Сказки 2 (джен)

«Что ж так не повзело-то?», — такая мысль мелькнула в голове у Гарри Поттера, почти восемнадцатилетнего мага, за долю мгновение до того как в него должна была попасть Авада лорда Волдеморта. Произошло это на поляне Запретного леса, куда он пробрался чтобы попытаться поставить точку в затянувшемся противостоянии со Змеемордым уродом. Так, кстати, Волдеморта в большинстве случаев сам Гарри называл. «Нет, ну действительно, как его лордом называть-то? — обосновывал он своё мнение на этот счёт. — Вы сами-то его видели? Нет? А я видел. Поэтому-то и утверждаю что никакой он не лорд, а урод и самозванец».

Началось оно, это самое противостояние, ещё чуть ли не с момента его рождения. А всё потому, что было произнесено пророчество о нём и этом самом самозванном лорде.

А самым поганым во всём этом было то, что для них, как говорится, разойтись бортами возможность вовсе не предусматривалась. Даже, несмотря на то, что сам Гарри, как раз, был бы и не против, потому что с Волди этот номер не прошёл бы. Была у него такая вот идея навязчивая, что Гарри обязательно нужно убить и, что сделать это должен был непременно он сам. А удрать и спрятаться Гарри тоже не мог. По той простой причине, что существовала между ними какая-то непонятная ментальная связь, закрыться от которой, замаскировать её или вообще оборвать было нельзя, почему-то. Ну, по крайней мере, сам Гарри таких способов пока не знал.

Так что, куда бы он не удрал и как бы не старался спрятаться, но рано или поздно, нашёл бы его Волди и ничего, при этом, ему бы не помогло. Ни какие-нибудь там программы защиты свидетелей, ни что-нибудь ещё. Ну, и пришлось бы им сойтись в смертельной схватке.

Поэтому-то он и хотел, наконец, разрешить этот вопрос. Здесь и сейчас. Чтобы не бегать и не прятаться всю оставшуюся жизнь, как крысе помойной. Или, если и не всю жизнь, то какую-то её часть точно. И поступить в соответствии с текстом пророчества, в котором было сказано, что ни один из них не может жить, пока жив другой.

Для этого, собственно, он и пробрался в, так казать, нынешнюю ставку Волдика и запустил в него Адское пламя. Заклинание которое наверняка должно было убить Змеемордого. Включая его фамилиара, разумную змеищу по имени Нагини, и его самую преданную прислужницу Беллатрикс Лестрендж. А самому, если получится, конечно, аппарировать, в самый последний момент.

Причём, он прекрасно понимал, что завалить урода и смыться у него есть только один шанс. Нет, так-то побарахтаться или пободаться с ним можно было, конечно, даже в прямом противостоянии, потому что магической дури у самого Гарри хватало. Тут всё дело было в наличии опыта схваток, которого у него было существенно меньше и не было никакой гарантии, что Волди его не подловит на какой-нибудь хитрый приём. А значит и окончательный удар, чтобы наверняка урода прикончить, нужно было наносить неожиданно, в спину и, из-за угла.

Вот именно поэтому Гарри и запустил Адское пламя, заклинание очень трудно управляемое, но дающее, в итоге, стопроцентную гарантию убийства Волди. Кстати, как Гарри выяснил, что даже если охваченный этим самым пламенем аппарирует, что в приципе считалось доступным только некоторым магам, то погасить его не удастся. И, как он надеялся, наверное, так же почти стопроцентную гарантию разрыва их непонятной связи. И всё у него получилось бы, если бы Волди в самый последний момент не умудрился выпустить в него Аваду, уже будучи охваченным этим самым пламенем. Уклониться от которой Гарри просто не успевал. Поэтому-то и мелькнула у него мысль о том, что ему не повезло.

