Спасение агента Свити Дропс (джен)

Родители пропавшей жили в настоящем трехэтажном поместье, снабженном садами, фонтанами, скульптурами и по крайней мере одним слугой с печальными голубыми глазами.

Мать семейства заявила, что в такую погоду было бы глупо вести разговор в четырех стенах, и мы прошли в беседку неподалеку. Слуга сразу же поставил на столик тарелку с такими мизерными бутербродиками, какие могут предложить лишь или слишком бедные, или чересчур богатые пони. Мы рассказали о пропаже Пест, но Бон-Бон не стала сообщать о том, что мы нашли в её доме, снова ограничившись формулировкой про «неприятные обстоятельства». Родители приняли новость об исчезновении Пест спокойно, хотя внутри, кажется, испытывали сильные эмоции.

— Для начала расскажите нам пару слов о вашей дочери, — попросила Бон-Бон.

— В свое время она, конечно, сильно удивила нас выбором профессии, — начал отец. — Но в целом, насколько мы можем судить, она сделала достойную карьеру, её уважают, так что — почему бы и нет?

— Единственная проблема — это её друзья, — добавила мать. — Увлечение археологией мы еще могли принять, но когда она стала заводить личные отношения в этой компании… То, что это не могло хорошо кончится, было очевидно с самого начала.

— Пест одумалась, только когда всплыла эта мерзкая история с ногой и комнатой. Она тогда едва не ревела. Потом, правда, собралась и повела себя с достоинством — билась целый год, чтобы заставить Невермайнда вернуть украденное. Она вообще очень принципиальная пони — не выносит наглости. И вот, пару дней назад, он, казалось, сдался.

— Хорошо, с Невермайндом все более-менее ясно, — сказала Бон-Бон, — но ведь у неё был и другой жених.

Мать кивнула.

— Фармер Найт, да. Он тоже ухаживал за ней, но тоже выдал себя в тот момент — едва стало известно, что Невермайнд не инвалид — тут он и охладел к ней. Они почти перестали видеться, кроме как по работе. Но это, мисс Дропс, к лучшему, — видимо, и он хотел с нее прибыль получить, да испугался, что тоже в суд попадет! Поделом им обоим.

— Фармер Найт, кстати, заходил к нам вчера рано утром, — вдруг вспомнил отец.

— Вот как? — заинтересовалась Бон-Бон. — И чего же он хотел?

— Он спрашивал, не просила ли ему Пест чего-нибудь передать. По-моему, он был чем-то встревожен. Мы ответили, что она ничего не просила передавать, и он сразу ушел.

— Боюсь теперь даже представить, что у него могло быть на уме… — вздохнула мать.

— Интересно. А как по вашему, кто-то из этих двоих мог похитить пони?

Наши собеседники переглянулись.

— Нет, — первым ответил отец. — Похищение пони — это для них обоих перебор.

Мать нехотя поддержала эту точку зрения.

— Может, конечно, это родительские чувства в нас говорят — мы хотим надеяться на лучшее — но все таки они оба мелкие жулики. Хотя кто из пони вообще решился бы на такое?

— Жизнь бывает интересной, — неопределённо ответила Бон-Бон. — А теперь, позвольте мне, пожалуйста, минутку подумать, у меня начала формироваться идея.

Бон-Бон вышла из-за стола и некоторое время ходила по окружавшему нас садику, иногда останавливаясь, чтобы задумчиво почертить копытом о землю. Вернувшись, она спросила:

— Скажите, что вы сейчас намерены делать с долгом?

Родители переглянулись.

— Конечно, хочется верить, что произошло недоразумение, и Пест вернется, но мы, разумеется, не оставим Невермайнда безнаказанным. Мы будем бороться до последнего, чтобы вернуть долг. — сказала мать.

Бон-Бон кивнула.

— Это хорошо. Но я все-таки попросила бы вас повременить пару дней с активными действиями. Возможно, это поможет спасти вашу дочь.

Теперь уже родители синхронно кивнули.

— И еще один вопрос. У Пест, наверное, было много знакомых вне Понивилля?

— Конечно, — сказал отец. — Пест в силу своей профессии много путешествует, знакомые у нее почти везде.

— Скажем, в Кантерлоте?

— Ну разумеется.

— Так. А теперь очень важный вопрос. Могли ли у нее где-то быть знакомые, о которых не знали бы друзья в Понивилле?

