гинтрейме.

— Так получилось, — И Соа пожал плечами. — Тогда мне показалось это неплохой идеей.

Сейчас его глаза почти не отличались от обычных человеческих, лишь на темной матовой поверхности можно было с трудом разглядеть тонкие прожилки да пару трещин. Впрочем, в темноте даже этого не было видно.

Юноша пробормотал:

— Надеюсь, я быстро найду дорогу.

Действительно, стучаться ночью к людям и спрашивать путь до городского кладбища может быть воспринято несколько подозрительно и неправильно.

К счастью, город не отличался внушительными размерами и план постройки не сильно разнился с другими городами в этой провинции. Так что Гинтрейме помогла сориентироваться и найти нужную им дорогу.

По пути они никого не повстречали, хотя в такое позднее время это и неудивительно. На подходе к декоративным воротам, являющимися входом на землю усопших, Гинтрейме услышала тихий треск веток и шорох, но лишь повернула в ту сторону голову, не отметив опасности.

Впрочем, зря, так как И Соа с небожительницей успели сделать не более десяти шагов, как дорогу им преградили несколько человек. Выглядели они прилично, но в руках кто-то держал длинную толстую палку, кто-то нож, да и весь их вид был хмурый и не выражающий благодушного расположения к беседе.

Мужчины стояли и настороженно переводили взгляд с юноши на девушку. В конце концов тот, что стоял впереди заговорил:

— Кто вы?

И Соа переглянулся с Гинтрейме. Юноша выдвинулся немного вперед, показывая, что диалог будет вести он, и постарался доброжелательно улыбнуться.

— А что вы делаете в такое время в подобном месте? — спросил в ответ И Соа.

Все четверо людей перед ними судорожно сглотнули. Сам юноша не представлял собой ничего пугающего... Разве что немного своим ничего не выражающим лицом в такой ситуации и странными бликами в полуприкрытых глазах. Но они нисколечко не нервничали из-за него! Юнец был на полголовы ниже их, что он им вообще может сделать?

Однако позади него стоял рослая девица, которая на те же полголовы была уже выше их и мрачно наблюдала за ними. Ее лицо в темноте почти невозможно было рассмотреть, но увидеть ее руку на рукояти меча, который она вынула из ножен на пару дюймов, прекрасно разглядели все.

— Пытаемся выследить тех, кто... делает эти вещи, — неопределенно ответил мужчина.

— Что за вещи? — И Соа приподнял бровь.

Человек насупился. Одежда на нем была явно не из дорогих тканей, в некоторых местах были видны потертости и даже заплаты. Сейчас, когда он нервничал, то неосознанно потирал плечо и теребил края одежды. Становилось понятным происхождение стольких проплешин.

— Вы откуда вылезли вообще? — недоверчиво посмотрел он на них. — В жизнь не поверю, если скажете, что не слышали о духах и... лицах, — вновь запнулся мужчина.

— Мы прибыли в город совсем недавно. Расскажите, что произошло.

И Соа решил, что пока Гинтрейме не вмешивается в происходящее, он волен делать то, что сочтет верным.

Мужчины все еще топтались на месте, не решаясь на что-то более конкретное. И Соа терпеливо молча ждал.

— Пойдемте покажу, — в конце концов решил мужчина. Он махнул им рукой и повернулся в сторону леса, прилегающего к кладбищу. Остальные мужчины гурьбой пошли за ним. И Соа и Гинтрейме не оставалось ничего иного кроме как последовать за этой толпой.

Они шли мимо надгробных камней, около многих еще лежали свежие цветы или сладости, да и в общем почти все выглядели ухожено. В какой-то момент они свернули налево и прошли еще немного. Не яркая луна почти не давала света, так что периодически слышались тихие нецензурные восклицания от мужчин, которые неаккуратно ставили ногу. Дойдя до первых деревьев, они остановились. Все тот же мужчина подошел к толстому стволу и немного дрогнувшей рукой указал на него.

