Принц и дочь его (джен)

Северус замер на пороге, желая, чтобы земля разверзлась и поглотила это пасторальное зрелище очевидного семейного благополучия, но было поздно. Поттер уже обернулся, услышав колокольчик над дверью. Его взгляд скользнул по Снейпу, и застыл на Дельфи. Чистое, немое, абсолютное изумление исказило лицо Национального Героя. Его глаза перебегали от её тёмных кудрявых волос и нежного личика к мрачному зельевару, и, как Северусу показалось, округлялись все больше.

Ещё бы. Мерзкий мальчишка видел его воспоминания, в которых безраздельно царила Лили, и не было ни одной женщины, которая хотя бы теоретически могла претендовать на роль матери этой девочки. Никакой Дельфи в них тоже не было. Она возникла из ниоткуда, через два года после войны, сидя на руках у человека, который, как наверняка воображал себе Поттер, был не способен на семейные отношения.

— Профессор, — наконец поприветствовал Поттер. Его голос звучал хрипло.

— Поттер, — процедил Снейп ледяным тоном, пытаясь прошествовать мимо него к прилавку. К сожалению, он не смог этого сделать. Компания Уизли заняла весь проход.

— О, мистер Снейп! — воскликнул Рон, и в его голосе прозвучало скорее недоумение, чем враждебность. — Не ожидал встретить… э-э-э… кто это? Он вытаращился на Дельфи с присущей ему непосредственностью.

Дельфи, в свою очередь, уставилась на отпрыска Люпина. Тедди, чьи волосы на глазах из зеленых стали ярко-синими, уставился на неё в ответ. Между детьми явно происходил беззвучный обмен взглядами, и, возможно, тайнами, недоступными никому из взрослых.

— Это… ваша дочь? — спросила Гермиона, и её голос был полон незамутненного любопытства, которое Снейп ненавидел пуще откровенной грубости.

— Вам следует избавиться от привычки выдавать очевидные вещи за ваши гениальные открытия, миссис Уизли, — процедил он, и обратился к дочери. — Дельфи. Конфета. Выбирай.

Он поставил её на пол, позволяя ей убежать от этих взглядов, но она, вместо того чтобы двинуться к нарядным полкам, сделала шаг к Тедди. Тот немедленно сменил цвет волос на застенчивый лиловый и протянул ей свою игрушку: шикарного плюшевого волка. Это окончательно определило её приоритеты на ближайшие 10 минут.

Снейп вздохнул. Дельфи можно было понять, она первый раз в жизни видела мага своего возраста.

— Вы слышали о новом декрете об образовании? — вдруг спросила Гермиона, неумело пытаясь разрядить неловкость. — Как вы считаете, не слишком ли эти меры преждевременны?

— «Придиру» не выписываю — свирепо огрызнулся Снейп.

Он, конечно, видел мельком какую-то заметку в «Пророке», но не мог сейчас вспомнить её содержание. На помощь неожиданно пришёл Сэндран.

— Никогда раньше волшебникам не устраивали принудительных аттестаций! — Выступил он вперед, не утруждая себя необходимостью быть представленным. — Зачем это делать, никому непонятно, так что это наступление на наши свободы.

— Да нет, это серьёзно, — подключилась к разговору Джиневра, машинально вытирая слюни мелкому Люпину, как раз набившему рот леденцами. — Из-за него Гарри придётся вернуться на седьмой курс, чтобы закончить школьное обучение официально. Это может потребоваться для аврорской программы.

Похоже у Питерса есть все шансы ещё на пару лет задержаться на рабочем месте.

— Какая трогательная забота Министерства о качестве вашего образования, — язвительно заметил Снейп. Принудительное асттестация? Не думаю что для освоения материала школьного курса некоторым из вас будет достаточно года.

И тут, глядя через плечо Грейнжер на улицу, он увидел Нарциссу Малфой. Та выходила из Гринготтс, и остановилась на крыльце поприветствовать кого-то из знакомых, кого Снейп уже не стал рассматривать. Нужно было уходить и быстро: Северус не желал встречи с ней, вдвойне не хотел участвовать в дальнейших пикировках с этой компанией, и еще жаждал избежать необходимости как-то представлять Гектора. Он схватил первую попавшуюся крупную конфету, похожую на ядовито-розовое пирожное, сунул её Дельфи, швырнул на прилавок несколько кнаттов, подхватил девочку на руки, и, не дожидаясь сдачи, метнулся к выходу из магазина.