— Конечно могли бы, — сказала мать. — Она часто ездила куда-нибудь одна, чтобы решить какой-нибудь вопрос, и всегда заводила новые знакомства.

— Хм… В таком случае, моя идея должна сработать… Думаю, в течении завтрашнего дня мы выясним, что именно случилось с вашей дочерью.

* * *

Три часа спустя мы с Бон-Бон и Твайлайт обедали в «Сахарном уголке». Принцесса успела закончить с «Рыцарями былых тысячелетий» и, в частности, узнала, что сумма, которою они получили от Хед Трика за вазу, чуть-чуть превышала долг Невермайнда.

— Весьма любопытно, весьма… — Бон-Бон находилась в очень хорошем расположении духа. — Впрочем, я и без этой детали знаю способ, который поможет вернуть Пест обратно.

Бон-Бон выдержала эффектную паузу, с гурманским наслаждением попивая чай из блюдца. Наконец она решила, что мы достаточно прогрелись, и обратилась к Твайлайт.

— Как тебе такая история? Спустя два дня после исчезновения в твоем замке появляется некая важная пони из Кантерлота и заявляет, что Пест около месяца назад наградила её почетным правом взыскать долг Невермайнда в свою пользу, если с ней что-нибудь случится. Разумеется, все необходимые документы при ней…

Твайлайт поперхнулась ягодным пуншем.

— Ко мне в замок приходила такая пони?! Где она? Почему ты молчала? Зачем Пест отдавать ей долг? А Невермайнд о ней знает?

Бон-Бон, наверное, сделала бы сейчас фейсхуф, но принцесса уже рванулась к выходу, и, вместо выражения своих чувств, моей подруге, с моей помощью, пришлось её разворачивать.

— Твайлайт, я сейчас говорю о событиях гипотетических, — объяснила Бон-Бон, когда мы снова расселись за столиком. — Сейчас существует две основных версии произошедшего. Во-первых, у Невермайнда не было денег, чтобы рассчитаться с долгом, а вы с Пест его приперли к стенке. Стало быть, он вполне мог не слишком умело организовать исчезновение Пест, а сам придумать историю о якобы почти появившейся работе. И вторая версия. Пест, которая, как говорят, терпеть не может наглости, поняла, что никогда не сможет получить от Невермайнда запрошенную сумму, но отомстить хотелось — и она выставила все так, будто бы он её похитил. Написала ему сомнительное письмо, устроила в доме беспорядок и сгинула. А действия импульсивного Невермайнда, в свою очередь, стали выглядеть так, будто это он все устроил — пытался поговорить с ней наедине, сбежал, чтобы встретиться с «работодателем»…

Но ни тот не другой явно не рассчитывали, что долг затребует кто-либо еще! Пест со своей принципиальностью едва ли стерпит самозванку, возжелавшую её денег. С Невермайндом все и так понятно. Так что один из них скорее всего попробует противостоять новой пони — и обязательно себя выдаст. Ну как, хорошая идея?

Но Твайлайт все еще не понимала идеи и хлопала глазами. Тогда вступила я.

— Твайлайт, она хочет сама создать эту самозваную пони и поймать на нее преступника!

Твайлайт распахнула рот.

— Найти вне Понивилля подходящую пони не будет трудно, — сказала Бон-Бон. — Бумаги для тебя тоже не проблема, хотя, если уж они клюнут, документы скорее всего и не понадобятся. Ну а там уже останется лишь оповестить общественность и ждать.

Твайлайт резко замотала головой.

— Да вы с ума сошли! Если их сейчас еще и самозванкой рассорить — они же никогда друг друга видеть не захотят!

— Они и так друг друга видеть не захотят. Зато, например, Невермайнд может еще к кому-нибудь заявиться со сломанной ногой! — фыркнула Бон-Бон.

— А почему к этому не может быть причастен Фармер Найт? — спросила я подругу.

— Может, хотя его мотивы пока не так очевидны, — ответила та. — Зато он явно не заинтересован в разрешении истории с долгом, а значит, за ним тоже будет интересно понаблюдать.

Бон-Бон все-таки уговорила принцессу.

— Что ж, если ты так уверена, что другого выхода нет… Я думаю, можно позвать на помощь одну из моих подруг по Школе для Одаренных Единорогов, а доверенность создать с помощью магии. Лира, ты как думаешь, кто нам лучше всего подойдет?

