Новелла о Янгчен (джен)

ПАРАД

Янгчен открыла глаза и уставилась в потолок. Глиняный — не ледяной. Тем не менее она всё ещё была в Бинь-Эре. Всё ещё была Янгчен.

В чём была вполне уверена.

Лёжа в постели, девушка выполняла упражнение, разработанное для неё аббатисой Дагмолой ещё в детстве. Она вспоминала события прошлой ночи и пыталась связать их со своими планами на грядущий день, игнорируя кашу в голове, произошедшую между снами, дабы создать осмысленную взаимосвязь для самой себя.

Суть заключалась в том, чтобы провести прочный мост между её реальными воспоминаниями. Лишь иногда он чуть-чуть не дотягивал до берега, оставаясь на плаву, удерживаемый только потрёпанной верёвкой.

Сегодня всё было особенно запутанно из-за смены места для ночлега. Господин Сыдао и господин Бома оба настояли на этом из-за произошедшего вторжения. Янгчен отклонила все постоялые дворы, предложенные Сыдао. Вероятно, он заранее разведал каждый из них, узнав обо всех потайных дверях и местах для подслушивания.

Новые покои Янгчен выбрала наугад. Ну, почти. Возможно, она инстинктивно указала место на карте, где оказалась крохотная старинная гостиница, в которой, к счастью, были полы с подогревом. Она была более чувствительна к температуре, нежели её братья и сёстры. Прискорбно, что согревающая техника огненного дыхания истощает её силы. А ведь бинь-эрская зима подобна дикому зверю, исполненному решительности и злобы.

Удалённое место шло на пользу и комфорту, и делу. Ей нужно было убедиться, что Кавик был не частью коварного плана, не уловкой, не иллюзией бесполезной победы, чтобы все утратили бдительность перед настоящей кражей.

"Дерзкого лгунишку звали Кавик"... Её губы сложились в улыбку. Она завидовала ему в каком-то смысле. Безумства прошлого вечера будут мерцать в его памяти, словно свет маяка. Он никогда не забудет день, в который дважды столкнулся с Аватаром.

Господин Бома постучал в дверь.

— Аватар, — раздался грубый старческий голос. — Завтрак готов. Господин Сыдао сказал, что если мы хотим успеть на встречу с шанами, то тебе нужно скорее поесть.

«Аватар не отвечает перед шанами, — мысленно ругнулась Янгчен. — Десяток лет истории не превзойдёт наследие тысяч поколений».

— Мигом спущусь, — миролюбиво сказала она вслух.

Вмешательство Бомы отвлекло Янгчен. Она заметила, что возобновлять умственные упражнения с того места, на котором она остановилась, слишком пугающе, а начинать заново казалось невозможным. Потому она и не пыталась. В этом крылась опасность. Не то чтобы мудрость аббатисы Дагмолы была неэффективна, но Янгчен всё чаще не следовала ей.

Девушка по привычке медленно встала. Иногда она забывала, что её суставы ещё молоды, ведь им всего семнадцать лет. Она прислонилась к стене, надеясь, что затуманенный разум прояснится, и подняла руки, чтобы Пик и Пак смогли приземлиться на них.

Лемуры не прилетели. Точно. Она ведь оставила их в Северном Храме Воздуха. Может быть, всё-таки стоило выстроить мостик до конца.

Чтобы не думать об этом, она переключилась на беспорядок в комнате. Беспорядок она не любила. Её документы в спешке перенесли сюда из «Голубого особняка». Записи не были рассортированы, черновики речей были разбросаны повсюду, и, что хуже всего, переезд дал возможность ненадёжным людям изучить её исследования и переписки. Тот самый коварный план мог произойти во время передачи.

Янгчен подошла к краю своей кровати и вытащила из кучи свитков тот самый, который пытался украсть Кавик. Она разложила на коленях архитектурный план старого бинь-эрского чертога собраний. Здание сносили и реконструировали так много раз, что сразу несколько разных людей считали себя владельцами оригинального чертежа. Но именно это была самая старая версия, происхождение которой гарантировал один из надёжных источников Янгчен.