— Смотрите.

И Соа подошел чуть ближе. Он наклонился и прищурился — они стояли под пышной кроной и видимость здесь была еще хуже. Дерево ничем не выделялось. Темная кора. Глубокие неровности. Разве только в одном месте эти неровности будто бы складывались в нечто узнаваемое? Юноша протянул руку и аккуратно положил ее на шершавую поверхность. Да, определенно эта часть коры отличалась. Эти неровности и выпуклости будто были вырезаны чем-то острым и совсем немного отшлифованы. Палец прошелся по трещине, прослеживая ее путь. И Соа хватило пары секунд, чтобы, ощупав нечто рукой, понять, что это.

— Лицо, — боязливо прошептал один из мужчин, что привели их.

Да, под его рукой было лицо, грубо вырезанное прямо на дереве.

— И таких штук много, они почти на всех близлежащих деревьях и в самом городе даже есть, — затараторил мужчина, что вел их сюда. — Еще года два назад их начали замечать, но думали, что мальчишки балуются. А еще город прямо таки заполонили духи и призраки, их столько раз видели, что ночью никто по нужде уже даже не выходит. Но мы хотя бы знаем, откуда это все пошло! Вот, ждем, когда приедет служитель храма богини Печали. В чем-чем, а в погребальных обрядах они знают толк.

И Соа все еще задумчиво рассматривал рельеф перед ним. Глаза к темноте привыкли, и он уже лучше разбирал неровности и тени.

— Своего служителя нет? — подала голос впервые за долгое время Гинтрейме, от чего двое мужчин даже подпрыгнули от неожиданности.

Тот, кто говорил до этого, поспешил ответить.

— Есть, куда ж без него! Но заболел он. Больше месяца назад, наверное. Врач пришел, осмотрел, полечил и сказал, мол, переехать бы ему на какое-то время ближе к морю. Он и переехал, — мужчина развел руками. — Теперь обратно едет.

Повернувшись к говорившему, И Соа неожиданно для себя зевнул. Видимо, стоило все же немного отдохнуть.

— Подождите! — встрепенулся мужчина и подозрительно посмотрел на И Соа и Гинтрейме. — Вы так и не сказали, кто вы такие и что здесь забыли!

Остальные тоже вмиг посерьезнели и перехватили покрепче свое какое бы то ни было оружие.

Юноша приподнял уголки губ в ободряющей улыбке:

— Мы услышали о проблемах в Лии и поспешили прибыть сюда специально, чтобы помочь. Благодарим вас за предоставленную информацию.

Мужчины переглянулись, но видно было, что они немного успокоились. И Соа потянулся и первым повернулся в обратную сторону.

— Вы упоминали, что знаете причину всех странностей в городе? — ка ни в чем не бывало продолжил юноша.

Четверо людей потянулись за ним, а наиболее болтливый ускорил шаг и поравнялся с И Соа. Он принялся воодушевленно рассказывать:

— Посмотрите в ту сторону, господин, — он указал пальцем на видневшееся на другом краю кладбища возвышение. На его вершине стоял надгробный камень, но намного меньше, чем у всех остальных могил. — Это безымянная могила. В ней много лет назад был похоронен преступник. Ужасный преступник, убийца. Никто так и не узнал, как его звали, а отличали его шрамы на правой стороне лица, поэтому и камень на могиле сколот с правой стороны. Похоронен он был в обход правил и обрядов и ни разу за десятилетия никто не молился о его душе, и это привело к тому, что теперь он накопил достаточно духовной энергии, чтобы стать духом и продолжить убийства.

Чем больше мужчина говорил, тем большим азартом загорались его глаза. Гинтрейме, также слушая его, обернулась на шедших за ними человек. В отличие от их предводителя, они не разделяли его эмоций и все как один имели бледный и напуганный вид. От каждого слова говорившего мужчины они все больше напрягались и горбились.

Гинтрейме посмотрела на И Соа. Тот на удивление с искренним интересом слушал историю мужчины и даже задавал вопросы.