* * *

Приготовления завершились на удивление быстро. Выбранная нами пони вскоре дала согласие, и должна была приехать завтра утром. Доверенность наколдовали еще быстрее.

Вскоре Трайлайт улетела, чтобы официально сообщить про объявившуюся «наследницу». Маршрут её проходил сквозь отель Невермайнда, особняк семьи Пест и клуб «Непарнокопытный археолог». В последний сообщать о передаче долга, согласно легенде, не было нужды, но клуб был очень важен в случае, если во всем виновата Пест. Она могла через кого-то держать связь. Поэтому Твайлайт должна была появиться в клубе в связи с пропажей Пест, коротко допросить присутствующих и невзначай упомянуть о новом взыскателе.

У нас же появился свободный вечер, и мы отправились гулять по Понивиллю. Гуляли мы в молчании — Бон-Бон с самого начала ушла в себя, а я не хотела её тревожить.

В какой-то момент она тихо сказала:

— Наше приключение подходит к концу, Лира.

Я не придала большого значения этой фразе.

— Надеюсь. Жаль всё-таки, что нам не удалось помирить Невермайнда и Пест. Твайлайт так этого хотела!

— Ничего. Займется другими делами. Многим пони её талант нужнее, чем этим интриганам.

— А все-таки, на кого ты больше думаешь? Кто стоит за исчезновением?

— А ты?

— Я думаю, что это был Невермайнд, ведь он уже раз попался на обмане.

— Обман — вещь простая, — возразила Бон-Бон, — кто угодно может на него пойти, намеренно или нет. Но то, что приключилось с Пест — совсем другая штука. Если это преступление, одного лишь опыта обмана пони не достаточно, чтобы на него пойти. А ещё ваза эта...

— Но ведь и Пест…

— А ведь и правда, кто выглядит способным на такое? Но на то, Лира, и была задумана наша маленькая интрижка, чтобы виноватый сам себя выдал… Давай-ка присядем на скамейке, а то я устала ходить.

Мы присели. Точнее, присела я, а Бон-Бон устроилась лежа, свесив со скамьи передние ножки.

— А знаешь, мне наши приключения нравятся все больше, Бон-Бон. Древние преступники, таинственные исчезновения, загадочные письма… Что еще мы скоро увидим?

— Поэтому мне и нравится такая работа, — она улыбнулась. — жаль только, старые болячки не дадут о себе забыть.

— Болячки? А разве у тебя есть… — и я вдруг вспомнила. — Погоди. Браслет!

Так вот отчего она стала такой мрачной!

— Браслет, — вздохнула Бон-Бон. — Он уже начал побаливать. Пока что почти не заметно, но как видишь, выматывает. Иногда уже хочется притормозить. Для дела Пест это все, конечно, ерунда, но боюсь, что дальнейшие приключения придется отменить. Или хотя бы отложить надолго. К счастью, у меня теперь нет обязательств, и я могу себе это позволить.

Бон-Бон говорила с невероятной досадой.

Меня тоже обуяла обида. Не только за Бон-Бон, но и собственная обида: я уже успела привыкнуть к куражу детективной работы.

Мы посидели еще несколько минут. Я вспомнила, что так в свое время и не расспросила подругу о проклятом браслете — пожар тогда существенно перекроил наши приоритеты. Но сегодня я не захотела поднимать эту тему — не хотелось тревожить и без того подавленную Бон-Бон. Спрошу уже после расследования, это в конце концов не к спеху.

— Ладно, — наконец сказала Бон-Бон. — Вроде бы он подуспокоился и вряд ли усилится до завтра. Давай пока забудем о Пест и продолжим прогулку.

* * *

На следующее утро замок принцессы был полон ожиданий. Все, кого нужно было предупредить, были предупреждены, все, что можно было сделать — сделано, а Невермайнд уже был приглашен сюда на прием. Твайлайт сказала, что его просто ошарашили неожиданные вести, но он готов разбираться.

— И даже не подверг сомнению её право на долг? — спросила Бон-Бон.

— Может быть, он сегодня захочет повоевать? — предположила я.

— Скоро мы это узнаем, — сказала Твайлайт. — Он должен прийти к часу.

Около десяти часов утра из Кантерлота приехала Менуэт, которой доверили ответственную роль самозванки.