Но, вот взяло, да и повезло ему в очередной раз. Снова. Совершенно неожиданно для него. Потому что, наверное, за самую малую долю секунды, за мгновение до того как в него должен был попасть луч Авады, выдернуло его из этого мира и начало переносить в другой. Правда, что именно произошло Гарри и сам сначала не понял. Это чуть позже он осознал, что каким-то немыслимым образом, тело его превратилось в тончайший энергетический луч. Началом которого, той точкой из которой этот луч вылетел был участок земли с которым соприкасались каблуки его ботинок.

А понял он это чуть позже, когда, наконец, смог ощутить себя этим самым лучом, направленным непонятно куда и, непонятно зачем. И как долго он будет пребывать в этом состоянии тоже было непонятно. Впрочем, всё, рано или поздно, заканчивается. Завершился и он, этот его полёт. А закончился он тем, что луч которым он сам того не желая стал, куда-то упёрся в какую-то преграду. И как только это случилось у Гарри пропало ощущение соприкосновение с местом их которого он вылетел, но, зато, появилось с местом которого он достиг.

После чего начался обратный процесс. То есть, если сначала луч удлинялся, то теперь он стал укорачиваться. Так что, тело его, постепенно выходя из состояния луча, в который он превратился, снова стало восстанавливать свой изначальный объём, а вместе с этим и все человеческие ощущения стали возвращаться. И, как только этот процесс завершился, у Гарри появилась возможность оглядеться и понять куда это он попал.

— Опять кладбище, — мелькнула у него мысль. — И снова ночь. Хорошо хоть безоблачная и увидеть хоть что-то возможно. Ну, и что тут у нас?

А была тут многолучевая звезда, в центр которой его изначально поместило и из которой его вынесло силой инерции, и уронило на землю. Правда, увидел он всё, только после того, как прошло ошеломление от падения и он смог встать и оглядеться.

«Ритуал призыва, что ли? Ну, не то чтобы я был против, всё-таки жив-то я остался, но, если это — призыв, то призыватель-то где? Ага, вот же он. Точнее... она. Вот, чёрт!», — подумалось ему дальше.

Выругаться Гарри заставило то, что он увидел. А увидел он, подсветив себе Люмосом, что призывательница лежит без сознания и, если она пролежит так ещё некоторое время, то у неё есть шанс умереть от кровопотери. Призывательницей, кстати, оказалась девушка, примерно его возраста, ну, насколько он разобрал при том скудном освещении, которое смог обеспечить. «Да чё за хрень такая? Что у неё других ингредиентов для проведения ритуала не нашлось? Впрочем, что я знаю о ритуалистике? Не так-то уж и много», — начал злиться Гарри.

Дальше он остановил кровь, так и продолжавшую течь из её её руки и зачистил место проведения ритуала. Уж чего, чего, а то, что такие места нужно зачищать, Гарри точно знал. После чего облегчив её тело Мобиликорпусом, подхватил его на руки и помчался к видневшемуся вдалеке выходу с кладбища. Рассуждаю по дороге, что, мол, удачно его перенесло. Потому что, вместе с его волшебной палочкой и деньгами, которые у него с собой были. Только, всё равно, сматываться нужно отсюда побыстрее. Не могло, по идее, такое мощное магическое действие не привлечь внимание каких-нибудь местных контролирующих органов, если, конечно, этот мир очень похож на тот из которого его призвали. И, даже если место проведения ритуала было ограждено и вычислить его было бы сразу невозможно.

В общем, успели они удрать. Потому что только когда они уже выходили с кладбища за их спинами послышались хлопки аппарации. Примерно в том месте которое они успели покинуть. «Ну, ищите, ищите, глядишь, чего-нибудь да и обрящете. Потому как Гоминум Ривелио сюда уже не добьёт. А пока вы поймёте что к чему, мы уже далеко будем. К тому же, судя по всему, мне вот к этому автомобилю нужно. А автомобили, когда нужно, быстро ездят», — ухмыльнулся он выбегая с кладбища.