— Скольких людей убил этот человек? — поинтересовался юноша. — Наверное, это были не обычные убийства?

Мужчина поспешил ответить и на этот вопрос.

— Конечно, конечно, не обычные! Это были зверские, кровавые убийства! Свою первую жертву он полностью расчленил и закопал каждую конечность в этом лесу. Вторую он сначала долго мучил, выколол глаза, вырвал зубы и ногти, переломал ноги и оставил в лесу. Третий и четвертый были братьями, их он схватил в самом лесу...

— Небезопасный у вас лес, однако, — заметил И Соа.

— Да нормальный! — отмахнулся мужчина.

И продолжил разглагольствовать о старых жертвах убийцы этого города.

На тот момент, когда они дошли до постоялого двора, трое человек позади них выглядели так, словно они вот-вот потеряют сознание, так что, наскоро попрощавшись, они разошлись по домам.

Когда Гинтрейме заплатила за комнаты и взяла ключи, мужчине все-таки пришлось отстать от них и также уйти. Напоследок он пообещал, что обязательно придет на следующий день сюда, чтобы помочь чем сможет в их нелегком деле.

После этого И Соа и Гинтрейме поднялись на второй этаж и зашли в одну из отведенных им комнат. Как им и было сказано, здесь стояла кровати, стол с двумя стульями и шкаф. Слева была еще одна дверь, ведущая в ванную комнату.

И Соа прошел вперед и со вздохом опустился на кровать. В этот момент его ноги словно налились свинцом, и он почувствовал ужасную усталость, которая накопилась за весь день. Он вытянул ноги.

— Придется нам за ножом пойти завтра, — протянул И Соа. — Кто ж знал, что там будет «группа встречающих».

Юноша не спеша стягивал с себя верхнюю одежду и обувь, а также, морщась, вынул два круглых камешка из глазниц и положил их на стол рядом с кроватью. Гинтрейме не спешила уходить. Сложив руки на груди и нахмурившись, она что-то обдумывала.

И Соа даже был уверен, что знает, что именно. Наверняка сейчас небожительница размышляла, действительно ли ситуация в городе является чем-то серьезным или лишь нечаянно придуманными страшилками. Юноша подозревал, что Гинтрейме намеревается остаться здесь на какое-то время.

— Ты хочешь пойти завтра к безымянной могиле и вырезанным лицам на деревьях? — скорее не спросил, а лишь уточнил И Соа.

— Да, — незамедлительно последовал ответ.

Видимо, юноша вынужден был пойти с ней.

— Хорошо, только я бы предпочел идти без посторонних лиц, — И Соа поджал губы.

— Почему?

— Я не думаю, что горожане адекватно отреагируют на раскапывание могилы, да еще и столь примечательной.

Гинтрейме молчала.

— Ты хочешь осмотреть тело?

Юноша покачал головой.

— Там нет тела. Это моя могила.

И Соа сделал паузу, но затем поспешил объясниться.

— Точнее, четыреста лет назад я выбрал этот город в качестве хранилища для ножа. Раскопал небольшую яму и спрятал его там. Камень я положил просто, чтобы потом не потерять это место. Все остальные слухи о ней, видимо, были придуманы человеком с весьма хорошим воображением.

— Почему именно в земле? — удивилась Гинтрейме.

И Соа почему-то смутился. Он дернул плечом.

— Мне показалось это хорошим местом. Красивый город, наполненный большим количеством духовной энергии.

Гинтрейме все же тоже начала готовиться ко сну.

— Ты думаешь, это просто шутки других людей или в городе действительно происходит что-то странное? — спросила Гинтрейме..

— Сомневаюсь, что в этой истории есть хоть что-то опасное, кроме душевного состояния особо эмоциональных людей, — ответил, потягиваясь, И Соа. — Да и не думаю, что в Лие найдется больше парочки духов. Они не возьмутся из ниоткуда.