— Твайлайт! Лира! Как приятно вас обеих видеть! Здравствуй, ты, наверное, Бон-Бон? Очень рада, а я Менуэт, пишется через е... Уже две недели не вылезаю из мастерской! У меня есть несколько заказов на часы со сложными механизмами, и я просто с ума сходила. Ваше предложение заехать в гости на денек-другой было просто подарком. На свежую голову займусь часами, так они еще лучше получатся!

Мы расселись за круглым кристальным столом в главном зале.

— Это просто удивительная история! — продолжала Менуэт. — Девушка пытается вернуть украденные деньги, почти преуспевает в этом, и вдруг её похищает коварный должник! А я должна буду его разоблачить!

— Вот это настрой! — похвалила Бон-Бон. — Ну ладно, ты помнишь, что ты должна делать?

Менуэт достала из сумки небольшой свиток и развернула его перед собой.

— Так… Я дантист по имени Колгейт, работаю в частной клинике в Кантерлоте. Во время одного из своих визитов Пест обратилась ко мне с больным зубом. Поскольку на рынке протезов у нас всегда дефицит, я соорудила ей зуб из кусочка керамики, который она же и принесла. Этим я растопила сердце молодой археологини…

— Стоп! Лира, тебя же просили — без стилистических красот! — проворчала Бон-Бон и обратилась к Менуэт. — Скажешь, что просто сверлила ей зубы, в процессе вы разговорились, и все.

— Хорошо... Значит, поскольку на рынке протезов у нас всегда дефицит, я просто сверлила ей зубы. Этим я растопила сердце молодой археологини, и мы разговорились…

— Стоп!

Бон-Бон снова подкорректировала текст. Выпали фразы про рынок протезов и сердце Пест. Только прочитав историю знакомства в третий раз, Менуэт получила разрешение продолжить.

— Во время следующей командировки Пест зашла ко мне уже просто так. Со временем мы сильно подружились, и однажды она вдруг приехала и сказала мне: «Колгейт! Я должна открыть тебе страшную тайну! Один пони обманул меня, и теперь я трачу все свои силы, чтобы его наказать. Я хочу, чтобы, если со мной что-нибудь случится, ты взяла на себя мое бремя и довела это дело до конца. Пожалуйста, если ты сможешь получить эти деньги, пожертвуй их жеребятам с больными зубами!».

— Лира!

— В тот же день она отдала мне доверенность, которую я сейчас держу в копытах...

— Звучит как мотив! — заметила Твайлайт, левитируя дантистке-часовщице доверенность.

— Какая разница? — отмахнулась Бон-Бон. — Нам нужно лишь разворошить виновника, а он и без нас знает, у кого тут был мотив.

— И вот, вчера вечером я узнала от принцессы Твайлайт, что Пест пропала, и теперь полна решимости довести её дело до конца.

— Ладно, переписать все это более приземленным языком мы все равно не успеем, — резюмировала Бон-Бон. — Лира, бери на себя Менуэт, через час она должна рассказать мне эту же историю, но наизусть. Менуэт, главное, постарайся не говорить ничего сверх того, что требует ситуация. Все вопросы мы будем обсуждать сами, от тебя требуется только кивать.

Мы с Менуэт закрылись в библиотеке и приступили к заучиванию «легенды». Менуэт постоянно отвлекалась, порывалась поговорить о чем нибудь еще, или начинала с любопытством рассматривать корешки книг. Тем не менее, к исходу отведенного часа мне удалось вытянуть из нее всю историю в правильной последовательности. Доложить о своём успехе я, правда, не успела — кто-то постучал в главную дверь.

Мы спешно вернулись в главный зал. Принцесса усадила «Колгейт» рядом с собой, я и Бон-Бон сели по бокам от них. Спайка послали открывать.

Через минуту в главный зал решительно вошёл Фармер Найт. Он быстро поклонился принцессе и без промедления начал.

— Могу я увидеть мисс Колгейт?

Бон-Бон сделала Менуэт знак молчать. Мы были встревожены, что появился именно Фармер Найт, хотя не могли совсем уж исключать такой исход с самого начала.

— Она перед тобой, — сказала принцесса и показала на нашу подставную пони.

Она хотела еще что-то сказать, но Фармер Найт уже направился к Менуэт.

— Насколько я понимаю, вы претендуете на долг Невермайнда? — спросил он.

— Совершенно верно! — тут же заговорила подставная истица. — Тут очень веселая история. Я дантист по имени Колгейт, ра…

Менуэт заткнулась на полуслове. Перед её носом вдруг появился мешочек, плотно набитый золотыми монетами.