Кстати, автомобиль у кладбищенских ворот был всего один. Что, в общем-то было логично. Время-то было позднее, а что нормальным людям ночью на кладбище делать? Так что, понёс Гарри девушку прямо к нему, ожидая что он прав окажется. Но, в любом случае, даже если он и ошибся в своих предположениях и там не её сопровождающие находятся, он собирался их попросить подбросить их с девушкой к какому-нибудь ближайшему заведению с телефоном. Но, к счастью, в нём оказались её родители. Потому как первое что услышал Гарри от мужчины и женщины выскочивших из машины, был вопрос о том, что с их дочерью.

— Большая кровопотеря и магическое истощение, судя по симптомам, — пояснил он. — А теперь давайте валить отсюда. А то на кладбище гости пожаловали.

— Гости? — переспросил отец девушки.

— Разумеется, — ответил он Гарри. — Или вы думали, что ритуал который проводила ваша дочь, абсолютно законный? И это хорошо ещё, что на её призыв меня выдернуло, имеющего определённый опыт и в военно-полевой медицине, и в сбивании погони со следа. Так что, поехали, пожалуйста. А на вопросы я вам в машине отвечу.

И только когда они отъехали на некоторое расстояние, Гарри приступил к объяснениям:

— Давайте для начала определимся. То, что я увидел на кладбище, это — ритуал призыва. Сейчас не будем говорить, о его законности, потому что он мне жизнь спас. И о том, зачем он понадобился, тоже. Сейчас меня интересует есть ли у вас в машине какие-нибудь зелья? В первую очередь меня интересует есть ли Кроветворное и Восстанавливающее. В противном случае, вам придётся меня просветить, как тут у вас всё устроено, и есть ли здесь аналоги магических заведений из моего мира.

— Молодой человек, а вы уверены, что вы в другом мире? — уточнила у него мать девушки.

— Да, по ряду косвенных признаков, — ответил Гарри. — Например, вы не маги, в отличии от вашей дочери, которая, судя по возрасту, должна учиться в магической школе. Вот только, если это действительно так, то я её в своей школе не помню. Следовательно, либо она учится где-нибудь за границей, что весьма маловероятно, либо в здешней школе. А так как такая школа в Британии всего одна, а я её там ни разу не видел, то моё предположение весьма вероятно.

— А почему вы решили, что мы в Британии? — уточнил у него мужчина.

— Не просто в Британии, а в Уэльсе, снова пояснил Гарри. — А понял я по названию населённого пункта, который мы с вами только что покинули, потому что, только здесь имеется поселение смешанного типа под названием Годрикова Впадина, в котором я когда-то родился. Ну, там у себя. Так есть у вас зелья или нет?

— Нет у нас зелий, — ответила ему женщина.

— Тогда расскажите мне вот что...

В общем, выяснил он, что в этом мире многое как и в том откуда он прибыл. Так что, узнав то, что ему было нужно, в первую очередь, Гарри попросил остановиться и аппарировал прямо на Диагон Аллею. А там заскочил в аптеку Малппера и прикупил нужных зелий. Деньги, кстати, как уже говорилось, у него были. Находилась всегда у него с собой пара, тройка десятков галлеонов, по старой, давно выработавшейся привычке, на всякий случай. А у Малпеппера, насколько он помнил, всегда в аптеке ночной продавец работал.

К счастью и здесь оказалось всё как у них. И, даже деньги были точно такие же. Так что, никаких экстренных мер предпринимать не пришлось. В общем, прикупив нужных зелий, Гарри аппарировал обратно, напоил ими девушку и проверил её состояние.

— Ну, вот и хорошо, — сказал он после всего этого. — Теперь вы спокойно можете ехать домой. Дочь ваша проспит часов примерно двенадцать. Хотя... — он задумался. — Будет лучше, если я аппарирую её прямо к вам домой. Для неё получше. Да и объяснять соседям что с ней случилось и почему вы её домой в бессознательном состоянии переносите не нужно будет. Ну, и познакомися давайте, наконец-то. Ведь надо же мне знать, кому я жизнью обязан.