Она вдоль и поперёк осмотрела планировку строения. Умелый генерал изучал местность вне зависимости от того, предвещалась ли битва. Моряк поглядывал на небо, даже если оно было ясным. А Янгчен когда-то была и первым, и вторым. Если она сегодня не сможет добиться каких-либо продвижений на своей официальной встрече, то придётся прибегнуть к нетрадиционным методам.

Она заметила в чертежах интересную деталь. Расплывчатость в ушах начала проясняться.

«Ну, что же вам известно? — подумала она. — Полы с подогревом».

Одной из немногих забав для Янгчен на публичных появлениях было возиться с Сыдао. Министр по делам территорий особого статуса появлялся в её свите всё чаще и чаще. По большому счёту на правах преподавателя по этикету. На деловые встречи с высокопоставленными лицами спускаться с неба на Нуцзяне либо на планере было неприемлемо. Аватар же не хищная птица.

Наземное путешествие к месту назначения излучало правильную ауру достоинства, а выбор подходящего спутника в поездке позволял публично подать определённые сигналы или заявить о благосклонности к нему. Например, важность министра территорий особого статуса можно было продемонстрировать всем, посадив его бок обок с Аватаром во время процессий.

Послушавшись его, Янгчен научила Нуцзяня ходить рысью, имитировать высокий шаг не шестиногих животных всякий раз, когда нужно было удовлетворить прихоти Сыдао. Это выглядело нелепо и смешило детей, а сам министр вдруг расхотел быть её пассажиром. Одни только плюсы.

В этот раз, холодным зимним днём она проехалась по Бинь-Эру, сидя на холке Нуцзяня, тогда как Бома расположился в седле позади. Он привык к любой езде: по ухабистой дороге и ровной, даже по грозовому небу. Жители Бинь-Эра выстроились вдоль главной улицы, чтобы узреть Аватара. Она была готова показать лицо, если это сделает их счастливыми.

Дрожащий Сыдао ехал в карете перед Янгчен. Он был родом из Наньяня, что вблизи Туманного болота, и холод не любил ещё больше неё. Мужчина, должно быть, использовал тонизирующее средство на водной основе для своей тридцатисантиметровой козлиной бородки, ведь та уже превращалась в сосульку.

— Госпожа Аватар, — сказал он, поворачиваясь к Янгчен. — Позвольте вам напомнить, что та, кто повелевает всеми четырьмя стихиями, всё ещё не может повелевать временем. Мы стали опаздывать чаще.

— Ах, упавшая песчинка, что безжалостно гонится за нами по пятам, — спица колеса времени, — процитировала Янгчен. Всякий раз, когда Сыдао сердился из-за отхождений от графика, она любила вспоминать пословицы из прошлых веков, дабы напомнить ему, что на самом деле значит время в общей картине мира. — Десятитонный бизон, бегущий по земле, издавая звуки землетрясения, напугает горожан и навредит их имуществу. Ты можешь первым добраться до шанов и предупредить их, что мы опоздаем.

Её позволение ехать вперёд ввело Сыдао в ступор. «Мне известно, что ты на них работаешь, — подумала она. — Покажи мне своих настоящих хозяев, которым ты действительно боишься не угодить».

Нахмурившись, Сыдао приказал кучеру ускориться и свернуть за поворот. Вот оно. Оставить Аватара позади — грубо для человека, столь озабоченного этикетом, но его звал долг.

Теперь она осталась только с Бомой на Нуцзяне. Янгчен огляделась. Она откинула капюшон, и толпа ответила ей тем же, обнажив свои головы. Их блестящие восторженные взгляды. Многие сложили ладони вместе в понятном жесте: «Пожалуйста».

«Я стараюсь», — подумала она.

Возможно, это единственный в их жизни раз, когда они смогут хоть мельком увидеть её. Ей хотелось остановиться и поговорить с кем-нибудь, как прошлой ночью с родителями Кавика, но сегодня на это действительно не было времени. Многие мечтали, чтобы Аватар благословила их лично, но мало кому выпадал такой шанс.

В любом случае было недостаточно помахать рукой и улыбнуться, чтобы помочь жителям Бинь-Эра. Шаны сделали всё возможное, чтобы улицы блестели от чистоты к приезду Янгчен. Её маршрут проходил через процветающие кварталы, мимо зданий торговых офисов с острыми крышами и замёрзших фонтанов, демонстрирующих старую резную архитектуру города, которая уже десятки лет была неактуальна.