— Получите. Надеюсь, вы передадите Пест, что в нем нет ни единой копейки от Невермайнда. Пусть побесится!

Твайлайт высыпала несколько монет на стол и стала их рассматривать. Бон-Бон с подозрением уставилась на Фармер Найта. Меня тоже удивил этот мешочек. Менуэт вообще ничего не понимала и потому старалась сидеть неподвижно.

— Я, конечно, ценю твое желание помочь другу, но как тебе удалось найти такую сумму? — спросила Твайлайт.

— К сожалению, сам бы я не смог найти такой суммы при всем желании, — ответил сквозь зубы Фармер Найт. — Эти деньги собраны членами клуба «Непарнокопытный археолог», — он положил на стол бумажку, оказавшуюся ведомостью. — После известия об… этой Колгейт мы собрались в клубе и решили, что хватит с Невермайнда страданий. Пока речь шла о долге перед Пест — это конечно было мерзко, но хотя бы понятно, многие даже верили в историю о ноге. Но в чем он провинился перед незнакомой пони? И мы решили скинуться, чтобы оплатить его долг.

— Значит, вы считаете, что к исчезновению Пест Невермайнд отношения не имеет? — спросила Твайлайт.

— Просто удивляюсь, у каких пони может повернуться язык, чтобы говорить такое! — взорвался пегас. — Да неужели вы думаете, что в «Непарнокопытном археологе» могут собирать деньги для мошенников и похитителей?! Ваше высочество, что бы ни задумала Пест, я этого так не оставлю. Я дойду до самой принцессы Селестии, но её проучу! Я, если понадобится, морду ей...

— Успокойся и объяснись! — теперь вспылила и Твайлайт. — Мы все, кроме Колгейт, хоть раз видели за эти дни Невермайнда. Нет никаких сомнений, что с ногой у него все в порядке. Мы все знаем, как относятся к этой истории в клубе, но факты говорят об обратном. И хоть мы знаем, что больная нога была обманом, но нам не известно, что на самом деле случилось с Пест. Поэтому, если ты действительно хочешь помочь Невермайнду, лучше расскажи, что произошло между вами тремя.

Фармер Найт, похоже, капитулировал. Он устало сел прямо на пол и грустно посмотрел куда-то мимо нас.

— Вы правы, все это бесполезно. Пест предала его, успешно выставила негодяем, и он бы это вынес, но ведь ей помогают все! Все вы!

Мы познакомились несколько лет назад. Она родилась и выросла в Понивилле, а мы оба были приезжими старыми друзьями, увлекавшимися археологией. У нас обоих и дома-то в Понивилле не было — Невермайнд жил прямо у Пест, я тоже тогда ночевал у друга. И мы с первого взгляда влюбились в неё без памяти. Поначалу это была жестокая битва. Мы наперебой делали ей знаки внимания, соревновались, кто подарит ей лучший подарок на праздник. Ей, кажется, это нравилось… Мы приглашали Пест на свидания, стараясь опередить друг друга... Но в какой-то момент я понял, что мы увлеклись. Иногда в пылу соперничества (за её спиной, конечно) мы могли накричать друг на друга, я чувствовал порой, что просто начинаю впадать в ярость… И я отступил. Тогда казалось, что я делаю доброе дело для нас всех, а на самом деле — я просто отдал его в лапы Пест!

Все случилось неожиданно. Они разъехались по делам, он должен был вернуться первым, даже прислал телеграмму, но в назначенный день мы вдруг увидели в клубе вместо него Пест. Она была в страшном состоянии, кричала на всех подряд. Вопросов о Невермайнде — он ведь жил тогда с ней — не хотела даже слышать. А на следующий день она рассказала эту чушь про «выздоровевшую» ногу.

Мы тогда ей, конечно, ни на секунду не поверили. Но Невермайнд в Понивилле так больше и не объявился. Через пару дней от него пришло письмо — он был у родственников и сообщал, что больше не приедет в Понивилль. Мы, конечно, не теряли с ним связь, но именно на вопросы о том, что случилось, он так и не ответил ни строчкой... Вру, одну он написал: «нет, я никого не обманывал», и все. Меня он просил не приезжать, мол, очень трудный период у него в жизни. А потом Пест вдруг подала на него в суд. Это был первый раз в жизни, когда я готов был ударить даму — так глупо и жестоко это все звучит.