Фамилия семьи, оказалась Грэйнджеры, а звали их Дэн, Эмма и Гермиона. И вспомнилось ему, что, поступила с ними в школу девочка с такой фамилией. И, насколько он помнил, на Рейвенкло её распределили. Но, вот дальше, его память, что называется, пробуксовывала. В том смысле, что поступить-то она в Хогвартс поступила, а больше никаких воспоминаний о ней у него не сохранилось. И это было ещё одним отличием их миров.

— Гарри Джеймс Поттер, — представился он, в свою очередь. И уточнил. — Так что вы решили насчёт аппарации? А то я последние часов тридцать не спал, и больше всего, сейчас, мне хочется отправиться в «Дырявый котёл», снять номер и поспать завалиться. Минуток, эдак, на шестьсот. Да и в порядок себя привести не помешает. А то от меня небось... те ещё запахи. К тому же вы совсем не обязаны мне доверять.

— С другой стороны, — он сделал небольшую паузу. — Давайте так и поступим. А завтра вечером встретимся. И думается мне, что если уж ваша дочь решилась на мой призыв, то отыщет она меня, чтобы просветить насчёт того зачем я ей понадобился. Или дайте мне ваш адрес, а я сам к вам в гости приду.

В общем, подумали они да и решили, что встречу, действительно лучше, на завтрашний вечер отложить. Поэтому Гарри отправился в «Дырявый котёл», снял там комнату, выспался, привёл себя в порядок и по Диагон Аллее, что называется, прошвырнулся. На него, кстати, тут никто не пялился, не показывал пальцами и за спиной у него не шептался. И исходя из этого он сделал вывод, что либо никаких Поттеров в этом мире не было, либо они были, но только до определённого момента. А как выглядел его папа Джеймс уже толком никто и не помнит. «Ну, оно и к лучшему», — решил Гарри.

А ещё Гарри зашёл к Олливандеру и выкупил свою палочку. Ту самую из остролиста с пером Фоукса, которая у него в том мире была долгое время. Только потом сломалась и он колдовал малфоевской. Кстати, хоть и колдовалось трофейной палочкой вполне себе неплохо, но окончательного сродства, как с его остролистовой, Гарри так и не почувствовал. А вот как только он снова взял в руку остролистовую, то вновь оно и появилось. Оказалось, что имелась таковая у Олливандера. Чему Гарри очень обрадовался. И что ещё хорошо было, что не узнал его Олливандер, поэтому Гарри и представился Гарнетом Паркером из Новой Зеландии. Ну, чтобы вопросов не возникало.

После чего отправился к Грэйнджерам. И когда он туда добрался, то испытал самый настоящий шок. Потому что, не ожидал он совершенно увидеть людей которые в его мире были мертвы. Сириуса Блэка и... Лили Поттер. Особенно последнюю. Хорошо хоть удалось ему, относительно быстро себя в руки взять и убедить самого себя, что это совсем чужие для него люди. Да и не вышел пока Гарри из постоянного пребывания в состоянии тревожной бдительности. Что тоже ему помогло.

А ещё Гарри очень захотелось выразить некоторым взрослым своё неудовольствие. С чего он и начал, после того как он, Лили и Сириус от шока отошли. Ну, он-то понятно из-за чего, а Лили и Сириус, впали в шок, когда увидели его. Позже Лили скажет, что когда он вошёл в комнату, где они находились, то в первую же секунду она подумала, что это её погибший много лет назад муж. Как, впрочем, и Сириус, который тоже его за Джеймса принял.

— А скажите-ка мне леди и джентльмены, — спросил он у взрослых тем шипящим голосом, который прорезался у него, особенно когда он злился, — почему она проводила далеко не самый безопасный ритуал без всякой подстраховки? Не хочу выпячивать свои заслуги, но, если бы не я, то сейчас вы бы не участвовали в почти семейных посиделках, а подготовкой к похоронам занимались. Какого хрена, дорогие мои?

— Да тотому что... — принялась объяснять Лили.