Но зоркий глаз Воздушной Кочевницы, привыкший разглядывать горные вершины издалека, было не так легко провести. Не прошло и пяти минут, как Янгчен заметила пропущенный переулок, полный выброшенных одеял и матрасов, владельцев которых, вероятно, угрозами заставили освободить участок.

Но это так не работает. Нельзя сложить всё зерно на краю седла и надеяться удержать равновесие.

— Пожалуй, нам стоит ещё немного поторопиться, — сказал Бома из-за спины, спустив её с небес на землю.

— Тебя тоже беспокоит терпение шанов?

— Нет, меня беспокоят люди. На мой взгляд, они подошли слишком близко, — Бома обычно не был так резок к толпам преданных поклонников. Словно соглашаясь с ним, Нуцзянь заурчал и фыркнул, замедлив шаг. Янгчен огляделась.

Стоящие впереди немного подступились, но это не было проблемой. Как минимум в сравнении с неизвестными в капюшонах, скрывающимися позади. Трое мужчин старались не отставать от движущейся процессии.

Всё в порядке. Здесь не могло быть иначе. Янгчен явилась сюда помочь несчастным людям, так что несправедливо было бы жаловаться на их присутствие.

Было понятно, что это лишь хулиганы, а не подосланные убийцы. Она наблюдала то же самое в видениях из прошлых жизней, потому не чувствовала особой опасности. Неожиданно попасть в неё чем-то будет нелегко. Хотя холодный воздух доставлял ей дискомфорт, но она мастерски ощущала и реагировала на его колебания.

Поэтому гнилой фрукт, брошенный ей в голову, с тем же успехом мог двигаться со скоростью улитки-ленивца. Лёгким движением руки Янгчен образовала небольшую воздушную воронку, чтобы виртуозно поймать снаряд.

«Папайя, — с потехой отметила она, держа плод в руках. — Должно быть, её подобрали среди мусора у горожан, достаточно богатых, чтобы купить…»

— Ах!

Треск разбивающейся глины заставил её повернуться. Кровь стекала по пальцам руки, которой Бома прикрывал лицо, а в седле лежали осколки кувшина

Янгчен покраснела от ярости. Они не смогли попасть в неё, поэтому атаковали старика, её друга. Она взобралась выше по шее своего бизона и выкрикнула:

— Я здесь, чтобы помочь вам!

Почувствовав её безудержный гнев, Нуцзянь ударил своим плоским хвостом по земле, сметая толпу порывом ветра. Любые испуганные крики уже издавались слишком далеко, чтобы их слышать.

Среди множества людей, выстроившихся в полукруг, Янгчен заметила метателя. Это был не юный негодяй, а мужчина одного возраста с Бомой, если не старше. В его глазах горечь и страх читались как раскрытая книга: «Как ты нам поможешь? Ты там, наверху, а мы здесь, внизу, так как ты поможешь?»

Не важно, что у Воздушной Кочевницы имущества было меньше, чем у любого из них, ведь у неё была свобода, положение — наиболее почётное положение, между прочим. Более почётное, чем у кого-либо в мире.

Но стоит ей последовать примеру Сыдао, свернуть за угол и пропасть из виду, как люди вернутся к своей убогой повседневности. Если она не сможет никак им помочь, то даже самые ярые поклонники Аватара поймут, что она словно прохладный ветерок в адскую жару: на мгновение приятно, но в целом ничего не меняет. Некоторые из них расстроились бы, а некоторые бы разгневались. Старик, покалечивший Бому, просто осознал гораздо больше остальных.

В порыве эмоций она швырнула сочащимся фруктом в стену прямо над его головой. Кожура лопнула, а семена и гнилая мякоть посыпались дождём. Кто-то в ужасе вскрикнул от этого.

Она знала, что пожалеет о своём поступке уже через день, а то и через несколько минут. Такие вспышки портили представление народа о ней, позволяя им прозреть.

Янгчен покачала головой и скомандовала Нуцзяню ехать дальше.