Тут уж я хотел ехать к нему несмотря ни на что, но он меня отговорил. Мол, «аргументов у нее все равно нет, а у меня — он писал — все справки от врачей, у которых я был, толстенная медицинская карточка есть...». И действительно, Пест никак не могла выиграть суд, и это её жутко бесило. Сейчас я, конечно, понимаю, что все равно должен был поехать и как можно больше разузнать — может быть, тогда бы Невермайнд не оказался в такой беде.

Ну а потом события резко рванули с места. Сначала прошел слух о вашем, высочество, участии в деле. Потом Невермайнд мне написал, что приезжает, причем намерен где-то найти деньги и заплатить. Только я начал думать, как бы с ним встретиться (сам он не хотел), как... В общем, нагрянули мисс Свити Дропс с мисс Лирой, а спустя сутки друзья позвали меня в клуб и сказали, что Пест пропала, и теперь её место занимает непонятно кто, — и Фармер Найт с ненавистью глянул на Менуэт. — Я вижу, что вы победили, раз уж сама принцесса Твайлайт встала на вашу защиту…

— Я никого не защищаю…

— Полно. В любом случае, мы собрали для вас деньги, и я прошу об одном: возьмите их немедленно и оставьте Невермайнда в покое.

Воцарилась тишина. Менуэт беспомощно смотрела то на Фармер Найта, то на кого-нибудь из нас. Мы с Бон-Бон и Фармер Найтом в шесть глаз уставились на Твайлайт. Наконец принцесса сказала:

— Хорошо. Колгейт будет рада принять от вас собранные деньги, не так ли, Колгейт? — «Колгейт» так энергично закивала, что едва не расцарапала рогом столешницу. — Но у нас есть одна небольшая проблема. Невермайнд ведь не знает об этом, да?

— Неужели вы считаете, что он откажется?

— Так или иначе, он должен хотя бы формально согласиться. Думаю, будет правильно, если ты зайдешь к нам завтра, и мы официально оформим оплату долга. Хорошо?

Фармер Найт, не очень довольный переносом встречи на завтра, получил назад свой мешочек и хотел уже отправиться домой, как вдруг остановился, быстро вернулся к принцессе и застыл перед ней в нерешительности.

— Ты хочешь мне ещё что-то сказать?

Пегас уже открыл было рот, но вдруг обмяк и дрожащим голосом проговорил:.

— Нет, принцесса, извините… Чуть было не вырвалась глупость. Люблю я её, понимаете, несмотря ни на что люблю...

Фармер Найт ушел. Твайлайт выиграла нам день на то, чтобы принять решение.

— Мне кажется, что Фармер Найт был искренен, — сказала Твайлайт. — Он действительно выглядел оскорбленным предательством.

— Но как он мог не знать о том, что Невермайнд здоров? — усомнилась я. — При первой встрече Фармер Найт и вовсе сказал нам, что заставлял друга ходить по врачам.

— Это вообще хороший вопрос, Лира, — сказала Твайлайт. — У него ведь действительно были справки от врачей. Но Пест в ответ просто ссылалась на здравый смысл — ведь с первого взгляда видно, что чем-то настолько серьезным, как он хотел ей показать, и не пахнет. А сам Невермайнд всегда держался далеко и наотрез отказывался от любых осмотров. Все-таки Фармер Найт не слукавил, когда говорил, что Пест не могла выиграть суд. Невермайнд его просто затягивал.

— Все-таки в исчезновении Пест он невиновен! — уверенно сказала Менуэт. — Кто же будет отдавать деньги незнакомой пони, если он же Пест и похитил?

— Как раз наоборот, — сказала Бон-Бон. — Если все это затеяно, чтобы избавить Невермайнда от долгов, скинувшиеся члены клуба стали бы своими в доску. А наши планы, в этом случае, состояли в том, чтобы растормошить Невермайнда новым взыскателем, и щедрые археологи их очень удачно спутали.

— Ну раз так, — подытожила Твайлайт, — нам остаётся только дождаться Невермайнда и услышать, что он скажет.

Синий земнопони появился чуть раньше часа. Он был очень взволнован, и Твайлайт поспешила успокоить его чашкой чая. Чай мы пили молча. Невермайнд не стремился начинать разговор. Твайлайт тоже не решалась.

— Как там твой загадочный благодеятель? Не появлялся? — спросила вдруг Бон-Бон.