В общем, выяснилось что всё не так просто. Во-первых, в этом мире своего Гарри не было. Точнее он был, но был убит в младенчестве вместе с Джеймсом Поттером, его отцом. Во-вторых, саму Лили Волдик приложил кое-чем заковыристым. Так что, хоть она и не умерла, но в коме целый месяц провела. И сейчас, нет, нет, да и бывали у неё рецидивы, потому как не прошло для неё без последствий поражение тем заклинанием. Вот и случился с ней, намедни, такой рецидив. А Сириус так и вообще ничего об этом не знал. Не посвятили его в тайну. Сюрприз преподнести хотели. Ну, и в-третьих, ритуал прошёл не совсем так как планировалось. Не должен он был быть настолько опасным для призывающего. А перенести его проведение тоже нельзя было.

— Ладно, — согласился Гарри, — будем считать, что этот вопрос мы выяснили. Теперь меня интересует, а за каким собственно, Мордредом меня призывать-то потребовалось? У вас тут что, некому вашего Волдика завалить, что ли?

— А нету у нас тут такого, — ответил ему на сей раз Сириус.

И из дальнейших его пояснений стало ясно почему некому. Нет, так-то свой Мальчик-Который-Выжил у них тут был, хотя и называли его тут немного не так. Мальчик-Которому-Суждено-Победить его тут называли.

В общем, не стал пока Гарри выяснять как и что тут получилось. В подробностях. Он, только, сделал предположение, что этим самым Мальчиком является Невилл Лонгботтом, что и подтвердилось. Хотя, сам Невилл старался отбрыкаться от этого титула, потому, что уверен он был, что он ему не совсем соответствует. Даже, несмотря на то, что в этом мире, не был он ни тюфяком, ни размазнёй. Ну, с самого начала, как это в памяти самого Гарри было. Но, тем не менее, до человека способного победить Волдеморта, как он сам чувствовал, не дотягивал.

Правда, непонятно Гарри было, как Невилл им стал. Этим самым Мальчиком. Мутная там какая-то была история, подробностями которой Гарри, как уже было сказано, решил, пока, не заморачиваться.

— А на призыв мы решились потому, — объяснила Лили Поттер, — что мы подумали и задали себе вопрос. Почему Волдеморт именно к нам тогда сначала отправился, а не к Лонгботтомам? И, пришли к выводу, что именно моего Гарри он решил назначить избранным. В противном случае, он бы, в первую очередь, отправился расправиться с Невиллом, а не с нашим сыном.

— Скажите, — решил всё-таки кое что для себя уточнить Гарри. — Правильно ли я понял, то визит его к вам не был для вас неожиданностью?

А когда Лили это подтвердила, то он ещё кое что уточнил:

— И, встретили вы его отнюдь не цветами и фанфарами. И, думается мне, что не без потерь он вышел из схватки с вашим мужем. Да и вы, скорее всего, в стороне не стояли. Ну, а раз дело было так, то к Лонгботтомам он сунулся уже сильно ослабленным. И , скорее всего, не успел там среагировать, когда в него, например, Аваду выпустили. А дальше, скорее всего, вмешался ваш добрейшей души дедушка...

— А это ещё кто? — почти одновременно спросили у него Лили, Сириус и Гермиона.

— Как кто? Дамблдор, конечно, — пояснил Гарри.

После чего Сириус начал ржать, как ненормальный. А отсмеявшись, сказал, что насчёт Дамблдора, Гарри совершено прав. И, что так оно и было. Что именно с его лёгкой руки Невилла так называть стали.

— Ну, пока всё логично, — обдумав информацию согласился Гарри. — Только вы мне вот что ещё скажите. А если бы вы призвали совсем не того? Вдруг, тот кого вы собрались призвать жил бы в своём мире тихой, мирной и счастливой жизнью. Любил, например, цветы и бабочек? И не был бы ни сном, ни духом ни о каких-то там змеемордых Волдемортах и прочих бородатых Дамблдорах.

— Нет, нет, — заверили они его.