— Нам пора. — Он почти вытолкал Гектора из лавки, чувствуя спиной тяжесть множества недоуменных и любопытных взглядов.

* * *

Когда они наконец вынырнули из «Дырявого котла», Снейп небрежным движением трансфигурировал свою и детскую мантии в плащи, а Гектор снял свой бесформенный балахон, обнаружив под ним обычную маггловскую одежду. Северус с невыразимой усталостью подумал о том, что сейчас придется добираться домой на поезде. Он не хотел ждать заката и вызывать Ночной рыцарь, потому что предвидел, что трясущееся чудовище, лишь по нелепому недоразумению именуемое автобусом, неизбежно перевозбудит Дельфи. Для неё этот день итак был слишком длинным, она уже ерзала, похныкивала и терла глазки.

Неожиданно решение предложил Гектор: он пригласил провести у него ночь. Оказалось, он снимает небольшую квартирку в Ислингтоне, заурядном маггловском квартале Лондона, в нескольких остановках метро отсюда.

— Я был уверен, что ты живешь в Лютном… — Снейп был изумлен не меньше Поттера. Как выяснилось Сэндран и впрямь был полон сюрпризов.

— Да, жил в Лютном раньше. Во времена Лорда это было необходимо, чтобы не заподозрили в омаггливании. Но насмотрелся, как у нас безопасно и решил вернуться туда, где мы с мамой жили до войны. Да и в Лютном, на самом деле, не дешево, всё же центр Лондона!

Они молча прошли несколько кварталов, думая каждый о своём. Гектор, вероятно, заново переживал арест, Снейп вспоминал те годы, когда директорствовал в Хогвартсе.

Сэндран прав, если бы пожиратели ворвались в маггловский квартал, вроде Ислингтона, они бы устроили террор обнаруженному волшебнику. Снимать жилье в Лютном действительно было куда безопаснее в те годы. Однако сейчас аренда этих полусгнивших хибар, учитывая состояние, в котором они сдавались, стала неоправданно дорогой. Жить в в трущобах волшебного квартала, или в скромном комфорте у магглов с волшебной возможностью аппарировать или, в случае Гектора, пользоваться маггловским общественным транспортом. Действительно, что же выбрать небогатому волшебнику? Странно думать, что у здравомыслящего человека могут быть сомнения.

Они остановились на автобусной остановке вместе с несколькими маглами, и Северус накинул полог тишины.

— Образовательный декрет — бросил он Гектору. — О чём именно там говорится?

— А, это… Министерство ввело новый обязательный декрет о магическом образовании. Все волшебники, не закончившие Хогвартс в силу… э… обстоятельств войны или иных причин, обязаны сдать аттестацию или пройти дообучение в школе согласно показанным навыкам, чтобы «унифицировать уровень и искоренить пробелы, способствующие распространению тёмных искусств». — Он процитировал, видимо, дословно прочитанное в газете.

Северус с нехорошим предчувствием заподозрил, что вопрос касается его молодого помощника напрямую.

— Но, насколько я помню, ты не учился в Хогвартсе? — Снейп вопросительно поднял бровь.

— Да. Я закончил маггловскую школу. — Гектор пожал плечами, глядя куда-то поверх головки Дельфи. — Мать считала, там образование лучше и не пустила меня жить в интернат, которым руководил Дамблдор.

— С Гарри Поттером и ему подобными. Что ж, — Снейп позволил себе тончайшую, ледяную усмешку. — С твоей матерью, мир её праху, трудно не согласиться. Она проявила недюжинное здравомыслие.

Однако сарказм не менял сути проблемы. Декрет означал, что Гектора, как не имеющего магического образования, вполне могли затребовать в Хогвартс. Снейп молча переваривал информацию. Это звучало разумнее, чем показалось на первый взгляд. По крайней мере, это отсекало взрослых негодяев, вроде егерей, которые могли бы устроить проблемы, обучаясь рядом с детьми. Что до Гектора…

— Кстати, а сколько тебе лет? — спросил Снейп внезапно, прерывая монотонное бормотание Дельфи, которая развлекала себя, играя с филином, предусмотрительно захваченным с собой, и теперь извлеченным из кармана.