— Какой благодеятель? — рассеянно спросил невермайнд. — А-а! Вы про это проклятое письмо? Нет, никто не появлялся. И пропади он пропадом, этот благодетель — ничего не дал, только дураком меня выставил.

— И у тебя нет ни одной идеи, кем мог бы быть этот щедрый парень с машинкой «Т-800»?

— Знал бы — давно вам сказал.

— Вполне может быть, что имя автора письма нам известно. Незадолго до твоего прихода к нам заглянул некто Фармер Найт с предложением полностью погасить твой долг. Деньги, по его словам, были собраны твоими друзьями из клуба.

Глаза Невермайнда полезли из орбит. Он даже привстал, упершись передними ногами в стол, и недоверчиво оглядел нас всех.

— Фармер Найт? Да что вы такое говорите? Он никогда бы не стал надо мной так подло шутить! Письмо, какая-то пещера… А что касается денег — я не возьму ни копейки ни от него, ни от кого бы то не было. Раз уж с меня взыскивают за обман — я должен отработать их честно.

Твайлайт подняла бровь.

— Не думаю, что это кому-то нужно, Невермайнд. Если эти деньги действительно собрали твои друзья, значит, ты не так и…

— Что означает «если?» Вы что же, думаете, что Фармер Найт — мошенник?! Это уже ни в какие ворота! Ладно я, ранимый идиот, но чтобы он мог украсть деньги, или что бы вы о нем ни возомнили…

— Тогда почему бы тебе не покончить со всем этим прямо сейчас? Фармер Найт годов оплатить твое искупление, Колгейт уже тут...

И вдруг Невермайнд переменился. Он вскочил со своего кресла и обежав стол, оказался нос к носу с растерявшейся от неожиданности Менуэт. Глаза его сощурились, а на лице возникло что-то похожее на коварную улыбку.

— А я совсем забыл про тебя с этими пожертвованиями! Ну-ка, расскажи мне, кто ты такая!

Менуэт испуганно затараторила.

— Я работала в частной клинике в Кантерлоте. И вдруг Пест пришла ко мне посверлить зубы и сказала: «Менуэт! Ты должна открыть мне страшную тайну!» — и в тот же день отдала мне доверенность, которую я сейчас держу…

Не дав ей договорить, Невермайнд выхватил доверенность, и стал придирчиво изучать её. Вскоре он еще раз улыбнулся, но это уже была скорее улыбка облегчения.

— Все понятно. Неплохая попытка, Колгейт, Менуэт, или как там тебя. Сейчас самый момент, чтобы содрать с несчастного пони побольше денег. Однако в одном ты просчиталась. Видишь ли, Пест — единорог, и она кое-что знает о магии. А я кое-что узнал от неё.

Он повернулся к Твайлайт.

— Выше высочество! Доверенность, которую показала нам эта пони, фальшивая. Весь текст создан магией иллюзии и её очень легко распознать. Перед вами сидит самозванка, которая надеялась заработать на моей беде.

Что касается денег — быть может я и возьму деньги Фармер Найта, чтобы лишний раз не бросать на него тень. Но отдать их я согласен только Пест и никому другому. А сейчас я, с вашего позволения, возвращаюсь к себе в отель, я слишком переволновался из-за проклятой «наследницы»…

И, пользуясь общим замешательством, Невермайнд с гордо поднятой головой (наверняка он думал, что в замке после его ухода вспыхнет грандиозный скандал) проследовал к выходу.

Мы сидели в тишине. Неожиданная догадка Невермайнда огорошила нас всех. Все погрузились в раздумье.

«Иллюзия! — думала я. — Как он вообще мог...»

И вдруг меня осенило. Нельзя, конечно, сказать, что все кусочки пазла встали на свои места, но главное я теперь знала. Я подняла глаза и увидела, что мои подруги тоже догадались. Лишь Менуэт по-прежнему ничего не понимала.

— Итак, кажется, мы с вами знаем, где находится Пест, — подытожила невысказанные слова Бон-Бон.

— Значит, будем выдвигаться? — предложила я.

— Что? Кому понятно? Куда выдвигаемся? — не понимала Менуэт.

Твайлайт торжественно положила копыто ей на плечо.

— От имени Эквестрии и всех живущих пони, я имею честь поблагодарить вас, Менуэт, за оказанную бесценную… А, пофиг! Мин, с меня огромный фолиант с описанием абиcсинских часовых механизмов!