Оказалось, что призвать можно только того, кому либо жить осталось менее секунды, либо его в том мире не держало ничего более. Не осталось ни одной привязанности. Как в случае с Гарри. В общем, в отношении призываемого задавались очень жёсткие условия.

— Ну, хорошо, — снова согласился Гарри. — Снова всё логично. Вот только объясните мне, с какого такого перепуга вы решили, что я тут же кинусь решать все ваши проблемы? Мне-то оно зачем? Или вы думаете, что я альтруист какой-то? Нет, возможно я им и был, в своё время. Но, проблема в том, что принуждали меня им быть. И ни кто иной, как наш добрейшей души дедушка Дамби. Ну, были у него методы. Не будем сейчас об этом. А поговорим о том, что обо мне-то вы, ровным счётом, ничего не знаете.

В общем, рассказал им Гарри, не особо вдаваясь в подробности, каким глупым и доверчивым он был, там в своём мире. До определённого момента. Чем все и пользовались. Беззастенчиво. И, что не был он там ни для кого просто Гарри, а был всего лишь оружием, инструментом или трамплином в лучшее будущее. И ещё просветил их насчёт Табу, наложенного на имя. А так же рассказал им о том, что заклинание это оба они на своё имя наложили. И Великий светлый, и Великий тёмный.

Только, второй для устрашения, чтобы люди его имя произносить боялись. А вот первый, совсем наоборот. Чтобы люди, произнося его имя, доверяли ему безоговорочно и чуть ли не до небес его возносили. И шли за ним, как крысы за Ганмельским дудочником. И, что понял это Гарри, только после того, как помер Дамби и воздействие этого самого Табу ослабевать начало.

Были, правда, при этом, ещё некоторые нюансы. Как, например, изначальное отношение к добрейшему дедушке. Иными словами, если люди готовы были считать его хорошим парнем, то и воздействие на них сильнее оказывалось. И тем больше они в паутине старого манипулятора увязали.

— Вот и скажите мне, кто я для вас? — спросил их Гарри в конце своего рассказа. — Если такое же одноразовое оружие, то нужно ли мне помогать вам? Не буду ли я так же сильно разочарован, после того как выполню миссию, так сказать, как и в моём мире? Не окажусь ли я, после этого, за бортом выражаясь фигурально? И не придётся ли мне совершить тактическое отступление? В общем, вы подумайте, а я, пока, в зоопарк, что ли, схожу. Нужно на одного знакомого питона полюбоваться и проверить остался ли у меня дар Парселтанга.

Сказав это, Гарри встал и направился к выходу. Но потом остановился и вот что ещё сказал.

— Да, вы вот ещё над чём подумайте. Кем я в этом мире буду-то? А то ведь, герой пришедший из ниоткуда, сможет точно так же и уйти в никуда. Точнее попросят его уйти какие-нибудь сильные мира сего. И потом, если уж мы с вами договоримся, то не думайте что вы в стороне отсидитесь. Я на себя всё взваливать не собираюсь и потребую посильной помощи. В общем, думайте, а завтра, в это же время и в этом же месте давайте встретимся и обсудим наши планы. Да, и девочку целителю покажите. Так надёжнее будет.

А когда он наконец добрался до зоопарка и пошипел там с питоном, в своё удовольствие, то подумалось ему:

— Нет, ну чего? Ведь правильно же. Какого хрена, я, простите, снова дежурной задницей становиться должен? Впрочем, если договоримся, то Волдика я завалю, конечно. Теперь-то это не такая большая проблема. Ведь если и тут было пророчество, то исполнилось оно уже. Как там: «Ни один из них не может жить пока жив другой». Так вроде бы? А если это так, то здешнего Поттера он уже завалил. А значит и мне, в свою очередь, завалить урода будет не так сложно, просто местные, пока, об этом не знают. А там и о себе позаботиться можно будет. В общем, поживём увидим. В любом случае, профукивать свою жизнь, раз уж выпал такой шанс, я точно не собираюсь.