— Шестнадцать В августе будет семнадцать.

Снейп поразился. Он был абсолютно уверен, что мальчишка старше, настолько зрелым тот себя показал за год их сотрудничества. С другой стороны все было логично: сын Мальсибера, но отца не видел. Почти на два года младше Поттера. Хронология сходилась: его отец уже сидел в Азкабане, когда этот ребёнок подрастал на задворках волшебного мира. Возможно именно тогда его мать и решилась сбежать к магглам.

Так или иначе, Сэндрану было меньше двадцати, а значит, его могли отправить в Хогвартс против желания, невзирая на то, что он уже был почти взрослым. И, не дай Мерлин, на первый курс. Это вырвет у него из жизни семь лет. Да, есть чего опасаться.

— У меня есть проблема, — Гектор сглотнул, глядя на свои ботинки. — Я… знаю несколько заклинаний, но они это… узкоспецифические. Для дела. Световое, чтобы в подвалах не спотыкаться. Левитации — чтобы ящики таскать. Алохомора — ну, вы поняли. И вот… — он покраснел, — …непростительные три знаю. В теории.

Снейп прикрыл глаза рукой, будто пытаясь стереть возникшую перед ними картину. «В теории». Заклятья, оставившие кровоточащие раны на всех магических родах, изученные по слухам и уличным байкам.

— Чтобы не вздумал блеснуть этими познаниями на экзамене, — прошипел он. — Или в стенах школы, если тебя туда затолкают. Там и без тебя хватает идиотов, мечтающих повторить «подвиги» отцов.

Он помолчал. Его взгляд, скользнул по Гектору, оценивая того, как учебный проект. Слабая теоретическая база. Утилитарный, примитивно-прагматичный подход к магии. Полное отсутствие фундамента. Он даже мантию свою не трансфигурировал, а просто снял. Да и в Паучьем тупике, если начать вспоминать, парень никогда не использовал даже Репаро и бытовые предметы не призывал, как все нормальные маги, а брал с полки.

— Можешь наколдовать «Танец ананаса»? — спросил он внезапно, голосом, полным любопытства.

Уши Гектора побагровели. Он счёл это унизительной насмешкой над его невежеством.

— Вы издеваетесь, да? Это же ерунда какая-то, для дурацких вечеринок…

— На вступительной аттестации, — перебил его Снейп с мертвенной уверенностью, — будет «Танец ананаса». Или его аналог. И все, кто его завалят, — а завалят, я уверен, процентов девяносто таких же просвещенных, как ты, — пойдут прямиком на первый курс, учиться с теми, кто только вчера узнал, что палочка — это не просто палка для ковыряния носу.

Он видел, как до Гектора наконец доходит весь ужас от такой перспективы. Сидеть за партой с малышами.

— Но… почему? — выдавил тот.

— Потому что, — Снейп отчеканил каждое слово, — это проверка не на силу, а на контроль. На способность выполнить бессмысленное, сложное и затратное магическое действие с изяществом и точностью. На понимание основ, а не на знание трёх заклинаний для взлома замков и переноски награбленного. Это академическое обучение в чистейшем виде, и ты в него попал.

Дельфи, тем временем, вытащила из кармана и развернула добытую с таким трудом конфету, и откусила кусочек. Её лицо скривилось — пирожное оказалась красочно оформленным туалетным мылом. Она выплюнула гадость в ладонь, внимательно рассмотрела, а затем протянула раскрытую руку Снейпу, возвращая ему его выбор.

Он убрал мыльную конфету из липкой ладошки Дельфи одним движением палочки. Как раз подъехал нужный автобус, и они заняли передние сиденья полупустого салона.

Снейп размышлял и барабанил пальцами по стеклу. Найти какой-нибудь потрепанный комплект учебников — плевое дело, а у него сейчас освободиться время, потому что с аптекарем, в виду ненадежности последнего, продлять контракт он не собирался.

— Приедешь в Коукворт через три дня. Посмотрим что тебе светит.